Впечатление разговор с Михаилом оставил гнетущее. И откуда только им всем в голову лезут такие идеи?

Мелькнула мысль о том, что у Луричевой возможно действительно были причины пытаться похитить Красноглазку. Возможно, за этим тогда стояло нечто большее, чем просто алчность к крутым характеристикам.

— Ну что, все всё слышали, — жизнерадостно сказал я девушкам, когда мы остались одни. — Теперь можем расходиться по домам, а завтра, наверное, соберёмся и начнём поиски.

— Опять запрягают в законный отпуск, — тяжело вздохнула Марта. — Жизнь боль…

— Просто прошвырнись по интернетам… или этому их эфиру. Технически, мы действительно пока работать не обязаны. У нас контракт на год, а не два.

Рита одобрительно закивала:

— Правильно! Так будет справедливо!

— А тебе как раз грозит полевая работа, — сказал я. — Но пока да, отдыхай.

Отойдя от примечательного места, мы вызвали транспорт и отправились по домам. Верней, девушки по домам, а я — на транспортную станцию за новым байком. Но приехать туда в одиночестве мне всё же не удалось.

Марта решительно шагнула из транспорта следом за мной, хотя заказывала путь к указанной ею точке в районе дома.

— Ты чего? — удивился я, глдядя, как она выходит из доставившей нас летучей капсулы.

— Полярис… — со вздохом сказала она назидательно. — Не против, если я полетаю немного с тобой?

— Зачем?

— Ты ведь хочешь пролететь по окраине и поискать входы? Тебя, я смотрю, эта тема заинтересовала.

— Допустим.

— Хочешь спрятать там Красноглазку?

Я вздрогнул.

Хотя, действительно. Она должна знать этот мой секрет из-за изменившейся предыстории.

— Не смотри так. Я умею сопоставлять два и два. Я много думала о том, как так вышло, что я стала частью твоей истории, и выписывала все свои воспоминания. Я не должна была знать о ней, потому как даже акцессии не имею. Если бы мы действительно встречались, и я пережила все те события, о которых помню, то ты бы поделился характеристикой. Скорее всего той, кто была вместо меня, ты её поднимал. Я достаточно успела тебя изучить, — произнесла она и отвернулась, едва заметно покрывшись румянцем. — Хоть всё это было и не на самом деле.

— Я-то могу с тобой проехаться, но зачем это тебе? Если ты не сдала меня сразу Михаилу, то хочешь что-то от меня, так?

— Акцессию. Я знаю достаточно, против Города ты действительно ничего не затеваешь. Хотя я бы рекомендовала тебе всё же самому рассказать всё Мише.

— Правила для всех одни, Марта. Я не хочу, чтобы Красноглазка давала кому-то клятвы, или чтоб мы мы стали привязанными псами на цепи.

— Служба Городу — это цепь?

— Не Городу. Сходке. Вечным. Понимаешь разницу?

— Я так и подумала. У тебя всегда было болезненное чувство свободолюбия. Сама мысль о подчинении кому-то тебе претит.

— Правда?

— Ты говорил, что пошёл к Мише только потому, что он тебе приятен и ты сам выбрал эту группу. А если тебя попытаются прогнуть — уйдёшь.

— Знаешь, нам ведь с тобой гораздо больше лет, чем здесь. И я много думал о своей жизни в нулевом мире. Больше всего я сожалею о тех моментах, когда сделал не то, что хотел сам, оглядываясь на кого-то.

— Я понимаю о чём ты. Наверное, у меня просто недостаточно веры в себя, чтобы говорить так же. Так что скажешь?

— Я бы и так тебе дал акцессию, Марта. Как минимум, я считаю тебя своим другом. Но раз ты настаиваешь на сделке, то за это ты расскажешь во всех подробностях, как и где мы познакомились и чем занимались. Ничего не скрывая и без лжи. Я думаю, это хорошая сделка.

— Хочешь, я расскажу тебе всё под детектором лжи? Здесь есть такие приборы в общем доступе.

— Ладно, можешь начинать, — махнул я рукой.

Весь транспорт был общим. Так что конкретно тот, который ни разу не «мой» сейчас был где-то отремонтирован и поставлен в транспортном центре. И мне совершенно ничего не нужно делать по этому поводу.

Нет, всё-таки это классный мир.

Отсюда на двойном аэробайке, на этот раз тёмно-красном, я отправился к туману. Некоторое время летел у самого края Города. Посматривал по сторонам в поисках подозрительных мест.

Марта начала свой рассказ, в двух словах пересказав наше знакомство, и затем я её остановил, когда услышал расхождения в наших версиях реальности. Тот круг, где Таня пришла ко мне на четыре года назад, она отправилась сама. Важный момент — это был договор с Луричевой, детали которого меня якобы не касались.

Марта продала ей нечто и на полученные ресурсы решила отправиться пораньше и отдохнуть. Затем случайно пересеклась со мной рядом с моим универом. Познакомилась с Полоскуном, а позже и с Красноглазкой.

Дальше история шла схожим с реальностью образом. Много романтики, общие песни, совместное участие в анимешных фестивалях, просмотр анимации долгими ночами, знакомство с братом и сестрой, которых я, естественно, в реальности не помнил.

Затем мы съехались на общей жилплощади. Сняли квартиру в красивом старинном доме, как раз в том же месте, где мы стартовали на этом круге, только вместо хай-тек постройки там было очень древнее, чудом сохранившееся здание.

В путешествия на Несбывшуюся я её не брал. Город не менял характеристики, и в целом старался максимально упростить изменения в предыстории. Большинство событий были эхом нашей жизни с Таней, но с поправкой на характер Марты, чтобы она сама не догадалась о том, что воспоминания подложные.

Путешествия в Астрале тоже были очень ограниченными. Мы несколько раз охотились, она пробовала на себе акцессию, запомнила основные моменты, о которых мы потом говорили с Таней, чтобы она могла поддержать диалог.

Самым примечательным было полное отсутствие Марты в моментах обучения у Маруславы. Ведьма бы не стала брать уроки у незнакомой конкурентки, и нужно было бы сильно менять память самой Маруславы. Наверное поэтому эта часть истории была полностью удалена.

Да и в целом, история была менее насыщена событиями. Никаких походов в клубы на совместные игры. Марта всегда предпочитала отдыхать дома. Зато редко пропускала массовые мероприятия вроде фестивалей. Так что такие моменты были вписаны в её предысторию и проходили так, как она себе представляла.

Это же было и причиной, по которой Марта в этом мире действительно была в меня влюблена. Целый ряд событий, которые не совпадали с моей памятью, — все они проходили максимально романтично с точки зрения ведьмы.

— … в тот день мы не смогли устоять и продолжили там же, в душе. Это тоже хочешь услышать? — спросила Марта с ровным и холодным выражением лица, но её выдавали едва заметные ямочки в уголках губ. — Мне продолжать?

Я усмехнулся.

Мы подлетали к повороту в сторону дачного кооператива. Здесь шла одна из дорог к нему. Я замедлился и принялся более детально осматривать окрестности.

Может, Миша и видит такие вещи сразу своим намётанным глазом, но я так и не заметил ни одного знака о том, что где-то есть вход. Всю дорогу, пока слушал о себе глазами Марты, не забывал смотреть по сторонам, но больше ни одной урны или чего-то неподходящего к этому эхо так и не повстречал.

Здесь, на повороте я тоже ничего не видел.

— Что-нибудь видишь? — спросил я у неё.

— Вход здесь?

— Как насчёт повязки на глаза?

— Такие игры мы тоже как-то пробовали…

— Буду считать это согласием, — сказал я и протянул короткий шарф.

— Столб у дороги, — сказала она и принялась завязывать шерстяную повязку на глазах. Что-то мне подсказывало, она всё равно будет пытаться подсматривать.

Я посмотрел на указанное место. Обычный бетонный столбец, сильно поеденный временем. Когда-то на нём был знак, но теперь он ржавым металлоломом лежал рядом, надписью в землю. Да и сам столбец накренился.

Спустился пониже, приземлился, не поленился концом Герания перевернуть знак, увидев человечка с лопатой и надпись «Идут ремонтные работы».

И что они здесь ремонтируют посреди дороги?

Да, теперь понимаю, что это действительно знак. Но до этого сколько летал и ездил мимо ещё на других кругах, внимания не обращал.

— Это побочный эффект эхо Города, — пояснила она.

— Ты знала о нём?

— Да. Не конкретно о входах, это для меня новое. Но сам принцип мне хорошо знаком. Там, где есть люди, есть их мысли, Город их ловит и пытается приукрасить место, чтобы тебе было приятней смотреть на окрестности. Потому место, где бывают люди всегда детализированнее, чем пустырь, где их нет. В нашем случае здесь путешествует не так много людей. Ты, кто-то из тех, кому ты доверяешь больше, чем мне. Город старается сделать для них вид получше.

— Понятно, — кивнул я. — Спасибо.

Теперь действительно становилось ясней, как искать такие места. Фактически, любой нестандартный объект или даже любое отличие от пустырей рядом может быть намёком.

Не сильно надеясь, что это поможет, я спустился, попробовал надрезать Геранием бетон, понял, что он его, конечно, срубит, но это всё равно ненужное варварство, ведь у меня в ящике лазерный резак, который я взял вместе с остальными местными инструментами в распределительном центре.

Срезал столб, чтобы тот повалился в светящуюся солому и не выглядывал издали, привлекая к себе внимание.

— Появятся новые, — по звуку поняла мои действия Марта.

— Посмотрим, вдруг хоть на какое-то время поможет. Это же не грибы всё-таки.

Готесса усмехнулась. А я сел на летучего коня обратно и направился в сторону дачи.

На трансляции с камер Красноглазка уже не спала. Но ватманы были натянуты, и рисовала она там, где положено. Это сильно меня успокоило, но поторопиться уже стоит.

Маруслава и Полоскун уже были тут. Они внимательно изучали новый шедевр, как и сидящий чуть поодаль Церхес. А пока он увлечён творчеством Красноглазки, он не думает о тысячах угроз вокруг и прочем мрачняке, превращавшим мир рядом с ним в зону испытаний смертельными ловушками.

Вскоре мы зависли над дачным кооперативом, и я полетел к домику, выбранному для жилья Красноглазки.

Уже сверху было видно, что картины распространялись всё дальше и дальше, несмотря на то, что сама Красноглазка продолжала рисовать на бумаге, а не стенах. Кто знает, может, она занимается этим даже во сне?..

— Можешь снимать, — сказал я и спрыгнул с аэробайка.

Подумал, насколько стоило ей закрывать глаза и во что выльется сегодняшний поход с точки зрения её предыстории. Какие воспоминания Город ей сохранит, а какие нет?

Маруслава первой нас заметила и отсалютовала.

— Это жесть, братан! — приветствовал меня Полоскун. — Спасибо, что позвал меня сюда! Здесь тупо всё невероятно! Привет, Марта.

— Привет-привет, — мрачно сказала готесса, изучая обстановку.

Мы направились к картине, которую рисовала сейчас Красноглазка.

На ней была изображена Марта с развевающимися на ветру волосами, летящая на аэробайке со мной над дачным кооперативом. То есть то, что произошло пару минут назад.

— Вот ты и тут, — сказал я. — Сколько акцессии ты хочешь?

— Десять, как у тебя.

— У-у, десять много, — не знаю откуда во мне вдруг проснулась жадность.

— А сколько? — спросила она.

— Десять за гарантии, что ты будешь на моей стороне, в том числе и в другом круге.

— По идее, всё, что не окрашено романтикой и эмоциями должно перейти без изменений, — ответила Марта. — Так что помнить я это буду.

— Давай начнём пока что с пяти.

— Хорошо. А что может твой второй сероволосый гость? — она посмотрела на Церхеса.

— Зришь в корень, — со вздохом признал я. — Но поверь, тебе его навык не нужен.

— Я бы ознакомилась.

— Он воплощает в реальность случайные твои мысли, в основном страхи, судя по нашему опыту. Ты просто не сможешь жить рядом с близкими.

— А почему вас это не трогает?

— Пока он смотрит, как Красноглазка рисует, он думает только о картинах.

— Значит, он часть механизма. Любопытно, — ведьма смотрела с большим воодушевлением на всё происходящее.

Я сперва не понял, о чём она и долго, непозволительно долго тупил.

— Я в восторге от идеи совместить их навыки, — произнесла Марта. — Ты гений, Полярис! И что, вы уже ходили внутрь картин?

Я криво улыбнулся. Вообще-то мне даже в голову не пришло, что это так работает. Но теперь всё становилось на свои места. Красноглазка рисует, Церхес как-то оживляет. Это ведь его характеристика. Нигде ведь не сказано, что он призывает только ловушки.

По этой причине в холсты-предсказания входить было нельзя. Церхес с самого начала знал, что это предсказание.

— Не надоело предсказывать будущее? — спросил я.

— Полярис! Я буду рада рисовать ещё, если тебе хочется, — отозвалась Красноглазка.

— Мне хочется, чтобы ты рисовала то, что тебе нравится. Но если хочешь, можешь помочь нам ещё с экспериментами.

— Нужно рисовать?

— Да, нужно очень много рисовать.

— Я согласна! — с радостью воскликнула Красноглазка.

— Только сначала может перекусишь? Я взял твои любимые йогурты и сырки. А мы пройдёмся к твоему зеркалу.

Она довольно кивнула, радуясь угощению.

— Что ты задумал? — с интересом спросил Полоскун.

— Да ничего особенного. Хочу попробовать создать слуг с помощью картин…

Спустя пол часа все Красноглазки были накормлены, а Марта получила свой навык и с довольной улыбкой, крайне редкой на лице готессы, пялилась куда-то вверх над головой.

— Итак, эксперимент в том, чтобы ты нарисовала мир с послушными разумными гуманоидами. Не опасными и дружелюбными. Готовыми нам содействовать в случае чего.

Церхес пристально следил за каждым действием Красноглазки, впадая в медитативное состояние и переносясь в картину. С предсказаниями это не срабатывало, но с вольным творчеством — вполне. Поэтому я не ограничивал фантазию художницы. Но по тому, оживут ли разумные существа, будет понятно, можем ли мы с помощью Красноглазки создать себе личную армию.

Пока работа над рисунком шла, я обдумывал обратную сторону произошедшего. Выходит, взяв его к себе, я тем самым усугубил проблему с Красноглазкой. Скорее всего, он тоже, можно сказать, плетёт дом. Только использует вместо страха картины.

На новой работе гения красовался скалистый утёс перед волнующимся морем. В небе слышались крики оживающих чаек, стоило только посмотреть на картину. Шум волн, разбивающихся о камни. И фигуры четырёх крупных мускулистых, но стройных женщин с примечательной особенностью лица — все они были циклопами. Ну, и ростом были где-то два с половиной метра, может чуть больше.

Одеты циклопы были в набедренные повязки и кожаные полосы из шкур диких животных.

— Интересные у тебя здесь развлечения, — заметила Марта.

— Все вопросы к Красноглазке. Ты слышала, какой запрос я ставил. Любая разумная живность, готовая нам подчиняться. В общем, готовимся к экспедиции.

Вечер подходил к концу, а утром мне нужно вводить в курс дела всех, кто решил подработать сверхурочно. Не стоит сегодня сильно задерживаться со сном.

— Ну что, ты с нами или тут посторожишь? — спросил я у Марты, и та поспешила заверить:

— Конечно я с вами!

Экспедиция в гости к ним дала понять, что ответ на мой вопрос насчёт создания личной армии — и да, и нет.

Мы вышли из картины на морской берег, ощутили тёплый солёный ветер… на несколько долгих мгновений я погрузился в ощущения своего тела. А затем глянул на четвёрку циклопов, которые стояли перед нами на коленях и протягивали в нашу сторону своё примитивное оружие, видимо, в знак покорности.

На той стороне нас ждали четыре амазонки, которые при нашем появлении принялись молиться.

— Сработало, — с удивлением резюмировал я.

— И что нам с ними делать? — спросила Маруслава.

— Да ничего, пусть живут себе дальше, как жили.

— Мы хотим служить, двуглазые ведьманы с картины в камне, — сипло произнесла главная амазонка.

— Бойся своих желаний, — глубокомысленно покивала Марта.

— А мне всё нравится, — довольно пялился на формы циклопок Полоскун.

— Предлагаю оставить их в покое и пойти домой, — сказал я. — Подумаем, что нам действительно нужно нарисовать. Перспективы открываются огромные. Но нам в первую очередь нужно как-то скрыться от всех в более надёжном месте.

Набрать тысячу лет можно только напрямую обратившись к сходкам в обмен на клятву. А это сразу сделает нас их вассалами. Пойдём от противного — все вопросы к нам потому, что мы на территории Города. Даже сейчас.

Но у нас есть Несбывшаяся, которая вроде как тоже часть Города, и там никому выбросы не мешают. Или там их и не бывает по какой-то причине.

Куда вели меня эти мысли, мне не нравилось. Потому что они толкали меня на разговор с тем, с кем я предпочёл бы не общаться вовсе. С Луричевой. Она как минимум знает причину, по которой бывшие стиратели замирают на стадии сформированного дома.

Она, кстати, действовала полностью по негласным правилам при встрече с незарегистрированным стирателем. Или смерть, или вступление в третью силу. Миша давал ровно такой же выбор, плюс третий вариант — присягнуть сходкам.

Итого получается, или нужно решить проблему выброса поднятием времени, которого у меня нет, а так много я быстро не заработаю. Или найти место, где выброс не коснётся Города, а значит и претензий к нам никаких. Полагаю, в таком месте и найти нас будет непросто.

Второй план мне казался реалистичней, хотя и первый не стоит сбрасывать со счетов.

Интересно на всём этом фоне теперь выглядит поступок Лоралин. Сейчас она живёт где-то в Городе жизнью обычного человека, ходит в школу, универ, на работу, живёт обычную жизнь, даже не подозревая, что она на самом деле принцесса какого-то дома тари на другой планете.

С другой стороны, она обрела свободу, не давая никому никаких клятв.