= Брайар =

Буря во мне все никак не стихала.

Темная и свирепая, она клокотала в груди, когда я вошла в дом час спустя, тщательно стараясь скрыть свои эмоции. Если дам им волю, эти тяжелые и удушающие чувства поглотят нас, словно упрямые облака, не желающие менять форму.

Оливер встретил меня в холле. Он тоже только что вошел в особняк, явно вернувшись с пробежки. Если он и заметил мою внутреннюю бурю, то ничего об этом не сказал.

Капля пота стекла с его виска на промокшую насквозь майку. Он вытер лоб ее краем, обнажив рельефный пресс. Оливер мог сойти за полубога. А судя по тому, как он подмигнул мне, когда поймал мой взгляд, он и сам об этом знал.

Внезапно меня посетила мысль, ошарашив своей глупостью. Она была ужасна, и блистательна, и мелочна, и, быть может, единственная могла успокоить мою бурю.

– Ну и ну. – Оливер ухмыльнулся, поднеся ко рту термостакан, и замолчал, чтобы отпить воды. – Неужели это моя личная вегетарианка и защитница климата.

Он на ходу поставил стакан на кухонный островок и окинул меня взглядом.

– Ну и ну. – Я сделала то же самое, оглядев его с ног до головы. – Неужели это мой личный безработный секс-маньяк.

Он схватился за сердце.

– Только не говори, что гуглила меня.

– Гуглила. – Я улыбнулась, нагоняя его широкий шаг и стараясь не расхохотаться, когда он споткнулся от моего ответа. Рассказав, что именно узнала, я бы успокоила его, поэтому не стала этого делать. – Обо мне ни слова. Обычно прячешь меня на чердаке?

– Ну что ты. – Оливер издал драматичный вздох. – Там я держу любовниц. Нет, ты просто не любишь быть в центре внимания.

– Ты тоже не любил.

Но это не значило, что он его не привлекал. Люди глазели на Оливера, хотел он того или нет. Обычное дело для обладателя магнетической притягательности.

– Хочешь, закажем еду на дом? – Оливер закинул полотенце для тренировок на плечо. – Или водитель службы доставки оставит слишком большой углеродный след, пока везет сюда наш ужин?

Я задумалась, считали ли женщины, с которыми он встречался после меня, что смогут его исправить. Не иначе. Оливер фон Бисмарк богатый, красивый и веселый. Наверняка за ним бегало столько женщин, что в пору в любой момент набрать футбольную команду.

– Я не против доставки, – отмахнулась я с беззаботной улыбкой. – А ты куда?

– В душ.

– Вот так совпадение. Я собиралась позаниматься горячей йогой [27] в ванной. Пойду с тобой.

Оливер машинально окинул меня взглядом, а потом отвел его.

– Не думаю, что это хорошая мысль.

Мы бок о бок поднялись по лестнице в хозяйскую спальню. Я намеренно задевала его руку своей, хотя он держался на приличном расстоянии.

– Позволю себе не согласиться. – Я стащила у него полотенце и вытерла затылок. – Мне нравится пар от душа. С ним легче дышать, и твое присутствие мне не помешает.

– Мне помешает твое.

– Переживешь, милый. – Я похлопала его по крепким ягодицам и подмигнула.

Олли подпрыгнул и уставился на меня, вытаращив глаза.

– Ты что, похлопала меня по заднице?

– Да. А что? Я тебя смутила?

Он покачал головой, в изумлении на меня глядя.

Мы подошли к хозяйской спальне.

Я видела, что Оливер хотел возразить, когда я вошла вместе с ним, но лишился дара речи, едва я сняла футболку вместе с лифчиком и одним махом спустила джинсы и трусики.

Отбросила их в сторону, и они отлетели к стене.

Оливер встал передо мной и глазел на меня не меньше минуты.

– У тебя сердечный приступ? – Я пошевелила пальцами в белых гольфах и, вытянув руки над головой, с зевком откинулась назад. Будучи фанатичным йогом, я могла потягаться гибкостью с эластичным тросом. – В таком случае ты же не рассердишься, если отправлю тебя в отделение неотложной помощи с кем-то из сотрудников? Час пик ужасно угнетает.

– Ну разве я не счастливчик, раз заполучил тебя? – проворчал он, а выпуклость в его серых трениках росла на глазах.

– Счастливее всех. – Я потянулась ущипнуть его за щеку, зная, что его это бесит. – Иди в душ. Я проголодалась.

Когда он не шелохнулся, я встала к нему спиной и приняла позу «собака мордой вниз», подарив ему прекрасный вид на мою задницу и ноги.

Он шумно вдохнул позади меня, схватился за край столешницы и сжал его пальцами.

– Господи, Обнимашка. – Голос Олли прозвучал хрипло и отчаянно. – Прикончить меня пытаешься?

– А что? Получается?

Судя по ответному бульканью, он подавился своим языком.

– Хм-м? – Я встала в боковую планку одним стремительным движением и провела правой ногой по внутренней стороне левой, пока не дошла до бедра. – Ты что-то сказал?

Оливер не ответил, когда я вытянула свободную руку вверх. А вообще, он даже не шелохнулся с тех пор, как я разделась. Безо всякого предупреждения я подняла правую ногу высоко вверх, открывая ему обзор на свою обнаженную киску.

Соски затвердели от страсти. Наверное, между ног все блестело от влаги в явном приглашении.

Оливер так и стоял с несчастным видом, переминаясь с ноги на ногу и стараясь не ласкать себя.

– Милый, может, включишь душ? – Я села на шпагат. – Пар сам собой не образуется.

– В корне не согласен. – Он судорожно сглотнул. – Тут столько пара, что у меня вот-вот вспыхнут яйца.

Ему кое-как удалось оторвать от меня взгляд и раздеться, разбрасывая одежду по всему полу. От вида его тела хотелось плакать. Между бедер все пульсировало от отчаянного желания, чтобы он наполнил меня. Приласкал. Поглотил.

Оливер был безупречен. Каждый сантиметр его тела. Широкие плечи, мускулистые руки и идеальный пресс.

Он подошел к стеклянной кабине, заплетаясь, оставил дверь приоткрытой и стал возиться с вентилями. Струи воды с шипением хлынули, наполняя комнату клубами пара. Зеркала и стеклянные стенки запотели, когда воздух нагрелся.

Оливер облокотился о стенку, выложенную кварцевой плиткой, отчаянно стараясь не потянуться к члену. Он невероятно набух, головка почти побагровела. На кончике уже выступила капелька смазки.

Я знала, что мой план окажется непростым, но не ожидала, что настолько.

– Можешь подрочить, малыш. Я не рассержусь. – Я подмигнула, встав на ноги, и взялась за ступню в позе полумесяца. – Мне тоже немножко хочется себя поласкать.

Оливер простонал от боли, взял член в руку и с силой сжал, но не стал поглаживать. Опустил подбородок.

Вода текла по его величественному телу, по светлым локонам, которые я так любила перебирать пальцами, потому что они пахли летом, кокосами и моим любимым парнем.

Он смахнул каплю смазки.

– Это жестко.

– Вижу. – Я прошлась взглядом по его члену, который прижался к прессу, как пиявка, когда он его отпустил. – Не возражаешь, если я поглажу кошечку?

– Ох… что? – Он казался ошеломленным. Рассеянным.

– Ну, знаешь… отполирую жемчужину. Сыграю на клитáре.

Оливер несколько раз моргнул с таким видом, будто сейчас взорвется.

– А у тебя есть чувство юмора.

Он будто удивлен.

Ах да. Я же фригидная угрюмая экоактивистка.

– И чувство юмора, и либидо, как у той, кто только что открыл для себя секс. А еще я готовлю лучшую пиццу, какую тебе только доведется попробовать. Но ты уже знаешь об этом, будущий муженек. – Я подмигнула, указывая на свою киску. – Так что, можно?

– Да. Конечно. Если хочешь.

– Вообще, здесь становится прохладно. – Я сняла гольфы и бросила их в ворох одежды, которую он оставил. – Не возражаешь, если я войду? Обещаю тебя не трогать. Я уважаю твое нежелание заниматься сексом, пока я не восстановлю память.

– На самом деле, может, это не…

Я неспешно вошла в просторную душевую кабину, не слушая его возражения. В потолке установлены четыре изысканные душевые насадки. Я повернула первый попавшийся кран и включила функцию «тропический дождь».

С ухмылкой села на скамейку в углу и развела колени, демонстрируя себя всю.

Я не просто завелась.

Была возбуждена до предела.

Невозможно отрицать, что я считала этого мужчину притягательным. Неважно, что я чувствовала к нему, я не могла не признать свое влечение.

Оливер перестал возражать и бросать на меня несчастные взгляды. Он сполз по стенке, наблюдая за мной. Вода собралась в уголках его розовых губ и повисла каплями на кончиках ресниц.

Он прикрыл глаза, опьянев от страсти.

Его член покачивался вверх и вниз, будто маятник, от отчаянного желания погрузиться во что-нибудь. В меня. Я хотела, чтобы он наполнил меня. Полностью.

Перед глазами замелькали воспоминания о нашем первом разе.

Я впиваюсь ногтями ему в спину, не в силах сдержаться, потому что у него очень большой. Толстый.

Восхитительные ощущения оттого, что мы слились воедино.

Я опустила руку к клитору и стала поглаживать его указательным пальцем, слегка вводя мизинец внутрь. Раздались жадные хлюпающие звуки от желания покориться этому мужчине.

Соски стали такими возбужденными и чувствительными, что я дрожала от легчайшего потока воздуха.

– У тебя такая красивая киска, – прохрипел он, облизывая губы. – Я хочу поглотить ее.

– И ты можешь это сделать. – Я нарисовала улыбку на клиторе кончиком пальца. – Будущий муженек.

Он закрыл глаза, запрокинул голову и снова взял член в кулак.

– Что ты со мной делаешь?

– Эй… – Я старалась говорить спокойно. Прагматично. Скрыть, как сильно он на меня влияет. Я уже была на грани оргазма. Просто оттого, что он наблюдал, как я себя ласкаю. – Тебе надо намылиться. Ну, знаешь… чтобы помыться.

Оливер потянулся к золотистому флакону Guerlain и дважды выдавил мыло себе на ладони.

– Надо.

Он провел сильными пальцами по плечам, спине и груди. Я ускорила темп и раздвинула складки указательным и средним пальцами другой руки. Его дыхание участилось.

Олли издал ворчание, походившее на стон.

– Не возражаешь, если член тоже помою?

– Нет. – Мой голос прозвучал хрипло и тягуче, будто чужой. – Гигиена превыше всего.

Я двигала бедрами в такт нашему сердцебиению. Я чувствовала его, даже сидя в другом конце душевой кабины. Его горячее дыхание. Учащенный пульс. Его взгляд, ласкавший меня всюду.

Я хотела утонуть в нем и никогда не показываться на поверхность. Он мог погубить меня, если бы захотел. Признаться, я чуть не отступила от плана. От своей цели. Причины, по которой я подтолкнула его нагнести искушение.

Олли провел рукой по члену от основания до головки.

– Нужно это прекратить.

Но он все равно прошелся большим пальцем по кончику, дрожа от страсти и возбуждения и неотрывно глядя мне в глаза.

– Нет. – Я ускорила темп. – Я скоро кончу.

– Я не могу. Не могу. – Оливер покачал головой и отпустил возбужденный член. Потоки воды стали хлестать его по спине, когда он прижал ладони к мозаичной плитке. – Это неправильно. Я не могу так с тобой поступать.

– Уже почти.

И это правда.

Дыхание сбилось. Я обвела клитор и погрузила в себя два пальца. Не знала, как это объяснить, но знала, что это возбуждало сильнее любого секса, который у меня был или еще будет. Простая мысль, что Олли рядом. Передо мной. Теряет рассудок – сходит с ума – из-за меня.

Это предел моих мечтаний.

До сих пор.

Это будоражило и вместе с тем угнетало.

– Я вижу. – Он судорожно сглотнул. – Ты изумительна в момент оргазма.

И этого оказалось довольно, чтобы довести меня до края. Сердце воспарило, кожа раскраснелась, а между ног запульсировало, когда меня накрыла горячая волна удовольствия от самой макушки и до пальцев ног.

Я парила, возносясь все выше, поддаваясь сладостной страсти. В какой-то момент я будто застыла в пространстве. Запрокинула голову, закрыла глаза и хоть раз позволила себе чувствовать.

Несколько мгновений спустя я открыла их и увидела, что Оливер поднялся на ноги. Повязал полотенце на талии. Он смотрел на меня в замешательстве и ужасе. До меня наконец дошло, что я сейчас сделала. Как близка была к тому, чтобы переспать с ним.

Я встала, усмехнулась и уверенно подошла к нему, виляя бедрами. Он задержал на них взгляд, затем обвел им очертания моей талии и опустил его между ног. Подойдя, я остановилась и помахала пальцами, которыми только что ласкала себя.

Я вскинула бровь.

– Хочешь попробовать?

– Больше всего на чертовом свете, – прохрипел он. – Но не могу. Пока к тебе не вернется память.

– Ну и ладно.

Но я все равно придвинулась ближе. Коснулась сосками его груди, когда встала на цыпочки и потянулась ему за спину, чтобы закрыть кран. Как только вода перестала течь, моя кожа покрылась мурашками от прохладного воздуха.

Оливер затаил дыхание, когда мы соприкоснулись. Опьяненная властью над ним, я потерлась об него сосками. Он не дышал, застыв совершенно неподвижно.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул запах моих пальцев. Издал низкий гортанный стон.

– Брайар.

Я потянулась, выгибаясь обнаженным телом возле него, словно рукоять лука.

– Может, в следующий раз, да?

Я прижалась мокрой киской к его полотенцу и пульсирующей эрекции, которую оно тщетно пыталось прикрыть.

– Непременно, черт возьми.

Я развернулась и ушла.

1–0 в пользу команды гостей, козлина.

Я вела счет.

Ведь чуть раньше, перед тем как местное озеро напомнило мне о том, у которого мы влюбились друг в друга, я наконец-то вспомнила свое гадкое прошлое.

Пятнадцать лет назад Оливер фон Бисмарк бросил меня.

На этот раз уйду я.

Но сперва оставлю ему рану, глубже той, которую он нанес мне.