В начале XX в. Фарерский архипелаг, состоящий из семнадцати крупных и множества мелких островов, расположенный в 450 км юго-восточнее Исландии и в 300 км от Шетландских островов, продолжал оставаться заморской территорией и одним из амтов (административная единица) Датского Королевства.
Площадь архипелага около 1400 км2. В XIX в. здесь начались преобразования в экономике, основой которой продолжали оставаться сельское хозяйство и рыбный промысел; и то и другое постепенно коммерциализировалось. Довольно быстро увеличивалась численность населения островов. Так, в 1860 г. на них обитали всего 8922 жителя, а в 1935 г. — уже 25 744. Вековая изоляция островов постепенно преодолевалась. К началу XX столетия здесь зародилось национальное движение, появились первые общественные организации. Жители островов стали осознавать себя фарерцами.
Первые фарерские просветители второй половины XIX в. выступали за равноправие местного, фарерского языка, который обрел зафиксированные нормы благодаря трудам В. У. Хаммерсхайба. Фарерское общество к 1901 г. прониклось идеей самоуправления островов, которую выдвинул один из первых общественных и политических деятелей островов Иоуаннес Пьетурссон (по-фарерски — Пэатурссон, 1866—1946). Его идейные противники во главе с Андреасом Самуэльсоном (1873—1954) добивались укрепления связей островов с Данией. В 1906 г. они создали первую партию — Партию союза и завладели газетой «Dimmalætting». Пьетурссон в том же году организовал Партию самоуправления, которую возглавлял до конца своих дней. Впрочем, социальный состав обеих партий был почти одинаков — и в ту и в другую входили представители интеллигенции, зажиточные крестьяне, торговцы. Последние как раз в конце XIX в., когда англичане заменили свои парусные рыболовецкие шлюпки и шхуны траулерами, купили у них эти старые суда, заменив ими, в свою очередь, фэринги и весельные шлюпки, с которых прежде ловили в прибрежных водах рыбу и на которых перевозили с острова на остров людей, китовое мясо и овец. Именно торговцы стали на Фарерах судовладельцами, а шкиперов и рыбаков нанимали из числа разорившихся крестьян и батраков.
Датский министр юстиции (он же министр по делам Фарерских островов) Альберти заявил, что датское правительство «всегда поддержит партию большинства и ее программу в фарерском лёгтинге». Партии самоуправления удалось получить это большинство, например, в начале первой мировой войны, однако поддержки датского правительства она не дождалась. Позже в датской прессе отмечалось, что датчанам «потребовались колоссальные усилия для того, чтобы понять, что движение за самоуправление не было враждебным Дании, а лишь попыткой маленького народа найти свое место в мире». Партия самоуправления ратовала не за отделение, а только за автономию в рамках королевства, за самоуправление — через лёгтинг, который должен был получить законодательную власть во внутренних фарерских делах. Кроме того, партия добивалась принятия закона о преподавании в школах фарерского языка. Расходы лёгтинга на его реализацию Пьетурссон предлагал покрывать за счет введения пошлин на импорт.
В период между двумя мировыми войнами фарерский рыболовецкий флот не переоснащался. Доходы от рыболовства этого не позволяли.
Обучавшиеся в Дании фарерцы, в основном студенты, считали, что для преодоления отсталости необходим полный суверенитет островов. В 1919 г. студенты предложили эскиз фарерского флага: красный крест, обрамленный синим кантом, на белом полотне. Изготовленный по этому эскизу флаг был впервые вывешен во время одного из пикников фарерского землячества в Копенгагене.
С начала 1920-х годов на Фарерах пустили ростки социал-демократические идеи. Датский социал-демократ Ханс Нильсен, выступая перед фарерскими рыбаками, пытался убедить их, что не пристало «фарерской бедноте выбирать консерваторов или левобуржуазных деятелей в ригсдаг». Его агитация увенчалась образованием социал-демократической партии, которая впервые вступила в предвыборную борьбу в 1926 г.
В Партии самоуправления, объединявшей наиболее активную часть буржуазии, примерно в то же время наметился раскол. Будучи очень малочисленной, она не могла рассчитывать на успех своей программы без достаточно широкой поддержки. Поэтому с той же программой — предоставление немедленного самоуправления — партия в 1940 г. трансформировалась в более массовую организацию и стала называться Народной партией. Верные члены прежней партии во главе с И. Пьетурссоном стали называть себя Партией старого самоуправления.
9 апреля 1940 г. немецко-фашистские войска оккупировали Данию. В тот же день Народная партия объявила о намерении провозгласить Фарерскую Республику. Датский наместник на островах — амтманн, заручившись поддержкой Партии союза, Партии старого самоуправления и социал-демократов (депутатам этих партий принадлежало в лёгтинге 17 мест из 25), взял на себя всю полноту власти. 13 апреля 1940 г. на архипелаге высадились британские войска. Англичане предпочли, чтобы обстановка на островах оставалась спокойной, и не поддержали Народную партию.
Оккупация создала для фарерцев очень благоприятную экономическую конъюнктуру, ибо они оказались единственными и ничем не ограниченными поставщиками рыбы в Англию, кроме того, они не платили пошлин. Тогда же возникла необходимость отличать фарерские суда, доставлявшие рыбу в Англию, от датских: 25 апреля 1940 г. англичане потребовали, чтобы фарерские суда ходили только под фарерским флагом.
В марте 1946 г. датское правительство предложило лёгтингу провести плебисцит, выбрав таким образом или отделение, или общность с Данией. Голосование состоялось 14 сентября, но ни тот, ни другой вариант не получил одобрения большинства фарерцев. Король Дании распустил лёгтинг и назначил на 9 ноября новые выборы. Партия союза взяла на себя инициативу и сформулировала проект закона о внутреннем самоуправлении островов в составе королевства. Этот закон вошел в силу с 1 апреля 1948 г., после того как за него проголосовали депутаты от всех партий в лёгтинге.
В дальнейшем сфера самоуправления островов расширялась: в 1949 г. они обрели собственную денежную единицу, в том же году — закон о пенсиях по возрасту и инвалидности, с 1956 г. — частичное (с 1979 г. — до 6 часов ежедневно) радиовещание на фарерском языке, с 1 февраля 1975 г. — собственные почтовые марки.
В 1949 г. Дания вступила в НАТО, к чему фарерцы отнеслись отрицательно, полагая, что это может стать фактором силы датчан на архипелаге», а наиболее решительные члены Народной партии вышли из нее и образовали новую (пятую) партию — Республиканскую. Во главе ее стал сын покойного И. Пьетурссона — Эрлендур Пьетурссон. Бывший директор Фарерской национальной библиотеки Сверри Эгхолм так характеризовал эту партию: «...большинство республиканцев — крайние националисты и социалисты, находящиеся под влиянием, очень, правда, незначительным, коммунистических идей. Они хотят полного отделения от Дании, полагая, что до тех пор, пока мы не получим самостоятельности в торговой и внешней политике, мы не сможем жить на этих островах как достойные и свободные люди».
Видимо, успехи республиканцев впечатлили Народную партию и Партию старого самоуправления: они подновили свои программы и предвыборные лозунги, сделав акцент на необходимости добиваться максимального самоуправления, и выступили с ними на выборах в лёгтинг в 1962 г. и в ландестуири 4 января 1963 г. Эта идея пришлась по вкусу и новой (шестой) фарерской партии — Прогрессивной. Именно эти четыре партии, получив большинство (правда, с минимальным перевесом — 15 мандатов из 29), образовали коалицию «тех, кто готов был взять власть на архипелаге в свои руки».
В 1960-1980 гг. на политической арене архипелага появились выразители принципиально новых, классовых идей. В 1962 г. из 60 фарерцев-марксистов, учившихся в Дании, большая часть вернулась после окончания учебы на острова, почти все они вступили в республиканскую партию. Однако очень скоро марксисты стали раздражать лидеров партии. Состоявшийся в 1969 г. съезд республиканцев принял решение, что социалисты и коммунисты не могут быть членами их партии.
10 сентября 1976 г. в старейшей и крупнейшей газете островов «Dimmalætting» (в 1976 г. ее тираж составлял 10 тыс. экземпляров), органе Партии союза, было опубликовано объявление о регистрации Фарерской коммунистической партии и ее эмблемы — серпа и молота — под аббревиатурой KFF. В свою очередь, датская газета «Politiken» сообщала, что эта «партия намеревается участвовать в предстоящих через два года выборах в лёгтинг» и что «уже при создании она разделилась на дружественную Кремлю и маоистскую фракции».
Численность населения Фарерских островов в XX в. утроилась, а за последние 60 лет удвоилась. На архипелаге более ста населенных пунктов: дома с основном деревянные, крашеные (преимущественно в красный или синий цвет), крыши чаще зеленые (крашеные, жесть или черепица). Более половины островитян — горожане, если принять во внимание, что городом здесь считают населенный пункт, где есть промышленность, а число жителей — более тысячи[65].
В городах сосредоточены рыбоперерабатывающая, строительная и судостроительная промышленность, кустарное производство шерстяных изделий, молочные заводы, маргариновая и мыловаренная фабрики, три чугунолитейни, кожедубильня, две шерстопрядильни; кроме того, вблизи городов есть гидроэлектростанции. Особо следует сказать о судоверфи Скали. Значительная часть работающих здесь рабочих заняты ремонтом и профилактикой иностранных рыболовных траулеров. 98% экспорта Фарерских островов составляют рыба и продукты рыбопереработки.
Местные производители сельскохозяйственной продукции способны прокормить только часть населения, а возможности повышения уровня продуктивности этой отрасли весьма малы. Возделывают лишь картофель для собственного потребления и кормовые травы для мясомолочного скота (коровы и овцы). Королевские крестьяне, по-прежнему арендующие крупные земельные участки, получают доходы от продажи в города молока, мяса и шерсти. Значительно хуже обстоят дела у землевладельцев, которых по традиции называют оуальс-мэавурами. Их земли — бывший оуаль — настолько раздроблены между хозяевами, что обрабатывать их нерентабельно. Поэтому в 70-е годы было проведено огораживание и перераспределение разбросанных участков в общий, владельцам запрещалось делить его между детьми.
По данным переписи 80-х годов, 47,6% самодеятельного населения островов составляли рабочие, 33,7% — служащие (чиновники, духовенство, интеллигенция, работники сферы услуг), 11,9% — так называемые самостоятельные (мелкая буржуазия), 6,8% — рыбаки, в том числе сезонные. В отраслях население было занято так: в рыболовстве — 17,2%, в рыбопереработке — 7,5, в строительстве — 11,1, в промышленности и ремеслах — 13,7, в торговле — 12,7, на транспорте — 11,0, в здравоохранении и социальной сфере — j,0, в образовании, церкви и библиотеках и т.п. — 5,4, в прочей сфере обслуживания — 3,5, в администрации — 3,0, в сельском хозяйстве — 1, прочие занятия — 1,9%. Со времен второй мировой войны на островах функционирует сеть профсоюзов.
В 1967 г. Фареры вместе с Данией вошли в Европейскую ассоцицию свободной торговли, однако не стали в отличие от Дании членом Европейского экономического сообщества. Отношения Фарер с ЕС строятся на основе отдельных соглашений, подобных тем, которые сообщество заключало с Норвегией и Швецией.
Благодаря в первую очередь доходам от экспорта рыбы (треска, северная путассу, сайда и др.), составлявшего в 1995 г. 95% всего экспорта островов, около 85% семей островитян (44082 = 100%) имеют собственные двух- или трехэтажные коттеджи.