* * *

— СНЕЖАНА —

Месть ректору будет жестокой.

С этой кровожадной мыслью я тайком и перебежками иду в башню магической академии, а там пробираюсь в апартаменты ректора Россрэйда Эрдалла.

Я вооружена косметичкой, в которой ножницы, розовая бритва с пятью лезвиями для мгновенной гладкости, которая «шизгара», женский гель для бритья с ароматом кокоса и той же фирмы гель, но только после бритья.

Да, я сейчас очень опасна.

Если помощник ректора не соврал, то Россрэйд сейчас спит о-о-очень крепко и его не разбудит даже пушечный выстрел у самого уха.

Если он думал, что я забыла о его поступке, когда он просто взял и выдернул меня из моего мира и поставил перед фактом, что я теперь работаю на него, то он плохо знает женщин.

Или ему просто не попадался мой типаж стервы необыкновенной.

Хм. А дракон неплохо устроился.

У меня комнаты намного меньше и не такие роскошные, как у ректора. А заливал, что поселил меня в самые лучшие.

Так, я пришла не интерьером любоваться, а вершить возмездие.

Его пёс породы корги дёргает ушами и вываливает язык. Вскакивает с коврика и издаёт счастливый «Га-а-у-а-уф!»

Я втягиваю голову в плечи. Замираю. К счастью, ничего не происходит.

Из кармана достаю заготовленное лакомство и отдаю пёселю. Всё, теперь он надолго потерян для всего мира. Вон, уже жмурится от удовольствия.

Крадусь из гостиной в спальню...

Что ж, спящий ректор мне нравится больше, чем ректор бодрствующий.

Только вот эта его чёрная борода лопатой… Бе-е-е-э…

Прежде чем приступать к операции, нахожу у камина длинную кочергу.

Осторожно тыкаю спящего мужчину в высунутую из-под одеяла длинную и крупную ступню.

От щекотки он дёргает ногой, сжимает пальцы, шумно вздыхает, но не просыпается.

Я злорадно хмыкаю.

Кочергу ставлю рядом с кроватью на случай, если он всё-таки очнётся.

Тогда шмякну его легонько кочергой и скажу, что я просто мимо проходила и мух отгоняла.

Так-с, ванная комната у дракона примыкает к спальне.

Беру два полотенца. Одно расстилаю рядом со спящим мужчиной.

Едва удерживаюсь от желания коснуться его литых мышц груди, зарыться пальчиками в тёмную и густую поросль, чтобы понять, мягкие волоски или жёсткие.

А то может и на груди эпиляцию сделать?

Эх, надо было с Земли воск взять.

Потом нахожу в его спальне глубокую чашу с какой-то бурой жидкостью и без сожаления выливаю эту гадость в раковину.

Набираю тёплой воды до самых краёв и несу к кровати.

Уверенным движением руки расстёгиваю усыпанную стразами косметичку.

Достаю и раскладываю инструменты на полотенце.

А потом бесстыже забираюсь прямо на мужчину и сажусь на его талию.

О-ох, девочки, какой у него торс. Я не видела ректора без одежды, а тут прямо подарок судьбы рассмотреть этот эталон мужской красоты.

Да и моя поза очень провокационная.

Чуть попрыгала на нём, снова проверяя, как крепко он спит и хихикнула, когда с губ дракона сорвался лёгкий стон.

Шикарное зелье, которое выпил дракон. Его помощник сказал, что оно для восстановления сил его зверя. Но есть побочка – крепкий сон.

Но если вдруг ректор проснётся, то он офанареет, увидев меня на себе. Но у меня, если что кочерга под рукой. Быстро обратно усыплю.

Так-с, я приступаю к своей мести.

Сначала нужно остричь эти дикие заросли.

Беру в кулак приличный клок жёсткой бороды, которая больше походит на бесформенный кустарник, и без раздумий отстригаю – сначала с правой стороны, затем слева.

Бросаю эти клочки проволоки прямо на пол.

Потом участь бороды настигает и его жуткие усы.

Ректор не шелохнулся ни разу.

Даже когда я оттягиваю эти проволочные волосы, чтобы отрезать побольше и ближе к лицу, но при этом не прихватить кожу.

Никогда не умела стричь.

И теперь на лице Росса жуткие проплешины.

Зато черты лица, наконец, вырисовываются.

А то просто ужас был. Не мужчина, а йети какой-то.

— Никуда не годится, — морщу я нос, рассматривая дело рук своих.

Выдавливаю в ладошку гель для бритья.

Меня сразу окутывает мятно-кокосовый аромат.

Обмазываю гелем лицо и шею дракона и вооружаюсь бритвенным станком, которым я вообще-то брею свои ноги и подмышки.

Нет, то место я брею другим, отдельным станком.

Хорошо, что у меня тонна сменных кассет.

Уж не подумайте, я на станок поставила новую кассету. И после ректора её тоже сменю на новую.

Полощу станок в чаше с водой и радуюсь, что моё лезвие такое клёвое. Ни порезов, ни оставшихся волосков.

Когда заканчиваю бритьё, то смотрю на ректора в полном потрясении.

У Россрэйда, оказывается, есть губы, да какие… Они мягкие, полные, чётко очерченные.

У него высокие точёные скулы.

Челюсть крупная, но не массивная, с упрямым подбородком под стать противному характеру этого мужчины.

И вот я сижу и не могу глаза отвести.

Под жуткими зарослями таёжного отшельника обнаружился суровый красавец.

Он продолжает мирно спать, даже не подозревая, что его внешность претерпела кардинальные изменения.

А я сижу на его торсе, пялюсь на него, как чокнутая, только что слюни не пускаю.

И в моей голове появляется мысль, что вообще-то я совершаю акт возмездия. Я пришла не любоваться и не восхищаться этим наглым, беспринципным и постоянно меня критикующим мужчиной, а мстить.

Но не могу не принять тот факт, что ректор без своей чудовищной кустистой бороды просто нереальный красавчик.

Я издаю стон разочарования.

Может, для пущего эффекта и косу ему остричь?

Но потом думаю, что не стоит.

Косу, которая ему до самой поясницы он мне точно не простит. Как бы в порыве бешенства потом не пришиб меня.

Единственный нюанс, который заставляет меня зловредно хихикнуть – это цвет кожи.

Лоб, веки, нос ректора имеют золотистый загар, а челюсть, скулы, шея, которые ранее были спрятаны под густыми зарослями белые-белые.

Столь сильный контраст сразу бросается в глаза и вызывает приступы дикого ржача.

Эх, нет у меня автозагара, а то сравняла бы его цвет лица до однородного… морковного, к примеру.

Вдруг его дыхание меняется, веки чуть приоткрываются, с губ срывается какой-то неразборчивый шёпот.

Я замираю, сидя на нём. Даже дышать перестаю.

Но дракон не просыпается.

Я издаю вздох облегчения.

Нужно доделать дело и сматывать удочки.

Беру заранее смоченное полотенце и протираю его лицо и шею.

Осталось нанести гель после бритья, что я и делаю.

От мужчины хорошо пахнет – мятой и кокосом.

Я давлю в себе рвущийся наружу смех. Вот вернусь к себе, тогда и поржу от души. А сейчас… тсссс.

И вот, мужчина снова шевелится, хмурит брови, и я понимаю, сейчас он точно проснётся, откроет глаза и всё поймёт.

У меня внутри всё холодеет, сердце и душа уходят в пятки. Я закусываю нижнюю губу.

Ох, и получу я физдюлей, что буду лететь до самой Земли кувырком.

Но Росс снова не просыпается, он просто одну руку за голову убирает.

И я шумно выдыхаю:

— Ох, ты ж ё…

Подмышками у дракона тоже заросли!

И моя деятельная натура не может уйти, оставив такой бардак.

Меняю в чаше водичку, снова взбираюсь на мужчину и проделываю трюк с бритьём уже на его подмышках, сначала на одной руке.

Другую руку приходится закинуть ему за голову, и от усердия высунув кончик языка, брею ему вторую подмышку.

— Шикарно, — произношу едва слышно.

Я ужасно довольна собой.

А потом всё-таки решаю наградить себя за проделанную работу и всё-таки запускаю пальчики в поросль на груди ректора.

Ох, какие мышцы, какой он большой и сильный… так бы и облила его всего сливками… Так, неприличная фантазия, иди, куда шла, да от меня подальше.

Меня распирает сорвать с дракона одеяло и посмотреть на него целиком, но решаю, что всё-таки это слишком неприлично глядеть на бессознательного мужчину.

Хватит с него того, что я уже сделала.

Быстро убираю за собой. Воду выливаю, чашу споласкиваю и возвращаю на место.

Кочергу тоже возвращаю к горящему камину.

Свои бритвенные принадлежности бросаю в косметичку.

Остаются разбросанные по полу волосы ректора.

Собираю их, проверяю, чтоб ни волоска не осталось и бросаю в огонь.

С этими магами лучше перебдеть и всё сжечь.

А то магия, проклятия и прочая жуть…

Да уж, никогда не думала, что буду на полном серьёзе думать о проклятиях и защите от них.

С этими вредными адептами всё возможно.

Кривлюсь, когда мысленно произношу слово «адепты». У меня сразу возникает ассоциация с сектами.

Нет, чтобы называть этих отбившихся от рук подростков студентами, учащимися…

Интересно, как отреагирует ректор, когда проснётся и обнаружит, что теперь безбородый, безусый и подмышки чистенькие?

Посмеётся ли он над моей местью?

Или впадёт в бешенство?

Если второе…

А кто сказал, что я признаюсь в содеянном?

Буду всё отрицать.

Как сказал мудрый Томас Мор: «Если бы честность была выгодной, все были бы честными».

Так что…

И вообще, эта академия полным полна подростков, отбившихся от рук. Этим паразитикам место не в учебном заведении, а в психушке для особо опасных личностей.

Мало ли кто решил подшутить над грозным ректором…

С этими мыслями я ретируюсь с места преступления.

Моя женская суть блаженствует.

Я совершила свою месть.

* * *

Что такое борода для мужчин драконов?

Это не просто символ мудрости и магической силы.

Не просто драконы взращивают бороду не один век, и гордятся ею как настоящим сокровищем.

Она – священная нить, связывающая с древними драконами его рода.

Бороду и усы мужчина-дракон срезает только тогда, когда встречает свою пару.

Своим действием он отдаёт ей себя.

Сей акт превращается в свидетельство великой любви, ибо дракон отдаёт не просто своё сердце, он принимает женщину в свой род.

У драконов это жест не лишения, а преображения – когда мужчина-дракон готов не только отдать, но и принять новую силу, – силу любви и единства.

Магия не исчезает, она изменяется, сливается с душой избранницы, рождая дуэт из двух сердец.

С этим символическим актом дракон отдаёт своей паре самого себя: свою сущность, свою вечность, своё драгоценное сердце.

Мужчина и его женщина будут связаны не просто узами, а волшебством, – незримым, нерушимым магическим договором.

Ежели, женщина принимает его бороду, берёт её в свои руки, а после предаёт стихии своего дракона (огонь, вода, воздух, лёд и другие) – тем самым она говорит ему «да», я принимаю тебя, а ты прими меня – и дракон под корень срезает её косу.

Но если бороду у мужчины-дракона срубит другой мужчина, то неминуемая смерть ждёт глупца, ибо подобное оскорбление дракон не простит.

* * *

— РОССРЭЙД —

Просыпаюсь и сразу чувствую, что что-то не так.

Первое, на что я обращаю внимание, непривычная лёгкость подбородка.

Прикасаюсь к нему, но вместо привычных вихрей бороды и усов мои пальцы ощущают гладкую, словно женское колено, кожу.

— О, бездна! — рычу я, вскочив с кровати.

Стремительно подхожу к магическому зеркалу и замираю, увидев свой лик.

Моя великолепная борода исчезла, оставив на лице лишь безмятежную гладкость.

Это настоящая катастрофа!

Кто посмел это сделать?!

Провожу ладонями по лицу и замечаю ещё кое-что.

Поднимаю руки и вижу, что подмышками тоже нет волос.

— Что это такое… — выдыхаю обескуражено.

Щёлкаю пальцами, призывая магию. Вызванный огонь подчиняется мне и требую показать, что произошло.

И я вижу…

— СНЕЖАНА! — рявкаю так, что сотрясаются стены, а изо рта вылетает облако дыма.

Ладони превращаются в когтистые лапы.

Ощущаю, как зверь рвёт кожу, пытается вырваться наружу.

Рык рождается в груди.

И ярость поднимается внутри меня. Она горит внутри ледяным пламенем. Непривычно. Хочется сбросить это мерзкое ощущение.

Мощный гнев застилает разум.

Я почти рычу от ярости. Зверь подступает опасно близко.

Встряхиваю голову, по телу проходит волна изменения.

Жгучий гнев впивается в меня ядовитыми шипами, раздирая изнутри, разъедая сознание.

Зверь в бешенстве.

Как. Она. Посмела?!

Разрушив в порыве ярости полбашни, частично превратившись, не замечая никого и ничего вокруг, мчусь к глупой женщине, которая сотворила нечто непоправимое, ужасное и чтобы избавиться от уз с нею – мне нужно только одно…