В випассане происходит лишь одно обращение: из печали к счастью, от оков к свободе.

– Вам вернут телефон через десять дней.

Тильда стояла в очереди, пока женщина перед ней отдавала телефон. Конечно, Тильда прочла в правилах про запрет на мобильные телефоны, но в реальности все выглядело намного суровее. Она окинула взглядом помещение, которое напоминало скорее офис, чем лобби отеля. Женщина за столом регистрировала приехавших, а потом забирала у всех телефоны, убирала в прозрачные пакеты на молнии с написанными на них именами и складывала в пластиковый ящик, в котором уже лежали десятки таких пакетов. И вот пришел черед Тильды отказаться от связи с внешним миром. Ей требовалась передышка. Она развернулась и направилась к выходу, пробормотав что-то о том, что забыла телефон в машине. Дверь захлопнулась у нее за спиной, и, сбежав вниз по дорожке, Тильда укрылась за раскидистым деревом. Отсюда офис было видно, но не слышно. Она выудила из сумки телефон и позвонила Сельме. Номер предназначался только для чрезвычайных ситуаций, но Сельма заверила, что им можно спокойно пользоваться. Долго шли гудки, и Тильда уже собиралась сбросить звонок, но тут Сельма все же ответила ей запыхавшимся голосом.

– Прости, что беспокою, Сельма. Это Тильда…

– Да, милая, – пропыхтела Сельма. – Все хорошо?

– Я не уверена, считается ли эта ситуация чрезвычайной… – Тильда услышала на заднем плане приглушенный голос и что-то похожее на звук удара. – Тебе неудобно говорить? – спросила она.

– Нет-нет. Мое занятие с личным тренером как раз закончилось. Зумба! Я едва жива.

– О… Давай я перезвоню.

– Нет! – резко сказала Сельма. – Скоро у меня будет массаж. Сейчас самое время.

Тильде придется поспешить. Она была в свободном падении.

– Я записалась на курс випассаны.

– Отличная идея, – одобрительно сказала Сельма. – Когда начало?

– Я уже на месте. – Тильда окинула взглядом кустарники и невысокие строения вокруг. – Но, мне кажется, сейчас не лучший момент.

– Ничего подобного, – возразила Сельма. – Все случается тогда, когда должно.

– Думаю, в другой раз этот ретрит принесет мне больше пользы.

– Тильда, помнишь, как мы обсуждали твой перфекционизм?

Они ни разу не обсуждали ее перфекционизм, но Сельма продолжила, не давая Тильде вставить слово.

– Твой путь не обязан быть идеальным. Момент не обязан быть самым подходящим. Главное – это учиться и получать удовольствие от процесса.

В дверь вошла женщина в ярком перуанском пончо, и Тильде в ее спортивных штанах и свободном пальто вдруг показалось, что она нарушает дресс-код.

– Я все понимаю, Сельма, но мне кажется, я должна вернуться домой и кое в чем разобраться. Понимаешь…

– Иди внутрь, разберешься там. Увидимся через десять дней.

– Случилось кое-что важное, – сказала Тильда. – Вчера вечером ко мне пришла мать.

Они уже обсуждали, как тяжело ей было рассказать матери о своей болезни.

– Рано или поздно она должна была узнать, Тильда. Наверное, это стало для нее большим шоком.

– В том-то и дело, что нет. Она меня видела, Сельма.

Пауза.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не была для нее невидима.

Сельма молчала, и Тильда продолжила:

– Я ждала, пока она отреагирует, но она просто посмотрела на меня в упор и сказала, что я прекрасно выгляжу.

Тильда умолкла. Очередная длинная пауза подтвердила, что это действительно важная новость.

– Ты уверена, что ее никто не предупредил?

– Уверена. Да и вообще, она совершенно прозрачна. В смысле, не как я, просто она совсем не умеет скрывать свои чувства.

– Поразительно.

– Ты слышала о чем-то подобном? – спросила Тильда.

– Нам известны сотни женщин, которые побороли невидимость, но они стали видимыми для всех. У тебя иной случай, – ответила Сельма. – Я знаю про женщину с тяжелой невидимостью, которая жила в Шотландии в семидесятых годах. Муж и дети ее не видели. Но у нее был любовник, и для него она была прекрасно видима.

– Она сбежала с любовником?

– Нет. Осталась с мужем и исчезла совсем.

– Боже мой.

Тильда задумалась, как бы она поступила в такой ситуации. А потом поняла, что уже сделала похожий выбор, хоть и без любовника.

– Я читала еще про один интересный пример. Лет десять назад одна женщина в Висконсине заболела невидимостью. Но также она уже несколько лет страдала от диссоциативного расстройства идентичности, у нее было три основных личности. Так вот, по мере развития болезни симптомы невидимости проявлялись у двух из них, но не у третьей. Когда на поверхность выходила третья личность, женщина становилась полностью видима.

– Как такое возможно? – спросила Тильда.

– Никто не знает наверняка, – ответила Сельма. – Мы можем лишь строить догадки. Остается еще очень много вопросов без ответов. Вот почему эта сфера исследований так увлекательна. Среди неизведанного кроются возможности.

Тильда проследила взглядом за ящерицей размером с ее ступню, которая вылезла из кустов и побежала по дорожке. Затем ее внимание переключилось на вид за стенами офиса. Она все равно уже здесь. Может, именно это она и искала.

– Увидимся через десять дней, Сельма.

В голосе Сельмы прозвучало удовлетворение:

– Может, мы увидим кое-что новое.