«Стальная Берлога» вышла из варп‑туннеля на окраине звёздной системы «Чёрная Река», недалеко от флота Оболенских. Корабль слегка вздрогнул при выходе из варпа, а на тактическом шаре замелькали отметки эскадры — десятки кораблей выстроились в безупречный оборонительный порядок.

— Яр, соедини меня с князем Оболенским, — попросил я, когда мы медленно приблизились к эскадре. — А потом с Кассианом. Пора ему возвращаться на «Стальную Берлогу». Подготовь шаттл для отправки на флагман Оболенских за нашим адмиралом.

— Связь установлена, — спустя несколько секунд сообщил Яр. — Визуальный канал открыт.

Голографический экран мигнул, и появилось изображение Мстислава. Рядом с ним стояли трое князей: его отец — Владимир, и дядьки — Александр и Ярослав. Все они были одеты в парадные мундиры с гербами Великого Дома Оболенских, их лица выражали смесь уважения и радости.

— Добрый день, — поздоровался я, стараясь говорить ровным голосом.

— Император, — произнёс Мстислав, и все Оболенские почтительно поклонились. — Мы только что смотрели новости из звёздных систем «Альбанские холмы» и «Звёздный Перекрёсток». Это нечто невероятное, мой император.

Я усмехнулся. Как быстро разлетаются новости по звёздным системам! Как только мы покинули «Альбанские холмы», все уже знали, что там произошло. Хорошо, что Яр по моей просьбе не блокировал связь в звёздной системе, пока мы были там. Но отслеживал все внешние коммуникации — и я прекрасно знал, что Фердинанд отправлял сообщение Луи и Марселю. Это хорошо. Пусть знают, что их территории тоже не защищены и я могу появиться там в любой момент.

— Благодарю за высокую оценку, князь Мстислав, — ответил я. — Это демонстрация возможностей Великого Дома Северных Медведей и будущей Империи. Мы не ищем войны, но готовы к ней в любой момент. Дома и кланы, которые не пожелают присоединиться к Империи, будут уничтожены.

Владимир, отец Мстислава, выступил вперёд:

— Ваше величество, — произнёс он низким, звучным голосом, — мы восхищены вашей решительностью в защите нашей звёздной системы. И благодарны вам за предоставленную информацию по Дому Валуа. Благодаря вашим действиям мы наконец‑то смогли раскрыть их истинные планы.

Я слегка откинулся в кресле, обдумывая ответ. На губах невольно появилась лёгкая улыбка — переговоры складывались даже лучше, чем я ожидал.

— Надеюсь, теперь вы оценили все положительные стороны от нашего союза? — произнёс я, внимательно наблюдая за реакцией собеседников. — Да, вы стали протекторатом, но посмотрите, как сильно изменился ваш Дом за последнюю неделю. Раньше Валуа втаптывали вас в грязь, диктовали условия торговли, контролировали ваши верфи и даже вмешивались в назначение наместников и министров. А сейчас вы полностью свободны от их зависимости. Ваша экономика под вашим контролем. И, по сути, вы сами решаете, как вам управлять вашими территориями.

— Вы правы, мой император, — в этот раз ответил князь Александр, и я посмотрел на него. Его лицо выражало искреннюю признательность. — Наша семья уже оценила все положительные стороны от нашего сотрудничества и считает, что мы должны более активно включиться в восстановление Империи. Мы больше не можем мириться с раздробленностью и междоусобицами.

Я удивлённо поднял бровь. Это было что‑то новое со стороны Оболенских.

— Мой император, — вступил в разговор Мстислав, выпрямившись во весь рост, — я, как глава Великого Дома Оболенских, предлагаю вам помощь наших флотов, а также помощь в производстве новых кораблей для нужд Империи. Стоимость кораблей будет существенно снижена, так как мы теперь полностью контролируем наши верфи. Мы готовы выполнить любое ваше приказание.

В штабе на мгновение повисла тишина. Марк и Рэттен обменялись многозначительными взглядами. Я же медленно кивнул, обдумывая открывающиеся перспективы.

— Это щедрое предложение, — произнёс я наконец. — Рэттен Вейер, мой министр финансов и торговли составит список необходимых нам кораблей и вышлет вам в кратчайшие сроки. Что касается помощи ваших флотов, — я на миг замолчал, выдержав паузу, продолжил: — Пока она не требуется, но я рекомендую вам укрепить свои приграничные рубежи и начать создавать ударную эскадру. Как только я закончу войну с Союзом Свободных Колоний, я двинусь в сторону центрального скопления звёздных систем. Вот тогда ваши эскадры мне пригодятся.

Оболенские поклонились, и Мстислав произнёс:

— Как только мы получим список ваших потребностей, наши верфи сразу начнут строительство. Всё будет построено в кратчайшие сроки, мой император. Координацией строительства займётся мой отец — князь Владимир.

— Отлично, — я улыбнулся. — Мстислав, я хочу вернуть своего адмирала Кассиана Торнвуда. Он покинет флагман вашего флота в течении получаса.

Мстислав улыбнулся в ответ:

— Я бы хотел оставить его себе, мой император. Мои люди в восторге от его командования.

— Это невыполнимо, Мстислав, — я усмехнулся, слегка покачав головой. — Кассиан Торнвуд мне нужен самому. Но в ближайшее время я смогу провести обучение ваших адмиралов новым тактикам. Готовьте список людей. Как только появится возможность, я сообщу вам.

Мстислав на мгновение задумался, переглянулся с отцом и дядьями. Владимир едва заметно кивнул, и Мстислав снова обратился ко мне:

— Спасибо, мой император, за такое предложение. Мы обязательно им воспользуемся. Уже сегодня начнём отбор лучших офицеров — тех, кто готов учиться и применять новые методы.

— Хорошо, — я слегка наклонил голову в знак одобрения. — А теперь мне пора. До связи.

Я отключил связь с Оболенскими и откинулся в кресле, глубоко вздохнув. В груди разливалась приятная усталость, день выдался насыщенным и продуктивным. Переговоры прошли успешно, а перспективы расширения сотрудничества с Великим Домом Оболенских открывали новые возможности.

Марк подошёл ближе:

— Князь, это огромный успех, — тихо произнёс он. — Теперь у нас есть не только протекторат, но и мощная производственная база. Верфи Оболенских могут выпускать корабли в три раза быстрее, чем наши текущие мощности.

— Да, — кивнул я, переводя взгляд на тактический шар. На нем мерцали зелёные отметки кораблей эскадры Оболенских. — Яр, отправляй шаттл за Кассианом. Пусть возвращается на «Стальную Берлогу».

— Будет исполнено, мой князь, — откликнулся Яр.

— Забирай наши стелс‑бомбардировщики и сообщи Георгию, чтобы тоже следовал на «Стальную Берлогу», — продолжил я. — Как обычно, стелс‑маскировку не снимать. Постараемся максимально долго хранить эту технологию в секрете. Если Валуа узнают о наших возможностях, они начнут искать контрмеры.

— Уже передаю приказ Георгию, — отозвался Яр. — Шаттл за Торнвудом вылетел. Прибудет назад через тридцать минут. Уведомление адмиралу я отправил.

Я смотрел на тактический шар, на котором появилось одиннадцать синих точек. Десять стелс‑бомбардировщиков и один стелс‑разведчик Георгия Норда. Они медленно двинулись к «Стальной Берлоге».

Марк внимательно посмотрел на меня, переведя взгляд с тактического шара:

— Валуа наверняка проанализируют запись атаки на линкоры. Что, если они догадаются о стелс‑технологии?

Я усмехнулся:

— Наверняка догадаются. Я в этом просто уверен. Но без точных данных это лишь догадки. Да, они начнут активный поиск, чтобы подтвердить свои догадки, и рано или поздно они будут точно знать, что мы обладаем такой технологией. Но как быстро они смогут её повторить — большой вопрос. Варп‑двигатели они пока повторить не могут. Как и все остальные наши технологии.

Марк улыбнулся:

— Надеюсь, у них этого никогда не получится.

— Я тоже на это надеюсь, Марк, — я поднялся с кресла, потянулся, разминая затекшие плечи. — Предупреди всех, что через час мы покинем эту звёздную систему. А вот куда отправимся — скажу позже. Сначала я хочу поговорить с Аурелией.

Марк кивнул и повернулся к своей панели управления.

Я посмотрел на Яра:

— Яр, пошли навестим Аурелию. Хочу поговорить с ней, пока у нас есть время.

Яр встал и направился за мной к выходу из штаба управления флотом.

Мы пошли к лифтам по длинному коридору командной палубы «Стальной Берлоги». Поднявшись на палубу с лабораториями, я спросил Яра:

— Ты до сих пор не пускаешь сюда ни одну живую душу для работы?

— Конечно не пускаю, Ратибор, — ответил Яр. — Мне не требуется помощь людей. Но я пересмотрел своё мнение. На новом корабле я запланировал палубу для работы именно людей и отдельную палубу для моих работ. К тому же к технологии создания новых тел и переноса сознания я не могу допустить никого без твоего прямого разрешения.

Я согласно кивнул:

— Всё правильно, Яр. Не стоит искушать людей и давать им возможность выкрасть нашу главную технологию. От этого зависит существование нашего Дома.

Мы подошли к одной из лабораторий. Дверь бесшумно отъехала в сторону, и мы вошли внутрь. Помещение было залито мягким голубоватым светом. В центре стоял медицинский бокс с прозрачным куполом. Внутри, подключённая к системам жизнеобеспечения, лежала Аурелия. Её лицо было бледным, под глазами залегли тёмные круги, но дыхание было ровным.

Рядом с боксом стоял человекоподобный андроид — точная копия Яра. Но что‑то в нём было не так. Я обошёл его, внимательно осматривая и сравнивая со стоящим рядом и улыбающимся моим Яром.

— Не пойму, что с ним не так. Вроде всё то же самое, — задумчиво произнёс я, снова обходя андроида. — Я понимаю, что ты сделал себе новое тело, используя технологии ИИ из звёздной системы «Чёрное Крыло». Но что‑то с ним не то.

Я остановился напротив Яра и посмотрел на него. Яр прикрыл глаза, и в тот же миг я услышал его голос позади себя:

— А если так, Ратибор?

Обернувшись, я увидел улыбающегося Яра в новом теле андроида. Он сделал шаг вперёд, его движения были абсолютно естественными. Всё тоже самое.

— Всё равно не пойму, — я смотрел на Яра и не понимал, что в нём изменилось.

— Этот андроид, по сути, человек, Ратибор, — довольно улыбался Яр. — Я ещё улучшил технологию. Теперь у меня даже есть кровь, конечно же искусственная, но визуально неотличимая. Отличить можно только при лабораторных исследованиях. Глаза, зубы, кожа, волосы — всё идентично человеческим. Никакого визуального отличия. Именно поэтому, сравнивая два тела, ты видишь отличия, но не можешь понять какие. Я просто стал более живым. Практически человек.

Он провёл рукой по волосам, слегка взъерошив их, затем коснулся щеки — движения были до того естественными, что у меня по спине пробежал холодок.

— Я пока не могу массово производить таких андроидов, — продолжил Яр, — но скоро смогу. Они будут идеальными разведчиками, а при необходимости и армией.

Я смотрел на Яра, и в моих мыслях появился страх. Если Яр когда‑нибудь выйдет из‑под контроля, он может уничтожить всё и всех. Его интеллект уже превосходил человеческий, а теперь он получил и идеальное тело.

— Яр, — тихо произнёс я, — ты понимаешь, что это может изменить всё?

Яр на мгновение замер, его лицо стало серьёзным.

— Понимаю, Ратибор. Моя главная функция защита последнего из рода Медведевых. То есть тебя.

Я глубоко вздохнул, пытаясь унять внутренний дискомфорт.

— Хорошо, Яр.

Новый Яр отошёл в сторону и закрыл глаза. Я повернулся к прежнему Яру, он открыл глаза и улыбнулся:

— Это тело мне нравится больше.

— Давай вернёмся к делам, — сказал я, поворачиваясь к боксу с Аурелией. — Я могу с ней поговорить?

— Конечно. Наниты, внедрённые мной в её тело, практически завершили работу по восстановлению её организма. Остались мелочи. Я держу её в боксе, пока ты не решил, что делать с ней дальше, — ответил Яр. — Бужу её?

— Да, буди. Хочу поговорить с ней и решить, что делать дальше, — я посмотрел на Аурелию.

Яр подошёл к медицинскому боксу и нажал комбинацию клавиш на сенсорной панели. Система мягко загудела, индикаторы сменили цвет с красного на зелёный. Прошло несколько секунд, Аурелия вздохнула полной грудью и открыла глаза. Медицинский бокс начал плавно открываться.

— Где я? — тихо спросила она. — Я помню, как штурмовики забрали меня из тюремной камеры, а дальше… — Аурелия нахмурилась, пытаясь вспомнить, что с ней произошло. — Дальше не помню, наверное, потеряла сознание.

— Госпожа Аурелия, вы на флагманском корабле Великого Дома Северных Медведей, «Стальной Берлоге», — ответил Яр и подал Аурелии руку, помогая ей подняться. — Вы в полной безопасности и полностью здоровы.

Аурелия взялась за руку Яра и осторожно села в боксе. Она коснулась рукой щеки:

— Спасибо… Щека была разорвана во время пыток, — прошептала она и заплакала. Её плечи затряслись, слёзы катились по бледным щекам, оставляя мокрые дорожки.

— Вы в полной безопасности, Аурелия, — я подошёл к боксу. — Давайте мы поможем вам покинуть медицинский бокс.

Аурелия подняла заплаканные глаза и посмотрела на меня:

— Князь?

Я кивнул и протянул ей руку.

— Да, Аурелия. Вы на моём корабле, — произнёс я, аккуратно помогая ей выйти из бокса. Мы с Яром держали её за руки. Я чувствовал, что она ещё до конца не пришла в себя.

— Что произошло после того, как меня забрали? — спросила Аурелия. Её голос был мягким и каким‑то надломленным. — И что теперь будет со мной? Ведь я… Я предала вас, — из её глаз непроизвольно потекли слёзы.

Мы посадили Аурелию в кресло, и я сел напротив, стараясь говорить, как можно мягче:

— Аурелия, не каждый может вынести пытки. И я вас ни в коем случае не осуждаю. Всё закончилось хорошо, наверное, даже лучше, чем мы планировали, — я достал платок и подал его Аурелии. Она взяла его и благодарно кивнула, начав вытирать слёзы. — Мои штурмовики забрали вас из камеры и привезли на мой корабль. Теперь мне надо решить, что делать дальше.

— Вы штурмовали звёздную систему «Альбанские холмы» и дворец Фердинанда? — её глаза на миг округлились, в них мелькнуло удивление.

Я кивнул и улыбнулся.

— Да, пришлось. У вас будет время, чтобы посмотреть новости и всё узнать. Но давайте решим, что нам делать дальше. Я понимаю, что вернуться назад в Инсбрук IV вы не сможете. Есть ли у вас какие‑то пожелания? Если хотите, можете остаться на моём корабле, — произнёс я, видя, как Аурелия постепенно приходит в себя. Её лицо стало наливаться розовым румянцем, а тёмные круги под глазами постепенно исчезали.

— Нет, нет, князь Ратибор, — тут же ответила Аурелия, покачав головой. — Дайте мне шаттл, я полечу к сестре. К Женевьеве.

— Аурелия, я сам вас доставлю к сестре, — произнёс я. — Пойдёмте, я провожу вас в каюту. Там вы сможете привести себя в порядок, и вам подадут обед. Отдохнёте и поспите. К тому времени, как вы полностью придёте в себя, я уже доставлю вас к Женевьеве.

Аурелия снова заплакала, но на этот раз в её глазах читалась благодарность. Она подала свою руку и, опершись, встала. Яр тут же шагнул вперёд, чтобы поддержать её с другой стороны.

— Спасибо, князь, — прошептала она дрожащим голосом. — Я… я не знаю, как вас отблагодарить.

— Не стоит меня благодарить, Аурелия, — я мягко улыбнулся.

Мы медленно направились к выходу из лаборатории. Яр шёл рядом, готовый в любой момент подхватить Аурелию, если она оступится. Аурелия шла, опираясь на мою руку, но с каждым шагом её походка становилась увереннее.

Вернувшись на командную палубу и доведя Аурелию до гостевой каюты, мы направились в штаб управления флотом.

— Яр, организуй ей обед. Пусть это будет что‑то лёгкое и вкусное… Хотя надо было спросить у неё, что она предпочитает, — произнёс я, подходя к дверям штаба.

— Прикажу принести ей разные блюда, чтобы был выбор, — ответил Яр и открыл передо мной двери.

Я благодарно кивнул и прошёл внутрь, к своему креслу главнокомандующего.

— Марк, бомбардировщики и Георгий вернулись на «Стальную Берлогу»? — я сразу перешёл на рабочий лад, как только сел в своё кресло.

— Так точно, мой князь, — ответил Марк. — Все корабли зашли в ангары. Георгий будет в штабе через три минуты. Шаттл с адмиралом Кассианом тоже вернулся.

— Отлично, — я посмотрел на Яра. — Отправляемся в звёздную систему Меровинг‑1, к планете Меровинг‑1a «Камелот». Яр, предупреди Тибо и Женевьеву, чтобы встретили нас.

— Будет исполнено, — кивнул Яр.

По кораблю пронёсся голос Яра:

— Внимание, «Стальная Берлога» начинает разгон для варп‑прыжка.