Алатар

Домой возвращаться не хотелось, но летать над Риэрой весь день, так и не набравшись храбрости поговорить с девушкой, больше не мог. Это выворачивало душу наизнанку. Понимал, что поступил с моей простолюдинкой, как последний подонок. Но исправить ничего уже нельзя. И вряд ли ее утешат мои извинения. Во дворце меня встретила взволнованная Алатара.

- Где ты был? – подбежав ко мне, зашептала она.

- Какая разница?

- Большая! – глаза супруги засияли гневом.

Всегда сравнивал это с сиреневым небом, полыхнувшим грозой. Ее злость умиляла и вызывала желание укротить нахалку, смеющую рычать на правящего принца. Да и секс в такие моменты был острым, пряным. А теперь хочется послать ее теми словами, что и в трущобах не услышишь.

- Твой отец здесь!!! – прошипела Алатара.

- Что? – изнутри окатила волна ужаса. Возвращение отошедшего от дел Императора – беспрецедентное событие! Такого еще не случалось, ни разу!

- Принц, ваш отец приказывает вам сейчас же явиться в кабинет, - сухо доложил слуга, подойдя к нам.

- Мне нужно… - я судорожно сглотнул. – Привести себя в порядок.

- Без промедлений, сейчас же. Идемте.

Слуга развернулся и быстро пошел по коридору. Ничего не оставалось, кроме как проследовать за ним.

Открыв дверь в кабинет после стука и разрешения войти, слуга пропустил меня вперед и ушел. Я подошел к столу, за которым восседал Император, погруженный в изучение бумаг.

- Рад видеть вас, отец. – Мой голос был тихим, а внутри отплясывала паника – совсем как во времена детства и юности, когда он вызывал меня для того, чтобы устроить разнос.

- Ты постоянно находишься рядом с храмом Богини в последнее время. – Подняв голову, сухо сказал Валах. Сразу, без предисловий, к сути – таким он был всегда.

- Этому есть веская причина.

- Какая же, позволь полюбопытствовать?

- Бастард Асатара, - не отводя глаз от его лица, соврал я – на самом деле и думать перестал уже об этом выродке, Саре.

- Бастард, значит. – Глаза Императора сузились. Он встал из-за стола и подошел ближе. – Врать мне вздумал?! – гаркнул отец, схватив меня за грудки и встряхнув. – Девку свою прикрываешь, к которой шастаешь?! Негодяй! Я тебя научу уважать династию!

Пощечина тыльной стороной ладони заставила меня отлететь в сторону и врезаться телом в книжный шкаф. Объемные тома попадали сверху, ударяя, как камни. Но руки Императора вытащили из-под этой лавины – чтобы врезать кулаком в лицо и отшвырнуть вновь. Разбитая бровь залила лицо кровью. От сильного удара головой о стол в глазах потемнело, кровь наполнила рот, изнутри начала подниматься волна тошноты.

- Валах, прекрати! – услышал я голос матери. – Что ты творишь!

- Отойди! – его рык сотряс стены кабинета.

- Еще чего! – ее рычание было не менее громким. – Живо сам отошел! К сыну подойдешь, только если меня убьешь, понял?!

- Шаина!

- Валах!

- Женщины! – презрительно фыркнул он, уже тише. – Вечно сюсюкаете с детьми! Ему трепка нужна, а не обнимания!

- Все сказал?

Я почувствовал, как по лицу скользят ласковые руки – те, что помнил с детства. Нежные ладони усмирили боль, изгнали ее. Мать прижала меня к себе. Как же скучал по этому – безусловной любви, прощающей все, нежности – бесконечной, какой может быть лишь материнская нежность!

- Все хорошо, сынок, - сказала она, улыбаясь, когда я открыл глаза. – Поднимайся. - Протерев мое лицо платком, Императрица отбросила его в сторону. – А теперь иди, оставь нас.

Не глядя на отца, но ощущая на себе его тяжелый взгляд, я поспешил покинуть разгромленный кабинет.

- Зачем защищаешь его, ведь знаешь, что он виноват! – донеслось из-за закрывшейся за моей спиной двери.

- Это наша вина, Валах, вспомни!

О чем мать говорит? Я постоял, прислушиваясь, но мозги категорически отказывались работать. Надо отдохнуть и прийти в себя. Но покоя мне не было. Едва вошел в гостиную, ко мне бросилась Алатара.

- Что этот зверь с тобой сделал, о Богиня! – запричитала она, вцепившись в мой рукав.

- Выживу, - пробурчал я, чувствуя, как внутри поднимается злость.

- Дай посмотрю, - женщина потянулась к моему лицу.

- Оставь, пройдет.

- Лучше мазью обработать, - ее пальцы прикоснулись к рассеченной брови, боль пронзила все лицо.

- Да отстань же уже! – взорвался я, дернув рукой, чтобы избавиться от ее хватки, и нечаянно попал по лицу Алатары.

Вскрикнув, она не устояла на ногах, упала на пол, прижимая ладонь к щеке. Из уголка разбитой губы потекла струйка крови. Я молча смотрел на нее, ощущая удовлетворение.

- Да как ты смеешь, ублюдок! – взорвал гостиную мужской крик. Я повернул голову и увидел Асатара, что несся на меня, как ураган. Зубы стиснуты, кулаки сжаты, глаза горят ненавистью. Он сдурел?

* * *

Асатар

Увидев, как Алатара бросилась к мужу, когда он вошел в гостиную, залитый кровью, я впервые познал ревность. Не ту смесь обиды и непонимания, что горчила из-за слез, которую испытывал в детстве, не понимая, почему родители любят моих братьев, а я всегда остаюсь лишним, раздражаю их и не получаю не то что объятий, но даже не удостаиваюсь улыбки. Нет, это была мощная вспышка боли в солнечном сплетении, что запустила щупальца во все тело разом и заставила вскочить на ноги, сжимая кулаки.

А когда Алатар ударил мою драконицу наотмашь, до крови, так, что она упала, разум отключился. Я понесся на него, желая только одного – врезать ему, разорвать негодяя, убить, причинить боль!

Брат не ожидал моего нападения. Или был шокирован, одной Богине ведомо. В любом случае, он пропустил момент атаки, я смог свалить его с ног. Но потом из груди правящего принца вырвалось рычание, глаза взорвались драконьей желтизной. Алатар словно рад был драке, затеянной мной. Что ж, так тому и быть!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мы покатились по полу, нанося друг другу настоящие удары, а не те, что были уместны на тренировках в саду. Впервые я не думал о том, что он – правитель, которого должно уважать и необходимо подчиняться каждому слову. Алатара в ужасе смотрела на нас, по щеке, красной от удара мужа, текли слезы, подбородок был в крови. Это свело меня с ума. Контроль окончательно потух, как фитиль свечи, опущенной в воду.

Тело налилось привычной тяжестью. Одежда затрещала по швам. Слабость этого обличия упала к ногам вместе с остатками камзола, рубахи и брюк. Я наполнился мощью обличия силы, ломая стены и продавив головой потолок. На пол рухнула огромная люстра, в дыру посыпалась мебель со второго этажа. Алатар секунду смотрел на меня – стоявшего посреди гостиной дракона. А потом ухмыльнулся и тоже обернулся.

Мы одновременно бросились друг на друга, рыча во всю мощь глоток. Я позволил ему протащить меня до лестницы, ведь так мы будем подальше от Алатары и не причиним ей вреда. Но когда ступеньки раскрошились под моими лапами, тело сбросило обманчивую слабость и, приняв удар брата, оттолкнуло его, да так, что он, проломив еще одну стену, вывалился в сад, круша по пути все скульптуры и сравнивая с землей цветники.

Я с рычанием устремился следом, не желая упускать преимущество. Мне доставил удовольствие каждый удар, что крылья и лапы обрушили на врага, упавшего в грязь. Шипя, Алатар отполз в сторону, сдул цветы, залепившие ему глаза, и бросился на меня в ответной атаке, но не смог причинить ощутимого ущерба, потому что я уже был готов. Мне не составило труда нанести ему удар сокрушительной силы, развернувшись боком и хлестнув хвостом – наотмашь, как и он Алатару.

Брат кубарем покатился по саду и врезался в фонтан. Огромная композиция вздрогнула и, треснув, начала падать. Часть ее закачалась и рухнула всей массой прямо на голову Алатара. Издав сдавленное шипение, он отполз, мотая башкой из стороны в сторону. Но я не собирался ждать, когда у него перестанет двоиться в глазах, вот уж нет!

На скорости врезавшись в соперника, мне удалось отбросить принца к деревьям, которые приняли его в весьма жесткие объятия. Зарычав, брат вскочил на ноги и, издав уязвленный крик, сбил их ударом хвоста, расходуя время и силы на ерунду. Не сводя с него взгляда, я издал ответный рык и устремился в сиреневую, как глаза моей любимой, высь.

Крылья подчинили мощный воздушный поток, позволив скользить кругом. Долго ждать не пришлось – белый дракон взмыл в небо и набросился на меня. Вот он, миг торжества! Ты проиграл, братец! Здесь, среди облаков, преимущество не на твоей стороне!

* * *

Алатара

Мое сердце сжалось, когда они свечками взмыли вверх. На земле стычки между драконами довольны безопасны. Но предложение продолжить в вышине, что послушно ложится под крылья, это Вызов! Настоящая схватка, из которой один должен выйти проигравшим. Если это будет Алатар, это покроет его несмываемым позором. Если Асатар, то его ждет в лучшем случае, изгнание с пожизненным запретом когда бы то ни было приближаться к столице. И простит меня Богиня, мое сердце разрывалось от боли именно за младшего принца-дракона!

- Что случилось?! – Шаина подбежала ко мне и вгляделась в рычащих в небе сыновей.

- Принц Асатар увидел, как принц Алатар ударил супругу, - беспристрастным тоном доложил ее слуга, - и бросил правящему принцу Вызов.

- Как такое возможно? – Императрица вгляделась в мое лицо и будто прочитала все на нем. – Ты!.. – прошипела она, сжав кулаки. – Кто отец ребенка, которого ты носишь?!

- Понятия не имею, - исправить ничего уже было нельзя, к чему отрицать? – Вероятнее всего, Асатар.

- Не представляешь, что натворила! О твоей измене я лично расскажу Валаху! Ты будешь казнена!

- Да? – я ухмыльнулась. – Что ты говоришь! Рассказывай! Хоть прямо сейчас беги! Но учти, тогда и твоя тайна станет известна всем!

- О чем ты? – лицо женщины стало таким же белым, как ее волосы.

- О той секрете, что вы с Валахом храните столько лет! – как же приятно, оказывается, поставить ее на место, в кои-то веки! – Я всем расскажу о подмене яйца! Каждому в империи!

- Замолчи! – прошипела Шаина.

- Сама молчи! Обо всем, что поняла! Ты никому и слова не скажешь! И кроме этого, разберешься с той девкой, с которой мне изменяет Алатар!

- Ты знаешь?

- Это несложно оказалось выяснить, - я с горечью усмехнулась. – Так вот. Мне вовсе не хочется стать объектом всеобщих насмешек. Не хочу, чтобы все потешались над драконицей, от которой гулял нареченный муж, который и видеть других женщин не должен был! Подожди! – из груди вырвался вздох изумления. – Так мы с ним не пара нареченных?

- Что ты несешь, Алатара? – в глазах Шаины взорвался страх.

- Поняла! – не отрывая взгляда от лица свекрови, продолжила я. – Вот почему муж пошел на сторону! Это возможно только в одном случае – если мы не нареченные друг другу. Вы подменили яйцо! Какое именно яйцо? Вы положили Алатара взамен… кого? Не Аматара, точно. Неужели… Асатара? Он должен был стать первенцем, правящим принцем? А я – его женой! Нас связали кахары! Вот почему нам так хорошо вместе! Что же вы наделали!

- Не было выбора. – Глаза Императрицы погасли. – Ты не знаешь всего.

- Чего именно?!

- Меня изнасиловал Владыка воды. Валах убил его за это, тебе известно, каким способом. Но я понесла от того мерзавца. Муж сказал, что примет этого малыша, как своего. Мы положили это яйцо, когда оно появилось на свет, рядом с тем, в котором спала ты. Кахары вас связали – тебя и Асатара. Но потом у нас появилось еще два яйца – Алатар и Аматар. – По щекам женщины текли слезы. – Империю должен был унаследовать сын Валаха, а не дитя мерзости, каким был Асатар.- И вы заменили яйцо с ним на яйцо с Алатаром. – Мои зубы из-за дрожи так стучали друг о друга, что прокусила язык.

- Кахара провела еще один обряд. – Продолжила Шаина. – Она связала вас с Алатаром. И, когда пришло время, вас пробудили. Вы росли вместе и в положенный срок полюбили друг друга. Как и положено нареченным. Все получилось!

- Но настоящими нареченными были мы с Асатаром!

- Надо было разбить его яйцо! – лицо свекрови исказила ненависть. – Тогда такого не случилось бы! Я хотела, но… Валах не позволил!

- Асатар не виноват в том, что его отец, тот Владыка воды, вас изнасиловал!

- Алатара, пойми! – женщина взяла меня за руки. – Если твое яйцо от Асатара, пророчество сбудется! Ты помнишь его?

- Это сказки кахар, - пробормотала я, вырвав ладони из ее хватки и прикрыв живот.

- «Когда придет время, вода принесет последнее яйцо на сушу. Дитя, в котором смешается кровь всех народов, увидит свет. Мир сгинет. Отвергнутый отцом утопит нас всех в крови», - прошептала Шаина. – Неужели не понимаешь? Вода принесет последнее яйцо на сушу – это же означает, что драконица из Владык суши родит от Владыки воды, а Асатар как раз из династии воды!

- Наполовину, - уточнила я. – Он полукровка. И я в эту ерунду не верю!

- Ты погубишь всех нас! – потрясенно прошептала Шаина.

- Если потребуется! – прошипели мои губы. – Нужно будет защитить дитя и любимого, погублю!

- Но…

- Молчи! – увидев идущего к нам Валаха, я шагнула к свекрови. – Ты никому ничего не расскажешь – тогда твоя тайна останется тайной! Разберешься с девкой Алатара и уговоришь своего мужа вернуться туда, откуда вы заявились на наши головы! Поняла?

- Сделаю. – Едва слышно ответила она и сникла.

- Шаина! – проревел Валах, подойдя к нам и вглядевшись в небо. – Что происходит?!

- Мальчики забавляются. – Бесцветным тоном ответила Императрица.

- Это не забавы, ты ослепла, что ли, женщина?! – он напряженным взглядом проводил фигуры драконов в вышине, которые рвали друг друга зубами и когтями. – Сейчас научу уму-разуму обоих!

Не успела я и слова сказать, как Валах сбросил одежду и, приняв обличие силы, взмыл в небеса. Асатар и Алатар казались такими маленькими по сравнению с ним, таким огромным! Черный дракон вклинился между братьями, раскидав их в стороны, развернулся за мгновение и мощными ударами хвоста отшвырнул к земле сначала одного, потом другого. Принцы пытались затормозить, но все же врезались в газон и, пробороздив его, кувырками докатились до дворца.

Валах спустился следом и направился было к ним, но Шаина преградила ему дорогу и, после недолгих препирательств уговорив супруга не трогать братьев, увела его во дворец.

Я молча смотрела на голых, грязных и покрытых ранами драконов, что шли ко мне. Надо сделать выбор. Но как?!