Новая реальность, в которой они оказались, была настолько неожиданной, что Лев был в растерянности. Ему вспомнился старый мультфильм о храбрых Галлах, отбивающихся от римлян, и он подумал: «Словно небо рухнуло нам на головы».

Для драконов размер — это один из важнейших параметров, позволяющий не только оценить силу оппонента, но и понять его возраст и достижения. Любой дракон, взглянув на Льва, мог бы сразу почувствовать, что для своего возраста Аргалор был очень силен. Он сражался не на жизнь, а на смерть и пережил несколько скачков роста. Его богатства были значительными, а уважение — достаточным.

Всё это можно было понять по размерам дракона. Но что теперь?

«Неужели все эти десятилетия сражений, экономических и политических завоеваний были напрасными?» — лихорадочно думал Лев, стараясь не поддаться панике. «Нет! Я точно слышал, что у магов были заклинания, способные изменять размер, но они были очень сложными и влияли только на неживые предметы. Когда же магия рассеивалась, предметы возвращались к своему первоначальному размеру! Определенно, этот маг просто переработал заклинание, но его суть должна была остаться прежней, ведь просто так ничего не работает».

Игнис, выглянув из ожерелья, с удивлением оглядел своего повелителя и начал увеличиваться, пока Лев не приказал ему спрятаться обратно. Стекло вокруг них блокировало не только духов, но и Игниса, а Аргалора раздражало, что Игнис теперь был больше его самого.

Также был интересный факт, что будучи духовным существом, Игнису оказалось безразлично, что его материальное вместилище претерпело изменения.

Даже в этой неприятной ситуации Аргалора на мгновение посетила мысль, что когда Аргалориум дорастёт до производства сложных микросхем на основе простейших духов, с производством наночипов проблем будет гораздо меньше, чем в его реальности. В конце концов, единственной сложностью будет уменьшить чип и не дать ему вернуться в свой исходный размер.

С другой стороны, можно ли осуждать дракона за то, что, желая успокоиться, он думает о новых способах заработка золота?

«Эй ты», — грубо окликнул Лев своего единственного полностью разумного духа. — «Обычно тебя почти невозможно заткнуть, а сейчас ты будто воды в рот набрала! Можешь что-нибудь полезное сказать, например, как выбраться отсюда?»

«А что тебе сказать⁈» — сварливо отозвалась Эви. — «Ты сам ранее сказал, где мы! И чтоб ты знал, я не хочу менять одного тупого пленителя на другого, так ещё и полностью сумасшедшего!»

Аргалор поморщился от проскользнувших в голосе духа жизни истерических ноток. Впрочем, они же помогли красному дракону прийти в себя. В конце концов, ему было бы стыдно перед собой, если бы он даже на мгновение был похож на эту трусиху.

«Хватит истерить! Сейчас что-нибудь придумаем!» — рявкнул он на неё и нахмурился. Очевидно, будучи духовной сущностью, она тоньше чувствовала мир, и хоть прибывший «архимаг» и скрывал свою силу, каких-то отголосков хватило Эви, чтобы впасть в полное отчаяние.

«Даже если бы это был архимаг, то дела наши плохи», — мысленно скривился Лев. — «Ранг архимагов не вручают кому попало. Каждый из них — это чертова проблема».

И называя архимагов всего лишь «проблемой», Лев ещё очень сильно преуменьшал.

Будучи исключительно штучными и невероятно редкими итоговыми продуктами зачастую лишь самых сильных и древних магических цивилизаций, архимаги отличались безграничным разнообразием способностей и сил.

Однако, если судить исключительно по Тарусу, как достаточно древнему и опасному магическому миру, его средние архимаги по опасности твёрдо стояли где-то между древними и титаническими драконами.

Вот только никогда не стоило забывать, что означал показатель «усреднения». Ведь в таком случае, если где-нибудь на Литуине мог жить молодой архимаг, разменявший свои первые пять сотен лет и способный победить древнего дракона, то вполне мог существовать и старый архимаг, проживший уже как пару тысячелетий и вполне готовый сойтись в битве с титаническими повелителем небес.

О возможности наткнуться на так называемого «высшего мага» Лев вообще не хотел думать. В конце концов, каков шанс наткнуться на существо, являющееся мифом даже для всей мультивселенной?

Высшие маги были страшной сказкой, о которой было не принято говорить. В том числе и у драконов… точнее, именно у драконов.

Аргалора никогда особенно не привлекала история, но даже он обратил внимание, что официальная хроника рода повелителей неба пестреет несколькими подозрительно черными пятнами.

Одним из таких пятен и стали высшие маги.

Металлические драконы по праву могли гордиться своими изысканиями в магических дисциплинах. О чём говорить, если именно их наработки и стали теми семенами, что пустили свои всходы в бесчисленных магических мирах смертных.

Вот только металлические гордецы никогда не любили вспоминать, что кроме их способов творить магию был ещё один, создателем которых стали те, кого спустя эоны назовут Высшими магами.

Драконы позаботились о том, чтобы история не сохранила ни их лиц, ни культуры или миров обитания.

Жадно пожирая всё новые и новые миры, Империя драконов стремилась как можно сильнее увеличить свою мощь, чтобы раз и навсегда победить Империю Великанов.

Опять же, драконы любят повторять, что они самая древняя раса в мироздании. И частично они правы, ведь они самая древняя ЖИВАЯ раса мироздания.

Не единожды спускавшиеся с небес легионы повелителей неба испепеляли огнём целые миры, освобождая их от ненужных прежних владельцев. Скованные льдом, отравленные или поглощённые километровыми волнами целые планеты — жестокость и беспощадность тех ужасных времён не имели границ.

Не стоит думать, что великаны хоть как-то отличались в этом плане. Обе расы считали себя вершиной развития и видели вселенную исключительно как свой дом.

Аргоза, рассказывающая эту историю, многого не знала, но, по её словам, Высшие маги уже давно покинули свой родной мир и, путешествуя по изменчивому Хаосу, начали планомерно заселять близлежащие миры.

Встреча драконов и Высших стала трагедией, но в отличие от обычного развития событий драконы впервые оказались в тупике. Невероятно опасные заклинания Высших магов разрывали чешую сильнейших драконов, втаптывали их гравитацией в планеты и убивали огненными заклинаниями, температура которых приближалась к огню звёзд.

Первыми не выдержали натиска легионы цветных драконов, но даже когда на помощь пришли насмешливые легионы Природных и Ада, ситуация не изменилась. Да, теряя миры, Высшие отступали, но они продолжали войну.

По преданиям семьи Аргозы сам Олдвинг Великий, видя неожиданное и столь неудачное препятствие на пути своего завоевания, был вынужден отступить от фронтов с великанами и вступить в бой с Высшими.

Олдвинг не просто так получил столь подавляющую репутацию.

Солдаты Высших магов пали, а за ними последовали и их миры. Лишь немногие из Высших сумели вырваться из драконьих лап и скрыться в бесконечных переливах тогда ещё относительно спокойного Хаоса.

Раздосадованный заминкой в своих планах Олдвинг приказал стереть всякое упоминание о Высших и их заклинаниях. Миры Магов были расколоты и сброшены прямиком в Хаос, а всякий, кто пытался изучать запретное знание, уничтожался.

Однако даже будучи в могиле Высшие маги всё равно посмеялись над Олдвингом и своими убийцами. Они так яростно защищались и нанесли драконам такой урон, что сумели раз и навсегда запечатлеть в Хаосе свой подвиг, от чего что бы драконы ни делали, но пришедшие затем смертные расы узнали о Высших магах.

Да, от них были скрыты подробности, но тот образ, который они воплотили, как непревзойдённых мастеров мистических искусств, так и остался с ними навсегда.

Именно поэтому, когда кого-то знакомого с многообразием миров начинали называть высшим магом, это значило встретить кого-то, для кого спарринг с титаническими драконами, древними темными богами, великими архидемонами и прочими ужасами вселенной был совершенно обычным делом.

Ради своего здравомыслия Лев предпочитал думать о том, что Карус был просто очень могущественным архимагом.

Но одними размышлениями делу явно не поможешь. Льву требовались те, кто обладал информацией, и, о удача, у них рядом как раз был подходящий кандидат.

— Приветствую тебя, архидьявол, — довольно вежливо заговорил Лев, проигнорировав сверлящего его взглядом Хорддинга. — Как к тебе обращаться?

Архидьяволы были правителями ада, совмещая функции величайших воинов и магов этих планов и их же правителей. Над всеми архидьяволами обычно стоял какой-то один великий архидьявол. Редко, когда какой-нибудь адский план мог выдержать сразу нескольких Великих.

Так что даже если если конкретно этот архидьявол самый слабый из их вида, то, в любом случае, к нему стоит относиться как к среднему древнему дракону.

А Аргалор очень хорошо помнил, что значит сила древнего дракона. Перед глазами как в живую вновь встали готовые выстрелить шесть управляемых заклинаний.

— Приятно видеть манеры среди существ нашего калибра, — удовлетворенно кивнул многорукий архидьявол. — Звать же вас можете меня Кзац, так как моё полное имя слишком длинное и вызывает очень уж большое слюноотделение у различных демонологов. А позвольте спросить ваши имена, друзья?

— Аргалор, а того брюзжащего старика Хорддинг…

— Только дай мне отсюда вырваться, отродье…

— О, очень приятно познакомиться, друзья, — Кзац дружелюбно улыбнулся им обоим. Его улыбка выглядела донельзя странно, учитывая наличие нескольких ходячих челюстей и мандибул, будто у странной помеси Хищника и паука. — В этом месте давно не было новых поступлений, и мы все сильно соскучились по новостям и общению с кем-то новым.

— Как вообще мы говорим? — в их разговор вмешался недоуменный вопрос серебряного дракона, который всё это время внимательно осматривал «стеклянные стены». — Всё, что я пока узнал об этом странном материале, говорит мне, что сюда не должны проникать никакие звуковые волны, но тем не менее я слышу вас обоих так ясно, будто вы находитесь рядом. Я тоже не заметил никакой магии.

— О-о-о, рад, что вы это подметили, — непонятно чему обрадовался Кзац. — За возможность нам всем общаться несёт ответственность Рубрилит. Он находится вон в той клетке. — повинуясь жесту одной из рук архидьявол на перпендикулярном их ярусе полке в одной из клеток встал и поднял… лапу или странное щупальце полностью голое существо.

Оно выглядело так странно, постоянно изгибаясь, словно стоять на двух отростках, заменяющих ему ноги, было для него тяжким трудом. Существо имело чёрную, маслянистую, глянцевую плоть, а там, где располагался бугор головы, не было не только глаз, но и ушей, носа и даже рта.

— Псионика! — ахнул Хорддинг, прижимая лапу к голове, и тут же взревел от ярости. — Прочь из моей головы, мерзкая глиста!

— Спокойствие, только спокойствие, — вмешался Кзац, защищая своего товарища. — Рубрилит абсолютно миролюбив и заслуживает доверия. Поверьте тому, кто сидит с ним уже… Так как здесь нет возможности нормально отмечать время, а оно течёт в разных мирах по-разному, то пусть будет долгий срок. Лишь благодаря ему мы ещё не сошли с ума и способны достойно себя вести. Именно Рубрилит взял на себя ответственность быть нашей сетью разговоров, соединяя всех пленников друг с другом, когда мы хотим поговорить.

— Не морочь мне голову, дьявол, — фыркнул Хорддинг, немного успокоившись, пусть и не до конца. — С вашим видом никогда ничего не бывает просто. Какая вторая часть этой истории, о которой ты так любезно забыл упомянуть?

— Хочу заметить, что упоминание нашего вида — не более чем стереотипы, — фальшиво надулся Кзац. — Но да, к сожалению, Рубрилиту тоже кое-что от нас нужно. Наш общий пленитель, Кратус, давно потерял интерес к Рубрилиту и перестал его кормить. А диета нашего друга очень уж специфична…

Аргалор насторожился — ему перестало нравиться, куда всё это идёт.

— Рубрилит и его подобные невероятно редкий вид, о существовании которого я, вот, даже не знал. И питаются ему подобные чужими воспоминаниями…

— Он хочет пожрать наш разум⁈ — зарычал Лев, мгновенно напрягая разум и пытаясь выбросить из него всякое стороннее вторжение.

Но даже чтобы только заметить нити влияния «мозголома», ему потребовалось просто невероятные усилия.

— Хватит меня уже перебивать, — удручённо вздохнул Кзац, всплеснув руками. — Ничего он у вас есть не собирается, во всяком случае, без вашего согласия. Если вы захотите, то он немедленно отсоединится и всё.

— Так просто? — разом подозрительно уточнили драконы.

— Так просто. Вот только вы учитывайте тот простой факт, что без него вы останетесь в своих камерах совершенно одни и без каких-либо развлечений. А так, Рубрилит даёт каждому подписку общения на год мира Тысячи путей. После же вы сами выбираете, какое именно воспоминание он у вас съест. Учитывая, что здесь пленены отнюдь не самые обычные смертные, у нас есть тысячи лет воспоминаний. Что стоит отдать что-нибудь яркое, но неважное раз в год ради возможности общаться?

Драконы многозначительно промолчали, ведь сказать было нечего. Всё происходящее казалось им диким, сюрреалистичным сном, но для находящихся здесь — это была целая жизнь, в которой сложились свои традиции и правила.

— Подожди, — нахмурившись, Лев подметил важный момент. — Ты сказал, что его давно не кормили. А когда и как часто приносят еду и воду?

— Насчет этого можешь не волноваться, — хмыкнул архидьявол. — За всем этим местом приглядывает разумный искусственный дух. Он чётко следит, чтобы наши показатели не падали ниже определённого значения, так что еду приносят чётко. А вода…

Кзац кивнул куда-то вбок клетки Льва, и Думов только сейчас заметил… долбанную поилку для хомячков⁈ Проклятье, неизвестный дизайнер сохранил даже сам механизм с шариком и трубкой.

Надо ли говорить, что осознание их ближайшего будущего привело двух драконов в неистовство?

Тем временем, дождавшись, когда драконы хоть немного успокоятся, Кзац продолжил представление. Кажется, всё происходящее доставляло ему странное, извращённое удовольствие. Если учесть, что здесь он мог находиться уже очень долго, это имело свой, безумный смысл.

— Сейчас все пока к вам присматриваются, новички, поэтому пока молчат. Но скоро вы со всеми перезнакомитесь. Даже вон с тем неразговорчивым парнем…

— Твоё существование ошибка, — Лев с удивлением узнал в парящем синем кристалле могущественного ангела Порядка. — Сохрани свою ошибочную жизнь, пока она удовлетворяет целям Порядка.

Мог ли этот дурацкий кристалл почувствовать, что душа Аргалора не прошла полное очищение?

— Постоянно о своём Порядке талдычит, хоть и сидит тот уже не первую сотню лет, — усмехнулся архидьявол. — А вот там поселилась та, кому мы все говорим большое спасибо…

— Приятно познакомиться, Аргалор-сан и Хорддинг-сан. Меня зовут Каору, — с милой улыбкой произнесла прекрасная рыжеволосая женщина, за спиной которой развевались несколько лисьих хвостов.

— Каору — кицуне, редкий подвид духов, ёкаев, обитающих в материальном мире, — с гордостью представил её архидьявол Кзац. — Архимаг нашёл её в мире, который недавно пережил вторжение Хаоса из-за предательства духа-хранителя. У Каору редкие способности, которые позволяют ей обходить ограничения клетки и создавать иллюзии театральных представлений из своего мира. Чтобы не исчерпать все известные ей пьесы, выступления запланированы раз в неделю. Кстати, вам повезло: оно начнётся уже через два дня.

— А почему искусственный дух не препятствует этому? Она же обходит его защиту? — хмуро спросил Хорддинг.

— Кто знает, — пожал плечами архидьявол. — Его создал Безумный архимаг. Но лично я думаю, что это потому, что иллюзии не помогут нам сбежать, а заодно улучшают наши психологические показатели. А это, в свою очередь, повышает шансы экспериментов его создателя.

— Проклятье, нам нужно уйти отсюда до того, как архимаг вернётся! — сквозь клыки выругался Лев, когда реальность их положения вновь вернулась на сцену.

— А, кстати, о побегах, — улыбнулся Кзац. — Среди нас есть тот, у кого пока есть рекорд по побегам. Целых пять попыток. За попытку мы считаем лишь те, что позволили сбежать не только из клетки, но и из комнаты. Однако Кратус каждый раз его сюда возвращал и усиливал охранные заклинания.

Тот, о ком говорил архидьявол, представлял собой постоянно текучий и меняющийся комок живой плоти. Иногда он превращался в мужчину лет тридцати пяти, но почти сразу вновь растекался.

— Имени он так никому и не сказал, да и на контакт идти не желает. Впрочем, учитывая его навыки, этот парень своё дело знает. Из того что он показал, то великолепно владеет двумя школами магии: школой плоти и школой пространства. Надеюсь, что он придумает ещё один способ и увеличит рекорд уже до шести.

— А твой рекорд какой? — с интересом спросил Лев, на что получил мрачную ухмылку.

— Две попытки, после которых я вот уже как три сотни лет не могу придумать ничего нового, — ответил Кзац.

Лев хотел спросить что-то ещё, но в этот момент почувствовал, как связь Рубрилита исчезает, а дверь в их комнату резко распахивается.

— Просыпаемся-просыпаемся, мои милые подопытные мышки! — радостно закричал Кратус, махая рукавами своего замызганного халата. — Сегодня у меня запланировано для вас настоящее приключение. И я уверен, вы только рады будете в нём поучаствовать!

«Сегодняшний день явно не задался», — решил Лев.