Полина

Спустя четыре дня я все же улетаю с детьми на острова.

Я хотела взять с собой маму, но она отказалась, сославшись на недомогание. А когда я ответила, что тем более не оставлю ее в таком состоянии, она меня чуть ли не палками погнала в аэропорт.

В детали случившегося мы не посвящали родителей, сказав лишь о том, что у Андрея завелся промышленный шпион и мы решаем этот вопрос.

Их такой ответ устроил, потому что они ничего не понимают в этом деле. А походы на допросы в полицию все же нужно было объяснять, потому что детки вряд ли не расскажут об этом бабушке и дедушке. Именно поэтому я поспешила увезти Саву и Нелли из страны, чтобы они не сболтнули лишнего.

Остров встретил нас ласковым солнцем и теплым бризом. Я не знаю, сколько нам предстоит провести здесь времени, но всю свою жизнь, что я оставила на материке, я поставила временно на паузу.

За салонами следит управляющий, как и за производством на фабрике. Сейчас для меня самое важное – спокойствие сына и дочки, которые, кажется, забыли о тревогах, как только их ноги обласкал океан.

Лица детей сияют от восторга, когда мы заселяемся в виллу с видом на океан.

И все, кажется, налаживается, но я не могу расслабиться и найти покой.

Я волнуюсь за мужа и не могу убедить себя, что в наше отсутствие ничего дурного не произойдет.

Каждый звонок Андрея заставляет сердце колотиться быстрее, и прежде чем я успеваю ответить, в голове появляется с десяток разных не самых приятных сценариев того, что именно там сейчас происходит.

– Как дела? – слышу его голос в динамике и ощущаю какое-то волнение, похожее на то, что я испытывала, будучи старшеклассницей, когда разговаривала с парнем, к которому неровно дышала.

– Все хорошо. Дети купаются, я делаю эскизы. А у тебя?

– Разбираюсь с бумагами. Белогорский не сдается, но у нас есть козыри, – слышу в его голосе воодушевление.

– Андрей… – запинаюсь, не зная, как заговорить о том, что действительно меня волнует.

– Да, Поль, – произносит муж как-то особенно нежно, и в груди растекается тепло.

– Что там с Алисой? – не выдерживаю и все-таки спрашиваю.

Слышу глубокий вдох и начинаю нервничать. Вспоминать эту девушку нелегко. Много бед она принесла нашей семье. Но поскольку она оказалась связана с похищением Андрея, забыть о ней не получается.

– Она дала показания против Белогорского. Все именно так, как и говорил Артем. Белогорский держал ее на коротком поводке. И ей захотелось свободы и нормальной жизни. Ты не подумай, я ее не защищаю. Прекрасно понимаю, что она не жертва, но и не главная злодейка в этой истории.

Возможно, он прав в том, что она не опасна физически для нас. Но зато она несет в себе опасность совершенно иного рода.

– Ты общался с ней? – вопреки здравому смыслу и моему пониманию того, что супруг не станет рисковать возможностью наладить отношения в семье, я боюсь их встречи.

Все же он был ею очарован и его влекло к ней. А теперь, когда нет физической преграды в виде меня и детей, он может шагнуть дальше.

– Да, Поль. Мы виделись в присутствии адвоката. Больше я не останусь с ней наедине.

Мне так хочется сказать, что я ему верю, но все совершенно не так. Тревога и страх – два моих неразлучных спутника.

– Ты мне не веришь? – спрашивает устало, прекрасно понимая, что доверие – самая хрупкая в мире вещь. И не факт, что, пошатнув его однажды, сможешь поймать для него равновесие вновь.

– Это сложно, – не скрываю свои чувства. Я вообще не вижу смысла замалчивать что-либо, когда внутри настоящая буря.

– Понимаю, родная, и обещаю, что я все исправлю и сделаю так, чтобы ты поверила мне снова.

– Время покажет, Андрей.

– Обещаю, что она больше не появится в нашей жизни. И никто другой не встанет между нами, потому что я осознал, как легко все потерять.

Я закрываю глаза, пытаясь понять, верю ему или нет. Но остается еще столько нерешенного между нами, что пока я не готова сказать однозначно, что все осталось позади.

– Когда ты приедешь? – несмотря на все наши вопросы, мне безумно его не хватает рядом. А вообще, я жутко переживаю за него и хочу спрятать там, где точно не достанут враги.

– Как только разберусь с этим. Обещаю.

Но обещания – это лишь слова. А мне нужны поступки…

И чем больше дней проходит вдалеке от мужа, тем острее я чувствую тоску по нему. Мне хочется просто увидеть его. Ведь тогда это будет означать, что в жизни есть справедливость и невиновные спасены, а злодеи получили по заслугам.

И возвращаясь на виллу с прогулки на катере по океану, я вижу на нашем крыльце знакомую широкоплечую фигуру…