Их встреча состоялась через два дня. Агент ФБР ознакомил Джессику с задачей.

— Отравление? — переспросила она. — Хорошо. Но предлагаю немного дополнить ваш план. Я скажу Рику, что мои братья-бандиты (а это на самом деле так) поставили жучок в офисе ФБР и сливают данные за деньги. И предложу ему быть посредницей. Через братьев у меня неплохие связи в криминальных кругах, я постараюсь найти место, где он ошивается. Встройте жучок в визитку моего бара, чтобы отслеживать его перемещения. Но учтите, что я сильно рискую, а серьезная работа делается только за серьезные деньги. Самим вам его не найти — в этом вы уже убедились.

Агенту ФБР пришлось согласиться на условия Джессики. Ей предоставили фотографии Рика и полное досье на него.

Спустя неделю поисков встреча состоялась в одном из баров на окраине города.

Рик сидел в окружении молоденьких девушек, рассказывая им анекдоты. Джесси подошла к стойке бара, открыла сумочку, вырвала из блокнота лист и, написав пару строк, подозвала бармена.

— Это для Рика. А мне за столик принесите кофе без сахара.

— Хорошо.

Джессика присела на свободный стул, разглядывая сломанный ноготь. «Надо записаться к мастеру», — мелькнуло в голове.

Официант принес ароматный кофе и молча удалился.

— Добрый вечер. Зачем вам Рик? — услышала она хриплый мужской голос.

Она подняла глаза — перед ней сидел тот самый человек.

— Добрый вечер. У меня есть информация, у вас — деньги.

Он рассмеялся, но внезапно успокоился и спросил:

— С чего вы решили, что она мне нужна?

— Вас ищет ФБР.

— Это всем известно. Сколько вы хотите?

— Двадцать тысяч. Скажу пока немного: «хаты» уже выявлены. Знают про дела Сэма, про маршруты. Будьте начеку.

Джессика пододвинула визитку с адресом бара, где она работала. Затем допила кофе, оставила под чашкой десять долларов и, поднимаясь, бросила:

— Ваше дело. До свидания.

Рик пожал плечами, но сунул визитку в карман и направился к девушкам. Он не знал, что пластик содержит чип слежения — теперь за каждым его шагом наблюдало ФБР.

План Джессики сработал. Первую неделю Рика не трогали, позволяя свободно передвигаться по городу. Более двадцати машин незаметно следили за его автомобилем. День и ночь в штабе прослушивали его разговоры, фиксируя каждое слово.

На восьмой день ФБР провело облаву на одну из его квартир. Перестрелка была жестокой, но агенты не пострадали — погибли двое охранников и пять членов группировки. Раненому главарю удалось скрыться.

Через несколько дней, оправившись от ранения, Рик появился в баре Джессики. Она заметила его за столиком с тремя головорезами.

— Выбрали? — автоматически улыбнулась она, подходя.

Рик, не глядя, открыл меню на алкогольном разделе.

— По двести грамм виски каждому. И себе что-нибудь. Есть разговор.

Она вернулась с двумя бутылками Jack Daniel’s и гранеными стаканами. Обе Джессика взяла отбивную с салатом — обеденный перерыв она пропустила из-за наплыва клиентов.

Охранники перешли за соседний столик, освобождая ей место напротив босса. Она присела и, не стесняясь, принялась за еду.

— Откуда сведения? — спросил Рик.

— Мои братья поставили жучки в ФБР. Мы продаем информацию. Многие уже пожалели, что не заплатили.

Рик молча налил себе виски.

— Двадцать тысяч. — Он положил на стол две пачки купюр. — Но информация должна быть стоящей.

Джессика достала из передника блокнот.

— Не пожалеешь.

Она отложила вилку с недоеденной отбивной, отодвинула салат и, полистав несколько станиц, стала медленно зачитывать. Семь минут Рик внимательно слушал текст, специально подготовленный ФБР.

Кивнув, он потянул еще виски.

— Ценная информация. Деньги твои.

— ФБР тебя найдет быстрее меня. Будь осторожен. Нужны еще записи — скажу братьям.

— Достаточно.

Джессика забрала пачки и ушла. Ее не интересовало, что будет дальше — опасный яд в алкоголе уже делал свое дело. Четверо бандитов были прикованы к диванам.

Остальное — дело ФБР.

В кабинете за столом расположились те, кто остался жив за непростой период разборок. Стояла мертвая тишина. Ее нарушил скрип открывающейся двери. Никто из присутствующих не посмотрел в ту сторону. Лишь когда кто-то сел в кресло главного, они подняли глаза. Кевин Лангер обвел всех внимательным взглядом.,

— Я не актер. Но постарался играть как в театре. Теперь понимаю, почему Миротворца так величают.