Наконец, они подъехали к дому Егора и вышли их машины. Вдалеке пара ребятишек играли на дороге – свидетели не очень. Из дома даже не крикнуть – не услышит никто. Никита одернул себя, ну что за мысли! И зашел в дом. Егор зашел следом и запер дверь.

– Чтоб не сбежала, она шустрая дрянь, – пояснил он.

Никита вспомнил тушки странных птиц и его замутило. Кого еще предстоит увидеть?

Когда же Егор отпер каморку, сначала в темноте они не увидели ничего. И лишь когда Егор включил фонарь, луч света выхватил сначала руки и опушенную голову со спутанными черными волосами, потом ноги…

Девушка подняла голову и в её осунувшемся лице Никита узнал Вассу! Грязная, похудевшая, она выглядела откровенно плохо. А потом уже он увидел, что одна рука у неё прикована к крюку. В комнате был затхлый тяжелый воздух, и Никита отпрянул.

– Сбежать пыталась, – Егор заметил, как Никита смотрел на наручники. – Я же говорю, хитрая и шустрая дрянь. Уже почти расковыряла стену, ладно я заметил. Но сейчас нас тут много, так что покажу вам фокус.

Он отцепил наручник от крюка и волоком потащил Вассу на свет, в более просторную и чистую комнату. Впрочем, это только в сравнении с той каморкой.

– Смотрите! – с ухмылкой произнес Егор и вдруг со всей силы ударил скрючившуюся на полу девушку в живот. Горестно охнул Пашка, а Никита сжал кулаки так, что ногти оставили следы на ладони, но молчал. Смотрел не отрываясь. Еще удар, еще… А потом сапогом он наступил ей на лодыжку.

– Давай, давай, дрянь! Покажи свое лицо! – ожесточенно рычал Егор, продолжая пинать девушку. Вот дернулся Паша, но Никита его удержал. Он и сам собирался остановить охотника, но медлил, когда шипевшая сквозь сжатые зубы Васса вдруг начала меняться.

Никита отпрянул, увидев, как у все еще красивой несмотря на явные лишения девушки лицо начинает покрываться мелкой чешуей и с прозеленью сереет. Яркие глаза становились пестрыми и рыжими с белыми прожилками – как яшма, Никита помнил, у мамы были бусы такого цвета. Они также чуть блестели и были такими же безжизненными.

На скрюченных пальцах выросли острые когти, а когда на очередной удар Васса зашипела, задрав голову, Никита отчетливо увидел в её рту острые зубы.

– У неё еще хвост как-то вырос, но я оторвал нечаянно. Хотел проверить, насколько он крепкий! – снова засмеялся Егор и занес ногу для удара.

– Да перестань ты уже её колотить! – не выдержал Пашка. – Девушка или чудовище – ногами-то зачем!

Никита увидел, что друга всего трясло. Того гляди бросится на охотника с голыми руками. А у них против него шансов мало. Неужто не видит, что это не та красотка, или влюбился всё-таки? Мысль про любовь помогла Никите найти способ отвлечь разозленного и раззадоренного Егора от Пашки.

– А та, которая меня спасла… Солунай… Она такая же? – он по-настоящему гордился собой, когда небрежно ткнул пальцем в Вассу. Если им удастся с Пашкой уехать, они стукнут куда надо. Уж при полиции Егор не будет пинать её ногами, чтобы показать сущность. Но сейчас они сами не в лучшем положении, куда геройствовать!

– Без понятия, – сквозь зубы ответил Егор и с надеждой добавил. – Убьете эту?

Он смотрел исподлобья, а сам подтянул со стола топор. Никита почувствовал, как закружилась голова. Так и есть, он хочет повязать их кровью! Да еще и девушки! Никита достаточно посмотрел фантастических фильмов, чтобы понимать, что стоит убить эту… это существо, как оно превратиться обратно в девушку. И доказывай потом, что тебя заставили. Нет уж, нужно потянуть время. К счастью, клеточки мозга хорошего студента умели активизироваться в разных стрессовых ситуациях, а не только на экзамене, так что думал Никита не долго.

– Нет, – деланно равнодушно ответил он и, прежде, чем Егор отреагировал, продолжил. – Бессмысленная трата ресурсов. А вот если её тащить перед собой, то можно пройти все ловушки.

Пашка заметно оживился, только старался не глядеть на Вассу, тогда как неблагодарная чешуйчатая тоже поверила его слова.

– Зря Бануш тебя в прошлом году спас, – сплюнула вместе с кровью Васса. – Ничего, он спас, он и сожрет. Он вас всех прикончит.

Никите стало мерзко. Он испугался и в то же время захотел доказать, что чудовище ошибается. Он не такой. Но сейчас не было никакой возможности. От его слов Пашка совсем ожил, а это уже немало.

– Чудовища боятся железа, соли и алкоголя, я такое видел в кино! – заявил Пашка. – Железа она боится, что тут с наручниками?

Неудача с наручниками – никаких следов ожогов или еще такого, Пашку не смутила.

– Алкоголь! – заявил он. – Егор, дружище, у тебя есть алкоголь?

Никита никак не мог понять, искусно играет друг или впрямь решил, что Васса чудовище, достойное смерти. Но выпил вместе со всеми. В голове сразу приятно зашумело. А вот тварь, совсем мало похожая на Вассу, от влитого в неё насильно стакана водку еще больше позеленела, и её стошнило на пол. За это она снова получила удар сапогом, но в этот раз ни Никита, ни Пашка останавливать его не пытались. Воняло ужасно.

– Сейчас в поселке почти никого нет, все в это время или дома, или работают, – вдохновенно произнес Егор. – Мы сможем вывезти её к Воротам и никто не заметит. Ну что, пойдем штурмовать чудовищ, пока они этого не ждут?

– У тебя патронов хватит? – Пашка успел хлопнуть еще стакан, язык его немного заплетался, зато глаза горели азартом. – Вдруг их там сотни?

– Нет, откуда, – махнул рукой Егор. – Я посчитал как-то продукты, которые эта тварь носила в лес, там или взрослых не больше десятка, или сплошь мелкие, а это нам не страшно. Из взрослых там один Амыр был, но его я сегодня подстрелил!

Он захохотал.

Никита вспомнил крошечного хвостатого пацаненка, представил, что им предстоит расстрелять чудовищный детский сад и налил себе еще стакан. И одним глотком вдохнул в себя. А может, они еще не дойдут!

Стало тепло и весело.

Они хихикали как расшалившиеся дети, пока затаскивали Вассу в машину. Железо, она, может, переносила нормально, но вот в машине ей явно было не по себе.

– Они дикие твари, – махнул рукой Егор, заводя мотор. – У них, наверное, там и электричества нет. Живут как в средневековье в лучшем случае.

Вассу посадили на заднее сидение между Пашкой и Никитой. Рот ей Егор плотно забил кляпом.

– Зубы видали? – прокомментировал он. – Кому охота без руки остаться?

Ехали весело, хотя от выпитого Никиту сильно мутило. Да и запах в машине стоял тот еще – кормил или нет свою пленницу Егор, было непонятно, но мыться вдоволь он ей явно не давал. Краем глаза Никита заметил, что Пашка, делая вид, что смотрит на дорогу, шарит руками по телу снова ставшей человекоподобной Вассы. Никита поморщился. Для него это было совсем уже чересчур.

У Красных Ворот они выбрались, и Никита специально отошел вытащить из багажника ружья, чтобы не смотреть, как его спутники лапают девушку в разодранной трансформациями одежде. Как будто нельзя вытащить аккуратнее, ну как же!

От Ворот они прошли совсем немного, постоянно оглядываясь и толкая перед собой Вассу, когда Егор что-то заметил.

– Ты спрашивал про свою подружку, – ухмыльнулся он. – Сейчас я её получше рассмотрю в прицел и поверь, ты удивишься тому, что потом увидишь!

– Солунай? – успел спросить Никита и собирался уже ударить по ружью, он ведь точно ударил бы и спас её, он же в любом случае хотел её спасти! Но не успел. Он услышал невероятный голос. Приятный, нежный, как лучшая мамина сказка на ночь.

– Всё хорошо, вы так устали и всё равно куда-то идете… – удивлялся голос. – И несете эти тяжелые ружья. Как больно рукам, тяжело…

Никита с облегчением выпустил ружье из рук. Пашка рядом сделал то же самое, последним ружье уронил Егор. Никита смотрел на Егора и поэтому успел заметить, как лицо того сереет и становится безжизненным.

А потом он услышал полный отчаяния знакомый голос.

– Да это же просто люди, а не чудовища! Бануш, прекрати, я надеваю очки!

– Ты слушала директора вообще? Во внешнем мире почти не осталось чудовищ из-за таких вот людей, – из кустов откликнулся тот голос, но он больше не был чарующим. Никита потряс головой, туман исчезал, и он увидел Солунай.

Но какая она была! Когти почти как у Вассы, изо рта торчат клыки. А облако волос шевелится словно от ветра.

Никита понял, что они убили Егора и сейчас убьют их. Вот так просто, без всякого рассусоливания. Кажется, Пашке в голову пришла та же мысль.

По крайней мере, подхватили с земли ружья и направили на Солунай они одновременно.