Андрей Пономарёв сидел в своём кабинете на верхнем этаже высотки в центре Ростова. Костлявыми пальцами он нервно щёлкал мышкой и смотрел в монитор компьютера на фото успешного Григоряна. – Два месяца уже прошло с того момента, как я ударил по тебе, армянская морда! А тебе хоть бы что! Всё складывалось удачно: фальшивые отчёты, мошенничество в логистике, замороженные счета. А тебе хоть бы что… Кто ж тебя так крышует? – Пономарёв говорил сам с собой, но хитрые глаза были обращены в монитор, к фотографии Тиграна. Дверь кабинета резко распахнулась, и Виктор – его менеджер по тендерам, мужчина лет тридцати пяти – ворвался в кабинет Пономарёва и вывел того из раздумий. Весь в поту, лицо красное, как у рака. Тяжело дыша и не говоря ни слова, он подлетел к столу, схватил графин с водой, налил полный стакан и дрожащей рукой опрокинул в себя одним глотком. Капли воды капнули на полированный стол, но глаза Андрея были прикованы к Виктору – он надеялся услышать, что вызвало такую бесцеремонность сотрудника. Менеджер плюхнулся в кресло напротив, вытер рот тыльной стороной ладони и швырнул папку на стол. Пономарёв вскинул брови, его тощее лицо вытянулось в удивлении, глаза вспыхнули раздражением. Он наклонился вперёд, сцепив пальцы в замок, и холодным тоном спросил: – Ты что себе позволяешь? Это что ещё за представление? Или забыл, на кого работаешь? Говори, что тебя заставило рамсы попутать, или я тебя уволю. Виктор промокнул пот со лба платком, его глаза были дикими, как у загнанного зверя, и он сорвался на крик: – Всё, Андрей Андреевич! Всё пропало! Все три тендера наши! Понимаете? Мы влипли по самое не балуй! Ваши… Ваши деньги, связи задействовали, чиновников подмазали – и это всё пошло прахом. – То есть как? – сердце Кащея пропустило тяжёлый удар. – А вот так! Их увели! Григорян! Этот чёртов армянин забрал всё! Пономарёв замер, его лицо побелело, глаза расширились, а потом он рванул вперёд, вцепившись костлявыми словно смерть руками в галстук менеджера. Кащей зарычал, лицо исказилось в злобной гримасе: – Как увели? Как?! Мы же всё просчитали! У меня связи в комиссии, у меня юристы, у меня… – он оттолкнул задыхающегося Виктора. Вскочил, и его кресло с грохотом отлетело назад. Пономарёв начал ходить по кабинету, его руки взметнулись в отчаянии. – Я влил столько… А он… он просто взял и забрал? Как? Кто слил?! – резко повернулся к Виктору с перекошенным лицом. Виктор, всё ещё тяжело дыша, хватался за горло. – Не знаю, Андрей Андреевич! Знаю только то, что он выиграл с разгромом. Такое чувство, что наше предложение даже не рассматривали. Это первый тендер, и второй то же самое – его юристы разнесли наших в пух и прах. А третий… третий – международные перевозки – самый лакомый и главный куш! А он… он подал документы идеальные, с опровержениями, аудиторами… Всё чисто как слеза! И откуда только он вылез? Мы… наша команда месяцами работала над этими тендерами. Пономарёв остановился, его дыхание стало свистящим, он схватился за голову, пальцами впиваясь в волосы, лицо покраснело от ярости. – Миллиарды! – заорал Пономарёв, его голос сорвался на визг, он пнул стул, и тот отлетел к стене с грохотом. – Этот Григорян… он меня обошёл! Опять! Я думал, после того удара по его бухгалтерии, после заморозки счетов – он сломается! А он… он взял и забрал мои тендеры! Как? Объясни мне! Он кто – дьявол? Виктор сжался в кресле, его глаза метались, он поднял руки, как будто защищаясь. – Андрей Андреевич, да кто ж знает-то. Пономарёв замер, его глаза – хитрые и злые – сузились, а губы изогнулись в злобной усмешке. Он медленно поднял кресло, так же медленно опустился в него, его дыхание выровнялось, но внутри кипела ярость – холодная, расчётливая. «Я попал по-крупному, меня точно не оставят в живых. Я в одной упряжке с такими людьми, что… они не станут церемониться, посадят на пику – и делу конец… Им проще избавиться от меня», – думал он мысленно. Какое-то время назад корабль под названием «Компания Пономарёва» накренился и тихо, но стремительно шёл ко дну. И он обратился к «браткам», что было глупо… – Проиграли? – прошептал он, его голос стал тихим, опасным. – Нет, Виктор. Это не конец. Он думает, что выиграл? А я покажу ему… – Пономарёв взял со стола телефон и быстро набрал Олегу. – Приступай к отложенному плану «Б», – Кащей говорил медленно, устрашающе действуя на рядом сидящего Виктора. – Самое время, Олег. Виктор сидел бледный, он слышал, как шеф отдавал приказ своему помощнику, и боялся за себя, как бы тот окончательно его не придушил. После того как Пономарёв услышал от Олега: «Будет исполнено, шеф», то завершил разговор, кинув на стол телефон и откинулся в кресле. Его глаза горели местью, кулаки сжались. «Григорян, ты кость в моём горле… ты забирал каждый мой тендер… каждый! Как же я тебя ненавижу, морда ты армянская!» – Он вдруг засмеялся своим мыслям, тихо… безумно. – «Что ж, я заберу твою счастливую жизнь». Прошла неделя, и Пономарёв не мог усидеть на месте. Он звонил Тиграну – раз, два, три – но трубку брала секретарь и холодным голосом отвечала дежурными фразами: – Господин Григорян занят. Вы можете оставить ему сообщение. – Передай, что Пономарёв хочет поговорить! – рычал он в трубку, каждый раз краснея от злости. Как и в прошлые разы, трубку вновь взяла секретарь. – Господин Григорян в курсе, я передавала ваши просьбы. Господин Григорян, как и прежде, велел передать: сожалеет, что не может уделить вам время, так как занят тендерами, и просил более не беспокоить. Всего доброго, – сухо произнесла секретарь Тиграна и завершила вызов. Пономарёв швырнул телефон о стену в надежде разбить, но тот лишь отпружинил. – Ублюдок! – заорал он, его голос сорвался на визг. Кащей ходил по кабинету, как загнанный зверь в клетке, и вёл диалог с собой. – Игнорирует меня! Да кто ты такой! Я тебе крылья отрежу, чтобы не летал слишком высоко! Он метался, кулаки били по воздуху. Пономарёв со стороны выглядел сумасшедшим. – Олег! – заорал он в телефон, его голос был полон ярости. – Что с его шлюхой? Почему я до сих пор не вижу результатов? – Шеф, я как раз собирался вам звонить. После того как Григорян добрался до Ники, узнав, что девчонка работает на нас, её уволили. Я пытался завербовать новую девку в суде… но она наотрез отказалась. Пономарёв замер, его глаза расширились, а лицо побелело. – Отказалась? Как отказалась? Удвой сумму – и согласится как миленькая! – Она… с характером, шеф. Сказала: «Только попробуй меня запугивать – у меня папа в ФСБ работает. Хочешь проблем? Я тебе их обеспечу». Пришлось отпустить, не стал давить – рискованно это, шеф, нам проблем ещё с ФСБ не хватает. Пономарёв рухнул в кресло, глаза вспыхнули безумием. – Шеф, какие будут указания? Что делать? – спросил Олег. Кащей усмехнулся и, сузив глаза, холодно произнёс: – Привези мне её сегодня же! – Не понял приказа, шеф? – настороженно переспросил Олег. – Чего ты не понял?! – заорал в трубку Кащей. – Укради его сучку и доставь мне! – Слушаюсь, шеф…