Забившись в самый дальний угол экипажа, Рейчел гневно сверкнула глазами. Её только что похитил собственный муж! Этот негодяй и изменщик просто закинул её внутрь, как мешок картошки… Да как он посмел!
Рей трясло от негодования, что даже несколько глубоких вдохов не смогли успокоить сильно бьющиеся сердце.
О том, что Дерек является её похитителем, маркиза догадалась практически сразу, но от этого её паника ни капли не уменьшилась. Скорей наоборот.
Сидящий напротив супруг был в самом настоящим бешенстве, и, вероятно, только присутствие его слуги спасало её от неминуемой расплаты.
Несколько часов пути Рейчел предпочла молча глядеть в окно, наблюдая за ударяющимися о стекло каплями дождя. Наконец, когда экипаж остановился для того, чтобы сменить лошадей, маркиза решилась посмотреть на супруга.
Внешне трудно было сказать, в каком состоянии находится Дерек. Синие глаза были как обычно хищно прищурены, а поза расслаблена. Но она буквально чувствовала исходящую от него волну ненависти.
— Куда мы едем? — решившись заговорить первой, поинтересовалась Рей, стараясь ничем не выдать своего страха.
Сейчас, когда рядом не было его камердинера, Дэр мог делать с ней всё, что угодно.
— В моё поместье в Кенте, — сквозь зубы процедил супруг, сложив руки на груди. — Лондон слишком дурно на тебя влияет, Рей. Я долго думал и пришёл к выводу, что пора бы тебе приступить к прямому выполнений своих обязанностей.
— О чём ты? — удивленно спросила маркиза.
Ей совершенно не понравился дьявольский блеск, затаившийся в глубине его синих глаз.
— Я говорю о наследнике, дорогая. — ядовито заявил маркиз. — Теперь от тебя мне нужно только это.
— Ты забыл, что я никогда не пущу тебя в свою постель? — возмущенно воскликнула Рей, невольно отодвигаясь как можно дальше и вжимаясь в дверь.
Казалось, мужу натерпелось приступить пополнению рода прямо здесь, в экипаже. Но возможно, она преувеличивает, и он просто хочет удушить её, чтобы найти для себя новую жену.
— Нет, отчего же, я очень хорошо это помню, — с усмешкой произнёс Дерек, однако Рей заметила, как он сжал руки в кулаки. — Но мне плевать на твоё разрешение. Ты будешь делать то, что я тебе скажу, иначе я просто напросто убью твоего любовника!
— Что?!Ты не поспеешь!
— Ещё как посмею, дорогая! И мне плевать, что меня за это будет ждать! — он посмотрел на неё полным призрения взглядом, а затем добавил: — Бог мой, я никогда бы не подумал, что милая и робкая девушка с лошадиной фермы может так быстро превратиться в самую настоящую шлюху!
— Я не сделала ничего, чего не делаешь ты, Дэр. Беру пример с мужа и светских львиц, — как можно спокойнее сказала Рейчел, хотя в душе назревала самая настоящая буря.
Ей захотелось его ударить, чтобы заставить заплатить за столь жестокие обвинения, но она понимала, что в данный момент обстоятельства не на её стороне.
Внезапно дверь экипажа открылась. Маркиза ещё никогда не была так рада видеть камердинера мужа, который невозмутимо занял своё место и сказал, что они могут продолжать путь.
На место они прибыли только поздним вечером. Уставшая и сильно оскорбленная Рейчел всё же решила благоразумно молчать, пока супруг помог ей выбраться из экипажа, завёл в дом и представлял прислуге. Ведь в конце — концов это и её дом тоже!
Впервые Рей не восхищалась тем, что находилось вокруг. Ей лишь хотелось, чтобы провожающая её до спальни экономка поскорее оставила её одну.
Но миссис Ричардс не переставала говорить, и маркиза, натянув на лицо вымоченную улыбку, была вынуждена вести с ней беседу.
Наконец, спустя долгих полчаса Рейчел осталась одна. Лишенная горничной да и вообще какого-то права выбора, она собиралась раздеться и поскорее забраться в постель.
День был полон впечатлений, но сейчас ей ни о чём не хотелось думать. Но, как оказалось, у Дерека были совершенно другие планы. Распахнув дверь смежных спален, он вошёл на её половину, не забыв окинуть насмешливым взглядом.
— Для любовника ты постаралась на славу, Рей, — он в два шага оказался рядом, поймав в плен её ладонь. — Ты позволила ему стянуть с себя это платье или…
— Или! Но тебя не должно это интересовать! — огрызнулась маркиза, пытаясь вернуть себе руку.
Но Дерек крепко сжимал её до тех пор, пока не притянул к себе вплотную. А потом заглянув ей в глаза спросил:
— Он настолько лучше меня?
— А леди Изабель? Что есть в ней, чего ты не смог найти во мне, Дэр? — понимая, что самая верная защита — нападение, поинтересовалась Рейчел.
Маркиза не знала, откуда в ней взялось столько смелости, но она протянула руку, коснулась его плеча, затем прижала ладонь к его груди. Дерек затаил дыхание, словно боялся пошевелится, при этом его пронзительные синие глаза потемнели, а сердце неистово застучало у неё под ладонью.
Никто из них не произносил ни слова, потеряв счёт времени, прежде чем супруг резко оттолкнул её руку и направился в сторону своей комнаты.
— Тебя не должно волновать то, что привлекло меня в леди Изабель. Ты просто должна родить мне наследника, а остальное тебя не касается…
Этой ночью Дерек так и не смог заснуть, слишком перевозбужденный разговором с Рейчел и собственными словами. Он лежал и слушал, как за дверью тихо плачет его жена, но так и не встал. Если он войдет, её слёзы не высохнут, а станут только обильнее. Ему хотелось сжать её в объятьях и утешить, прижать к себе, целовать её губы, нежно-нежно, чтобы доказать свою любовь. Когда-то она радостно приняла бы его ласки. Но... Но не теперь. Теперь ей приятны ласки другого человека, от одной мысли о котором он покрывался холодным потом. Он сказал Рейчел, что убьет его, и он чувствовал, что действительно готов кинуть молодому герцогу вызов. Пусть его потом повесят, но он избавит Англию и Рейчел от этого человека! Безнаказанность Адама Ардена, прикрытая полуофициальным статусом принадлежности к королевской семье, бесила его, потому что он был бессилен перед этим человеком. В тот момент, когда Дерек готов был отдать себя жене без остатка, она променяла его на этого человека. Моложе, ярче и знатнее. Дэр ворочался в постели, то и дело вскакивая и бродя по комнате. Рейчел затихла, видимо, уснув. Он не стал заходить к ней, не желая будить или нарываться на новый скандал.
Можно ли вернуть её чувство? Когда-то она любила его, а он посмеялся над её чувствами, более того, втоптал их в грязь, изменяя ей так, чтобы она об этом узнала. Свою измену Рейчел хоть постаралась скрыть, хотя... Хотя могла бы не стесняться. Все знали, что маркиз Инглтон не любит жену, что интересы его совсем иные. Когда-то он любил Шарлотту, и это тоже было известно всем. Тогда он был готов на все ради её одобрительного взгляда, но получал в ответ на свои старания презрение и насмешки. Теперь же... Бог дал ему шанс! Бог послал ему женщину, как близнец похожую на Шарлотту, но умеющую любить! Он же отвернулся от неё, сам став таким, какой была его первая жена.
Сейчас, бродя по комнате, он не понимал, зачем оскорблял Рейчел, которая отнеслась к нему по-человечески и пала в его объятья со всей искренностью первой любви. Чего не хватало ему, когда она просила, умоляла его остановить свой взгляд на ней и не катиться под откос в желании доказать всем и себе, что Рейчел ему не нужна.
Доказал? Дэр сел в кресло и стал смотреть в окно на занимающийся рассвет. Доказал. Рейчел поверила ему и нашла того, кому она нужна. А он докатился до самого низа, целуя чужих женщин и деля их с другими мужчинами. От одного воспоминания о вечере у Изабель маркиза затошнило. И после этого он смеет обвинять Рейчел? Да она святая, даже если ходила к Адаму Ардену, который дал ей то, чего не давал муж.
Но теперь все изменится. Рейчел никогда больше не пойдет к любовнику, и он сам останется верен ей. Они останутся в поместье, наедине, пока не родится их ребенок. И если на это уйдут годы, значит они будут жить в Кенте годы.
Однако сказать и сделать — две разные вещи, и Дерек быстро в этом убедился.
Утро принесло ему новые проблемы.
Рейчел с ним на разговаривала. Нет, она отвечала на прямые вопросы, но казалась только оболочкой той Рейчел, которую он знал. Она не интересовалась поместьем и не вертела головой, как было в её обычае. Она не задала ни одного вопроса, пока он, пытаясь её расшевелить, показывал ей картины в фамильной галерее. Рейчел стояла, просто ожидая, когда ей можно будет уйти, и сейчас невероятно походила на Шарлотту. Вся её живость куда-то делась, и ему казалось, что взгляд её полон презрения, став взглядом Шарлотты. Дерек запаниковал, решив, что она узнала о вечеринке, но Рейчел ничего больше не говорила про Изабель, да и в принципе ничего не говорила. Во время обеда она просто сидела за столом тихая и погасшая, словно внутри у нее задули свечу.
Все его усилия и попытки расшевелить её оказались бесполезны. Ей не был интересен старинный дом, выстроенный в григорианском стиле, которым Дерек так гордился, ей не были интересны картины, она молча ехала на лошади, ни разу не дав шпор, когда он предложил им прокатиться по окрестностям, и молча слушала его рассказы о парке, возможно, даже ничего не слыша.
К вечеру Дэр был выжит как лимон в попытках расшевелить Рейчел, а она так и сидела, смотря прямо перед собой и не слушая приглашенных им к ужину музыкантов. Всё больше напоминая ему Шарлотту, Рей, точно как та, поднимала глаза, когда он говорил что-то, и ему тут же казалось, что он сморозил какую-то невероятную глупость.
А может быть, Шарлотта была просто несчастна с ним? Мысль эта была настолько неожиданная, что Дерек даже отставил в сторону свою тарелку. Шарлотта не любила его, и он не был ей интересен. Она была вынуждена терпеть его, искать любовь на стороне, рожать детей от любовников... Возможно, она была весёлой и доброй, как Рейчел, но, выйдя за него замуж, замкнулась в себе, а зная о его образе жизни — презирала его и старалась не пускать его в свою спальню? И только музыка приносила ей радость, поэтому она играла так много и так вдохновенно!
— Дерек....
Тихий голос Рейчел вывел его из мира фантазий.
— Да, Рейчел.
Она медленно подняла на него глаза. Как Шарлотта. Тем же движением, будто Шарлотта вдруг вернулась и заняла свое законное место. У него сжалось сердце от страха, что Рейчел всегда останется такой, и от воспоминаний.
— Я весь день размышляла, — проговорила она, бледнея, — Я... Я решила, что очень хочу иметь своего ребенка. И ради него я готова лечь в твою постель.
Над ним будто ударил гром. В ушах застучало. Слова, которые когда-то много лет назад сказала ему Шарлотта, сейчас Дэр слышал от своей недавно страстной и любящей Рейчел! Тогда у них с Шарлоттой родилась вторая дочь, а он подозревал, что Шарлотта была уже беременна и скрывала таким образом измену. Неужели Рейчел тоже беременна? Ревность ударила ему в голову. Маркиз вскочил, потянул её за руку и притянул к себе, не обращая внимание на присутствующих в комнате слуг. Рейчел вскрикнула, интуитивно пытаясь отстраниться, но он уже подхватил её на руки и бросился в спальню. Измена и ненависть жен преследуют его, но он точно знает, что с этим делать! Рейчел никогда больше не поедет в Лондон и всегда будет принадлежать только ему, даже если она родит ему чужого ребенка!