— Ты намекаешь, что он отпустил меня сознательно? — прищуриваюсь я на Светлану, которая что-то выбирает в телефоне. — Что ты делаешь?

— Еду хочу тебе заказать. Выходить тебе на улицу не стоит, а телефона у тебя нет. И да, мне кажется, что без позволения Сафарова ты бы так легко не ушла.

Я вспоминаю слова Амира: «Я не идиот, как бы тебе ни хотелось обратного».

— Но зачем? — мне очень не нравится, что слова Светы похожи на правду. — Ещё разок поиздеваться, отпустив на коротком поводке, а потом показав, что все усилия напрасны?

— Думаешь, у него такие ролевые игры? — Светлана посмотрела на меня заинтересованно. — Сомневаюсь.

С тяжёлым вздохом я пристраиваю больную ногу на соседнюю табуретку. После того как я стащила кроссовку, щиколотка ныла ещё долго и только-только перестаёт беспокоить, и то, если не шевелиться. Я калека и к новым побегам временно непригодна.

— Да я не знаю, что и думать! — зло отвечаю я, прямо сейчас готовая возложить на Сафарова ответственность даже за своё растяжение. — Играет мной как вздумается. То велит слушаться беспрекословно, то, видите ли, я не похожа на живого человека. То смирись, то подумай хорошо. То я через тебя не мщу, то я тебя возьму… Так что да, я вполне могу поверить, что это его какие-то сексуальные извращения! Неужели непонятно, что мне страшно? Не сто́ит делать необдуманных поступков, — передразниваю я, — а какой он собственно от меня реакции ждал?

— Так, в течение часа все привезут. А что до Сафарова… думаю, что он ждал, что ты, наконец, примешь правила игры.

— Какой игры? Какие правила? Мне кто-то удосужился объяснить, чего он хочет? Нет! Точнее, как раз, чего хочет, Амир заявляет весьма чётко.

— Ты чего буянишь? — останавливает мой словесный поток Светлана. — Его здесь нет. Ты же ему сейчас высказываешь?

Я замолкаю надувшись.

— Ты на него прям обиделась, — вдруг говорит она. — Прям классическая бабская обида.

— Ничего подобного! Я просто не понимаю…

— Ну я тебе точно ничего не объясню. Я его совсем не знаю. Могу предположить, что ему нравишься ты, но он не в восторге от самого этого факта.

— Нравлюсь? — всплёскиваю я руками. — А как-то по-человечески он это донести не мог?

— Ну, во-первых, я могу быть и не права, а во-вторых, давай начистоту: каковы шансы, что в той ситуации, в которой вы оказались, ты бы восприняла Сафарова как потенциального любовника?

— Нулевые. И это нормально. Он же вёл себя как…

— Представь, что кто-то вроде Сафарова вдруг ударился в любезности, — опять оборвала меня Света, и я, представив это на секунду, содрогнулась. — Что? Возросли шансы?

— Ушли в минусовые, — бурчу я.

— Да на тебя сто́ит посмотреть, и всё с тобой ясно, — припечатывает Светлана. — Даже если б он на улице с тобой решил знакомиться, хотя я плохо себе это представляю, реакция у тебя была бы одна — сбежать куда подальше. Я права?

Молчу.

Она действительно права, но какое это имеет отношение к делу?

— И сейчас у тебя претензии к Сафарову не из-за того, что тебя удерживал. Ты ж не идиотка. Ты понимаешь, что он тебя спасал и не один раз. Тебе покоя не даёт что-то другое. Я даже догадываюсь, что, но ты мне сейчас не поверишь.

— Не угадаешь. Думаешь, я хотела, чтоб мой первый раз прошёл так? С таким человеком?

Реакция у Светланы на мой вопрос неожиданная.

Она присвистывает, её взгляд меняется на сочувствующий, однако слова Светы ставят меня в тупик:

— И ты после этого сразу смылась? Скажи, что нет!

— Ну…

— Звездец. Он тебя из-под земли достанет.

— Ты преувеличиваешь ценность женской девственности, — кошусь на неё недоверчиво.

— Да при чём тут факт девственности. Он у тебя был первый, ты сама говоришь, что всё было не так плохо, то есть Сафаров как-то да постарался, чтобы ты как минимум расслабилась и не зажималась. Ещё один пунктик в список того, что, с его точки зрения, он вложил в тебя. А ты свалила в закат. Хер пойми с кем. И когда на тебя опять напали, ты предпочла сбежать, хотя едва ходишь.

Под таким ракурсом я точно свой побег не рассматривала, и что-то мне кажется, что Светлана сгущает краски.

И мне нравится напоминание о том, как я действительно расслабилась.

— Вот тебе мой совет. Сиди тут и не высовывайся, может, под горячую руку не попадёшь. Пусть Сафаров себе разбирается с врагами, спускает пар, тебе меньше достанется.

У меня во рту пересыхает.

Вот ещё полчаса назад Света говорила, что с Амиром мне было бы безопаснее, а теперь мнение своё меняет.

— Ты считаешь, он мне отомстит за побег? Да какой смысл? Он же не собирается тут оставаться. Сейчас они решат эти свои вопросы с заповедником, и Сафаров уедет…

— Вот и узнаём, права я или нет. А пока носа на улицу не высовывай. Курьер привезёт продукты, всякие там шампуни, гели у Эммы тут остались. Где-то должен быть её старый ноутбук, но пользуйся им в крайнем случае. Я приеду завтра вечером. Попробую узнать, что вообще происходит.

— Как ты узнаешь?

— Через сестру у Корельского. Что тебе привезти?

— Эластичные бинты. Я тебе деньги обязательно верну…

— Деньги не проблема, — устало трёт переносицу Светлана. — Мой адвокат уже откусил много у моего бывшего, и всё ещё отгрызает. Я сначала думала, что мне ни копейки от Гуденко не надо, лишь бы в покое оставил, но Яр и адвокат убедили меня, что сыну пригодится.

Света подтягивает к себе сумочку и, застегнув её, поднимается, чтобы уйти.

— Мне страшно, — жалуюсь я.

Понимаю, что ей надо уходить, но от осознания, что я останусь одна, в носу свербит.

— Будь осторожна и не делай глупостей. Курьер оставит пакеты у двери. Заберёшь, когда он уйдёт.

Я так и поступаю.

Когда появляется курьер, я открываю ему подъезд, но сама не выхожу. Только через полчаса осторожно втаскиваю тяжёлый пакет в квартиру. Я хромая и под его весом не могу сохранять равновесие, поэтому я переношу в несколько заходов только те продукты, которые нужно убрать в холодильник. Остальное оставляю в прихожей.

Благо у сестры Светланы квартирка маленькая, если что-то понадобится, потом возьму.

Чувствуя себя незваной гостьей в чужом доме, осматриваюсь. Первым делом нахожу тот ноутбук, про который говорила Света. Втыкаю в сеть — работает.

Мне нечеловеческими усилиями удаётся закрыть крышку и не броситься отправлять маме сообщение. Есть не хочется, ванну принимать вредно, на душ нет сил, и вечер тянется бесконечно долго.

Как и весь сегодняшний день, полный событий.

Даже мой первый раз, который случился сегодня, кажется очень далёким.

Я решаю просто полежать, дав ноге необходимый покой, и неожиданно для себя засыпаю. Глаза открываю, когда за окном уже светает.

Стараясь не думать о том, что мне сегодня надо быть в колледже, принимаюсь готовить завтрак, хотя аппетита вообще нет, но нужно же чем-то занять себя. Света появится только вечером. Оказывается, когда под рукой нет мобильника с интернетом, времени очень много, но тут есть какие-то книжки. Почитаю.

В процессе готовки яичницы я осознаю, что в квартире нет соли. По крайней мере там, где я ожидаю её встретить. Возвращаюсь к оставленному у входной двери пакету в надежде, что Света подумала об этой мелочи. Мне везёт, пачка лежит на самом дне, только вот под ней я обнаруживаю то, что оказаться в мешке никак не могло.

Новенький смартфон.

С ярким жёлтым стикером на экране, на котором написано: «Это было глупо».