Оставшись одна, Рейчел закрыла лицо руками, с трудом сдерживая охватившие её эмоции.

Маркиза так долго мечтала услышать признания в любви от Дерека, однако теперь, когда он их произнёс, они казались ей издевательством, хотя она и чувствовала его искренность…

Заставив себя глубоко дышать, Рей позвала назад горничную и, позволив той помочь ей с платьем, поспешила в детскую.

Девочки ждали её, и они вместе выпили чай с молоком и съели купленные в кондитерской пирожные. В глазах стояли невыплаканные слёзы, но маркиза не могла позволить себе расплакаться перед дочерьми, они этого не поймут.

Немного почитав им и поиграв в куклы с Софи, Рейчел всё — таки спустилась в гостиную, где застала Маргарит, разбирающую только что доставленные письма.

Заметив её, золовка протянула ей одно из них, слабо улыбнувшись. В её синих глазах было заметно сочувствие и ещё какой — то немой вопрос.

— Мэгги, ты хочешь мне что — то сказать? — не привыкнув мучиться от неизвестности, поинтересовалась Рейчел, присаживаясь рядом.

— Я… Дорогая, наверное я лезу не в своё дело, но я очень рада, что у тебя появился такой друг как герцог Монклиф…

— Ты меня осуждаешь? — прямо спросила маркиза.

— Нет, ну что ты! Нет ничего плохого в… Дружбе. Тем более Дерек этого даже не заметит, он редко проводит время дома. Вот и сейчас он собирался выпить со мной чаю, но затем, ничего не сообщив, сорвался в клуб.

— Мэгги, прошу тебя, ничего не говори мне о твоём брате! — воскликнула Рей, и от воспоминаний о нанесённой супругом обиды всё поплыло перед глазами. — Наш брак изначально был ошибкой, и теперь я наконец — то смогла в этом убедиться! Отныне его для меня не существует, как и меня для него!

— Прости меня, дорогая, я не подумала о том, как тебе больно, но, к сожалению, изменить что — то мы не в силах…

Дни до четверга пролетели незаметно. Рейчел ни разу не сталкивалась с Дереком, но от этого боль от его поступков не стала меньше. Она машинально делала всё, к чему привыкла, но ничего не чувствовала в душе. Будто что — то умерло в ней, и маркиза ощущала только щемящую в сердце пустоту.

И тем не менее, собрав девочек и позволив горничной облачить себя в элегантное шерстяное платье нежно — голубого оттенка и сапфировый cпесер, подбитый мехом куницы.

Герцог Монклиф должен был забрать её и дочерей у уже ставшего частым местом встреч кафе.

Забравшись в роскошный экипаж, Анна, Леони и Софи с трудом сдерживали радость и вели себя в обществе его светлости непринуждённо, мило щебеча своими звонкими голосами.

Рей была с ними и в тоже время находилась очень далеко.

Она то и дело представляя Дерека с другой, хотя и пыталась убедить себя в том, что это её нисколечко не волнует… И тем не менее страстные картины стояли у неё перед глазами, ведь она прекрасно знала, каким неистовым любовником мог быть её муж.

Погружённая в себя, маркиза не восхищалась красотой окружённого туманом Таура, не разглядывала королевские регалии, когда по пути в сам зверинец их компания заглянула в королевскую сокровищницу…

В себя она пришла от радостного возгласа Софи, дёргающей её за юбку.

— Мама, мамочка, смотри, это лев! Он такой большой и страшный!

Рейчел тряхнула головой и посмотрела на находившее в клетке животное.

Величественный, но какой — то одинокий, царь зверей вызвал у маркизы жалость.

— Ты боишься его, милая? — ласково спросила Рейчел, буквально заставляя себя говорить. Она чувствовала себя такой же одинокой и брошенной, как находившейся за решёткой хищник, и ей хотелось зарыдать в голос от этого открытия.

— Леди Софи, если вы боитесь льва, я могу взять вас на руки, так что он вас никогда не достанет, — тем временем предложил герцог, на что малышка согласно кивнула.

Наблюдая за молодым человеком, возившимся с Софи, Рей с горечью подумала о том, что не может выйти за него замуж. Он уделяет время ей и совершенно чужим детям, он чуток и добр… А жизнь… Жизнь так несправедлива, и она вынуждена терпеть возле себя изменщика и негодяя!

— Леди Рейчел, вам тоже страшно? — вдруг обратился к ней Адам, — если это так, то вы можете взять меня под руку.

Видя в предложение его светлости возможность быть к нему ближе, Рей поспешно вцепилась в его локоть.

Они неспешно шли от клетки к клетке, и вскоре маркиза смогла успокоиться и получать удовольствие от наблюдения за невиданными ранее животными и птицами. Здесь находились четыре чёрных леопарда, два бенгальских тигра, три львицы, слон, волк и медведь гризли, а названия разнообразных птиц Рейчел так и не смогла запомнить.

Анна и Леони шли впереди, весело смеясь и обсуждая увиденное между собой. Наконец, спустя пару часов, когда ни один из жителей зверинца не был обделён их вниманием, герцог предложил им заглянуть в кафе, прежде чем вернуться домой.

Радости девочек не было предела, и маркиза радовалась вместе с ними, позволив себе на время забыть о своих проблемах.

Пока Софи, Леони и Анна разглядывали витрину, Адам осторожно взял её за руку и отвёл в сторону.

— Леди Рейчел, у нас с вами не было возможности поговорить друг с другом, а сказать вам мне нужно многое. Вы не сочтёте за дерзость, если я приглашу вас завтра на прогулку в парк?

— Ваша светлость, я с радостью принимаю ваше предложение, — ответила Рейчел, наблюдая за тем, как молодой человек трепетно сжимает её пальцы.

Она сделает это. Она позволит герцогу Монклифу любить себя и полюбит его в ответ. Только так она сможет избавиться от любых мыслей о Дереке и навсегда избавится от тех чувств, что когда — то испытывала к нему!

* * *

Всю ночь маркиза не сомкнула глаз. Она слышала, как Дерек пришёл после полуночи, как он долго ходил по комнате и как наконец лёг и заснул. Она же не могла заснуть. Рейчел лежала, смотря в потолок, и не понимала, как ей жить дальше. Мужчина, что спал за стеной, был ей неприятен, но узы брака неразрывно связали её с ним до скончания века. Этот человек не был ей верен, он растоптал её чувства, он признался ей в любви, но не считал нужным возвращаться домой в положенное время. Рей не интересовало, где он был. Пусть ходит куда сочтёт нужным. Но может ли она позволить себе уподобиться ему?

Адам Арден был как раз тем, за кого она мечтала бы выйти замуж. Они сходились мыслями во всем. Они любили одни книги, они оба любили детей, они думали одинаково. Маркиза ясно понимала, что Адам никогда не предал бы её, не опозорил бы на весь Лондон связью с актеркой, не ответил бы холодностью на её признания. Он бы тоже её любил, и он бы уважал её, не забывая о ней, когда кончается ночь любви.

Рейчел молча плакала, понимая, что Адам никогда не станет её мужем. Она встретила его слишком поздно, пожалев Дерека, когда тот явился к ним на ферму. И её жалость сыграла с ней злую шутку. Теперь жалеть она могла только себя, потому что Дерек совсем не нуждался ни в чём. Ни в жалости, ни в любви, ни в сочувствии. Он отлично жил сам по себе, развлекал себя, и не беспокоился о том, как и чем заняты его домочадцы. Ему было наплевать на дочерей, ему было неинтересно, что делает его сестра, его брат или она, Рейчел.

Но может ли она стать такой, как он? Может ли она забыть, какие узы связывают их, отправиться на свидание и забыться хоть на миг в объятьях другого человека? Почувствовать себя любимой и нужной. И попытаться снова полюбить, но уже достойного человека?

Заснув под утро, Рей поднялась ближе к полудню совсем невыспавшаяся и несчастная. Так и не приняв какого — то решения, она спустилась вниз, чтобы выпить чаю со сливками. Было слишком поздно, чтобы кто — то ещё был в столовой, и долгое время маркиза сидела одна, предаваясь своим печальным мыслям.

Впрочем, если она пойдет в парк, ничего не случится. Она просто пойдет в парк. Сядет на скамью и будет вести беседу с человеком, с которым ей хочется говорить. Она будет улыбаться ему, а он будет улыбаться ей. В этом же нет ничего плохого? Придя к такому выводу, Рейчел решила переодеться, чтобы успеть в парк к назначенному времени, и вышла в коридор.

Проходя мимо кабинета, она услышала голоса. Говорили двое, и она узнала голоса мужа и мужа Маргарит, лорда Хилкрова. Замерев на миг, хоть и понимая, что разговор этот не для её ушей, Рей прислушалась.

— Если ты не прекратишь пить, в один прекрасный день мы с Эроном не успеем вытащить тебя из передряги. Вчера тебя чуть не переехали каретой, позавчера чуть не сбросили в Темзу, а три дня назад чуть не зарезали за золотые часы. Дэр, попробуй протрезветь и хоть раз подумать своей головой! Куда ты катишься?

Голос Дерека, когда он ответил, был холоден и сдержан.

— Это моё дело, куда я качусь, Оливер. Можете не спасать меня. Может быть, я хочу, чтобы меня зарезали в подворотне.

— Дерек! — лорд Хилкров повысил голос, — ты ведёшь себя как ребенок! Послезавтра скачки в Ньюмаркете, выстави своего коня, которого ты столько времени готовил! Да, я подал заявку, потому что тебе ни до чего нет дела, кроме шлюх и пьянок, но этот конь стоил, как хорошее поместье! Пусть отработает и хоть принесёт тебе славу, да пару наград.

— Его всадник, Алан Кук, вчера упал и сломал ногу, — угрюмо произнёс Дерек.

Рейчел представила его. Как он сидит за столом, а лорд Хилкров наклонился над ним, и пытается вразумить человека, который не хочет вразумления. Дерек ведёт тот образ жизни, который ему по душе. Зачем муж Мэгги вмешивается?

— Идея замечательная, — она снова услышала голос Дерека, — я тогда сам сяду на коня.

— Ты свалишься и тебя затопчут. Последнее время тебя трезвым никто не видел. Какие скачки, Дэр?

Дерек рассмеялся, и Рейчел поежилась от его смеха.

— Да как ты ещё не понял?! — воскликнул он, — мне все равно! Может быть, это лучшее, что может со мной случиться. Так романтично, быть затоптанным лошадьми. Решено. Я еду, и я буду всадником Смелого. Не зря же я вез его из Америки и столько вложил в его тренировки.

Именно за Смелым Дерек ездил в Америку на ферму её отца. Рейчел незаметно отошла от двери и поднялась к себе. Её мысли сбивались. Почему Дерек так относится к себе. Откуда у него мысли о смерти? Она быстро сменила простое платье на элегантный прогулочный наряд в синюю полоску и приказала заложить экипаж. Она отправится в парк, и Адам развеет её ужасные мысли. Ей стоит только увидеть его улыбку, чтобы снова стать собой. А вся эта грязь, алкоголь, шлюхи, ночные драки, все это её не интересует. Пусть Дерек делает, что хочет. Главное, что она не позволит втягивать себя в его дурацкие игры.

— Рейчел!

Она обернулась, уже стоя в дверях.

Супруг подошёл ближе. Ей казалось, что после подобных ночных подвигов он должен выглядеть соответственно, но он как всегда был подтянут и прекрасно одет. Следы ночных приключений лежали под его глазами, но даже так он был невероятно хорош. «Даже лучше Адама», — тяжело вздохнув, подумала Рейчел.

— Да, милорд.

— Куда это ты собралась, такая нарядная? Встречаешься с бастардом?

Маркиза замерла и даже втянула голову в плечи от его догадливости.

— Я не обязана отчитываться перед тобой!

— Обязана.

Он шагнул ближе.

— Ты так осуждала меня за мои шашни, что теперь моя очередь напомнить тебе о супружеской верности.

Рейчел задохнулась от возмущения.

— Верности? Ты? Ты, который не ночует дома, будешь говорить мне о верности?!

Дерек засмеялся.

— Ты, дорогая, отказала мне от ложа и не желаешь меня видеть. Ты не имеешь права требовать верности.

— Как и ты, — Рей упёрла руки в боки, — это моё дело, где, когда и с кем я встречаюсь. Главное, чтобы я не встречала тебя!

Он внимательно смотрел на неё.

— А я не знал, Рей, что ты так жестока, — тихо проговорил маркиз, — бить лежачего — разве это в твоём стиле?

— Что ты имеешь в виду? — не поняла она.

Дерек всё так же смотрел на неё.

— Завтра я уезжаю на скачки в Ньюмаркете, — сказал он через какое — то время. — И ты, как верная и преданная супруга, будешь меня сопровождать. И, прошу вас, леди Иглтон, не спорьте. Это приказ. Посмотришь, как твой муж сломает себе шею. Возможно, от этого ты всё же получишь эстетическое удовольствие. А так же желанную свободу.

Пораженная его словами, Рейчел сглотнула.

— Мне кажется, вы не в себе, милорд, — сказала она, отворачиваясь и делая несколько шагов к двери, — и я не собираюсь никуда с тобой ехать. Более того, я не собираюсь это даже обсуждать.

— Это приказ, Рейчел, — повторил он тихо, — и это не обсуждается. Не будешь готова, я посажу тебя в экипаж в том, в чём найду. Так что, прошу тебя, позволь мне любоваться не твоей ночной сорочкой и не утренним платьем, а хорошим дорожным костюмом.

— Нет!

Маркиза хлопнула дверью и спустилась во двор с высокого крыльца.

Нет! Она никуда с ним не поедет!

Экипаж ждал её, и Рейчел залезла на мягкое сиденье. На глаза навернулись слезы. Она не хочет, не хочет никуда с ним ехать! Тем более после того, что услышала, стоя за дверью кабинета.

Когда — то, не так давно, она любила его. Когда — то она была бы рада поехать с ним, хоть на край света. Но не сейчас!

Ей нужно как можно скорее увидеть Адама! Потому что только Адам может понять её чувства!