Джакс бросает на неё раздражённый взгляд. — Джулс, давай не надо, а?

Она поднимает руки, округляя рот буквой «о». — Прости…

— Тебе вообще не стоило ей рассказывать, — вздыхает Дженна, закатывая глаза. — Она как пёс с костью, никогда не отпустит.

— Неправда, — фыркает Джульет, резко толкая сестру локтем.

— Девочки! — прерывает их мама Джакса, снова высовываясь с кухни и бросая на них взгляд, мгновенно прекращающий перепалку. — Хотите помочь мне вынести еду на стол?

— Ладно, — вздыхает одна из них — не уверена, кто именно, — но все три льняноволосые красавицы направляются на кухню.

Пять минут спустя мы все уже сидим за столом, а от расставленных на нём блюд поднимаются самые вкусные запахи на свете. Хорошо, что стол большой, потому что все десять человек легко за ним помещаются, а мама Джакса наготовила еды будто на целую армию. Здесь салат, курица, три вида овощей, рис, булочки… после того как мы все накладываем себе по тарелкам, кажется, будто от этого изобилия почти ничего не убавилось. И пахнет всё не просто потрясающе — на вкус оно такое же.

Все оживлённо разговаривают, принимаясь за еду, но от Джейд я до сих пор не услышала ни звука. Это даже немного забавно, учитывая, что из трёх сестёр Джакса именно она самая общительная — она то и дело смотрит на Тео, краснеет, отвечает ему как типичная пятнадцатилетняя девчонка и молча млеет.

— Вы двое тоже живёте в комплексе отряда? — спрашивает мама Джакса, глядя на Тео и Брук.

У Тео рот набит запечённой курицей, так что Брук отвечает за них обоих.

— Да, мы оба живём в общежитии. Но у нас двойная комната, так что не так уж плохо.

— Нам тоже всё ещё нужно такую выбить, — замечает Джакс, поворачиваясь ко мне с лёгкой усмешкой.

Его мама пожимает плечами. — Вы всегда можете переехать в дом стаи.

Джакс шумно выдыхает. — Мам, я же уже говорил тебе…

— Я знаю, знаю, — говорит она, отмахнувшись рукой. — Я просто так говорю. Может, когда вы вернётесь из Денвера и весь этот ажиотаж уляжется.

— Лайле тяжело отпускать своих птенчиков из гнезда, — усмехается Дамиан, бросив взгляд на моего отца.

Папа улыбается ему в ответ. — Знаю, как это бывает. — Он смотрит на меня с тихой грустью, и меня кольцом сжимает лёгкое чувство вины за то, что я оставила его одного. Хотя теперь с ним хотя бы живут Кори и Элли, так что он не совсем один.

— Кстати о Денвере, как там дела? — спрашивает Дамиан, кладя вилку и тянусь к своему бокалу. — Разве часть отряда не уехала туда вчера?

— Уехала, — отвечает Джакс, проглотив кусок курицы с рисом. — Примерно половина. Мы поедем на следующей неделе вместе со второй половиной.

— Я видела по городу кое-кого из денверских волков, — задумчиво говорит мама Джакса, гоняя по тарелке кусочек спаржи. — Наша стая приютила довольно многих из них.

Папа кивает. — Наша тоже.

Последнее время всё немного хаотично — на территорию союза шести стай начали прибывать денверские волки, ищущие убежища. Нужно было разместить сотни человек, и каждая стая открыла двери, чтобы помочь. Это всего на несколько недель, но такой резкий скачок численности населения здесь определённо всё всколыхнул.

— Знаете, после всего этого нам стоит придумать что-нибудь приятное, чтобы отметить ребят, — говорит Дамиан, кивая в сторону нас с Джаксом. — Может, устроить небольшую вечеринку или что-нибудь такое, собрать вместе часть наших людей. — Мама Джакса тут же оживляется от предложения его отца. Кажется, Джакс как-то упоминал, что она обожает всё организовывать. — Отличная идея!

Я с опаской смотрю на папу. Он вообще не из тех, кто любит всю эту сентиментальную возню, так что я удивляюсь, когда его лицо расплывается в улыбке, и он с энтузиазмом кивает, говоря:

— Абсолютно.

Джейд, Дженна и Джульет переглядываются — и по выражению их лиц я понимаю, что перспектива вечеринки их явно радует.

— Значит, решено, — радостно объявляет мама Джакса.

Следующие десять минут мы обсуждаем, кого стоит пригласить на эту гипотетическую вечеринку, которую, как выясняется, собираются устроить в честь нас с Джаксом, но важна здесь не сама тема — а то, как естественно моя семья вписывается в семью Джакса, как легко течёт разговор. Как мы все можем говорить, смеяться и ужинать вместе, будто занимаемся этим уже много лет. Как всем рядом друг с другом уютно — кроме Джейд, которая до сих пор не может оторвать глаз от моего брата. Когда он смотрит в её сторону и улыбается, она чуть не падает со стула. Девчонка просто помешана на мальчиках; у Джакса с ней в ближайшие годы будет ещё полно хлопот.

Я всегда этого хотела. Смерть мамы расколола нашу семью, и, растя в такой атмосфере, я всегда мечтала, что однажды у меня будет что-то вот такое. Я ходила на ужины к близнецам и представляла, какой могла бы быть моя семья, если бы оба родителя были со мной дольше, насколько мы могли бы быть счастливее. Нам понадобилось время, чтобы продраться через всё наше дерьмо и найти путь друг к другу, но мне кажется, что мы с Тео и папой наконец-то сдвинулись с мёртвой точки, а теперь в придачу ко всему у меня ещё есть родители и сёстры Джакса как бонусная семья. Мне не просто невероятно повезло с таким мужчиной, как Джакс, — мне ещё и его семья досталась в комплекте? Я сорвала настоящий джекпот по части пары.

Когда все наедаются досыта, мы перебираемся в гостиную, растекаемся по диванам и продолжаем разговор. Проходит час, прежде чем папа говорит, что нам, наверное, пора, и мы не спеша прощаемся и направляемся к двери. Я крепко обнимаю папу, прежде чем он садится в свой внедорожник и уезжает обратно в Саммервейл, потом быстро прощаюсь с Тео и Брук, прежде чем они садятся на мотоцикл Тео и уезжают обратно в комплекс. Мы с Джаксом тоже едем туда, и через несколько минут уже сидим в его пикапе, отъезжая от дома стаи Вестфилда.

Когда мы выезжаем из города, мы оба молчим, каждый погружён в свои мысли. Но это комфортное молчание — пока я рядом с Джаксом, мне спокойно. Он мой человек; мой дом. Я смотрю на него на водительском сиденье рядом, наблюдая, как свет фонарей скользит по его лицу, выхватывая резкие черты. Это напоминает мне тот первый раз, когда я увидела его через весь бар в Стиллуотере, когда огни диджейской вспышками высвечивали его невероятно красивое лицо. То, что начиналось как мой случайный секс на одну ночь для отвлечения, мой «сексуальный незнакомец», теперь стало моей парой, моим всем. Я не могу не улыбаться, глядя на него в темноте.

Он, наверное, чувствует мой взгляд, потому что Джакс бросает на меня косой взгляд, заметив, как я на него уставилась. — Что?

Моя улыбка от того, что меня поймали, становится только шире. — Ничего.

— Куинн…

— Ничего! — смеюсь я.

Джакс смотрит на меня так, будто не верит, но не давит. Вместо этого он тянется к моей руке, подсовывает свою ладонь под мою и переплетает наши пальцы. Он всегда делает именно так, и именно поэтому он для меня идеален — он не давит, он просто даёт понять, что рядом.

Это срабатывает каждый раз. Через пару секунд я вздыхаю и слегка сжимаю его руку. — Я просто такая… счастливая.

Джакс снова бросает на меня взгляд, и обожание в его глазах вместе с улыбкой на лице стоят тысячи слов. — Я тоже.

Я тяжело сглатываю, когда глаза начинают щипать слёзы. Но это не слёзы грусти… меня так переполняют эмоции, эта связь между мной и Джаксом, что это слёзы счастья. Когда одна всё-таки срывается и скользит по щеке вниз, у Джакса раздуваются ноздри, и он резко поворачивает голову ко мне.

— Малышка… — его глубокий, бархатный голос проникает внутрь, успокаивая саму душу. Он поднимает наши переплетённые руки и, вытянув палец, стирает слезу с моей щеки.

Я смеюсь, качая головой. — Это от счастья, правда. Я просто… не могу поверить, что сейчас я здесь, с тобой. После Клэя… — голос срывается, и слова застревают в горле. Я поднимаю руку Джакса в своей и мягко целую его костяшки, прежде чем продолжить. — Я просто никогда не думала, что моя жизнь будет такой. Никогда не думала, что найду кого-то вроде тебя, кого-то, кто меня дополняет. И я не знала, что это вот так ощущается — быть просто полностью, по-настоящему счастливой.

Джакс смотрит на меня, и глаза у него слегка блестят. Он что…?

— Я чувствую то же самое, — говорит он хрипло. — Я так сильно тебя люблю, малышка.

Он сжимает мою руку, и я сжимаю его в ответ.

— Я тоже тебя люблю, — шепчу я. — И спасибо тебе.

Уголок его губ приподнимается в полуулыбке. — За что?

Я улыбаюсь, снова поднося его руку к губам и целуя костяшки пальцев. — За то, что делаешь меня такой счастливой.

В этот момент мне кажется, что сердце у меня может лопнуть. Я тянусь к этому ощущению, удерживаю его, запоминаю. Зная, что впереди нас ждут большие вещи и что жизнь не всегда будет такой идеальной. И когда придут тяжёлые времена, я буду вспоминать именно этот миг.

Этот мужчина. Этот момент. Это чувство. Счастье.

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ

Джакс

Я поднимаю нос к воздуху и снова ловлю её запах. Едва уловимый намёк на клубнику и ваниль, принесённый ветром откуда-то справа. Я сворачиваю в ту сторону, и мои лапы снова с силой бьют по лесной земле, когда я срываюсь в бег.

Адреналин бурлит у меня в крови, мой волк беснуется от азарта погони. Я всё ближе, я это чувствую. Я иду не только по её запаху, но и по притяжению связи. За последние несколько недель я научился тянуться к ней, дёргать за ниточку между нами, чтобы чувствовать, где она или что испытывает. С тех пор как мы запечатали связь, она только продолжает развиваться и крепнуть. И чем сильнее она становится, тем больше мне кажется, будто мы превращаемся в две половины одного человека.

Должно быть, я уже совсем рядом, потому что я чувствую её возбуждение через связь — оно почти осязаемо, и это только ещё сильнее заводит моего волка. Впереди мелькает серебристая шерсть, и я понимаю, что настиг её. Её запах стал сильнее, я чувствую, насколько она близко. Теперь это лишь вопрос времени.

Она пытается юркнуть в более густые заросли, чтобы от меня уйти, но я уже сижу у неё на хвосте. Сокращая расстояние между нами, я игриво рычу и прихватываю её за пятки, пока она взвизгивает и пытается увернуться. Впереди поляна, и я уже знаю, что сделаю. Как только мы достигаем её края, я бросаюсь вперёд, перелетая через неё, накрывая её своим телом и перекатываясь в сторону так, чтобы удар пришёлся на меня.

По инерции нас несколько раз крутит по земле, прежде чем мы наконец не скользим и не замираем. Когда мы останавливаемся, она оказывается сверху, но я быстро переворачиваю её под себя, прижимая, и прихватываю зубами за густой загривок, демонстрируя доминирование. Её голова откидывается в сторону в знак покорности, и воздух вокруг неё начинает мерцать. Мой собственный волк воспринимает это как сигнал и начинает отступать, по телу пробегают покалывания, пока кости хрустят и перестраиваются в процессе обратного превращения.

Зрение сужается, и в следующий миг я уже снова в человеческом теле, тяжело дышу и смотрю вниз на самую красивую женщину на свете: на свою пару.

— Ты меня нашёл, — выдыхает она, глядя на меня снизу вверх, пока пытается отдышаться.

— Я всегда нахожу, — дразню я, отталкиваясь руками и поднимаясь на ноги. Я усмехаюсь, глядя на Куинн сверху вниз, и протягиваю ей руку, чтобы помочь встать.

Она тянется, хватается за мою руку и поднимается — и в ту же секунду я дёргаю её к себе, сталкиваясь с ней губами. В этой погоне есть что-то, что просто сводит меня с ума — то ли адреналин, то ли эндорфины, то ли то, что моя девочка всегда голая после того, как я её поймаю и она перекидывается обратно, но мой член уже стоит колом, настойчиво упираясь ей в бедро, пока я жадно пожираю её поцелуй.

Белое, раскалённое добела желание скручивается у меня внутри, и я знаю, что не один это чувствую. Именно Куинн всегда начинает эту нашу игру в кошки-мышки, и я по опыту знаю, насколько сильно она её заводит. Когда её язык скользит по моему, запах её возбуждения ударяет мне в нос, и у меня голова идёт кругом от нужды — потребности владеть её телом, взять то, что моё. Обладать. Присвоить.

— На колени, малышка, — рычу я, и она тут же опускается вниз. Её большие ореховые глаза затянуты похотью, она прикусывает нижнюю губу, глядя на меня снизу вверх, и тянется к моему пульсирующему члену.

Она обхватывает рукой мой толстый член, и я сдерживаю стон, когда она наклоняется вперёд, высовывает язык и слизывает каплю предэякулята с головки. Остатки моего контроля лопаются в этот момент — я зарываюсь рукой ей в волосы, удерживая голову на месте, и подаюсь бёдрами вперёд, вгоняя свой член в её ждущий рот. Мои глаза закрываются, когда Куинн с энтузиазмом начинает сосать мой член, двигая ртом вверх-вниз по стволу и обводя языком головку.

— Блядь, как же хорошо, — тяжело дышу я, входя ей в горло глубже. — Блядь, Куинн, у тебя во рту так охуенно вокруг моего члена…

Мои грязные слова заставляют её двигать головой быстрее, сосать жаднее. Она заведена ничуть не меньше меня. Я больше, блядь, не могу это выносить — я сжимаю волосы в кулаке и оттягиваю её голову назад. Как только её рот соскальзывает с моего члена, я сам падаю перед ней на колени, обхватываю её лицо обеими руками, врезаюсь губами в её губы и пожираю её поцелуй как голодный.

Начиная целовать её вдоль челюсти и ниже, к шее, я обвиваю одной рукой её талию, чтобы крепче прижать к себе, а другую просовываю между нашими телами. Я стону в мягкую кожу её шеи, когда мои пальцы находят её киску — она вся, блядь, мокрая от возбуждения, настолько влажная, что мой палец легко входит в её тугой маленький проход. С её губ срывается рваный стон, когда я начинаю двигать пальцем внутрь и наружу, а затем добавляю второй.

Я продолжаю прихватывать и посасывать нежную кожу её шеи, пока разрабатываю её киску, а большим пальцем начинаю тереть чувствительный клитор, не переставая двигать пальцами внутри неё. Её клитор твердеет под подушечкой моего пальца, стоны становятся всё отчаяннее — она начинает тереться вверх-вниз о мою руку, насаживаясь на мои пальцы, пока голова у неё запрокидывается назад.