– Нам нужно поговорить.
Услышав слова Брайар, я со стоном накрыл лицо подушкой, желая, чтобы солнечный свет убрался туда, откуда появился.
– А это может подождать, пока комната перестанет кружиться? Мне не нравится эта карусель. Хочу возмещения расходов.
– К слову о возмещении…
Я выглянул из-под подушки и посмотрел на Брайар, которая сжимала в руках коробочку с кольцом. На ней даже осталась вмятина. Я задумался, когда это случилось.
А вообще, как она ее нашла?
Вот черт.
Комната закачалась, когда я заставил себя сесть, пытаясь вспомнить, что произошло после того, как Ромео с Заком приволокли меня домой за руки и за ноги. Эти придурки ударили меня головой об каждую стену, пока поднимались по лестнице.
Все, что я помнил после того, как отключился: как проснулся от прикосновения теплых пальцев Брайар к щеке, как меня вырвало прямо на пол, а потом ее восхитительные губы обхватили мой член.
В этот момент он оживился и поприветствовал меня под простынями.
Брайар уставилась на бугор в области моих бедер и приоткрыла рот – надеюсь, чтобы обхватить его губами, а не чтобы «поговорить», потому что прозвучало очень серьезно, а я не в состоянии вести серьезные разговоры с таким похмельем.
Ее телефон завибрировал на тумбочке, прервав потенциально самое прекрасное утро после адского дня. Меня поразило, что я даже не потрудился проведать Себастиана после того, как бросил в его крыле, как ребенка на каникулы.
На звонке у Брайар стояла заглавная композиция из «Наследников». Я, черт возьми, женюсь на этой женщине, даже если это станет последним, что сделаю в жизни.
– Дай я отвечу. – Она отложила коробочку с кольцом и взяла телефон. – Хм. Скрытый номер.
– Не отвечай, – предостерег я. – Тебе не нужно понижать задолженность по кредитке. Ты скоро выйдешь за миллиардера, который настолько без ума от тебя, что даже не станет просить брачный контракт.
Я превращу эту фиктивную помолвку в настоящую, как только улажу все нюансы своего предложения руки и сердца.
Улыбка Брайар померкла, а вскоре сменилась скептическим взглядом.
– Может, это Даллас. Она звонит со скрытого номера.
Ах да.
В прошлом году Даллас внесли в черный список во всех местных ресторанах за то, что она случайно бронировала столики по два, а то и три раза.
Брайар провела по экрану и включила громкую связь.
– Алло?
– Брайар?
Температура в комнате упала на десять градусов. При звуке узнаваемого голоса Филомены Ауэр полная надежды улыбка Брайар сменилась хмурым взглядом.
Я не жестокий человек, но в этот момент не мог исключать, что сделаю с ее родителями такие чудовищные злодеяния, для которых закон еще не нашел подходящего наказания.
– Слушаю, Филомена. – Голос Брайар звучал холодно, под стать выражению ее лица.
– Я бы хотела, чтобы ты называла меня мамой.
– А я бы хотела иметь крылья и милый пушистый хвостик. Все мы порой желаем невозможного. Что тебе нужно?
«Ты бы очаровательно выглядела с пушистым хвостиком», – произнес я одними губами, сумев вызвать у нее смешок.
– Ладно. – Филомена прокашлялась. – Будь по-твоему. Пусть запись телефонного разговора покажет, что я пыталась наладить отношения.
– То есть примазаться ради легких денег? Ясно. Так чем я могу тебе помочь?
– Я так понимаю, что ты не пригласишь нас с отцом на вашу свадьбу.
– Ты имеешь в виду, тебя и Джейсона, который мне не отец? Все верно. – Брайар подтянула колени к груди, засунув их под свободную футболку – мою футболку, как я вдруг понял. Я изо всех сил старался не выпятить грудь от гордости, что было единственной уместной реакцией на то, что самая сексуальная девушка на свете носит твою футболку. – Как я уже говорила, я только подумаю об этом, если ты дашь мне информацию о моем биологическом отце.
– Зачем тебе вообще с ним знакомиться? Очевидно же, что он тебя бросил.
– Он хотел присутствовать в мой жизни. Это ты его прогнала.
В груди вспыхнула гордость. Наверняка ей было трудно противостоять той, чью любовь она когда-то вымаливала. Однажды Брайар станет прекрасной матерью.
– Я дам тебе информацию о твоем доноре спермы. – Казалось, будто Филомене приходится с усилиями выдавливать из себя слова. – Если…
– Если? – Брайар посмотрела на меня с надеждой в глазах.
Я показал ей два больших пальца.
– Ты дашь нам денег на погашение судебных расходов, – закончила Филомена. Вот зараза. На ее фоне даже Ди-Ди Бланшар [54] выглядела приличной матерью. – Расплатившись с этими мерзавцами, мы совсем остались без денег. Твой отец…
– Не отец.
Умница.
– Джейсон, – поправила Филомена, – продает кофе в гольф-клубе, чтобы нас обеспечить.
– О, отличная работа. Ты удивишься, узнав, сколько людей так зарабатывают себе на жизнь. – Брайар помолчала. – Сколько тебе нужно?
– Пятьсот тысяч долларов должны обеспечить нам хороший старт.
Я не мог поверить, что Филомена дала ответ, даже не колеблясь. А вообще мог. Эта женщина не поняла бы, что такое стыд, даже если бы тот расставил флаги у нее во дворе и расположился там, как дома.
– Господи, – выпала Брайар. – У меня нет таких денег.
– У меня есть, – напомнил я.
Брайар бросила на меня встревоженный взгляд, так и вопрошавший «что ты делаешь?», явно не довольная тем, что я вмешался. Но меня не волновало, что Филомена и Джейсон получат крупную сумму.
Во-первых, они, скорее всего, спустят все в первые же полгода, как самые настоящие безответственные неудачники. А во‐вторых, я бы купил даже чертово солнце, лишь бы Брайар имела возможность обрести покой.
Я наклонился к динамику, хотя глаза Брайар вспыхнули в знак предостережения.
– Я заплачу без раздумий, если ты дашь своей дочери – а ее ты, кстати говоря, всегда была недостойна, – информацию, которую она имеет право знать. Ты должна была предоставить ее безвозмездно. Но я уже не жду от тебя ни капли порядочности.
– Как скоро сможешь их перевести? – Филомена даже не запнулась, хотя ей хватило совести добавить: – Я просто пытаюсь позаботиться о себе.
– Что сказать, ты всегда умела ставить себя на первое место, – тихо заметила Брайар, все не сводя с меня взгляда. – Где мы встретимся?
– Я могу приехать в дом Оливера.
– Нет уж, спасибо. Еще украдешь предметы декора и золотые столовые приборы. Неподалеку есть кафе, в которое пускают с животными. Пришли свой номер, и я отправлю тебе адрес. Уверена, в этом кафе ты будешь чувствовать себя как дома.
Я хмуро посмотрел на Брайар, почесав висок.
– А это жестоко. Что животные тебе сделали?
– Ладно. – Филомена не отреагировала на наши насмешки. – Как вы мне заплатите?
– Мы передадим наличкой, – снова встрял я. – Дашь нам информацию и провалишь навсегда.
– Приглашения на свадьбу не будет?
– Господи. – Брайар помассировала лоб, качая головой. – Ты и правда безнадежна. Пришли свой номер.
– Но я…
– Пока. – Брайар повесила трубку и повернулась ко мне: – Я правильно поступаю?
Я кивнул.
– Ты должна знать, кто такой Купер. Даже если никогда с ним не свяжешься. Даже если выяснишь, что он аферист, как и Джейсон. Ты должна знать.
Брайар спрыгнула с кровати, ушла в гардеробную и вернулась, переодевшись.
– Мне кажется, неправильно давать ей деньги за информацию, которую она должна сообщить безвозмездно.
– Эти деньги не принесут ей радости, – заметил я. – В них нет ничего хорошего. Деньги, полученные нечестным путем, всегда приводят к страданиям. Поверь мне.
– Я могу нанять частного детектива. – Брайар прикусила нижнюю губу. – Выйдет дешевле, и я не буду чувствовать, будто потакаю ее отвратительному поведению.
– Я уже нанял. – Я потер затылок. – Но у нас мало зацепок. В тот вечер я просмотрел весь список сотрудников, но не нашел в нем Купера. Нанял два десятка частных детективов, чтобы они нашли всех, кто работал на званом вечере, но никто ничего не выяснил. Они единодушно пришли к выводу, что Купер устроился в кейтеринговую службу под вымышленным именем на случай, если у твоих родителей будет доступ к списку персонала.
– Ты сделал все это ради меня? – Она посмотрела на меня большими глазами. – Почему ты мне не сказал?
– Ты питала столько надежд, что я не хотел их рушить. – Я заглянул в гардеробную и вернулся в свитере с молнией на горле. – К тому же так открылся путь к этой прекрасной сцене: твоя мать получит денежную подачку, как деревенщина. Она всегда относилась к тебе так, будто ты не важна. Пора показать ей, что роли поменялись.
Брайар билась затылком о стену, издавая тихий ритмичный стук, и закрыла глаза, пока все обдумывала.
– А если он правда аферист? Насильник? Ужасный человек?
– Значит, ты совершила невозможное и сумела стать самым безупречным человеком на Земле наперекор ДНК.
Она открыла глаза.
– Я серьезно, Олли.
– Я тоже.
Тишину нарушало только ритмичное тиканье часов на заднем плане.
Я знал, чем она руководствовалась. Она ненавидела своих родителей. Все, за что они ратовали. Какими людьми были. Если выяснится, что ее отец был таким же ужасным человеком, это станет для нее огромным ударом.
Но я буду рядом, чтобы помочь ей снова встать на ноги. Теперь у нее есть я. Она может преодолеть что угодно.
Мне просто нужно найти момент, чтобы сделать предложение и превратить фиктивную помолвку в настоящую.
– Спасибо за пятьсот тысяч. Это… очень щедро, мягко говоря.
– Мои деньги – твои. – Я пожал плечами. – Так было всегда.
Телефон в ее руке издал сигнал. Наверное, Филомена.
Я убрал бумажник в карман.
– Нужно заехать в банк.
Представление начинается, детка.