Фууу — можно выдохнуть. Опасность позади. Меня отпускает. Киваю на бионический протез Крюка:

— Я была уверена, что ты его шокером уложишь.

Погони нет, я не спешу, веду машину плавно. Мы возвращаемся к домику Ганны Бульбы. Брагин показывает во двор:

— Пока ты была в туалете, я спрятал винтовку и боеприпасы за дровами. Там и там.

— Чуйка не подвела, — хвалю я.

— У нацика чуйка на доллары. Он забрал деньги из твоей сумки. Поблагодарил за донаты на батальон, сволочь.

— Это были деньги за пикап. — Я давлюсь смехом. — Теперь, если два Миколы сунутся, отправлю их прямиком к Рябине.

— Круговорот долларов среди бандеровцев, — поддерживает веселый тон Брагин.

Легкие шутки ненадолго расслабляют нас. После обустройства в деревенском доме приступаем к мерам безопасности. Прежде всего изучаем пути отхода из дома. Как в дверь, так и через окно. Как в пешем порядке, так и на пикапе. Крюк перекатывает бочки по участку и складывает стопки дров так, чтобы за ними можно было укрыться при бегстве в лес. Я ставлю пикап капотом к выезду и ослабляю петли на старых воротах, чтобы снести их при таране.

— Сколько у нас дней на подготовку? — спрашивает Крюк.

— Из пятнадцати, по условиям заказа, осталось десять.

Оба понимаем, что откладывать операцию до последнего дня нельзя.

— Неделя есть, — решает Крюк.

Следующие три дня мы ходим по магазинам и местным лавкам. Покупаем то одно, то другое, делаем покупки и вместе и по одиночке, жалуясь продавцам: сколько всего надо, чтобы обустроить быт на новом месте. Выбираем улочки в районе биолаборатории. Главная задача — засечь автомобиль командира нацбата «Сечь» Чеснока и выяснить график его передвижения.

Первая часть задачи решается легко: Чеснок использует два черных джипа с символикой батальона «Сечь» на дверцах. На четвертый день выясняется, что он прибывает для проверки батальона в биолабораторию либо утром, либо к обеду.

Крюк имитирует прокол колеса пикапа и долго возится на перекрестке, через который неизменно проезжают джипы нацбата. Затем дома делится дерзким планом:

— На перекрестке машины тормозят. Бросаем гранаты под колеса и расстреливаем из всех автоматов.

Я возражаю:

— Крюк, у меня заказ на одну цель, а ты предлагаешь устроить бойню.

— Против бандеровцев! С ними так и так воевать.

— Нет гарантии, что Чеснок будет ликвидирован. Джипы одинаковые, стекла затонированы, он может ехать в любом из двух.

— Твои мысли? — сдается бывший спецназовец, обученный боевым операциям.

— Чеснок выходит из машины за забором биолаборатории. Туда нам не попасть. Снять пулей на расстоянии можно только сверху. Наиболее удобная точка — старая водонапорная башня. — Я показываю значок на электронной карте поселка и измеряю расстояние. — Биолаборатория в пределах четырехсот метров. Рабочая дистанция.

Накануне мы проходили мимо кирпичной водонапорной башни и заглядывали внутрь. В эпоху скважин и насосов башня заброшена, проникнуть в нее не составило труда. Я поднималась на самый верх и оценила обстановку.

Крюк понимает логику снайпера, задумчиво кивает и размышляет:

— Башня на виду. Залезть придется с ночи. И долго ждать.

— Ожидание — мое второе имя.

— Там высоко и нет половины ступеней, — беспокоится напарник.

— После ликвидации — спуск по тросу. Нужен пояс и карабины.

— Я сделаю, — заверяет Крюк.

Мы оба знаем: снять цель — не большая проблема. Главная проблема — уйти живыми от погони. Мы не в большом городе, где можно затеряться, а в логове врага. И работаем против главаря батальона.

— Пикап поставим у магазина ближайшего к башне, это не вызовет подозрений. — Брагин показывает знак магазина на карте. — Вырвемся из поселка по этой улице и погоним по проселочной дороге через деревянный мост. Мост я заранее заминирую, проскочим и подорвем. Будет время оторваться.

Взрывы мне не по душе, но идея здравая, и я соглашаюсь с планом. Пока Крюк прикидывает, где и как мы перейдем границу, я отвлекаюсь на звонок Татьяны Коломиец. Она взволнована:

— Вы можете говорить?

— В чем дело? — начинаю волноваться я.

— Через знакомого военкора я узнала странную вещь. Если Коршунов жив…

— Он жив! — убеждаю я.

— То он в плену батальона «Сечь», — договаривает журналистка.

— Почему?

— Его группу послали на штурм биолаборатории в Манефе. Был бой. Неудачный.

— Кирилл отбывает срок в нашей колонии, — настаиваю я.

— Ему дали шанс искупить вину.

Вот это новость! Я была уверена, что одиозного боевика заказала наша Контора, на которую я работала. Они пошли на сделку, зная мои способности. Циничный расчет: они борются с националистами, а мне нужен Коршунов, живым и на свободе. И я согласилась, уверенная, что работаю на благо Родины.

Теперь есть над чем подумать. Кирилл в плену у украинских националистов. Что получается: Чеснок заказал сам себя?

Я пересказываю разговор Брагину. Его вывод однозначен:

— Светлая, это ловушка. Ловушка для тебя!

— Мы несколько дней здесь, уже бы взяли.

— Тогда что?

— Кто-то в батальоне «Сечь» хочет избавиться от Чеснока.

— А заодно и от Светлого Демона! — убежден Брагин. И предлагает: — Немедленно сворачиваем операцию.

Некоторое время я размышляю и качаю головой:

— Я приняла заказ. Я Светлый Демон, значит, выполню.

Крюк сжимает-разжимает искусственные пальцы. Я вспоминаю о кистевом эспандере и тоже жму резиновой кольцо. Монотонные движения успокаивают. Крюк оставляет решение за мной:

— Действуем по нашему плану?

— План тоже меняем. Отхода не будет.

— Что⁈

— Коршун здесь. Мне нужно убедиться, что Кирилла освободят. Я выполню заказ и дождусь мужа. Мы уедем вместе с ним.

— Светлая, после акции нас быстро вычислят. Оставаться в поселке нельзя!

— Я должна быть рядом с Коршуном.

Брагин трет бритую голову здоровой рукой:

— Остаться, легко сказать. Тогда нам потребуется алиби. Так, так…

— Ты можешь уехать. Я одна…

— Я буду рядом. Точка! Где ты, там и я, — злится Брагин и предлагает: — Вот как мы поступим. Мы уедем из поселка накануне акции. Предупредим хозяйку. Оставим пикап и телефоны в Харькове. Возвратимся в Манефу тайно на другом транспорте. Лучше всего на мопеде окольными тропами. Только я… Пальцы сильные, но…

Брагин с сомнением смотрит на протез. Я заверяю:

— Я на Пхукете часто ездила на мопеде. Сядешь сзади.

Такая перспектива Брагина радует:

— Прикрою спину. Твою собою!

— Давай без пафоса.

— А наш отход из башни прикроет дымовая шашка. Доедем до реки. Мопед в реку, а сами в лес. Я подготовлю укромное место. В Манефу вернемся на своем пикапе через день.

— И уедем уже вместе с Кириллом, — мечтаю я.

Крюк опускает взгляд и вздыхает. Что с ним, он ревнует? И ладно, потерплю, пока чувства не мешают делу.

— Значит, акция послезавтра! — объявляю я.