— Что такое?! — пытаюсь выяснить я, встревоженно прыгая вокруг кровати своего сына, пока он, прижимая ладонь к правому уху так сильно, что и ладонь, и ухо, и кожа вокруг краснеют, рыдает, вздрагивая всем телом.
— Бо-о-ольно! Очень больно! — ноет Артур.
— Может быть, ты просто ухо отлежал?! — спрашиваю я, лихорадочно перебирая в голове все возможные варианты того, что с ним произошло.
Мозг категорически отказывается признавать, что это моя вина, что такие проблемы могли появиться от того, что я забыл взять в самолет какой-то дурацкий спрей от аллергии... как вообще связаны аллергия и самолеты?!
— Не-е-ет, точно нет! — плачет сын.
— А как болит-то?!
— Колет! — сообщает Артур. — Сильно! Ой! Вот... снова! Как будто внутри иголкой тычут! И как будто там какие-то шары перекатываются!
— У тебя такое раньше бывало?! — спрашиваю я.
— Бывало, — всхлипывает сын.
— И что делала мама?!
— Вела меня к доктору...
— Вот блин!
Я невольно вцепляюсь руками в волосы на голове.
Ну не может же быть, чтобы все это было из-за спрея!
Или — может?!
— А можно, мы позвоним маме?! — хнычет Артур. — Она скажет, что делать...
— Нет, — перебиваю я мягко, но строго. — Нельзя. Помнишь, мы договорились ее не беспокоить?!
— Помню, но...
— Будь мужчиной, сын! Потерпи немного! Я все решу!
Артур продолжает тихонько плакать, сильно прижимая ладонь к уху, а я выхожу из детской в общую гостиную, где меня ждет обеспокоенная Лена.
Она еще полчаса назад оделась и собралась, чтобы идти на завтрак и в бич-клаб, но обстоятельства оказались выше нас...
Она, как и я, вскочила утром, разбуженная криками и плачем моего сына, и мне до сих пор перед ней стыдно.
Я ведь привез ее сюда, чтобы мы отдыхали, высыпались, вкусно ели, нежились на солнышке и плавали, а в итоге что?!
Она, конечно, сама предложила полететь втроем, она сама сказала, что мечтает познакомиться с моими сыновьями, но, по большому счету, она вовсе не обязана слушать его рыдания... это только моя ответственность.
Мы с Леной даже в отношениях не состоим!
А ситуация у нас — как у семейной пары, которая прилетела на отдых с ребенком, и ребенок заболел...
И Лена — большая умница: поддерживает, помогает, заботится... и ведь у нее даже материнского опыта нет!
Может, я ее недооцениваю?!
— Как он?! — спрашивает она тем временем.
— Кажется, фигово, — признаюсь я. — А еще фиговее то, что у нас как раз закончилась годовая медицинская семейная страховка для заграничных поездок, и я... я не успел оформить новую. Подумал: ай, ладно, мы ведь ненадолго, отдых будет спокойный, на давно знакомом курорте, что может случиться?! И вот — случилось! Теперь, если придется обращаться за медицинской помощью, я потрачу туеву хучу денег! И никто мне ни копейки не вернет! Представляешь?! Как назло! Кто бы мог подумать, а?!
— Ты не знал, что так произойдет, котик, — Лена гладит меня по плечу, и это немного успокаивает. — У меня есть подруга-врач, хочешь, я позвоню ей и спрошу, что делать?!
— Да, пожалуйста! — соглашаюсь я сразу.
Ведь если получится обойтись без очного обращения к врачу, не придется тратить огромные деньги!
Мне для сына, конечно, ничего не жалко, но я все еще надеюсь, что с ним ничего серьезного, и мы сможем обойтись малой кровью, купим что-нибудь сами в местной аптеке, полечимся, и все пройдет...
— Похоже на аэроотит, — сообщает Влада, подруга Лены, когда мы подробно описываем ей симптомы, мучающие мого сына. — Спрей, о котором говорит ваш сын и который, вероятно, забрызгивала ему жена, это банальное сосудосуживающее. Если у вашего сына хроническая аллергия, то слизистая носа, скорей всего, разросшаяся, а функция слуховых труб нарушена, и перепады давления при взлете и посадке не просто неприятны, а опасны. Сосудосуживающий спрей в таком случае расширяет проходы, позволяя воздуху свободно циркулировать, и давление уменьшается...
— Да, кажется, жена мне об этом рассказывала... — я начинаю припоминать. — Что же нам теперь делать?!
— Сложно сказать, — Влада пожимает плечами. — Я могу посоветовать купить сосудосуживающее, противовоспалительное и еще — средство для отхождения слизи... Но если инфекция серьезная — этого будет недостаточно, нужен антибиотик. А еще, возможно, во время полета произошла перфорация барабанной перепонки, это уже совсем серьезно... и требует очного осмотра. И лететь с этим обратно в ближайшие две-три недели будет нельзя.
— Да уж, — хмыкаю я, наконец начиная осознавать, что, возможно, натворил. — Но давайте начнем с... что вы там называли?!
— Сосудосуживающее, противовоспалительное и средство для отхождения слизи, — повторяет Влада.
— Да, именно. Напишите названия, мы все купим.
— Без проблем.
— Огромное спасибо!
Пятнадцать минут спустя я уже бегу в ближайшую аптеку за всем, что написала Влада.
Плюсом покупаю чай, лимон и мед — в отеле всего этого в свободном доступе, в необеденное время, нет, конечно, — в надежде, что так сын быстрее восстановится.
Сегодняшний день, получается, уже потерян: точно не позагораем и не покупаемся.
Но есть шанс, что к завтрашнему дню Артур поправится.
Мы с Леной начинаем его усиленно лечить, но особого эффекта не наблюдаем.
Кроме того, к вечеру у сына поднимается температура, его начинает лихорадить, и тогда уже я принимаю неприятное решение: придется обращаться в больницу.