Глава 10

— Поздравляю всех студентов, которые на данный момент выполнили первое и второе задания, — говорит профессор, сидя на столе. — И отдельное спасибо Орсену и принцессе Мелине. На данный момент выполнено восемь заданий.

Я смотрю на свою подругу.

— У тебя хватает наглости жаловаться, что я держу секреты.

Она пожимает плечами. — Мне стало скучно, а он был рядом.

— Нет. С каких это пор ты принцесса?

Она снова пожимает плечами, что-то строча на листе.

— Ты тоже принцесса? — спрашиваю я Поппи, которая кивает с улыбкой. Я пристально смотрю на своих так называемых друзей. — Значит, вы обе, по сути, королевской крови, а ты — я толкаю Мелину — спишь с Орсеном.

— Я с ним не сплю, — протягивает она.

— О, извини, наверное, я неверно поняла ту часть, где он спал в твоей постели почти две недели, — добавляет Поппи, наклонившись вперед на парте. — Он сделал себя невидимым, когда я зашла поговорить с ней о домашней работе. А что, если бы я пукнула? Типа, какого черта, сестренка?

Мел закатывает глаза. — Хватит пытаться говорить как человек.

— Тогда хватит красться как человек! Ты знаешь обо мне и моем партнере все.

Мел начинает записывать заметки с доски. — И это был ужасный опыт.

Я понятия не имею, как эти две могут быть сестрами. Одна — капризная и устрашающая, а другая выглядит так, будто она залезла бы на дерево, чтобы спасти котенка, а потом отдала все свои деньги бездомному. От нее просто веет добротой.

Напротив меня сидит Дейн, широко раздвинув ноги. Он вертит карандаш между пальцами. За шесть дней, прошедших с тех пор, как он вышел из моей комнаты, он ни разу не посмотрел на меня.

Мы мимоходом встречались в коридоре, и ни один из нас не обращал на другого внимания. Я чувствовала его присутствие за спиной, когда ждала обеда, и когда Валин отвел меня в сторону во время урока и извинился за его поведение, особенно когда он сказал мне, чтобы я была осторожнее с выбором друзей.

На уроках, где нам приходилось сидеть вместе, мы сосредоточивались исключительно на учебе. Если и произносились слова, то они были короткими и необходимыми. На уроках по изучению смертных ему нужно было показать, что он знает, как мне позвонить, так что в тот вечер он позвонил один раз и повесил трубку.

Общение между нами ограничено, и, честно говоря, это странно. Я привыкла к тому, что он обрушивает на меня грубость или подставляет меня, выбивает работу из рук или превращает мою еду в мертвых животных.

Похоже, это прекратилось, как и все остальное.

Как будто я теперь для него чужая.

Что вполне нормально. Я его тоже не выношу.

Похоже, его член, тершийся обо мне, остался в прошлом. Просто чтобы подразнить его и разозлить, а также посмотреть, пытается ли он заглянуть в мои мысли, я представляю, как мы с Валином тренируемся, а он приставляет меч к моему горлу. Он говорит мне, что Дейн не достаточно хорош, прежде чем прикоснуться губами к моим.

Плечи Дейна напрягаются, и я стараюсь не хихикнуть.

Шлюха.

Карандаш выпадает из моих пальцев, и я оглядываюсь на него. Он это сказал вслух? Никто даже глазом не моргнул в нашу сторону, а учитель все еще пишет на доске.

Ну, рисует несколько палочковых человечков в разных позах орального секса.

Дейн продолжает писать, а я злобно смотрю на его затылок.

Придурок.

Он останавливается и смотрит на меня через плечо. Мы оба хмуримся, и он медленно поворачивается лицом к доске.

Он… услышал меня? А я услышала его? Что это за странная колдовская хрень?

Потом я вспоминаю голос в моей голове, когда Валин был в моей комнате. Я невольно захотела Дейна, и отчетливый глубокий голос сказал: «Где ты, черт возьми?»

О боже. Это что, какая-то связь между парами? Могут ли Орсен и Мел разговаривать друг с другом?

Я собираюсь спросить об этом у своей подруги, но звук старинных часов останавливает меня.

Урок закончился, и я намереваюсь затащить его в пустую классную комнату своими несуществующими лианами и потребовать ответов. Но когда я выхожу в коридор, он и его компания уже исчезли.

Я иду в столовую вместе с близнецами, прижимая кожаную сумку к груди.

Ты меня слышишь?

Тишина.

Дейн?

Тишина.

Наверное, это к лучшему. Может, мне это показалось, я все это выдумала, или это просто совпадение, что он посмотрел на меня после того, как я прокляла его про себя.

Пообедав, я извиняюсь и направляюсь в туалет. Я замираю, когда Дейн поворачивает за угол и чуть не врезается в меня.

Наши взгляды встречаются, и я жду этого. Оскорблений. Издевательств, которым он подвергал меня с тех пор, как я сюда попала. Но никакие тени не вырываются, чтобы сдержать меня, и никакие черные массивы теней не пытаются поглотить меня в бездну.

У тебя дурацкая прическа.

Дейн облизывает губы и засунул руки в карманы. Ждет. Он ждет, пока я что-нибудь скажу.

Я хочу тебе врезать.

— Почему ты на меня уставилась, смертная?

Я скрещиваю руки, ведя себя так же равнодушно, как и он.

— Третье задание нужно сдать во вторник.

Его полузакрытые глаза на долю секунды опускаются на мою грудь, прежде чем отвернуться в сторону.

— Я знаю. Сегодня пятница.

— Я знаю.

Дейн резко переводит взгляд на меня.

— Ты всегда ведешь себя как ребенок?

— Знаешь, может, я старше тебя, а может, я просто девочка по сравнению с тобой. А вдруг тебе тысяча лет? Мне нравятся мужчины постарше, но не настолько старые. — Я пожимаю плечами. — Если только ты не Валин.

— Тот монстр, который пытался тебя трахнуть. Конечно, с ним у тебя все в порядке. Пара извинений — и ты забыла, как он к тебе приставал?

Я улыбаюсь. — Похоже, да. — Ложь. Валин вызывает у меня дрожь, но мне нравится дразнить Дейна. Похоже, он не слишком любит профессора Мэллори. — Это ты со мной разговаривал, прежде чем ворвался в мою комнату и все разгромил?

— Что бы твой парень подумал, если бы узнал, что ты так открыто говоришь о том, что трахаешься с кем-то другим?

Я хмурю брови, и меня охватывает замешательство, но потом я вспоминаю, что солгала, сказав, что у меня есть парень, поэтому поднимаю подбородок и молчу.

Дейн долго смотрит на меня, а потом презрительно фыркает.

— Меня ждут в другом месте. Уходи, человек. Мне не нужно, чтобы люди видели, как я разговариваю с тобой.

Я поднимаю бровь. — Потому что ты — принц теней, а я — просто смертная?

— Нет. Потому что я наследник целого королевства, а ты — ничто.

Я ухмыляюсь, разворачиваюсь на каблуках и ухожу от него. — Однажды ты поймешь, что повторение одного и того же ни к чему не приводит.

Я ухожу от него, как только поворачиваю за угол, и прижимаюсь спиной к кирпичной стене, чтобы перевести дух. Когда я стояла перед ним, меня что-то тянуло к Дейну, как будто мне нужно было прикоснуться к нему, провести пальцами по его волосам и снова почувствовать рядом с собой.

Это желание подойти к нему было похоже на прилив адреналина.

Это ново.

Может быть, по мере выполнения заданий магия, наложенная на нашу пару, становится сильнее? Если так, то я не знаю, как все будет через несколько заданий. Это объяснило бы, почему Орсен и Мел перешли от ненависти к тому, что едва могут оторвать взгляд друг от друга.

Направляясь в общежитие, я останавливаюсь возле библиотеки. Было бы неплохо узнать больше о Дейне. О его силах, истории и о том, что привело к гибели его мира.

У каждого царства своя история, но все они связаны с одним источником силы. Поппи однажды объяснила мне, что это как недостающий кусочек пазла. Один сломанный элемент — и миры постепенно рушатся.

Я мчусь в библиотеку и ищу книгу о Царстве Теней. Он сказал, что является наследником, так что, наверняка, там будет информация о нем? О его семье?

На это у меня уходит почти три часа, но в конце концов я нахожу одну. Она лежит на самой верхней полке, поэтому я беру лестницу, подставляю ее и кладу сумку у ее основания.

Книга тяжелая и покрыта пылью, но мне удается спустить ее вниз. Я опускаюсь на пол, скрещиваю ноги и прислоняюсь спиной к книжной полке.

Твердый переплет скрипит, когда я открываю первую страницу. Я кашляю в рукав и щурюсь от пыли. Запах прогорклый, словно книга прошла через войны, сточные канавы и смерть. Текст написан на совершенно другом языке, но есть несколько иллюстраций. Я пролистываю страницы, пока не дохожу до одной, которая выглядит знакомо. Символ, похожий на инь и ян, но искаженный. Линии фигуры — это написанные слова. От руки. Эти символы нарисованы в книге, а не являются частью издания.

У Дейна такой же на запястье. Точно такой же. Я пытаюсь прочитать, что написано под ним, но это язык, с которым я никогда не сталкивалась в моем мире.

Я перелистываю страницы, пока не вижу другой символ, который у Дейна на коже. Под ним есть крошечная строчка слов.

Божественная тьма не существует без нее.

Это написано от руки на английском. Язык, который некоторые существа здесь все еще изучают. Я хмурюсь, глядя на это, прежде чем перевернуть страницу на изображение животного, похожего на быка. Змея обвивается вокруг него, а между его рогами зажаты два разбитых сердца.

И снова написано от руки: «Наследник всех царств будет владеть силой тьмы, пока не вернется его любовь. Смерть ей, смерть всем».