1. Путь добродетели легок, трудно встать на этот путь. Почему трудно?
а) потому что нет уверенности, что он правильный;
б) слабость – нет достаточного желания.
2. На мир можно смотреть так: существуют определенные предметы, определенные границы. Существует добродетель. Добродетельные спасутся. Можно и так: зыбкий мир. Переход в некотором колебании, небольшая погрешность в некотором равновесии – вот что существует. Следовательно, призвать не праведников, но грешников к покаянию. Предположим так. Вот добродетельный человек, и он говорит: я добродетелен. И вот добродетель его ничего не стоит. Положим, он это понял и хочет стать лучше. И вот он стал лучше и говорит: я стал лучше. И опять его добродетель ничего не стоит. Таким образом:
3. Неисчерпаемый источник зла в человеке. В чем это зло?
Первый случай. Человек очищается от какого-то зла. Если он очистится и скажет: я чист и хорош – это значит, что он пуст. Потому что если он не пуст, то узнает другое и не будет думать о себе – индусы.
Второй случай. Человек никогда не очистится. В чем зло? Если индивидуальность шире тела, то, может быть, зло в том, что не ощущаешь своей индивидуальности дальше своего тела. Почему призвать грешников к покаянию?
Пустота и гордыня – два главных греха, может быть, это хула на Святого Духа.
Положим, Бог скажет: Я создам другой мир. Где были моря, будут горы, и где горы – моря. Мы бы не заметили разницы, это тот же мир, что и наш. Положим, Бог скажет: Я создам мир, где люди будут циклопами. И этот мир тот же самый. Если бы мы жили в нем, мы не заметили разницы.
Но если бы Бог дал право каждому один раз в жизни взять назад свой поступок, совершенное сделать не совершенным, то мир изменился бы, и мы даже не можем себе представить, как жили бы там. Так вот, Евангелие увидело небольшую погрешность в мире. Мир до Евангелия и по Евангелию – это два разных мира.
Ты скажешь: вот плоскость звуков, вот плоскость цветов, плоскость предметов, плоскость характеров жизни. Где плоскость ощущений тела, плоскость удовольствия и боли, усилия и слабости? Есть знаки для цветов – их названия, для звуков – ноты и буквы, почему нет азбуки телесных ощущений?
〈Сер. 1930-х〉