Они пытались по очереди хоть немного задремать, но сон не шёл ни к Бёмеру, ни к Максу.

К четырём утра они уже вполголоса обсуждали, не ошиблись ли всё-таки с объявлением. К половине шестого стало ясно: этой ночью ничего не произойдёт.

И всё же они оставались на местах до шести, и лишь после этого Бёмер объявил операцию завершённой и распорядился отходить незаметно.

После короткого совещания в оперативной комнате следственной группы и Бёмер, и Макс около восьми утра разъехались по домам, чтобы урвать хотя бы несколько часов сна перед следующей ночью, которую им предстояло снова провести в доме Крюттена в ожидании преступника.

Прежде чем ехать домой, Макс решил заехать к Кирстен. Он не был до конца уверен, но, кажется, помнил, что на этой неделе она в отпуске. Кирстен говорила ему, что оформила его ещё до того, как узнала о визите Петры Швиринг, и с досадой добавляла, что в последний момент уже ничего нельзя было изменить.

И всё же он позвонил, чтобы убедиться, что она действительно дома. Так и оказалось. Более того, сестра обрадовалась возможности выпить с братом по чашке кофе.

— Ну, рассказывай, как ты? — спросил Макс, когда они сидели друг напротив друга на кухне. — Тот тип больше не объявлялся?

— Нет. И от Йенса я тоже больше ничего не слышала. Не знаю, что именно ты ему сказал, но, похоже, это подействовало.

— Да ничего особенного. Просто немного поговорили — вот и всё. Может, он решил, что не слишком мне симпатичен. Кто его знает.

По лицу Кирстен скользнула улыбка.

— Да, кто его знает.

— А насчёт второго… возможно, помогло то, что мы подали заявление. Если он понял, что ребята взялись за дело и уже задают вопросы по всем возможным форумам, то, может быть, просто испугался.

— Надеюсь. И, честно говоря, сейчас мне уже спокойнее. — Она положила руку поверх его ладони. — Спасибо, что нашёл для меня время, несмотря на всё это ужасное дело.

— Эй… — Макс отнял руку, а затем сам накрыл ею её пальцы. — Ты моя сестра. Что может быть важнее?

Допив кофе, Макс почувствовал, что веки у него буквально слипаются. Он попрощался с сестрой, взял с неё обещание и дальше быть осторожной и вышел из квартиры.

Вернувшись домой, он с трудом удержался от того, чтобы не встать под душ: боялся, что после этого окончательно взбодрится. Ему необходимо было поспать, чтобы к следующей ночи остаться в форме.

Поэтому он разделся, лёг в постель и стал ждать сна.

Но мысли, теснившиеся в голове, не давали ему покоя. С одной стороны, после прошедшей ночи он уже не был уверен, что они верно определили Крюттена как следующую жертву.

С другой — нельзя было сбрасывать со счетов и то, что Фиссман вновь затеял с ними свою грязную игру, пытаясь усилить давление и всё-таки добиться освобождения шантажом.

Но было и ещё кое-что. Другое чувство — более тягостное и в то же время более сильное.

Он не сомневался: этой ночью убийца придёт.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 36

К трем часам дня Макс вернулся в бюро. Бёмер появился на сорок пять минут позже.

Почти весь день коллеги из следственной группы заново, строчка за строчкой, просматривали три ежедневные газеты, которые получал и Фиссман. Нужно было убедиться, что они ничего не упустили и что не существует еще одного объявления, где упоминались бы старые книги или яйца.

Бёмер долго говорил по телефону с Крюттеном. Ему пришлось убеждать его, что сыну ничто не угрожает: преступник выбирал жертв не по их личностям, а по объявлениям, которые те подавали, и, кроме того, действовал исключительно в районе Дюссельдорфа.

Жене Крюттен ничего не рассказал. Поэтому особенно настойчиво просил Бёмера ни в коем случае не брать трубку.

Около семи вечера они решили еще раз зайти в греческий ресторан за углом. Час спустя забрали бойцов спецназа, сели в машину и вернулись к дому семьи Крюттен, где после контрольного обхода устроились на ночь.

— Что будем делать, если он и сегодня не появится? — спросил Макс, когда около десяти вечера они сидели друг напротив друга в гостиной.

— Приедем завтра.

— Если к тому времени в этом еще будет смысл.

— О чем ты?

— Пытаюсь понять, что творится у этого психа в голове. Хотя это почти невозможно. До сих пор он всякий раз убивал в течение двух дней после выхода объявления.

— Кроме случая с «козлиным человеком». То объявление было недельной давности.

— Да. Но там был особый случай: одновременно объявление подал и фотограф-любитель. Ему пришлось идти по очереди. Нет, если мы правильно вычислили объявление, этой ночью он придет сюда.

Макс оказался прав.

В два часа двадцать три минуты двое сотрудников спецназа, наблюдавших за садом, сообщили, что к дому приближается какая-то фигура. Через несколько секунд последовало новое сообщение:

— Это он. Я видел в лунном свете мушиную голову.

Макс почувствовал, как по телу хлынул адреналин. Сонливость исчезла в одно мгновение, уступив место предельной собранности.

Как и Бёмер, он бесшумно соскользнул с кровати и выхватил оружие. Оба заняли позиции так, чтобы распахивающаяся дверь могла послужить им укрытием.

— Он возится с дверью на террасу, — прошептал голос у Макса в правом ухе.

Почти в ту же секунду снизу донесся звук, которого он не узнал.

— Стеклорез. Вырезает круглое отверстие рядом с ручкой. Можем брать его прямо сейчас.

— Нет, — так же тихо ответил Бёмер. — Ждем, пока войдет в дом.

Снизу послышался сухой щелчок.

— Он открыл дверь. Внимание, идет к вам.

Максу было трудно разбирать тихий голос: в ушах тяжело стучал пульс.

Потянулись секунды, в течение которых ничего не происходило. Максу они показались вечностью. Он невольно затаил дыхание.

Где этот тип? Что делает сотрудник спецназа, который сидит внизу, в кладовке? Он ведь должен был слышать все сообщения.

Нервы Макса натянулись до предела. Казалось, все тело пронизано током.

И вдруг снизу донесся грохот. За ним — странный хриплый звук и чей-то крик, слов которого Макс не разобрал.

— Пошли, — бросил Бёмер и рванул вперед с такой скоростью, какой трудно было ожидать от человека его плотного сложения.

У лестницы он на миг замер, властным движением руки велел Максу молчать и прислушался.

— Лежать. Не двигаться, — донеслись снизу отрывистые команды.

Потом:

— Все в порядке. Обезврежен. Держу его под прицелом.

— Спускаемся, — крикнул Бёмер и кивнул Максу.

Внизу у лестницы был выключатель. Бёмер щелкнул им.

Макс на миг зажмурился, но вскоре глаза привыкли к свету. Сцена, открывшаяся перед ним, словно была вырвана из кошмара.

На полу, скорчившись, лежала фигура в белом комбинезоне и с головой мухи. Маска выглядела до ужаса правдоподобно, и Макс теперь мог хотя бы приблизительно представить, что чувствовали жертвы, когда внезапно сталкивались с этим чудовищным образом.

Особенно Неле…

От увиденного его затопила ярость — глухая, неописуемая.

Перед фигурой стоял сотрудник спецназа в полном снаряжении, с оружием на изготовку. Прибор ночного видения придавал и ему самому облик какого-то инопланетного существа.

— Хорошая работа, — сказал Бёмер, подходя к лежащему с пистолетом в руке.

— Только попробуйте пошевелить хоть пальцем, — процедил он.

Макс сделал шаг в сторону: Бёмер заслонял ему обзор.

Он навел ствол пистолета на уродливую мушиную голову и шагнул ближе. Когда Бёмер подошел к лежащей фигуре вплотную, Макс сместился вбок, чтобы в случае необходимости иметь свободный сектор для выстрела.

И вдруг картина перед его глазами поплыла, словно взгляд заволокло пеленой. На первый план вышла другая сцена: подвал, обнаженная женщина с раздвинутыми ногами, покрытая страшными ранами.

Дженни…

Кровь. Повсюду кровь.

Макс тряхнул головой, отгоняя наваждение, и заставил себя сосредоточиться на происходящем.

Какая-то темная часть его существа жаждала, чтобы этот ублюдок оказал сопротивление. Нет, это было не просто желание — мучительная, жгучая потребность.

Макс почувствовал, как палец на спусковом крючке дрогнул, будто зажил собственной жизнью. Он должен был…

— Макс, черт тебя подери!

Он снова резко мотнул головой и взглянул на Бёмера. Тот смотрел на него в упор — зло, настороженно.

— Ты в порядке?

Максу понадобилась еще секунда, чтобы окончательно вернуться в реальность.

— Да. Все нормально.

— Хорошо. Сейчас я сниму с него эту проклятую маску.

Пока Бёмер медленно наклонялся, чтобы ухватиться за маску, в холл вошли несколько бойцов спецназа и полукольцом окружили эту гротескную сцену. Бёмер вцепился в пучок толстых резиновых жгутов, поразительно похожих на жесткую щетину, и потянул маску вверх — сперва осторожно, потом все решительнее.

Фигура не сопротивлялась и не шевельнулась ни на миллиметр.

Наконец мушиная голова начала медленно, сантиметр за сантиметром, ползти вверх. Сначала открылось тонкое горло, у которого было закреплено маленькое металлическое устройство. Потом — волосы. Рот. Нос…

Макс нащупал за спиной хоть что-нибудь, за что можно было бы ухватиться, коснулся стены и бессильно привалился к ней.

Последним рывком Бёмер сорвал маску.

Макс уставился в открывшееся лицо, пытаясь осмыслить увиденное, но не был способен ни думать, ни действовать.

И только услышал, как Бёмер потрясенно выдохнул: — Черт… Этого не может быть.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 37

Все в Максе восставало против мысли, что увиденное реально. И все же…

Там, на полу, в белом комбинезоне, в резиновых сапогах, с маленьким устройством у горла, лежала Беата Дариус.

— Черт… — только и смог выговорить он.

Пока он, как и Бёмер, ошеломленно смотрел на женщину, она подняла руку. Сотрудник спецназа мгновенно напрягся.

Не обращая на него внимания, Дариус взялась за коробочку у горла, легким поворотом освободила крепление и отложила устройство в сторону. Потом перевела взгляд сначала на Макса, затем на Бёмера.

— Вы не понимаете, что наделали.

Этот голос…

Да, он принадлежал Беате Дариус — и в то же время будто не ей. Интонация изменилась. Стала жестче. И звучала на несколько оттенков ниже.

— Я пыталась спасти нас всех. А теперь его приспешникам открыт путь. Их больше никто не остановит, потому что никто не видит знаков.

— Мотив до странности знакомый, — сухо заметил Бёмер.

Эти слова словно вывели Макса из оцепенения. И все же он смог произнести лишь одно:

— Почему? Почему все эти люди должны были умереть?

Дариус посмотрела на него так, будто не могла поверить, что он и впрямь задал этот вопрос.

— Безумец. Вы не понимаете, что наделали.

— Уведите ее отсюда, — приказал Бёмер.

Потом отвернулся, прошел несколько шагов по коридору и провел ладонями по лицу.

Макс еще успел увидеть, как двое сотрудников спецназа подняли Беату Дариус на ноги и надели на нее наручники, а затем пошел за напарником.

Тот уже пересек гостиную и стоял у огромного стеклянного окна, всматриваясь в темноту.

— Я всегда думал, что в моей работе осталось не так уж много вещей, способных меня удивить, — сказал он, заметив, что Макс встал рядом. — Но, похоже, у бездны, в которую нам раз за разом приходится заглядывать, не одно двойное дно.

— Я пока ничего не понимаю. И, думаю, этой ночью уже не пойму. Но я должен хотя бы попытаться разобраться, как эта женщина могла превратиться в чудовище, которое закололо собственного ребенка. Я еду в управление и поговорю с ней. Ты со мной?

Бёмер повернулся к нему и положил руку ему на плечо. Макс впервые видел у напарника такой жест.

Во взгляде Бёмера смешались жалость и почти отцовская мягкость.

— Это бессмысленно, Макс. Мы ее остановили — и это главное. Завтра разберемся.

— Может быть, ты и прав. Но я не найду себе покоя, если не попытаюсь.

Бёмер убрал руку с его плеча и внимательно посмотрел на Макса, словно хотел понять, всерьез ли тот говорит. Наконец кивнул.

— Ладно. Поехали.

Когда двое следователей вошли в комнату для допросов, Беата Дариус посмотрела на них, как испуганный ребенок.

— Слава богу, вы пришли. Я не понимаю, что здесь происходит.

Бёмер переглянулся с Максом, и тот обратился к женщине:

— Вы здесь потому, что убили нескольких человек. В том числе своего мужа и сына.

Ее глаза широко распахнулись.

— Нет… Это была не я. Это был он.

Она указала на резиновую маску, лежавшую перед ней на столе.

— Он? — Макс сел напротив и краем глаза заметил, что Бёмер сделал то же самое. — Кто он?

— Он их сдерживает.

Ее глаза наполнились слезами.

— Ради этого он даже убил Мануэля…

Голос ее сорвался.

Макс и Бёмер снова переглянулись. Либо женщина разыгрывала перед ними представление, достойное «Оскара», либо была тяжело психически больна.

— Кого именно он сдерживает? — спросил Бёмер.

— Его последователей. Они увидели знак. Они знают, что его пришествие уже близко.

— Чье пришествие?

— Вельзевула. Повелителя мух. Антихриста…

Макс тихо застонал.

— Я еще раз спрашиваю: кто…

Дверь комнаты для допросов открылась, и вошел Горгес. С ним был профессор Лёйкен.

— Доброе утро, — серьезно произнес Горгес, не сводя глаз с Беаты Дариус. — Я сразу сообщил профессору Лёйкену, как только коллеги доставили ее сюда и она начала нести бессвязный бред.

Лёйкен кивнул им и указал на стул, на котором сидел Макс.

— Можно?

С явной неохотой Макс поднялся и уступил место психиатру. Присутствие Лёйкена раздражало его. Он жаждал сам допросить Дариус, но после всего, что она уже наговорила, было ясно: без специалиста тут не обойтись.

— Доброе утро, — начал Лёйкен мягким голосом, слегка склонив голову и глядя Беате Дариус прямо в глаза. — Можете сказать, кто вы?