Шайлас изменилась. Почувствовала власть. Каждый айсхи непременно склонял голову перед юной наследницей, каждый выказывал уважение и торопился выполнить любое пожелание. А еще она заметно подросла. Думаю, теперь Шайлас выглядит даже старше десятилетних детей. Выше, разумнее. Но вот в такие моменты, как сейчас, она все еще была моей маленькой мышкой.

Поднялась, чувствуя переполняющую меня энергию. Время, проведенное в храме, наполнило мой источник до краев. Шайлас смотрела на меня робко и одновременно с вызовом.

— Ты меня любишь, Шайлас? — спросила я у нее, беря узкую ладошку в свою.

— Люблю, — ответила она, утапливая свою ручку в моей.

Тут же по нашим сцепленным конечностям потекла энергия. Я ощутило легкое покалывание — обмен, мы до сих пор обменивались энергией. Для Шайлас происходящее стало доказательством ее правоты, взгляд юной наследницы стал еще более уверенным, а вызов более заметным.

— И я тебя люблю, Шайлас. Только для меня любить — значит желать любимому счастья…

— Но я не буду счастлива вдали от тебя! — перебила Шайлас.

— Ты никогда не вела себя как капризный ребенок, мышка, — тронула выступающий носик. — Не стоит и начинать. Я не собираюсь тебя бросать, — заверила уверенно. — Уж точно не по своей воле. Думаю, я должна тебе кое-что рассказать. — Вздохнула, подбирая слова. — Ты, наверное, уже догадалась, что я не родилась в Тираше и даже не в Ларрее.

— Рей рассказал, что ты из другого мира. Что твои родные перешли из Аджгара, истинного мира айсхи, не в Ларрею, а в другой мир. А потом Боги прислали тебя, чтобы ты меня спасла, — высказалась Шайлас уверенно.

— Ну, примерно так и есть. Давай я тогда тебе кое-что покажу. Мне интересно, что ты увидишь.

Подвела юную айсхи к стене и снова активировала светящийся шарик.

— Смотри, Шайлас, что ты видишь?

Подводя светлячок ближе к стене, я отчетливо видела старцев, а вот Шайлас, кого видела она? Все мое внимание сосредоточилось на ней, на удивлении, проступающем на юном личике, на широко распахнутых глазках, на раскрытом в удивлении ротике.

Шайлас вернулась к тому месту, которое уже было в тени. Провела пальчиками по каменной стене. Медленно повела дальше, окуная ладонь в световое пятно.

— Ты их видишь, Шайлас?

— Вижу, — благоговейно выдохнула она.

— Что ты чувствуешь?

— Радость. Волнение. Тепло. Родство с ними. Кто это, Виктория? Мне хочется смотреть и смотреть на эту стену, — выдохнула она доверчиво.

— Это те самые Боги, которым поклоняются все в Тираше, — сообщила я. — Я их видела, Шайлас. Когда мое вместилище костенело, они позволили мне себя увидеть.

— Видела? — обернулась ко мне юная наследница.

— Да. Как тебя сейчас. А еще именно тогда я поняла, что жизнь нужно прожить так, чтобы, встретившись с Богами, не пожалеть ни о единой минуте, ни об одном мгновении, — говорила, глядя прямо в широко распахнутые глазки малышки. — Самое лучшее, что случилось со мной, самое радостное, то, от чего я ни за что не отказалась бы — встреча с тобой, Шайлас. Я рада, что смогла помочь тебе в трудную минуту, рада, что моя энергия подошла тебе. Думаю, ты права и именно Боги сделали так, что я вовремя попала в нужное место, успела, пусть и в последний момент. Но теперь, Шайлас, у тебя есть настоящий, самый лучший папа. Заботливый, любящий тебя. Рей — очень хороший, думаю, я могла бы его полюбить по-настоящему, ведь это совсем несложно. Но моя душа решила иначе, Шайлас. Ты не видишь, а ведь прямо вот отсюда, — взяла тонкую подрагивающую ладошку и положила себе на солнечное сплетение, — прямо отсюда тянется тонкая нить, связывающая меня и айсхи Ишшихан. Я ее не только чувствую, но и вижу, Шайлас. И, поверь, мышка, я тоже долго не понимала, что со мной происходит, отталкивала то будущее, которое уготовили мне Боги. Однако после встречи с ними я больше не могу так поступать. Теперь я знаю, для чего я здесь. Для чего мы все здесь. Теперь я знаю, для чего живут люди и айсхи, в чем смысл нашего бытия.

— И в чем же? — услышала угрюмый голос.

Резко дернулась, испуганная неожиданным появлением Рея.

— Как ты это делаешь? Подкрадываешься так тихо… — перевела дыхание, успокаивая колотящееся сердце.

— Так в чем же смысл бытия, Виктория? — повторил вопрос Рей, игнорируя мои.

— В том, чтобы быть счастливым, — смело встретила взгляд золотистых глаз. — В том, чтобы не сожалеть о прожитых днях и принятых решениях.

— Ты вырвала нить связи с айскари из моей души, — хмуро выдохнул Рей. — А кто вырвет ее из моего сердца? Я сейчас говорю не о Сайле, совсем нет. Всю жизнь, всегда я думал, что нет ничего сильнее истинной связи айскари, Виктория. Всю жизнь считал, что любовь для слабых человеческих душ, что истинные айсхи не могут любить. Даже детенышей мы вскармливаем энергией, а не любовью. Так я думал, пока не встретил тебя, Виктория, — говоря, Рей медленно приближался ко мне. — Ты сбила меня с пути, принесла в мою жизнь столько хаоса, сколько я не способен успокоить. Ты привела в мою жизнь Шайлас. И ее я полюбил не менее сильно, чем тебя. Задолго до того, как узнал, что она — мой детеныш. Для меня это не имело значения. Поначалу я защищал ее, как единственную наследницу силы правителя… в какой момент я понял, что люблю ее — не знаю. Но вот тут, в моем сердце больше нет свободного места, — стукнул он себя в грудь. — Все оно занято вами двумя — двумя айсхи, которые стали моей семьей. Только вот так, вместе, я чувствую себя цельным, Виктория. Не нужна, оказывается, связь айскари, чтобы почувствовать это… — он замолчал, глядя на меня с тоской и болью, успев приблизиться вплотную. — Выбери меня, Виктория, — выдохнул, наконец, Рей разрывающим сердце голосом. — Выбери нас.