Утром я проснулась с мыслями о магии и ее освоении. Они крутились у меня в голове, пока готовила завтрак, пока ела и мыла посуду.

Надо осваивать магию.

У меня есть зверь, который умеет сражаться, умеет видеть магию, умеет влиять на Разлом и наверняка еще что-то умеет. Я мысленно призвала пантеру, откликнувшуюся почти мгновенно, и задумчиво посмотрела на нее. Она ответила мне таким же взглядом, словно оценивая, на что способна ее хозяйка.

Книгу про тварей я бегло просмотрела за завтраком, стараясь не вчитываться, а просто отмечая самые распространенные. И все равно аппетит испортился, стоило подумать, что эти существа – не плод больного воображения, а вполне реальные, с которыми мне, скорее всего, предстоит встретиться еще не раз.

– Давай отрабатывать синхронность, – предложила пантере.

Та с готовностью встала.

Ползать на четвереньках я не захотела, решив приступить к более сложным вариациям движений. Но если идти одновременно, поворачиваться в одну сторону, останавливаться, делать шагиу нас получалось отлично, то зеркальные действия, когда мне надо влево, а пантере вправо, давались плохо. Еще хуже обстояло дело со змейкой, восьмеркой и прочими сложными движениями. Мы обе путались в ногах, спотыкались и не понимали друг друга.

Да уж, какие тут сложные магические действия, если мы в шагах разобраться не можем?

К обеду пришел Арно, после ночной смены уставший и, само собой, не выспавшийся, но целый и невредимый.

Правда, настроение у него было не лучше моего.

– Перед возвращением домой заглянул в трущобы и в рабочий район. В них за ночь зафиксировали еще десять нападений разных тварей на людей. Зафиксировали! А в трущобах вполне могли что-то не заметить, – выдал причину плохого настроения он. – Еще слышал, что змееголов почти добрался до центрального района. Не знаю, какие цели преследовали те, кто закупоривал Разлом, но подгадили они в итоге всем прилично, – зло закончил Арно.

Мне и добавить было нечего, разве что положить ему на тарелку больше вкусного – хотя бы поест нормально после дозора.

Но, оказывается, это было не все.

– И я не смог активировать артефакты, – признался он. – Никакого отклика.

– Может, они подчиняются только мне? – осторожно спросила я, понимая, что тогда мое участие в закрытии Разлома будет серьезнее.

– Возможно. Но, скорее всего, мы что-то упускаем. Или твой дед написал не все.

– Он вообще никакой толковой инструкции не оставил, – сокрушенно согласилась я.

– Надо сходить к Тровасу – к наставнику. Во-первых, он поможет тебе с освоением магии. А во-вторых, подскажет что-то по артефактам.

– Но он же слепой, – осторожно напомнила я.

– Он не видит глазами, но магию по-прежнему различает. И чувствует ее лучше, чем кто-либо.

И не возразишь. Я слышала, что в отсутствие какого-то из чувств другие обостряются.

– Ты готова идти прямо сейчас?

– Но ты же только что с дежурства! Тебе бы поспать…

– На полноценный сон времени нет, а от пары часов только голова потом тяжелая будет, – отмахнулся мужчина.

Я хотела возразить, но Арно выглядел решительно настроенным. Текущая ситуация с Разломом не могла не напрягать: если кто-то сумел один раз уничтожить купол-барьер и подобраться к Разлому, то и второй раз сумеет. Просто будет действовать хитрее и осторожнее, чтобы не попасться.

А по городу и так разгуливают разбежавшиеся твари, и кто знает, сколько их еще осталось и где они вылезут.

Мы снова перенеслись на окраину в тот же район, но дальше двигались прямиком в трущобы, встретившие нас ветхими и покосившимися домишками и запустением. Правда, новость о тварях не прошла просто так: люди как могли укрепили жилища, заколотили окна, поставили дополнительные засовы на двери.

Разлом был прекрасно виден отсюда – дома невысокие, и купол, казалось, нависал прямо над ними, как дамоклов меч.

Дом Троваса выделялся на фоне других не ухоженностью, но добротностью. У него имелись и ставни, и крепкая дверь, стены были каменные, а не деревянные, как почти все здесь. Краска на окнах и дверях местами выгорела, местами облупилась, штукатурка со стен осыпалась почти вся, бурьян в тени доставал до крыши. Да и ветки растущего рядом дерева неплохо было бы подпилить.

Внутри запустение чувствовалось меньше, полы так и вовсе были свежевымытыми. Из глубины дома доносились голоса, и если мужской звучал глухо и неразборчиво, то женский старушечий слышался вполне отчетливо.

– Лучше бы спасибо сказал, пень трухлявый! Сидишь тут со своей псиной, так сиди хотя бы молча!

Дальше прозвучала неразборчивая мужская реплика.

– Так ты скажи «спасибо» – и молчи!

Старик что-то ответил.

– Да ну тебя в пень! Живи как хочешь!

С громким топотом на нас вылетела немолодая женщина в бедной одежде. Полинялое платье почти не сохранило рисунка, зато когда-то яркий платок неравномерно выгорел в складках и, наоборот, получил замысловатый узор. Обувь у нее тоже была совсем разбитая, и все же женщина, несмотря на крайне недовольное выражение лица, производила приятное впечатление. Даже не скажу чем, может, тем, что на ее заношенной одежде не было ни пятнышка. А может, тем, что явно искренне беспокоилась за хозяина дома. И полы вымыла на совесть.

– Явился! – с ходу набросилась она на Арно, видимо, не растеряв запал предыдущей ссоры. – Хоть бы ты его вразумил! А то вроде слепой, а говоришь – как с глухим! Ты ему одно, а он тебе другое талдычит!

– Думаю, у меня вряд ли получится убедительнее, – сдерживая улыбку, ответил Арно. – Но я очень благодарен, что вы ему помогаете.

– Да достал до печенок!

– Так и не приходила бы, раз достал! – донеслось из дома, откуда тяжелой шаркающей походкой выходил Тровас.

Собака с радостным лаем выбежала вперед.

– Эх, плюнула б, да сама ж только что мыла! – скривилась женщина. – Все, старый пень, на этой неделе не жди, не приду.

Женщина резко развернулась и направилась к двери.

– Напугала! – крикнул ей вслед старик.

Ответом ему стал хлопок двери, от которого посыпалась сохранившаяся штукатурка.

– Наставник, зачем же вы так… – попробовал Арно.

– Еще ты мне тут нотации почитай! – тут же вскинулся старик.

Разумеется, читать нотации ему никто не собирался.

– Чую, ты опять привел внучку Уорелов, – уже спокойнее заметил хозяин дома.

– У нас есть вопросы…

– Да у кого их нет. Садитесь уже куда-нибудь. Только ты мне сначала как обычно приготовь.

– Хорошо, – отозвался Арно уже на пути вглубь дома.

Собака увязалась за ним, и мы со стариком остались одни. Странное ощущение: вроде знаю, что он незрячий, а все равно – будто видит меня насквозь. Во всяком случае, где я стою, Торвас определил безошибочно. Затем он кряхтя опустился в свое кресло и снова повернул голову ко мне.

Точно видит.

– Покажи своего зверя, – потребовал он.

И в этот момент я порадовалась, что научилась призывать пантеру. Чувствую, иначе бы мне колкостей не избежать.

Пантера явилась по первому зову и настороженно посмотрела на человека.

– Неизвестный зверь. И неизвестные способности, – прокомментировал старик. – Что он может?

– Я пока не до конца изучила его возможности, – ответила обтекаемо.

– То есть ты не знаешь и ничего не умеешь, – в целом верно понял старик.

И я бы даже согласилась, но из его уст это прозвучало как-то уничижительно.

– У меня получилось открыть Разлом, – попробовала возразить я.

– Так это дело нехитрое, – усмехнулся он. – А закрыть смогла?

– Нет.

– Вот я об этом и говорю, – закивал он.

– Возможно, мне не хватает практики, – я упрямо не собиралась сдаваться и расписываться в собственной бездарности.

– Возможно.

– Или каких-то знаний.

– Тоже возможно.

– Или…

– Или твой зверь – такой же бесполезный, как моя шавка, – безжалостно закончил старик. – А нет, моя шавка предупреждает о непрошеных гостях. Все же польза есть.

– Ну знаете! – я почувствовала, как внутри закипает обида.

Стало ясно, почему та женщина злилась. Да она святая, если терпит этого вредного старика.

– Не злись, внучка Уорелов, – он широко заулыбался, обнажив весьма неплохие для столь почтенного возраста зубы. Желтые, но ровные и крепкие, а главное – почти все целые. – Уверен, ты на что-то способна. Вот только знаешь что?

– Что? – с вызовом спросила я.

– Иметь возможность и эту возможность реализовать – две разные вещи, смекаешь?

– Да, – я прекрасно поняла, к чему он клонит.

Даже если я могу закрыть Разлом, то сумею ли это сделать в итоге?

– А пока что тебе действительно необходимы и умения, и практика. И ответы на вопросы, пока Арно возится.

– Я бы тоже хотела понять, что может мой зверь. Я видела, как он сражается с тварями…

– Твой зверь точно не для боя, – оборвал мои рассуждения старик. – Я у нас таких не встречал. Что он умеет в твоем мире?

Я задумалась, понимая, что слишком плохо разбираюсь в крупных кошачьих. Кажется, пантера – это черный леопард или ягуар. Значит, как минимум, неплохо бегает и лазает по деревьям. Маловато…

Я присмотрелась к пантере, стараясь понять, были бы заметны на ней пятна? Но ее призрачный окрас выглядел сплошным темно-синим. С цветом пантеры определенно что-то связано…

– Маскировка! – осенило меня. – Их цвет – это маскировка.

– А вот это уже интересно, – одобрил старик. – И с этим можно поэкспериментировать.

– С чем именно? – спросил Арно, заходя в комнату с подносом.

– С ее зверем. К слову, он хищник или наоборот?

– Хищник.

– Значит, все-таки не бесполезен в бою.

– Надье не стоит сражаться с тварями.

– Стоит или нет – решать не тебе. Способность постоять за себя никогда не бывает лишней.

Арно вздохнул и насупился, то ли не желая спорить, осознавая, насколько это бесполезно, то ли не желая вслух признавать правоту наставника.

– Что еще ты ко мне приволок, кроме внучки Уорелов?

– Вы чувствуете? – удивился мужчина.

– Еще как!

Арно придвинул к креслу хозяина массивный стол, стоявший в углу, и выложил на него предметы: ложка, кружка, тарелка, вилка, нож, пуговица.

– Хм…

Тровас медленно по очереди ощупал каждый артефакт и снова хмыкнул.

– Мда… Уорелы всегда были затейниками. Помню, младший постоянно таскал этот набор с собой. Он тогда был не старше, чем сейчас Арно… Эх, сколько воды утекло…

Тровас улыбнулся воспоминаниям, в которых сам еще не был таким старым.

Он медленно брал каждый артефакт и клал в сторону. Затем следующий. И следующий. Пока не образовался круг.

Кружка и тарелка оказались практически друг против друга. С одной стороны их разделяла вилка, а с другой – нож и ложка. Все по правилам сервировки.

Пуговицу он безошибочно поместил в центр.

Трудно объяснить, но посуда, только что казавшаяся просто посудой, изменилась. Блеск металла стал ярче, запустив на потолок и стены множество бликов. А ведь на них не падал свет.

– Чего-то не хватает…

Старик облокотился на стол, вперившись слепым взглядом в круг из артефактов.

– Не пойму чего…

– Родовой артефакт показал мне только эти предметы, – осторожно заметила я.

– Это замечательно, но отклика толком нет. Значит, должно быть что-то еще.

– Может, все-таки другая последовательность? – предположил Арно.

– Последовательность именно та, – отрезал старик. – Нож с ложкой точно лежат рядом. Вилка напротив них. Тарелка с кружкой друг против друга. Но как ни крути – все получается ерунда. Еще и пуговица, которая по центру.

Я всматривалась в выложенные по кругу предметы, пытаясь понять, что же меня смущает? Старик прав, есть в них какая-то неправильность, хотя круг считается идеальной фигурой.

– Понял, – Тровас стукнул ладонью по столу, так что все предметы на нем подпрыгнули. – Вы чувствуете в них магию?

– Я – нет, – признался Арно. – Возможно, потому что это специфическая магия Уорелов…

– Ага, – ухмыльнулся старик. – Значит, ты чувствуешь? – он повернулся ко мне.

Я не могла определиться. Вроде и да. А вроде и нет.

Пантера вытянула шею, положив голову на стол, но даже через нее я не заметила какой-либо выраженной силы.

– Потому что ее там нет! – довольно заявил старик.

– Как нет? – опешили мы.

– Да так. Как в опустевшей кружке, – он покрутил кружку, принесенную ему Арно. – Какие-то капли, которых и на глоток не хватит.

– Значит, его надо зарядить! – догадался Арно.

– Не зря я на тебя пять лет жизни потратил, – похвалил его старик. – А теперь скажи – как и чем зарядить?

– Силой Разлома. Он должен быть сначала активирован.

– Правильно. Видимо, такой хитрый ход, чтобы артефакты не нашли. Они слабо фонят, но это можно списать на то, что Уорел-младший постоянно таскал их к Разлому. Все думали, что это блажь ученого, который там ест и пьет, а оказывается нет.

– Но как это провернуть? Ведь разложить артефакты заранее мы не сможем, а в момент, когда активируется Разлом и начинают вылезать твари, уже как-то не до них…

– Или все-таки зря, – со вздохом протянул Тровас. – Уорел своим потомкам это добро оставил, бестолочь! Чтобы кто-то из них посуду разложил, а потом активировал Разлом! Ну или какой-то другой маг со схожими способностями – без разницы. Конечно, не при активном Разломе таким заниматься.

Мы с Арно в очередной раз переглянулись. В целом задача ясна…

И вроде как даже осуществима…

– Ладно, собирайте свои железяки и идите уже. Утомили вы меня, – Тровас сгреб артефакты в кучу и подвинул к нам. – К слову, в паре кварталов южнее какие-то твари свили гнездо. Вы бы заглянули туда заодно.

– Надья пока останется здесь, – тут же принял решение Арно.

– Вот еще! Как ты ее натаскивать собираешься? Пусть учится, не маленькая уже.

– Это опасно!

– У Разлома опаснее. А здесь практически тепличные условия.

– Я пойду! – тут же вскочила я.

Во-первых, снова оставаться с Тровасом один на один мне не хотелось. Во-вторых, он прав: уж лучше здесь, чем у Разлома. Вот она, та самая практика, на недостаток которой я пожаловалась старику.

– И посмотри, что там с маскировкой, – напутствовал меня Тровас.

– А что там с маскировкой? – напрягся Арно.

– Хорошо все! Идите уже! – погнал нас старик.

– Всего доброго, наставник, – попрощался мужчина, смирившись с тем, что ничего от него не добьется.

– До свидания! – обернулась я.

Старик молча махнул рукой.

– Так что там с маскировкой? – спросил Арно, стоило нам выйти.

– Есть вероятность, что моя пантера хороша в маскировке.

Я не видела смысла скрывать.

– И как именно эта маскировка работает?

– Это пока только предположение. Ведь свойства зверей как-то перекликаются со свойствами их реальных прототипов. Пантера хорошо маскируется.

– Каким образом? Она меняет цвет? – заинтересовался Арно.

Он не терял бдительности за нашим разговором и зорко смотрел по сторонам в поисках потенциальной опасности.

– Нет! У нас на такое только некоторые рептилии способны. А пантеры – ночные хищники, они прячутся в темноте.

Арно задумчиво кивнул. Кажется, он был уже слишком поглощен предстоящим боем, чтобы вслушиваться.

– Держись рядом со мной, в бой не вступай, – скомандовал он.

Я не стала спорить, сейчас для этого определенно не время. Но что-то мне подсказывало, что его Тровас тренировал совсем иначе.

Гнездо тварей я заметила издалека. Вернее, не я – пантера. Она тут же вздыбила холку и ощерилась. Через нее и я почувствовала скопление магии в одном из домов. Было оно каким-то неправильным, неравномерным.

Через несколько шагов тихо выругался Арно, тоже почувствовавший источник. Надо отдать должное – он дракона не призывал, пояснив, что использовать своего зверя будет только в крайнем случае. Иначе мы вместе с тварями спалим и трущобы.

Как это уже было в рабочем районе, вокруг Арно заклубилась магия. Видела ее опять же не я, а пантера, поэтому в голове у меня картинка «рябила», накладывая одно изображение на другое. И завихрения магии очень напоминали крылья, словно Арно сейчас сам был драконом.

Да, о таком уровне управления магией мне только мечтать…

Он жестом остановил меня, а сам направился прямиком в дом. Что там творилось дальше – мы с пантерой разобрать не сумели, но спустя буквально пару минут Арно появился.

– Давай сюда! – крикнул мне.

Разумеется, дважды повторять не пришлось, мы бросились вперед: сначала пантера и следом я.

– Там осталась одна, только будь осторожна!

В доме в дальнем углу ощерилась тварь, напоминающая крупную ящерицу, типа игуаны. Запах паленого неприятно ударил в нос, и на обгорелые трупики ее сородичей я предпочла не смотреть. В целом, надо отправить пантеру в прыжок – с клещом она разделалась в момент, но я мешкала. Сама тварюшка не спешила нападать и лишь отчаянно пыталась забраться на стену и как-то сбежать.

– Надья! – поторопил Арно снаружи.

– Да-да! Я сейчас!

Я посмотрела на пантеру в надежде, что она сделает все без моей команды. Ну не привыкла я убивать животных! Это просто, когда твари проявляют агрессию, а вот ударить первой не получалось. Я смотрела на мечущуюся в углу ящерицу и медлила.

Не знаю, сколько бы еще это длилось, но тварь, поняв, что бежать некуда, совершила последний отчаянный поступок – кинулась на меня. Первой среагировала пантера, прыгнула на нее, пройдя как нож сквозь масло – так же легко и с тем же эффектом.

Мертвая тушка шмякнулась на пол, и я поспешно выскочила наружу, чувствуя рвотные позывы.

Все-таки в пылу сражения такие вещи переносятся намного проще.

– Почему так долго? – задал логичный вопрос Арно.

– Не получалось ее убить, пока она не напала, – честно призналась я.

Арно вздохнул и покачал головой.

– Это тварь, Надья, не домашнее животное и в принципе не животное. Они стайные, как и клещи, набрасываются всем скопом – и от человека за несколько минут не остается даже скелета. Их челюсти способны не только кусать и грызть, но и перемалывать. И пока ты медлишь, чтобы убить одну, другая набросится на тебя сзади, понимаешь?

– Понимаю, – я понуро брела по улице, пиная попадавшийся под ноги мусор.

– Именно поэтому тебе нельзя драться в одиночку, – продолжал наставления Арно. – Нас готовят с детства, мы живем в реалиях нашего мира, а ты слишком привыкла к безопасности и не осознаешь до конца, чем грозит хотя бы секунда промедления.

И с этим тоже не поспоришь.

– А как ты использовал магию без зверя? – задала я насущный вопрос, чтобы немного отвлечься от пусть и не провала, но серьезной ошибки.

– Не без зверя, Надья, – улыбнулся Арно. – Зверь всегда со мной, и я его отлично чувствую, даже когда не призываю. Использую нашу с ним магию напрямую. Но это годы практики и тренировок. Как у вас, кстати, с синхронностью?

– Примерно как и с нападением на тварь первой, – я вспомнила утреннюю тренировку, когда не получалось даже нормально разойтись в разные стороны.

– Тогда сначала осваивай синхронность, а с ней придет и взаимопонимание. И однажды, хотя и очень нескоро, настанет такой момент, когда зверь тебе не понадобится.

Звучало не слишком обнадеживающе, ведь будущее мое и без того было туманным, и настанет ли это «очень нескоро»? Вернее, я рассчитывала жить долго и по возможности счастливо, но насчет того, останусь ли в этом мире или вернусь в свой, так до конца и не решила. Если мы закроем Разлом, то уйти придется. А потом спрятаться.

Про маскировку я и заикаться не стала, тут бы простейшее взаимодействие освоить. Но все же мысль о том, умеет ли прятаться пантера, поселилась в голове.

Осталось понять, как это проверить. Пока что лучше всего у меня получалось действовать и познавать магию в критической ситуации. Только ситуацию, при которой надо прятаться, а не, скажем, сражаться, я придумать так и не сумела.