Побег флагмана Алекса Вульфса гарантировал тот простой факт, что новость о возвращении Олдвинга неминуемо начнёт своё шествие по вселенной. Единственным способом этого не допустить было полное уничтожение всей команды корабля, на что Алекс, естественно, не пошёл бы.

Таким образом, когда изрядно покорёженный «Хитрый Цестус» прибыл в мир Тысячи путей и начал разгружать гигантские куски обработанных энергетических кристаллов, в спешке отломанных от уничтоженного цилиндра, часть которого Аргалор и Вульфс с огромным трудом сумели вытащить за пределы Исследовательского комплекса, офицеры уже принялись нести взрывную новость о невероятной жадности и безумии мага плоти.

Пока же Алекс был занят продажей баснословной добычи и ремонтом корабля, Аргалор отправился прямым рейсом на Тарос. На ближайшее время Льву хватило приключений, и он явно потерял настрой к исследованию вселенной.

Вместе с Аргалором на Тарос вернулся и Орхан с полностью поседевшим Андерсом Элем Третьим.

Защитные артефакты сумели спасти жизнь скромного летописца, когда временная аномалия выкинула его в Хаос, однако они никак не защитили его психологическое состояние.

Сумка Андерса была полна записей его странствий и описаний этого похода, но находившиеся внутри листы бумаги словно бы жили своей жизнью, колышась под никому невидимым ветрами.

Тем временем же новости об экспедиции Аргалора начали гордое шествие, портя спокойные и размеренные деньки всем великим существам известной части вселенной.

Тир Громововержец, рыжеволосый древний великан, способный по силе не уступать самым могущественным титаническим драконам. Когда-то именно он одобрил конец Бароса Мучителя, позволив Аргалору попытать силу против того штормового великана.

Однако прямо сейчас этот могущественный великан изволил наслаждаться изысканным массажем одного из самых престижных массажных салонов Тысячи путей. В этом месте работали лучшие мастера, способные ударами разрушать камни и гнуть сталь, в ином случае их силы бы не хватило, чтобы справиться с несокрушимой плотью некоторых особо платежеспособных клиентов.

В отличие от большинства драконов, довольствующихся сном в каких-нибудь пещерах на грудах сокровищ, штормовые великаны стремились устроить свои жизни по высшему разряду.

Впрочем, столь декадентский образ жизни касался исключительно штормовых великанов, куда более слабые огненные, ледяные и прочие были оставлены сами себе.

Рехт — закон великанов был чрезвычайно суров и тираничен, и большинство благ отходило именно штормовым, как самым могущественным, но одновременно редким.

Сегодня, выбравшись из Тароса, Тир собирался пойти понежиться в горячем источнике. Взрыв успеха Аргалор-бурга стал для великанов неприятным открытием, пусть некоторые из них и вложили часть своих средств, став акционерами.

Но идти в драконий город наслаждаться удобствами? Даже самый глупый великан не стал бы делать столь самоубийственный ход. Вот почему Тысяча путей внезапно получила новый источник капитала от жаждущих удобств «ничуть не хуже, чем у тех проклятых драконов».

Вот только планы на отдых Тира закончились раньше, чем толком начались.

В тот момент, когда Тир почувствовал появление неподалеку ауры Гемира, такого же, как и он, древнего штормового великана, то он нахмурился, но быстро расслабился. С чего бы этому говнюку его искать?

К несчастью, надежды Тира рухнули с той же скоростью, с которой упал разрушенный фасад его любимого заведения, когда Гемир, даже не пытаясь искать вход, просто шагнул сквозь стену и вошёл внутрь.

Трудящиеся над телом Тира монахи-бойцы явно были не готовы к появлению враждебного штормового великана, поэтому в панике рухнули на пол, но огромный 21-метровый черноволосый великан не удостоил их даже взгляда.

— Я вижу, Гемир, ты уже выбрал день своей смерти⁈ — взбешенно вскочил с ложа рыжеволосый Тир. В его руку влетел искрящийся молот. Сам великан был полностью наг, однако его не сильно волновало. В боях такого уровня броня была полезна, но всё же не жизненно важной. — А ну пошёл прочь из моего заведения! Знаешь, сколько трудов мне стоило найти хороших мастеров своего дела⁈

— Прикрой срам, Тир, а то смотреть тошно, — презрительно фыркнул Гемир. Он даже не стал доставать висящий за спиной двуручный топор, показывая, что пришёл сюда не драться. — Только такой вырожденец, как ты, будет тратить время на подобную глупость. Именно из-за вашей слабости драконы и наглеют с каждым тысячелетием!

— Кто о чём, а Гемир о драконах, — закатил глаза Тир, всё же протягивая толстую, как ствол дерева руку и беря полотенце, чтобы прикрыть чресла. — Ещё не надоело связываться с теми тупыми ящерицами? Может быть, ты и убил их больше, чем я в несколько раз, но что это изменило? Их число огромно, а количество драконов, павших под клыками своих же жадных собратьев, даже больше, чем ты убьёшь за всю свою жизнь. Так есть ли в тебе смысл?

Жестокие слова Тира заставили Гемира так сильно стиснуть зубы, что всё его лицо аж побагровело от ярости, но, к удивлению Тира, Гемир справился с гневом. Даже более, выглядящий как варвар черноволосый великан неприятно улыбнулся, тем самым заставив Тира насторожиться.

— Вижу, ты всё ещё не в курсе последних новостей, иначе ты бы тут так не валялся, как огромный, разожравшийся пельмень! — не упустил возможность уколоть Тира за огромное брюхо Гемир.

— Ты о чём? О чём я не слышал? — Тир разом стал серьёзен. Он уже понял, что Гемир бы не стал его искать, если бы эта новость не была важна.

Гемир тоже не стал продолжать пикировку.

— Стало известно, что наш главный враг появился. — торжественно произнёс Гемир, однако Тир был совсем иной, чем он ожидал.

— Ты о ком? — нахмурился, вспоминая, Тир. — Карадос опять создаёт проблемы? В этом плане вы с ним схожи. Или Раганрод снова решил, что один из наших миров принадлежит ему?..

— Да кому интересны эти ублюдки⁈ — взревел в гневе Гемир, из-за чего всё здание заходило ходуном. На улице слышались крики паникующих жителей и туристов, и, скорее всего, можно было ждать приход полиции.

Обычно последним не особо было интересно вмешиваться в чужие проблемы, однако крупные инциденты были в их прямой юрисдикции.

Гемиру же даже не требовалось использовать ауру или магию, одна лишь его воля сотрясала реальность, вызывая у Тира изрядное опасение о целостности его любимого заведения.

— Заткнись! Заткнись! Заткнись! Что ты орёшь⁈ — кричал рыжий великан, бросаясь к высоченной и дорогой вазе и в последнюю секунду её подхватывая. — Я тебя прекрасно слышу! Просто уже спокойно скажи, о ком ты говоришь, и всё!

— Спокойно⁈ Хорошо! Олдвинг вернулся! Олдвинг Великий, Бич великанов, губитель высших магов, Опустошитель миров! Если хочешь, я могу и все остальные его титулы перечислить!

Глаза Тира резко раскрылись, а лицо мгновенно побледнело. Ваза неловко выскользнула из его разом ослабевших рук и с жалким треском раскололась на сотни осколков, однако Тира сейчас это совершенно не волновало.

— Олдвинг? — полузадушено просипел он, в неверии смотря на мрачного Гемира. — Если ты решил, что сегодняшний день хорош, чтобы научиться шутить, то ты выбрал не тот день.

— Какие уж тут шутки, — устало вздохнул варвар, словно бы сдувшись. Только теперь стало ясно, насколько же ему самому не по себе. — Таким не шутят.

— Это точно? Ты сто процентов уверен? На моей памяти я несколько раз слышал подобные слухи, но каждый раз это оказывался просто особо здоровенный дракон! Были даже самозванцы! Некоторых убили сами ящерицы! — было видно, что Тир отчаянно не хочет верить в услышанное, однако Гемир с извращенным удовлетворением был рад раздавить все его нелепые надежды.

— Как бы не так. Чтецы судеб уже заметили сильное возмущение, охватывающее всю вселенную. Прошлый раз что-то подобное они чувствовали перед Шестым крестовым ангельским походом, но и то, это было несравнимо слабее. Также по донесениям шпионов Карадос Жнец великанов и другие лоялисты зашевелились и начали неизвестную подготовку.

— Тогда как⁈ КАК он сумел вернуться⁈ Прошло же столько времени! О нём не было ничего известно! И вот, спустя тысячи лет, он решил вновь себя показать⁈ — обычно гордый и величественный Тир хоть и не паниковал, но явно сильно нервничал.

— А я знаю⁈ Во имя рехта, почему ты задаёшь вопросы мне⁈ Лучше подумай, что нам с этим делать! Это же ты один из ярлов нашего народа!

— И что⁈ Я лишь один из ярлов, а конунга нет почти с конца Великой войны!

Два великана тяжело дышали, смотря друг на друга.

В отличие от Империи драконов, во главе которой стоял Олдвинг с абсолютной властью и силой, великанам повезло не так сильно.

Хоть Королевство великанов и могло похвастаться куда более развитой государственной структурой, у них имелась одна критическая проблема — у них не было бойца уровня Олдвинга.

Да, конунг, верховный правитель Королевства великанов, был сильнейшим штормовым гигантом и был способен взять на себя сразу несколько сильнейших ярлов. Вот только в битве с Одвингом он мог бы лишь какое-то время его удерживать, после чего героически пасть.

В итоге, несмотря на все технологии, магию, био-разработки и просто упорство, великаны могли лишь планомерно отступать, ведь они просто не могли убить Олдвинга!

В самых лучших для великанов боях, ценой невероятных усилий, Олдвинг оказывался в опасных для него ситуациях, однако император драконов обладал качеством, погружающим Королевство великанов в полное отчаяние — он не стеснялся отступать.

Удержать же существо уровня Олдвинга от побега это было задачей более трудной, чем его убийство!

И теперь этот ходячий ужас вернулся!

— Так, спокойно, — решительно заявил Тир, первым успокоившись. — Если Олдвинга так долго не было, то с ним должно было что-то случиться, а значит, он может быть не в полной силе!

— Или наоборот, за эти тысячи лет он стал только сильнее. — подсыпал соль в рану Гемир, чем заработал возмущенный взгляд Тира.

— Ты на нашей стороне или на его⁈ Учитывая тот факт, что он не сразу закричал о своем прибытии на всю галактику, говорит, что он отнюдь не в идеальном состоянии. И раз он сказал только кому-то вроде Карадоса… Ха! Так и есть!

Несмотря на то, что сейчас Тир был ужасающим существом уровня апокалипсис, когда-то в прошлом, когда Олдвинг летел по вселенной, он был всего лишь обычным штормовым великаном. И страх тех лет въелся так глубоко, что остался даже в его костях.

Но невозможно дожить до такого возраста без мозгов. Тир быстро почувствовал неладное и вцепился в правильный вывод.

— Зная этих крылатых ублюдков, показывать перед ними слабость — это как дать почувствовать вкус крови хищным левиафанам!

— Но он всё ещё достаточно силён, чтобы лоялисты видели надежду на победу, — подметил важный момент Гемир. — Его сила могла ослабнуть, но она не могла снизиться слишком сильно. Кроме того, — выражение варвара скривилось. — Королевство великанов тоже уже не то, что когда-то. Нынешние же великаны… — Гемир сплюнул, пробив плевком несколько уровней полов и попав в фундамент. — Драконов же стало ещё больше…

— Да, драконов стало больше, но ты не учитываешь тот факт, что за все эти годы они неплохо распробовали вкус свободы! И я очень сомневаюсь, что речи Олдвинга смогут легко их сдвинуть, — принялся лихорадочно рассуждать Тир. — Но ты прав. Нас слишком мало, чтобы умирать в ещё одной Великой войне. Но ты забыл, что теперь мы не одни!

— Ты о тех молодых расах?

— Да! Эти молодые расы с каждым веком смотрят на нас со всё большим презрением. Для этих дьяволов, ангелов, людей, механистов и прочих мы лишь реликвии прошлого, которым бы пора уступить место новым хозяевам вселенной, — Тир зловеще улыбнулся. В его глазах мелькали тысячи схем. — Так пусть же они докажут, что имеют право на правление, расправившись с последним лордом, кто ближе всех приблизился к этому титулу. Пора напомнить всем об ужасе, которым является Олдвинг.

— Олдвинг не дурак, — предупредил Гемир. — Если он стал слабее, то явно не станет лезть на рожон. Я не удивлюсь, если он тоже начнёт склонять на свою сторону смертные расы, даже если после победы он их всех уничтожит.

— Наверное, он так и сделает, — спокойно согласился Тир. — Но в отличие от него мы все эти тысячи лет держали руку на пульсе вселенной. Поэтому наша пропаганда легко заглушит его собственную. И когда эти слишком много о себе возомнившие смертные и бессмертные его хорошенько потреплют, тогда мы засунем его туда, откуда он выбрался! Но на этот раз навсегда!

— Осталось только убедить в этом ярлов.

— Да, ярлы, — дёрнул краем губ Тир. — Но приготовления можно начинать уже сейчас.

* * *

Похожие разговоры происходили не только у великанов.

Последние годы стали для Раганрода откровенно ужасными. Его компания, его детище теперь напоминало корабль во время шторма, когда мачта оказалась сломана и единственное, что мешало судну пойти на дно, это упорство экипажа.

Прямо сейчас Раганрод писал очередное письмо с угрозами к новому мертвецу, осмелившемуся отщипнуть кусочек от качающегося гиганта.

Даже бы если этот бандит послушал и перестал свои грабительские походы на его компанию, это всё равно не спасло бы его от мести.

Раганрод собирался заставить заплатить всех, кто воспользовался его тяжелым положением за эти годы.

Однако в этот день рабочий процесс был решительно прерван неожиданным гостем.

— Раганрод, выкинь прочь все эти свои дела, у нас сейчас куда более важные проблемы! — вошедший Казрекс Белый апокалипсис, титанический белый дракон, который в своё время здорово поиздевался над Аргалором и Цербасом, в этот раз был без улыбки, что для него было не свойственно.

— И что же может быть важнее, чем работа над продвижением и развитием моих владений? — холодно спросил Раганрод, даже не поднимая голову от письма. — И запомни, иногда я занят важными делами, поэтому запишись на приём заранее.

— Ох, записаться на приём? Как я мог забыть? — резко остановился Казрекс, после чего хлопнул себя по лбу и развернулся, идя к выходу. — Тогда я так и сделаю. В конце концов, новости о возвращении Олдвинга не так уж и важны, не правда ли?

— Что? — Раганрод вдруг замер, а затем медленно поднял голову. — Что ты сейчас сказал? Олдвинг… вернулся?

— Не беспокойся по таким мелочам. Я запишусь к тебе через недельку, а затем мы всё хорошенько обсудим…

— Стой! — наконец Раганрод громко приказал и даже встал, осознав, что Казрекс и впрямь может уйти. — О чём ты говоришь?

— О том, что Олдвинг, мать его, Великий, вернулся! И прямо сейчас собирает старых, всем нам известных друзей! — резко развернулся Казрекс и громко взревел.

— Мы всегда знали, что он может вернуться, ведь такие, как он, просто так не исчезают, — стараясь держать себя в руках, спокойно заявил Раганрод. — Более того, я уже не тот, что был тысячи лет назад. Мир тоже изменился и готов будет его встретить…

— А теперь, может, перестанешь передо мной красоваться⁈ — жестко оборвал его Казрекс. — Может быть, перед другими титаническими твои слова всё ещё имели смысл, но перед Олдвингом они не более чем дерьмо!

— Хватит паниковать! — выстрелил в него опасным взглядом Раганрод. — Уверен, возвращение нашего старого императора не пришлось по душе не только нам. Стоит связаться с другими, чтобы решить, что с этим делать…

— Ну так делай!.. — ухмыльнулся заметно расслабившийся Казрекс, чем заставил Раганрода тупо на него уставиться. — Я свою роль выполнил, предупредил тебя. А вот стратегия и тактика уже твоя забота. Скажешь, когда и что вы там решите.

Раганрод холодно смотрел, как Казрекс уходит. У титанического синего было желание выдохнуть вслед белому молнию, но он удержался. Ленивый характер Казрекса был той самой причиной, почему их дуэт был так эффективен.

Но возвращение Олдвинга… Ледяной разум Раганрода содрогнулся от старых воспоминаний.

Почему их великий император не мог остаться просто старой доброй легендарной исторической фигурой?