За ослепительно белым столом в такой же комнате, что являлась гостиной в нашем жилище, сидели двое, князь Огинский и граф Валевский, что, казались полным контрастом друг друга. Один, с длинными белыми волосами и в чистейших светлых одеждах, сидел, расположившись так, как ему удобно и неотрывно смотрел на собеседника. Второй же, напротив, то и дела приглаживал свои темные короткие волосы, расправлял невидимые складки на своих вещах и активно пил из стоящего на столе стакана. Я же не знала, куда себя деть, ибо я и не должна присутствовать на этом разговоре, но мне разрешили, вопреки всем традициям, из-за чего я не знала, куда себя деть.

— Вы не ослышались, — покачал головой Вениамин Огинский. После его фразы я сказала, что он идиот, что шутить такими вещами нельзя и ушла. А он пришел к Кириллу и официально попросил моей руки. Нет, не так, потребовал!

— Послушайте, — прокашлялся Киря, отставив стакан с кровью, — Анна, принеси вина гостю, — я кивнула и послушно открыла стоящий рядом шкаф в поисках бутылки с вином, который встретил меня легким скрипом и пылью, слетевшей с верхних полок. Невольно закалялась и, чтобы разогнать проклятые частицы, помахала рукой в перчатке. На вид простая задача оказалась довольно трудной, ведь как только заканчивалось вино, в бутыль наливали кровь, — Ваша Светлость, Анна мне сказала, что вы оказались в курсе некоторых... Физиологических особенностей, так вот, что конкретно вас сподвигло сделать этот необдуманный шаг?

— Чувства, — казалось, я спиной увидела, как сидящий на стуле Огинский пожал плечами.

— Простите, но... - начал было Кирилл, но у меня был вопрос поважнее, поэтому я его перебила. Если честно, я не специально.

— Эля, где все вино? — вспылила я. Честное слово, там было ещё пять бутылок, а осталась лишь одна, 1329 года.

— А что сразу я? — сестрица вышла из смежной комнаты и с непонятной мне эмоцией посмотрела на мое лицо, — Аня, — презрительно скривилась она.

— А у нас есть еще пьянчуги дома? — поинтересовалась я с милой улыбкой. Вот хитрая лиса, ей Богу, думает, я поверю, что это не она, — покажи мне их, нарушь этикет.

— Ты например, — пожала она плечами, — напомнить случай в Орловской губернии?

— Это было двадцать лет назад, — теперь скривилась уже я. Она мне всегда это припоминать будет?!

— Пусть это события дней минувших, но я все равно их хорошо помню, как будто вчера было, — рассмеялась она, а потом, махнув рукой, ушла к себе.

— Вот она вам точно нужна, Ваша Светлость? — усмехнулся Кирилл, когда я села на соседний стул, надо отметить, достаточно изящно, — лучше бы Элен выбрали. Она у нас совершенство, а вот Анна — тихий омут, где черти водятся. Она у нас кладезь пороков, и пьянство — лишь малый край, — я хотела перебить, так как то, что я вечером могу выпить бокальчик красного еще не говорит о пороке, но Киря просто продолжил, отмахнувшись, — каждый из нас — убийца, это два, а третье — ну вы посмотрите на нее, невоспитанная хамка, каких еще поискать.

— Так и я не в Петербурге жить собираюсь, — пожал плечами Вениамин, — у меня имение в Гродно, где мы прекрасно устроимся. И да, она меня привлекает такой, какая есть.

— Послушайте, — предпринял еще одну попытку Киря, — видите стеллаж за вашей спиной, — Огинский, с выражением легкого недоумения повернулся туда, куда указывала рука Валевского. Нет, я не осуждала Кирилла и даже была с ним солидарна, ибо этот брак, вероятнее всего, не одобрит Совет, а без этого я не могу ничегоничего, — вот, видите? Все эти кислоты, яды, щелочных и прочее, видите? Знаете, сколько людей она погубила, которые ей хоть как-то нагрубили или просто не понравились?

— Вообще-то большинство из сгубленных мною были твоими врагами, — вспылила я! — Или уже забыл? И мой интерес вполне оправдан и порой даже полезен. Так что прекрати на меня всех собак вешать!

— Вот видите? Хамка, самая настоящая! Ко мне и на "ты"! Ничего хорошего из этого брака не выйдет, говорю Вам!

— Господи Боже, дай мне сил, — князь Огинский три раза перекрестился, вознеся глаза к небу, а потом продолжил, — я пришел сюда жениться, я все решил. Я — князь, вы — граф, вы наоборот должны ратовать за этот брак, а не быть против! Господи Боже, куда я попал? — он, вопреки приличиям, прикрыл лицо ладонью, тяжко вздохнув.

— Совет этот брак все равно не одобрит, — отмахнулся Кирилл, а я сразу сникла. Он прав, Совет слишком боиться огласки, поэтому свидетель-человек им ни к чему, а вампиром стать ему врятли дадут. Боже, Кирилл был прав, я уже и до таких мыслей докатилась, а ведь он всего-лишь человек, Анна, просто один из множества. "Ты ведь знаешь, что теперь это не так" — сказало мое внутреннее я. Да, теперь он — один-единственный. Поздравь себя, Анна, ибо ты совершила непростительную ошибку, подпустив к сердцу того, кого нельзя, — хотя, делайте что хотите и как хотите. Мне плевать. Надоело вас из всех передряг вытаскивать! Элен, пойдем, прогуляемся.

Эти двое вскоре покинули квартиру, на которой мы жили. Теперь нам уже никто не мешал поговорить по душам, но было страшно. Что будет, прими я хоть то, хоть это решение? Откажусь — потеряю, соглашусь — подставлю под удар.

— И вот как мне быть? — пробубнила я в грудь жениха после того, как он встал и обнял меня. Так нежно, словно я хрупкий цветок, словно хрустальная.

— Анна, — произнес Огинский, посмотрев в мои глаза, — скажите честно, вы согласны дать мне руку и сердце? Желательно свои и иносказательно, но тут уж как пойдет, — усмехнулся он, а я решила ответить шуткой на шутку.

— Берите лучше печень, она увеличенная, — и оба непринужденно рассмеялись.

— Серьезно, вы согласны? — задал он вопрос, а я кивнула, сделав таки выбор. Будь, что будет!