Не всегда музыка является полностью оригинальной. Порой артисты заимствуют фрагменты уже существующих треков для своих песен (это называется семплированием), выпускают новую аранжировку хорошо забытой композиции (кавер-версию), химичат с исходными дорожками трека (делают ремикс), а иногда и вовсе соединяют несколько композиций в единый трек (создают мэшап). Все это примеры производных произведений (derivative works), то есть произведений, основанных на уже существующих работах. И естественно, такое использование должно быть одобрено правообладателем оригинальной композиции, а иногда и обладателями смежных прав.

Вы наверняка считаете, что семплирование (от англ. sample – образец, экземпляр) изобрели хип-хоп артисты из 1980-х, нарезая кусочки популярных диско-хитов. В действительности задолго до рэперов семплированием баловались рок-музыканты. Еще в 1960-е The Beatles использовали в записи музыки меллотрон – предшественника цифровых семплеров, внешне похожего на клавишные синтезаторы. В этом инструменте полоса магнитной ленты с записью соответствующего звука находилась под каждой клавишей и при ее нажатии инструмент воспроизводил звук, а при отпускании возвращал кассету в начало. Ленты не протягивались по кругу как в магнитофонных ревербераторах, поэтому продолжительность звучания ноты была ограничена и составляла восемь секунд. Клавиатура была полностью полифонической и могла воспроизводить широкий спектр духовых и струнных инструментов, а также перкуссии. В интро культовой Strawberry Fields Forever (1967) слышны звуки флейты, а в начале The Continuing Story of Bungalow Bill (1968) звучит короткий фрагмент фламенко, сыгранный на гитаре. Это тоже семплы из меллотрона, причем авторов до сих пор не удалось установить. Слушатели даже и не подозревали, что это заранее сыгранные фрагменты.

Дальше семплирование перешло на новую стадию. В Бронксе в начале 1970-х диджеи на дискотеках стали использовать различные соул и фанк композиции как основу для начитывания текстов поверх их (rapping), тем самым рождая новый жанр музыки – хип-хоп. Во время дискотек диджеи внезапно поняли, что люди ждут не просто конкретные песни, а определённые их фрагменты – брейки (break), барабанные сбивки, чтобы продемонстрировать мастерство танца. Следуя ее запросам, пионер диджеинга Кул Хёрк придумал использовать две вертушки, попеременно запуская самые «сочные» фрагменты песен с двух пластинок. В ходу были записи Джеймса Брауна, групп Chic, Sister Sledge, Earth, Wind and Fire и других именитых представителей фанка и диско. Этот принцип лег в основу всего хип-хоп продакшена. Позже продюсеры будут записывать эти брейки (или семплировать их) чтобы создавать на их основе новые биты. По воспоминаниям Найла Роджерса, гитариста группы Chic, на одном из совместных концертов группы с Blondie и The Clash в нью-йоркском концертном зале The Palladium, в середине песни Good Times на сцену выбежал Fab 5 Freddy и начал неистово читать рэп под аккомпанемент группы. Тогда, по словам Роджерса, он и подумать не мог, что это явление будет настолько большим феноменом в индустрии. Спустя несколько месяцев Роджерс, находясь в ночном клубе, услышал столь знакомые ему ноты Good Times. Но это была не она. Это была Rapper's Delight хип-хоп группы Sugarhill Gang, ознаменовавшая начало эры коммерческого хип-хопа. Никто из участников группы и не думал очищать права у авторов композиции – Найла Роджерса и Бернарда Эдвардса, – у которых, однако, было противоположное мнение на этот счет. Впоследствии Роджерс вспоминал: «Я не против, чтобы кто-то джемил с нами на сцене, но брать нашу запись, не упомянув нас, и делать на этом деньги…». После переговоров с представителями лейбла Sugar Hill Records и, видимо, угроз судебным разбирательством, музыканты группы Chic были добавлены в соавторы композиции.²⁹ Думаете этот случай чему-то научил хип-хоп артистов? Ничего подобного. Они и дальше продолжали массово заимствовать чужую музыку как основу для рэпа. Вышедшая в 1981 году Adventures Of Grandmaster Flash On The Wheels Of Steel вообще была «нарезана» из самых популярных хитов того периода и походила больше на мешап. Как отмечают Билл Брюстон и Френк Броутон, авторы книги Last Night a DJ Saved My Life, «это было революционным моментом в истории музыки: запись, сделанная из других записей; запись, созданная диджеем, постмодернистский коллаж уже существующих текстов; насыщенное скретчами доказательство того, что и вертушки тоже могут быть настоящими инструментами».

Естественно, такой подход к созданию музыки и растущая популярность жанра не могли остаться без внимания правообладателей. В 1989 году представители группы The Turtles инициировали иск против хип-хоп группы De La Soul, которая использовала отрывок их песни You Showed Me (1969) в песне Transmitting Live From Mars (Interlude), выпущенной в составе альбома 3 Feet High and Rising. В итоге стороны договорились вне процесса, и какие были суммы отступных, увы, мы так и не узнали. Еще один кейс – песни из дебютного альбома Notorious BIG Ready To Die сплошь состояли из семплов знаменитых фанк и диско песен. Впоследствии по решению судов их пришлось удалять из композиций.

Одна из первых копий сингла «Rapper's Delight» за авторством участников Sugarhill Gang

Копия сингла с измененными данными об авторах

Традиционно под «семплированием» понимается использование фрагментов звукозаписей (фонограмм) в создании музыкальных композиций. Но в широком смысле слова под этим термином понимается использование любых звуков (например, шумов и звуков природы или речь из кино) в создании новых композиций. Если же берется фрагмент произведения и заново исполняется с помощью музыкальных инструментов или голоса – то это просто заимствование (interpolation или replayed sample), требующее очистки лишь авторских прав. Обычно это происходит, когда лицензия на звукозапись (фонограмму) не по карману артисту или правообладатель просто не соглашается на сделку. Вообще порой достаточно сложно определить, использовался ли семпл из оригинальной записи или же музыкант взял и перезаписал музыку, используя «живые» музыкальные инструменты или DAW. Поэтому в случае нарушения ваших прав, скорее всего потребуется проведение экспертизы фонограммы, в который был использован «неочищенный» фрагмент.

Если вы берете звуковой отрывок из фонограммы – то помимо прав авторов музыкального произведения затрагиваются права исполнителей и производителя фонограммы. И не важно: короткий он или длинный. Забудьте эту чепуху из серии «можно заимствовать свободно, если этот отрывок менее 5 нот, 10 секунд, 3 тактов и т. д.». Такие фрагменты зачастую могут быть зациклены (тогда получается loop), замедлены или ускорены, подстроены под тональность музыкальной композиции или переиграны задом наперед. В композиции Mask Off американского репера Future используется семпл флейты из песни Prison Song Карлтона Уильямса, при этом он транспонирован и играет в половину темпа, а к обычному возвращается только при вступлении ударных. А Moby в песне Porcelain использовал сыгранный задом наперед семпл (reversed sample) из саундтрека к фильму 1960 года «Исход» (Exodus) композитора Эрнеста Голда (Fight For Survival).

Важный совет: очищайте права на семплы до релиза, иначе вы сильно рискуете своими финансами. Если трек уже выпущен, а особенно если еще и взлетел в чартах, вам придется пойти на любые условия, навязанные правообладателем, вплоть до 100 % авторских роялти. В противном случае вам придется убрать трек с цифровых площадок либо вырезать семпл из песни (что зачастую невыполнимо, особенно когда вся песня строится на нем). Вот вам урок от великих: Марк Ронсон засемплил струнные из Sunny в версии Boney M для своей песни Ooh Wee, и в итоге правообладатели оригинальной композиции попросили 100 % авторских роялти с трека. В документальном сериале Watch the Sound он также рассказывает о том, что Дэннис Коффи, автор инструментала Scorpio, партию ударных из которого Ронсон также засемплил для песни, потребовал свои 25 % авторских. Кто знает, как он в итоге разрулил эту математическую задачку?

Раннее планирование особенно важно при очистке прав на семплы из иностранных песен. У одной песни может быть, к примеру, 8 правообладателей в отношении композиции и 4 обладателя смежных прав, поэтому чтобы успеть договориться и подписать сделки со всеми, понадобится уйма времени.

Сейчас семплирование не ограничено лишь рамками хип-хопа, все больше и больше проникая в другие жанры, и в особенности, поп-музыку. Использование знаменитого струнного риффа из Gimme Gimme Gimme (A Man After Midnight) группы ABBA в песне Hung Up, по слухам, стоило Мадонне 8 миллионов долларов. До этого несговорчивые шведы лишь раз лицензировали семпл для использования: в песне группы The Fugees Rumble in the Jungle, который содержал фрагмент из композиции The Name of the Game (которую я, к слову, так и не нашел ни на одном стриминговом сервисе). Однако после получения письма от Мадонны, полного дифирамб в адрес шведской четверки, авторы композиции – Бьёрн Ульвеус и Бенни Андерсон, согласились лицензировать ей кусочек из их хита.

Пальма первенства среди самых «семплируемых» песен принадлежит Amen Brother группы The Winstons. По данным сайта whosampled.com, брейк этого трека, сыгранный барабанщиком Грегори Коулменом, был использован в 5 309 композициях.

Под музыкальным мэшапом (от англ. mash-up – «месиво, попурри») в индустрии понимается, производное музыкальное произведение, состоящее, как правило, из двух (реже нескольких) исходных произведений и созданное путём наложения какой-либо партии одного исходного произведения (обычно это вокальная дорожка) на партию (гармоническую основу) другого. Это искусство музыкального алхимика, превращающего знакомые хиты в неожиданные гибриды – иногда гениальные, иногда абсурдные, но всегда вызывающие реакцию. Сейчас мэшапы выделились в самостоятельный музыкальный жанр, особенно популярный в цифровую эпоху благодаря соцсетям и доступности аудиоредакторов. Самый распространенный вариант мэшапа называется «A vs. B», когда вокальная дорожка одной песни накладывается на гармоническую часть другой песни. Например, пользователь под ником TheBennyJ88 соединил вокальную дорожку из песни Black or White Майкла Джексона и инструментальную основу песни I Want To Break Free группы Queen[31]. Я бы еще отметил мэшап из песен Talulah I got you (I Feel Good) и Feel Good[32]. Ну и как же не упомянуть знаменитый микс из «Позови меня с собой» Аллы Пугачёвой и P.I.M.P. 5 °Cent – этот абсурдный союз советской эстрады и гангста-рэпа стал вирусным хитом Рунета, демонстрируя, как ностальгия и ирония создают новую культурную реальность[33].

Другая разновидность мэшапа именуется «аудио коллажем» (audio collage), который сочетает в себе целые фрагменты различных песен, без вычленения отдельных дорожек. Пример тому – забавное видео пользователя Sir Marshalot на YouTube под названием Sir Mashalot: Mind-Blowing SIX Song Country Mashup, в котором смикшированы шесть известных кантри-песен. Компилируя кусочки каждой из них, автор демонстрирует, что все они написаны по шаблону настолько, что этот мэшап кажется единой песней[34].

Иногда мэшап рождается при коллаборации – в песню одного артиста интегрируются слова или целые музыкальные вставки из песни другого артиста. Так, в 2021 г. вышла совместная песня Элтона Джона и Дуа Липы Cold Heart, в которой австралийские диджеи PNAU сделали микс сразу из нескольких хитов сэра Элтона Rocket Man, Sacrifice, Kiss the Bride и Where's the Shoorah? Это редкий пример легального коммерческого мэшапа, где все права были тщательно очищены, а результатом стал платиновым хитом.

Из-за сложностей с очисткой прав сейчас мэшапы – это по большей части так называемый UGC-контент (user generated content – контент, создаваемый пользователями в сети Интернет). Платформы вроде TikTok, YouTube и VK стали их естественной средой обитания, а алгоритмы зачастую закрывают глаза на нарушения, пока не поступит жалоба от правообладателя. Коммерческих мэшапов почти не бывает. Главная причина – кошмар многополярных переговоров: чтобы легализовать мэшап из 10 треков, нужно получить разрешение от 20+ правообладателей (авторов, издателей, лейблов, исполнителей), что экономически нецелесообразно для 99 % проектов. Один из немногих артистов, выпускающих коммерческие мэшапы и до настоящего времени чудом избегающий судебных преследований – Girl Talk. Все его альбомы состоят из мэшапов и официально представлены почти на всех стриминг-платформах. Каждый сделанный им мэшап – это смешение многих песен, которые настолько замаскированы в музыкальном потоке, что можно устраивать телевикторину в духе «Угадай мелодию».

Как часто вы слышите «знакомые нотки» в рекламе или сериалах. Но нотки ли это? Прислушиваясь к этой фоновой музыке, начинаешь понимать, что знакомы тут вовсе не нотки, а звук, стиль и настроение, эффекты, набор инструментов. Все что угодно, только не сами ноты. Знакомьтесь, это sound-alike – хамелеон музыкальной индустрии, спасательный круг для рекламных бюджетов и головная боль для юристов. Так в индустрии называют звукозаписи, которые имитируют звук и стилистику других песен либо стиль популярного артиста. Кроме того, такой термин может быть применен и к вокалистам, которые имитируют голос другого артиста (имперсонаторы). Такие записи зачастую делаются как «бюджетные копии» известных композиций для рекламных роликов или сериалов. Причина такой практики кроется в больших затратах на лицензии известных хитов и музыку на заказ. Компании, обращаясь за лицензиями на известные песни, сталкиваются с огромным ценником и не в состоянии позволить себе ситуацию, при которой суммы за лицензии на синхронизацию хитов составляют до 30–40 % от бюджета всей рекламной кампании.

Авторов таких треков зачастую сложно уличить в нарушении авторских прав, поскольку мелодия и гармония там совершенно другие. Так в сериале «Мылодрама» в одной из серий звучит инструментальная композиция, очень похожая на легендарную Chariots of Fire греческого композитора Vangelis[35], а рекламный ролик компании T2 одно время сопровождал трек, близкий по звучанию к заглавной теме из кинофильма «Охотники за привидениями» 1984 года. Примером вокального sound-alike может служить творчество немецкой рокабилли-группы The Baseballs, которые в какой-то момент стали причиной того, что хит Рианны 2009 года – Umbrella стал выдаваться за песню Элвиса Пресли, записанной якобы в 1969 году. На деле вокалист коллектива просто мастерски копировал голос и манеру короля рок-н-ролла.

Имитирование голоса известного артиста при создании песни может влететь в копеечку в странах, где голос охраняется законом в рамках права на публичность (right of publicity) (например, в США). Одним из известных дел, связанных с защитой голоса как нематериального блага, было дело Midler v. Ford Motor Co. Автомобильный гигант Ford, получив отказ знаменитой певицы Бэтт Миддлер исполнить композицию для промо-кампании нового автомобиля, решил привлечь к записи ее бэк-вокалистку Улу Хедвиг, которая записала Do You Want To Dance, имитируя вокальную манеру Миддлер. Окружной суд не нашел нарушений, а вот апелляционная инстанция сказала, что «голос, как и лицо, является уникальным идентификатором личности, и его коммерческое использование без согласия владельца равносильно краже» и приняла сторону артистки. Вслед за Миддлер свой голос удалось защитить и Тому Уэйтсу, который в 1992 году отсудил у продуктового гиганта Frito-Lay аж 2,6 млн долларов за имитацию его голоса в рекламе.

Ремикс (от англ. remix) получается, когда продюсер (ремиксер), получая в распоряжение исходные дорожки (треки) каждого инструмента в песне, затем манипулирует ими, меняя темп, ритм, добавляя эффекты, новые инструментальные партии, при этом не трогая вокальную партию. Иногда продюсер сам дописывает какие-то инструменты. В отличие от кавер-версии, где при переработке не используется оригинальная фонограмма, ремикс всегда содержит видоизмененную готовую запись, тем самым затрагивая объекты смежных прав – исполнения артистов и фонограммы.

Истоки ремикса лежали в дымных студиях Ямайки 1960-х, где продюсеры вроде Кинга Табби создавали «даб-версии» – радикально перекраивали песни, выдвигая на первый план бас, ударные и эхо, стирая границы оригинальной композиции. В 1970-е нью-йоркский инженер Том Моултон адаптировал идею для диско-клубов, создавая extended versions – растянутые миксы с мощным битом для беспрерывных танцев, буквально переформатируя синглы под нужды танцпола. Моултон, кстати, изобрел и 12-дюймовый сингл – формат, который стал стандартом для клубных ремиксов. Но настоящий взрыв случился в 1980-е, когда расцвет хип-хопа подарил миру сэмплирование и «брейки», а продюсеры вроде Артура Бейкера (работал с New Order, Afrika Bambaataa) и Шеп Петтибоне (работал с Мадонной) превратили ремикс в самостоятельное искусство, в котором семплеры и драм-машины стали кистями ремиксеров.

В 90-е так называемые «клубные версии» (club mix) стали обязательной частью релиза поп-звезд, а продюсеры вроде Дэвида Моралеса или Братьев Кольер обрели статус звезд. Моралес, работая с Марайей Кэри, не просто удлинял треки, а создавал параллельные вселенные её хитов – например, его ремикс на Dreamlover с элементами house и gospel до сих пор считается эталоном.

Порой случается, что ремикс превосходит по популярности оригинальный трек. К примеру, Sing It Back электронного дуэта Moloko вы наверняка знаете лишь в ремиксе от диджея Бориса Длугоша. Любопытно, что сама группа сначала была против этой версии, но после оглушительного успеха включила её в свои концерты. А трек Missing британской группы Everything But The Girl диджей Тодд Терри превратил в международный танцевальный хит в 1995 году. Этот случай стал классическим примером «второго дыхания»: оригинальная акустическая версия провалилась в чартах, а после ремикса группа кардинально сменила звучание на электронное. Ну и все вы, конечно, (я надеюсь) слышали об Иманбеке Зейкенове (Imanbek), железнодорожнике из Казахстана, чей ремикс на песню Roses SAINt JHN в 2021 году выиграл премию «Грэмми». Этот случай показал, что в эпоху цифровых платформ географические и социальные барьеры в музыке рушатся: парень из глубинки с ноутбуком может перевернуть индустрию.

Некоторые артисты поощряют творческие переработки своих композиций. Так, американская индастриал группа Nine Inch Nails в 2007 году выложила в интернет три трека с альбома Year Zero (The Hand That Feeds, Only и Survivalism) в виде специального архива с исходниками для музыкального редактора GarageBand, с помощью которого любой мог создать собственные ремиксы. А 7-й релиз рокеров The Slip был полностью выложен в сеть бесплатно, сопровождавшись посланием от лидера Трента Резнора:

«мы поощряем, чтобы вы делали ремиксы, делились ими с друзьями, постили их в своих блогах, проигрывали их в своих подкастах, давали незнакомцам и т. п.»[36]

Альбом распространялся по лицензии Creative Commons, которая позволяла любому использовать песни с альбома путем переработки для некоммерческих целей, при условии указания авторства исходного материалы и дальнейшего распространения по такой же лицензии.

В последнее время стали популярны sped up и slowed + reverb версии песен. Суть таких ремиксов довольно проста: в одному случае песня ускоряется, а в другом – замедляется. Но за кажущейся примитивностью кроется глубокая трансформация восприятия: ускоренные версии создают ощущение гиперактивности цифровой эпохи, а замедленные – ностальгическую меланхолию. Буму популярности способствовал TikTok – такие ремиксы стали очень часто использоваться в роликах на этой платформе. Интересно, что многие артисты сначала боролись с этим трендом, а затем, видя виральный потенциал, стали выпускать официальные версии своих треков в таком стиле – яркий пример того, как платформы диктуют творческие решения.

Суммируя, нужно запомнить, что ремиксы – не исключение из правила, и для правомерного их создания и дальнейшей монетизации по-прежнему необходимо очистить как авторские, так и смежные права.