Все пошло не по плану. Совершенно.
Я-то думал, что после аварии и амнезии Агаты в моей жизни наступит новая прекрасная глава, но... увы.
Наш общий сын сразу встал на ее сторону — и переубедить его не удалось. Он даже акции ей свои отдал — для надежности, видимо.
Наша общая дочь просто вела свою собственную игру. Она никогда не доверяла мне — иначе зачем заставила подписать тот позорный договор?! — но пока ей было выгодно поддерживать меня, она поддерживала меня...
Потом же она помирилась с матерью, плюс выяснила правду о том, как я несколько лет назад отобрал у нее первую любовь, и все — она сменила сторону.
Сказала, что будет со мной судиться.
Что докажет, что договор был составлен неправильно.
Что я на нее давил.
Что на нее давила болезнь матери.
Что она пошла неправильной дорогой — но теперь исправится, а мне придется вернуть ей ее законные акции.
Мы, конечно, поборемся, и шансы у нас примерно равны: пятьдесят на пятьдесят.
Но проблема в том, что даже если акции Зои останутся у меня, контрольный пакет мне уже не получить... потому что на Агнию я тоже рассчитывать больше не могу.
На фоне болезни Агаты сестры помирились, и младшая наотрез отказалась передавать мне свои акции.
Она и поначалу-то готова была отдать лишь часть, а мне были нужны все! И не только ее — но и ее дочерей!
В общем, полный провал.
Но я, конечно, все равно буду с ними со всеми судиться.
За право оставаться при своих акциях и за право быть в совете директоров, ведь я немало вложил в авиакомпанию жены... почему теперь я должен лишиться доходов с нее?!
Я уже нашел хороший адвокатов.
Анастасия Ивановна Гребешкова будет защищать мои права по акциям и авиакомпании. Скорей всего, там будет не одно, а сразу несколько мелких и средних производств, которые будут тесно связаны между собой. Судов предстоит немало, и мы все будем там встречаться: я, Агата, Агния, Зоя, Слава, наши многочисленные адвокаты. Будет непросто и долго.
Бернард Леоградович Мирский будет защищать меня в бракоразводном процессе. В этом плане, надеюсь, все пройдет более быстро и мирно. Мы с Агатой обоюдно мечтаем поскорее развестись. Никто никого не станет удерживать, пропускать заседания, просить отсрочки и так далее.
Несовершеннолетних детей у нас тоже нет.
Единственная крупная недвижимость, которая станет камнем преткновения, это наша общая, купленная в браке четырехкомнатная квартира.
Конечно, продавать ее чертовски жалко.
В эту квартиру было вложено столько денег, сил, времени.
В этой квартире мы воспитывали своих детей: когда мы перебрались в нее из другой квартиры, первой совместной, не такой большой, Зое было пятнадцать, а Славе — тринадцать лет.
В этой квартире мы любили друг друга... пускай и очень давно.
В этой квартире мы несколько раз делали ремонт, выбирали вместе обои, кухонные гарнитуры, кровати, шторы, декор...
В этой квартире — душа нашей семьи... вот только семьи-то уже нет!
Так какой смысл держаться за то, что потеряно и что не вернуть?!
Сейчас эта квартира — всего лишь недвижимость, инвестиция, большой финансовый кусок, который мы должны раскусить напополам.
Ну, или... есть у меня один вариант.
Я готов отдать квартиру Агате, если она согласится отдать мне равноценное по стоимости количество акций авиакомпании и не бороться за то, чтобы меня убрали из совета директоров.
Мне не хочется полностью терять связь с «BlueSky Voyages».
Вот только согласится ли она?!
Сомневаюсь.
Тем более что такое надо обсуждать наедине, чтобы иметь возможность хоть как-нибудь, хоть минимально влиять на ее мнение, а дети теперь не подпустят меня к ней и на километр без адвокатского присутствия!
Пока я живу у Лины.
Она уже подала на развод со своим мужем-моряком и радуется тому, что я все время провожу с ней, но есть несколько «но»...
Во-первых, несмотря на то, что это квартира Лины, доставшаяся ей в наследство, и при разводе ее никто не заберет, мне странно и некомфортно жить на чужой территории. Ведь если мы с Линой расстанемся, то я просто резко окажусь на улице, особенно если отдам жене всю нашу общую квартиру.
Конечно, у меня достаточно денег, чтобы снять жилье, но... своя-то недвижимость поприятнее будет!
Да и вообще, что за стыдобища — взрослому, обеспеченному мужику жить в квартире любовницы?!
А во-вторых, какова вообще вероятность того, что наши отношения продолжатся, если я окажусь на дне?!
Ну... ладно, не то чтобы прямо на дне, но... просяду в доходах?!
Очень много денег и времени уйдет на суды и адвокатов.
Часть совместно нажитого имущества окажется у жены.
А самое страшное — есть риск полностью потерять «BlueSky Voyages».
Лине это точно не понравится.
Лина зацепилась за меня именно тогда, когда узнала, что я рассчитываю прибрать авиакомпанию к рукам...
Если у меня это не получится — буду ли я ей нужен?!
Я, конечно, всегда понимал, что наши отношения начались с бартера: она мне — красивое тело, я ей — деньги.
Но потом родились и искренние чувства... по крайней мере, с моей стороны.
Да и со стороны Лины тоже, думаю: иначе зачем она разводится со своим молодым красавцем мужем?! Зачем говорит, что хочет детей только от меня?!
Вот только теперь у меня все равно есть сомнения...
Вдруг она бросит меня?!