Нартуган стоял рядом с отцом, чувствуя, как космос раскрывался перед ним, словно гигантская книга. Пространство вокруг дышало, переливаясь оттенками, меняясь с каждым мгновением. Страницы её были сотканы из огня, света и теней. Отец молчал, его взгляд был устремлён в бесконечность, а на лице расцветала тихая улыбка, отражающая счастье. Его глаза сияли мягким светом, наполненные радостью и восхищением, словно он встретился со старым другом, которого не видел уже многие годы.

Мир шептал, звёзды напевали тихие колыбельные. Воздух дрожал, пронизанный переливами, словно мерцающий туман. Туннель закручивался вокруг них, словно живой водоворот, отзываясь на их присутствие, то распахиваясь в безграничные дали, то сжимаясь в узкие коридоры. Нартуган чувствовал, как трепет пробегает по его телу — это был не страх, а восторг перед неизведанным. Он вытянул руку, и едва уловимое прикосновение наполнило его пальцы легким покалыванием, словно сам космос признал его присутствие. Он провёл ладонью по вихрю света, ощущая, как магия скользит сквозь него, шепча незнакомые, но родные слова. Вокруг них плавали блики, мягкими импульсами пронзая воздух и напоминая биение далёкого сердца. Он пытался сосредоточиться, но окружающий мир становился всё более неуловимым. Пространство дрожало, словно резонируя с его дыханием, откликаясь на каждый вдох и выдох. Снова взглянув на отца, он вдруг осознал: его отец был жив. Жив по-настоящему.

Нартуган сглотнул, ощущая, как в груди скапливается странное, глухое волнение.

— Отец, это правда, ты?

Когда они остались наедине, подросток наконец решился задать главный вопрос. Нартугану было важно услышать ответ — любой другой на его месте, скорее всего, просто любовался бы великолепием красочного туннеля. Но он лишь стоял, всматриваясь в черты лица Карги, пытаясь найти сходство — или, наоборот, подметить малейшие различия.

Он казался чужим. И всё же их глаза, нос и даже скулы повторяли одни и те же линии, словно невидимая рука вычертила их по одному эскизу. Ему хотелось поверить, что, как кусочки мозаики, он наконец сложил свою семью воедино.

Но, стоя в этом галлюциногенном портале, напротив отца, которого никогда прежде не встречал, он с трудом мог поверить в реальность происходящего. Скорее бы он допустил, что в парке его укусила змея и всё это — лишь следствие ядовитого бреда, чем признал очевидное: его отец жив, и сейчас они вместе мчатся сквозь пространство и время в никуда.

Карга вздохнул, отрывая взгляд от звёзд. Перед ним стоял Нартуган. Подросток смотрел на него напряжённо, словно пытался уловить в выражении лица отца подтверждение своим словам. Только что он задал главный вопрос — и теперь ждал ответа, не сводя с него взгляда.

Бахсы подошёл ближе и, слегка согнувшись, посмотрел сыну в глаза. Впервые за долгое время он чувствовал себя уязвимым. Он мог с лёгкостью расщеплять камни заклинаниями, управлять потоками магии, но сейчас стоял перед тем, перед кем не знал, какими должны быть его слова.

Они оба долго ждали этой встречи.

Пальцы Бахсы дрогнули, когда он, наконец, положил тяжёлую ладонь на плечо сына. Карга усмехнулся, скрывая неуверенность за привычной бравадой.

— Конечно же, это я, — произнёс он спокойно, но твёрдо. — Но мы можем обсудить это позже.

Он махнул рукой, указывая на переливающиеся потоки туннеля.

— Лучше запомни эту красоту. Ставлю зуб, ты раньше не проходил через межмировой туннель! Знай, мало кто может этим похвастаться.

Он хотел, чтобы у сына осталось что-то стоящее, что-то, чем он мог позже хвастаться.

— Ты ведь не испугался, да? — спросил он с лёгкой улыбкой.

— Магический мир, всемогущий отец… Ты хочешь сказать, что магия реальна? Почему сейчас? Почему это происходит именно со мной? — Ему до сих пор было тяжело принять происходящее.

— А ты задай вопрос по-другому. Почему не ты? Разве кто-то заслуживает этого больше? — Мужчина потянулся, чтобы приобнять сына, но тот удержал его рукой.

— Знай, я пошёл с тобой только потому, что хочу разобраться. Мне нужно объяснение, которое не вписывается в привычную логику. Я шагнул в этот портал, потому что не хочу прожить жизнь, так и не узнав, что скрывается за гранью человеческого понимания. Что насчёт твоего отцовства? Может, ты и мой отец, но без доказательств от матери я не поверю.

— Тогда, не считаешь, что пойти с незнакомцем — ошибка? Вдруг я просто убью тебя?

— Ты появился в парке, а потом мы заметили Ляззат и Салтанат. Если я мог отвлечь тебя и дать друзьям шанс уйти — значит, так и надо было.

— Хм. А поначалу ты казался мне наивным. Но теперь.… Теперь я вижу за маской простака стратега. Одобряю.

— Скажи, ты сильный маг? Я хочу знать, на что ты способен.

— Один из сильнейших, — ухмыльнулся мужчина. — Я могу многое. Ты только попроси.

— Тогда вылечи меня. Я достану книгу и сразу проверю, сработало или нет.

Парень стянул рюкзак с плеча и начал рыться в нём. Через секунду он вытащил учебник по алгебре и раскрыл его. Карга застыл. Он ожидал чего угодно — раны, болезни, даже проклятие — но точно не этого.

— Что… что с тобой не так? — он озадаченно осмотрел мальчишку с ног до головы.

— У меня дислексия, — спокойно ответил подросток. — Мама говорит, что старается помочь, но вдруг ты можешь исправить это… навсегда?

— Дислексия… — Карга нахмурился. — Это вообще что?

— Ну, это… трудности с чтением. И со шнурками тоже, — Нартуган отвёл взгляд. Говорить об этом было неприятно. Даже подругам он никогда не признавался. Теперь же, поделившись тайной, он опустил голову.

Карга приподнял бровь.

— Шнурки? При чём тут шнурки?

— Сам до конца не могу понять. — Нартуган пожал плечами. — Просто не получается их завязывать.

Карга молча изучал его, словно разглядывал нечто странное и непонятное.

— Это не похоже на болезнь… — наконец сказал он.

— Тогда на что же?

— Пока не уверен. — Карга задумался, скрестил руки на груди. — Трудности с чтением, моторика тоже страдает… Хм.

Мужчина постучал пальцем по подбородку подростка.

— Подожди-ка… — его губы дрогнули в лёгкой усмешке. — А если это… магия?

Нартуган посмотрел на него так, будто тот только что предложил что-то абсурдное.

— Магия? Ты серьёзно?

Карга усмехнулся шире.

— Никогда бы не подумал, что такое возможно, — Карга усмехнулся. — Но знаешь… если подумать, это даже логично. Веками твои предки использовали магию во всём: накрывали стол, заправляли кровати, завязывали шнурки — зачем делать руками, если можно силой мысли? Даже чтение… Кто-то просто запоминал знания через руны. Если я прав, то твои «проблемы» — это не болезнь. Это… магическое наследие.

Мужчина не смог сдержать смех.

— Ты хочешь сказать, что это… привычка? Передающаяся по крови?

— Я хочу сказать, что ты просто не умеешь делать то, что твои предки считали ненужным. — Карга кивнул, словно подтверждая свои слова. — Знаешь, магическому чтению люди учатся годами, а ты, выходит, разобрался в этом ещё в пять лет. Так что не переживай.

Он встал, отряхнул одежду и бросил на Нартугана оценивающий взгляд.

— С твоей головой всё в порядке. Я проверил.

В следующее мгновение сверкающий тоннель замер и, словно стекло, разлетелся на осколки, которые исчезли в языках пламени.

Нартуган моргнул, и тут же почувствовал, что дышать стало труднее. Воздух, наполняющий лёгкие, был сухим, плотным, как в печи. Жар обрушился, как удар по лицу. Он попытался вдохнуть глубже, но его горло обожгло, будто он сделал глоток кипятка.

Он стоял на твёрдой земле, но лишь на секунду ощутил её под ногами — взгляд сразу же приковала огненная расщелина. Она уходила в горизонт, будто сама земля разорвалась на две части. Чёрные, изломанные скалы обрамляли её края, но даже они не выглядели прочными — местами камень был покрыт стеклянной коркой от жара, а кое-где трещины напоминали огромные раскрывшиеся рты, из которых вырывалось пламя. Огонь не просто горел. Он рвался наружу.

Нартуган инстинктивно отступил назад, прикрываясь спиной отца. Затем, пересилив страх, осторожно выглянул из-за его плеча, изучая этот чуждый, пугающий мир. Вокруг — только пепел, трещины, расколотая, выжженная земля. Трава не росла. Деревья не существовали. Вместо них — чёрные угли, скрученные останки, похожие на сломанные рёбра гиганта. Ветер поднимал в воздух кроваво-красный песок, который оседал на одежде, шершавым, неприятным налётом. Казалось, будто это не просто пыль, а мельчайшие осколки стекла.

Именно тогда он понял, что их защищает магия и если она исчезнет, то он сгорит за секунды. Он почувствовал, а не увидел, как их тела окутаны голубым сиянием. Оно не просто защищало, а давило на кожу, словно холодная плёнка, чужая, неприятная, но спасительная. Запах был лёгкий, чуть сладковатый, но здесь, среди жара и пепла, он казался чуждым, неуместным.

Карга не стал ждать сына и шагнул вперёд, прямо в тёмную нору. Оно было пустым, голодным, как чёрная дыра. Огонь, что бушевал вокруг, втягивался внутрь, исчезая без следа.

— Куда мы идём? — спросил Нартуган, чувствуя, как холодок пробежал по спине.

— Это мой подарок тебе. За все годы, что меня не было.

Нартуган ускорил шаг, стараясь не отставать.

— Какой ещё подарок?

— Когда-то давно я нашёл здесь одну книгу. Она содержит очень древнюю и сильную магию. Хочу забрать её и передать тебе.

Нартуган молчал. В голове роились вопросы.

— …Спасибо, — выдавил он наконец.

После этого они оказались в кромешной тьме. Нартуган не понимал, что происходит. Вокруг не было ничего — ни звука, ни движения, лишь густой сгусток темноты, словно они шагнули в вязкие чернила. Она поглощала свет, стирала границы, и вскоре исчезли даже очертания их собственных тел. Единственное, что оставалось неизменным, — голубое сияние, окутывающее их, словно магическая оболочка. Он держался ближе к отцу, не смея выйти за её границы.

Первым во тьме мелькнуло небольшое танцующее пламя. Оно вспыхнуло и стало расти, как будто его раздувал невидимый ветер. Свет заплясал по невидимым стенам, и вскоре из чёрного тумана проступили очертания потрескавшейся поверхности. Пламя росло, высвечивая детали.

Под их ногами проявились потрескавшиеся каменные плиты. Свет продолжал расширяться, но неохотно, словно само место сопротивлялось их присутствию. Вскоре, из глубины черноты выступили руины. Огромные каменные обломки валялись беспорядочно, как после варварского разрушения. Когда-то это был замок, но теперь от него остались только расколотые башни и груды щебня.

Карга не стал терять времени. Он направился в центр разрушенного зала, уверенно шагая по осыпавшимся плитам. Его взгляд цепко выискивал нужное место. Через несколько минут он остановился, что-то разглядывая в груде камней. Резко взмахнул рукой, и земля содрогнулась. Глухой треск разнёсся по руинам. Каменные обломки рванулись в стороны, будто от удара невидимого тарана. Пыль взметнулась в воздух, но тут же осела. На обнажённой земле лежала тяжёлая книга, Карга молча наклонился и поднял её.

— Вот, сын. Возьми. Можешь читать магией, как умеешь.

Нартуган медлил. Он внимательно изучил книгу, прежде чем прикоснуться к ней. Переплёт был грубым, потрескавшимся, тёмная кожа казалась высохшей и жёсткой, словно её вытянули из мёртвого существа. По поверхности расходились тонкие рунические символы, будто трещины, что впитались в сам материал. В центре выделялся тонкий белый круг с зазубринами, напоминающий смыкающиеся челюсти. Под ними закручивался синий водоворот, затягивающий взгляд, как тёмная бездна. Нартуган не знал его значения. Символ словно скрывал свою суть, пряча разгадку за бесконечной глубиной.

— Держи, не бойся.

Нартуган перевёл взгляд на книгу и протянул руку. Обхватив её, он сразу почувствовал её тяжесть. Пальцы напряглись, будто удерживали не просто книгу, а нечто более массивное. Казалось, она весит больше, чем должна. Грубая, шероховатая поверхность сразу же впивалась в кожу, словно засохшая потрескавшаяся ткань.

Он сжал книгу крепче и закрыл глаза. Как учила его мать, он представил, как потоки магии выходят за пределы ладоней, осторожно касаются букв и пробираются дальше. Руны дрожали, мерцали, словно чувствовали его прикосновение, а затем растворялись, впитываясь в сознание. Словно включённый пылесос, буква за буквой Нартуган начинал поглощать тайные знания. Слова сами укладывались в нужный порядок, казалось, кто-то раскрывал перед ним смысл текста. Было неважно, на каком языке написана книга — магия считывала мысли автора, заполняя пустые страницы его разума.

На секунду синие потоки, что исходили из его рук, вспыхнули, как пламя. В этот момент он понял, что не просто получает информацию, а затягивает в себя саму магию. Волна жара прошла по телу, мышцы свело судорогой, а лёгкие на мгновение забыли, как дышать. На клеточном уровне он жадно впитывал её, словно его тело долгие годы испытывало голод из-за нехватки магии. Теперь он был насыщен, но едва держался на ногах, а в какой-то момент почувствовал, что левитирует над поверхностью.

Через минуту Нартуган пришёл в себя. Понимая, что всё прошло успешно, отец взял книгу, и она исчезла за долю секунды. После этого они снова помчались обратно в парк.

— Как ты себя чувствуешь? — стоя под быстро пролетающими звёздными вспышками, отец снова слегка коснулся его плеча. — Нартуган, ты меня слышишь?

— Да, меня немного поташнивает, но в целом нормально.

— Ты же понял, как использовать свою способность?

— Я знаю, как её применять, но не совсем понимаю, что происходит в этот момент…

Он не успел договорить, как они снова оказались в парке. Оказалось, что возвращение в свой мир происходит быстрее, чем переход в чужой. Наступила ночь, и гордый отец решил пройтись до дома пешком. Они вернулись гораздо быстрее, чем добирались туда.

— Сын.

— Что?

Очнувшись, Нартуган всё ещё чувствовал слабость, но без труда поспевал за отцом.

— Я думал, ты захочешь тут же испытать свою магию, — сказал отец, пока они шли по пустой улице.

— Наверное, так бы и поступил, если бы моя сила не была такой разрушительной, — Нартуган показал на дома с горящими окнами. — Здесь живут люди, и мне не хочется нарушать их сон.

— А ты не пробуй это на зданиях. Сперва начни с небольшого камня.

Он поднял с земли камень размером с ладонь и протянул его сыну.

— Нет, этот не подходит. Хотя не выкидывай, подержи немного, — подросток наклонился и поднял маленький камешек, размером с горошину. — Вот такой подойдёт.

Нартуган чувствовал магию внутри. Она пульсировала, текла по венам, подчиняясь малейшему усилию воли. Синие потоки вспыхивали в ладонях, но уже не казались чем-то чужим — они были частью его, как дыхание или биение сердца.

Знания, которые он поглотил из книги, по желанию появлялись перед его глазами. Он помнил каждое слово, каждое предложение, будто они были выгравированы в его сознании.

Сжав камушек, он начал наполнять его синим пламенем.

— Где твой камень?

— Вот он.

Они оба остановились, и отец показал лежащий на его ладони небольшой камень.

— Отлично. Стой, не двигайся.

Медленно, словно во время экзамена по физике, Нартуган, взяв двумя пальцами свой камушек, стукнул его о второй камень.

— И?

Карга сам не знал, как именно эта магия должна выглядеть в действии, и оттого был заинтригован. На секунду ничего не произошло. Потом тихо треснул воздух.

— Так, вроде бы было. А сейчас давай проверим.

Нартуган взял камень у отца и, несильно сжав, разломал его, будто тот состоял из песка.

— Отлично, сын. Ты теперь станешь крутым бахсы!

Карга выдохнул, осознав, что только что получилось у Нартугана. Он понимал — сейчас тот лишь ослабил связь, позволив материи рассыпаться, но не разрушил её полностью.

Если бы он зашёл дальше, всё пошло бы иначе. Высвободившаяся энергия была бы неконтролируемой. До сих пор он не знал, на что способно это заклинание, но сейчас он с ужасом понимал — если бы Нартуган довёл процесс до конца, он мог бы не справиться с последствиями. Подросток ещё не был готов к такому уровню. Поэтому Карга решил не говорить ему об этом.

Когда эксперимент был завершён, Нартуган бросил остатки камня и огляделся. Карга первым нарушил тишину — тихо рассмеялся, а потом хлопнул сына по плечу, потряхивая его, словно пытался убедиться, что перед ним всё тот же мальчишка.

— Видел? Видел?! — его голос был полон восторга. — Я же говорил, что у тебя получится!

— Получилось… — Нартуган смотрел на ладонь, будто проверял, не осталось ли там крупиц разрушенного камня. Потом его губы сами собой растянулись в улыбке. — Это было круто.

Он резко разжал пальцы, словно ожидая, что там снова вспыхнет магия, но ничего не произошло. Тогда он, не сдержавшись, рассмеялся, глядя на отца, и сделал несколько прыжков на месте, не веря, что у него всё получилось с первого раза.

— Я это сделал!

— А ты сомневался?! — Карга запрокинул голову и громко засмеялся, схватил Нартугана за плечи и встряхнул, словно гордился даже больше, чем если бы это был его собственный успех.

Они ещё несколько мгновений просто стояли посреди улицы, улыбаясь, как мальчишки, которым удалось сделать что-то невозможное.

— Пойдём, нам пора домой, — сказал наконец Карга, всё ещё ухмыляясь.

Нартуган кивнул, и они зашагали по пустой улице.

— Подожди, есть проблема. Я знаю, как это делать, но не совсем понимаю, что именно происходит. Уверен, если изучу магию получше, смогу эффективнее использовать свою способность, — сказал он, не сбавляя шага.

— Могу кратко ввести тебя в курс дела, но тебе всё равно придётся выслушать полную лекцию у девоны. Договорились?

— Согласен. Расскажи мне во всех подробностях.

— Ну-с, тогда начнём. Есть материя, а есть антиматерия. Это пока понятно?

— Слышал как-то, — Нартуган почесал затылок.

— Ладно, зайдём с другой стороны. Есть солнце, оно светит. Так?

— Ну, кажется, ты совсем упростил.

Они посмотрели друг на друга и снова засмеялись.

— Так же, как солнце излучает энергию, космос, земля и всё, что имеет массу, тоже излучают невидимую энергию.

— Но вещи не светятся.

— Да, потому что это другая энергия. Она скрепляет молекулы, словно нанизывая их на тонкую нить, удерживает их вместе и формирует из маленького — большое. Эта энергия придаёт камню его прочность, заставляет его оставаться камнем. Ясно?

— Да.

— А знаешь, что будет, если выдернуть эту энергию из массы?

— Она распадётся на молекулы?

— Конечно же нет! Ты что, это же база. — Карга покачал головой, затем усмехнулся. — Ладно, ты никогда не изучал магию…

Он сделал небольшую паузу, подбирая слова.

— Она восстановится, вобрав в себя силу, с которой ты вытягивал ауру. А та энергия, что останется в руках, рассеется в воздухе. Будет казаться, будто ничего и не было.

— Тогда зачем это делать?

— В промежутке между вырыванием энергии и её исчезновением есть мгновения, когда её можно использовать.

— Значит, аура, которую я испускаю, — это и есть та самая энергия?

— Если упростить, то да.

— А что тогда делаю я?

— Я уже говорил, это заклинание не совсем обычное. Мне кажется, на нашей планете никто не обладает чем-то подобным.

Карга на мгновение замолчал, осмысливая то, что успел заметить в магии.

— Твоё заклинание… Как бы это объяснить? Когда я вытягиваю энергию, то прикладываю силу, и эта сила становится толчком для восстановления ауры врага. А твоя техника просто переносит, телепортирует её, без использования силы.

— Значит, предмет не распадётся, но ему понадобится больше времени на восстановление?

— Не только. Враг должен будет потратить магическую силу, чтобы восстановить повреждение, ведь ты сам не затрачивал энергию на её вырывание. А неживая материя и вовсе осыплется. Хотя сегодня это был всего лишь небольшой камушек, нужно попробовать магию на стенах. Чем больше масса, тем сложнее процесс, и тем выше будет сложность.

Нартуган нахмурился, переваривая услышанное.

— Хорошо. Мне понадобится время, но, кажется, я смогу это принять.

— Карга! — На всю улицу раздался резкий, властный голос.

Нартуган вздрогнул, услышав знакомый окрик. Из темноты, сверкая гневом в глазах, вышла его мать. Бике сама отправилась на поиски сына, обеспокоенная его долгим отсутствием. Когда они с отцом увидели её, в воздухе повисло напряжение.

Разъярённая женщина с растрёпанными волосами, в домашнем халате и тапочках, сжимала в руке огромное копьё, сотканное из чистой энергии. Оно переливалось карминовым светом, будто само несло в себе кипящую ярость, от которой воздух вокруг вибрировал. Не раздумывая, она метнула копьё прямо в Каргу. Оно промчалось в считаных сантиметрах от головы Нартугана и с гулким звуком вонзилось в асфальт. Земля содрогнулась, трещины побежали во все стороны, а из раскола поднялся зловещий алый пар. Нартуган резко обернулся, но отца уже не было.