— Уснули? — слышу хриплый голос Севы прямо над ухом и вздрагиваю.

Чувствую мужские ладони на своих плечах и ловлю себя на мысли, что мне снова не отвертеться от них обоих. Да и хочется ли мне? С тех пор, как мы переспали, мне, и правда, хотелось всё это повторить. Видимо, им тоже. Так почему же я должна отказывать себе в удовольствии? Потому что боюсь того, что со временем привязываюсь к каждому из них всё больше и сильнее…

Да и, если честно, я не знаю, как всё будет дальше. Это что же, нам придётся вечно скрываться от детей? Линке я уже всё объяснила, и я очень надеюсь, что она меня поняла. Но не зародятся ли в наших детях ненужные убеждения? Не станет ли им казаться, что отношения втроём — это норма, а вдвоём — нет?

— Сев, — веду плечами, чтобы сбросить его руки, — не надо.

— Я не спрашиваю, надо или нет… — шепчет муж. — Ты любишь нас обоих, а мы любим тебя. Никаких проблем, — усмехается в ушко и прикусывает мочку.

По спине сразу проходятся мурашки. Он опаляет меня своим дыханием, пока Адам только смотрит. Я замечаю его взгляд. Знаю, что оба меня желают, и не могу сопротивляться. Потому, что сгораю от их близости, таю от прикосновений, завожусь от их речей и ласк.

Мне хочется что-то сказать, но в горле встаёт ком. Я сглатываю его, а сама уже плавлюсь от того, что Сева кончиком языка проводит по шее и прижимает к себе, обвивая рукой талию. Сжимаю его большую горячую ладонь, накрыв её своей.

Наблюдаю за тем, как приближается Адам. Нарочито медленно и, может, даже грациозно. Только мне не дают даже возможности оценить это. Муж прикусывает кожу на шее и тут же лижет укушенное место, а бывший сразу впивается в губы грубым, страстным поцелуем, подавляя любое желание сопротивляться. Через несколько секунд я уже рвано дышу, а они довольно оглядывают меня. Вторая рука сама оказывается на груди Раевского. Я даже не замечаю, что тянусь к нему сама и притягиваю ближе.

— Тебе же нравится, Барсик. Верно? — слышу сквозь пелену удовольствия голос Адама и киваю. — Идём наверх, — зовёт он, а я чувствую, как в его штанах всё напрягается от близости со мной.

— Скорее, — пылко шепчет Сева и подталкивает меня в спину.

Мужчины уводят меня наверх, не забывая останавливаться и прижимать меня к себе на каждом повороте. То один, то второй ласкают и притягивают к себе. Не в силах уследить за собственными мыслями, чувствую, как мне всё сложнее и сложнее даются шаги. Они рядом, и это то, что мне нужно. То, чего пока достаточно…

Когда они прижимаются ко мне горячими телами — Сева спереди, а Адам сзади, — вскрикиваю от ярких ощущений. Такого я никогда не испытывала, даже не могла себе представить. Замечаю, как полы моего халата расходятся, но мужчины не спешат раздеть меня до конца. Мы вместе сгораем в этом огне необузданной страсти, что так дурманит голову.

Думать о чём-то, кроме них, у меня не получается. Я пропадаю то в поцелуях мужа, то в касаниях бывшего. От их запаха, сливающегося в одно целое, голову кружит не на шутку. Меня ведёт, и я, не понимая, что творю, каждый раз следую за ними, привлекаю их к себе, растворяясь в бесконечном наслаждении и блаженстве.

— Бля-я, — тянет вдруг Сева, оторвавшись от моих губ и прижавшись своим лбом к моему, — малыш, ты просто сносишь мне крышу…

Я вдруг уверенно разворачиваюсь в их руках и спрашиваю у Ада:

— А тебе? — и уверенно усмехаюсь.

— И мне, — в ответ смеётся он. — Я даже не понимаю, что мы делаем. Только знаю, что хочу. Очень хочу тебя… — Ад не даёт ответить, сразу целует, прижимая к себе за затылок, пока Сева раздевается, а затем подходит ко мне, чтобы начать раздевать меня.

Когда халат оказывается на спинке стула, а я остаюсь полностью голой, помогаю Раевскому избавиться от одежды и льну к ним обоим, стремясь прижаться кожей к коже, ощутить температуру их тел, расплавиться ещё сильнее, но куда уж там? Такой мокрой, как сейчас, я ещё никогда не была…

А о стеснении или страхе и речи не идёт. Я доверяю им и знаю, что безумно привлекательна для обоих мужчин. Прикусываю губу Ада, когда он стягивает штаны вместе с нижним бельём, и слышу его стоны. Сзади что-то неразборчиво шепчет Сева, а я понимаю смысл слов только после.

–...такая красивая у меня…

В ответ я прижимаюсь к нему попой, чувствуя твёрдость его достоинства, и знаю, что этим движением сражаю его наповал. Вздрагиваю от того, что муж неожиданно и резко шлёпает меня, кайфую от того, что волна удовольствия проносится по всему телу и собирается внизу живота тягучим клубком.

Раздевшись до конца, Адам вдруг спрашивает:

— Кто первый? — и я только через несколько секунд осознаю, что вопрос адресован не мне.

— Я хочу внутрь, — хрипло отзывается Сева и разворачивает меня к себе.

У меня так дрожат ноги, что стоять я уже просто не в силах, и, кажется, муж понимает это, потому что хватает меня, сажая на себя. Я обхватываю его мощное тело ногами, пока он несёт меня к постели. Аккуратно кладёт на подушки, а сам подбирается ближе. У нас нет никаких преград, лишь похоть, страсть и… Любовь?

В такие моменты я верю, что она возможна, потому что это чувство настолько окрыляет нас, что всем затмевает разум и способность рационально мыслить.

— Медленно или быстро? — интересуется Сева, нависая надо мной.

— Как ты хочешь, — успеваю ответить и замечаю, что Адам идёт к нам.

Я стараюсь смотреть в его глаза, но его член привлекает моё внимание не меньше, чем стальная радужка. Прикусив губу, я слежу за тем, как Ад заползает к нам и неожиданно подбирается к моему лицу. Порывисто целует меня и снова придвигается, встав на колени.

— Возьмёшь его в ротик, сладкая? — говорит таким баритоном, от которого я схожу с ума. Берёт член в руку и делает пару движений, отчего кожица на головке натягивается.

Сглатываю слюну, чувствуя предвкушение, тянусь к Аду и обхватываю горячий и твёрдый член в кольцо. Высунув язык, осторожно слизываю капельку смазки и вновь вскрикиваю, когда чувствую, как Сева проникает внутрь.

С шумом втягиваю воздух и стону, ощущая, как язык и губы мужа блуждают по ключицам, шее, плечам. Рука Адама вдруг оказывается на груди и сжимает её, длинные пальцы теребят твёрдые соски, а Ад стонет вместе со мной. Возбуждение набирает обороты с нехилой скоростью, когда я уже готова кончить прямо сейчас, но всё же еле-еле держусь.

Беру головку в ротик и начинаю ласкать любимого мужчину. Сева входит в меня легко, выходя почти до конца, а потом засаживая до упора с непристойными звуками, стонами, шлепками. Двойной накал будоражит меня до глубины души. Они оба любимы мною, я желаю их. Не по отдельности, а вдвоём.

— Нравится, киса? — спрашивает Ад, двигаясь в моё горло.

Мне остаётся только кивнуть и промычать что-то невнятное, потому, что его член занимает всё пространство в моём ротике. Это дико возбуждает, учитывая то, что Сева наблюдает за каждым нашим движением. Кажется, их обоих это будоражит не меньше, чем меня. Я плыву на волнах удовольствия, с каждым толчком приближаясь к ярчайшему оргазму, пока их ритм становится единым.

Мы сливаемся в одно целое в попытке подарить друг другу ласку и любовь. Страсть разрывает нас и рвётся наружу, заставляя только чувствовать, ощущать, гореть и сгорать. Наслаждаться.

Толчки доводят до такого исступления, что хочется кричать. Меня переполняет удовольствием, я растворяюсь в своих мужчинах настолько, что не могу дышать. Вытаскиваю член из ротика, пытаясь отдышаться, и встречаюсь взглядом с Севой. Такого секса у нас ещё никогда не было.

Он вжимает меня в матрас и вбивается внутрь с силой и пошлыми, мокрыми шлепками. Сознание ускользает от меня с каждым движением, я закатываю глаза в блаженстве и ловлю его губы, не забывая об удовольствии Адама. Моя рука плотно сжимает его член и двигается, на какое-то время заменяя рот.

— Я… — шепчу еле-еле. — Не могу… больше, — выдыхаю и насаживаюсь на их члены, стремясь получить всё возможное удовольствие.

Вновь ласкаю Адама языком, губами, продолжая исследовать его достоинство рукой. Через несколько одновременных толчков ощущаю подступающие волны оргазма. Мужчины ускоряются, вместе с тем усиливая напор, и я захожусь дрожью в крышесносном наслаждении.

— Да, сожми мой член, — говорит пошло Сева, а я послушно сжимаюсь на его стволе. Струя спермы выстреливает внутрь совсем скоро, а Адам мощно и обильно кончает в мой рот.

— Это охуенно, — выдыхает Ад.

Сглотнув, слизываю всё до последней капли и смотрю в стальные глаза, наполненные огнём желания и нежностью одновременно. В какой-то момент мне кажется, что это конец, но мужчины совершенно иного мнения.

— И не говори, — усмехаясь, поддерживает Сева. — Тебе же тоже нравится, Ви?

Поворачиваюсь к мужу, облизываясь, и искренне отвечаю:

— Мне безумно нравится. Я хочу вас двоих.

Никак не ожидала, но наш оргазм породил во мне ещё большее желание. Ещё немного, и я бы начала просить своих мужчин вновь подарить мне наслаждение.

Только они и сами не стремятся это заканчивать. Словно нам троим пока этого мало. Сева помогает мне перевернуться на живот и поменять позу. Они становятся по краям кровати, предвкушая ещё большее удовольствие. Я встаю на колени, разворачиваясь поперёк. Ад почти сразу вставляет в меня и хватается за бёдра, с размахом засаживая внутрь.

От наших выделений, феромонов и запахов, разум дурманит ещё больше. Я тут же жмусь лицом к члену мужа, а он не позволяет мне и на секунду расслабиться.

— Открой ротик, малышка, — шепчет страстно.

Я тут же выполняю его требование, потому что на просьбу это не похоже. Принимаю его член в себя и понимаю, что от каждого толчка с той или иной стороны я нанизываюсь на достоинство второго мужчины. Это осознание пробирает для приятных мурашек, когда Сева уже хватает меня за волосы, наматывая их на кулак, и толкается в моё горло.

Их движения, пошлости, стоны — всё это сносит все границы дозволенного. Я хочу, чтобы они наслаждались мной столько, сколько смогут, и потому наш сексуальный марафон не заканчивается до самого утра. Я теряюсь в них, забываюсь в количестве нежности, ласки, грубости и удовольствии. Мы меняем позы, говорим друг другу то, что никогда не сказали бы на свежую голову. Так я думаю, но, услышав это вновь, когда мы уже спокойно лежим, отдыхая, теряюсь и удивляюсь.

— Мне безумно жаль, что я смог так ужасно с тобой поступить, Ви, — вдруг выдаёт Сева. — Знаешь, не представляю, что мне было не так. Ты такая шикарная девочка… Я каждый раз испытываю с тобой то, что не испытывал никогда и ни с кем, каждый раз напоминаю себе, какой я скотина, раз смог так предать тебя, но… На деле я знаю, что очень люблю тебя, очень хочу. Сейчас понимаю, что не смогу терпеть рядом другую женщину…

Я приподнимаюсь на локтях, смотрю то на одного, то на другого, и пока не понимаю, к чему он ведёт.

— Не думал, что когда-нибудь скажу такое, — усмехается муж. — Я согласен на то, чтобы Адам жил с нами. На то, чтобы мы были вместе. Втроём.

— Что?! — чуть ли не вскрикиваю. — Ты предлагаешь мне…

— Нет, — перебивает Сева. — Я предлагаю нам обдумать это предложение. Мне не хочется воспринимать Ада, как того партнёра, который будет с нами лишь иногда, для разбавления. Мне хочется быть с вами всегда. Постоянно. Тем более, я знаю, что могу ему доверять. Знаю, что он любит тебя не меньше моего, Виол, — муж стреляет в меня глазами.

В шоке от его слов поворачиваюсь к Адаму. Он лежит на спине, подложив одну руку под голову и почти безэмоционально смотрит в потолок. Чувствует мой взгляд и неожиданно поворачивается ко мне.

— Я согласен, — говорит, смотря прямо мне в глаза. — Мне очень хорошо с вами. Я испытываю то, что никогда не испытывал, и эти чувства на грани фантастики. Да и я полностью вам доверяю. Вам обоим. Знаю, у меня довольно специфический характер, — Адам ухмыляется, — но ради тебя, Ви, я готов меняться, если это нужно.

— С ума сошли? — высказываю первую пришедшую в голову мысль.

Витать в облаках я не хочу. Мне нужно сосредоточиться на том, что важнее всего, и это дети. Но сейчас их предложение звучит настолько заманчиво, что мне хочется поддаться чувствам и произнести заветное “да”. И чтобы не ляпнуть что-то необдуманное сейчас, поднимаюсь с постели и бурчу:

— Я в душ, — беру с собой нужные вещи и ухожу в ванную, вдогонку услышав:

— Пусть идёт, — хмыкает Ад. — Если ничего больше пока не сказала, значит, подумает над этим. — В любом случае, мы с тобой всё для себя решили.

Это, интересно, что же они там решили?