«На твоем месте я поступил бы так же». После переезда в США я много раз слышал эти слова от друзей, коллег и даже начальства. Не передать, как они помогали, когда я сталкивался с трудностями в работе или оказывался на перепутье. Почему в Корее так не говорят? После долгих наблюдений, анализа и размышлений я понял: причина в темпе жизни общества.

Клиника Мейо располагается в Рочестере. Это небольшой городок в штате Миннесота с населением менее ста тысяч человек. В Мейо царит атмосфера спокойствия. Ресурсов достаточно, разделение труда соблюдается четко. За время пребывания там мне ни разу не пришлось брать у пациента кровь, поскольку для этого всегда хватало медсестер. Когда кто-нибудь уходил на больничный или брал выходной, мы не испытывали слишком большой нагрузки. После моего перевода нового ординатора искать не стали.

В Нью-Йорке я окунулся в совершенно другую среду. Программа подготовки ординаторов Нью-Йоркского университета включала работу сразу в трех местах. Обстановка была суматошной, ординаторам приходилось делить между собой множество обязанностей. Отпуск нужно было согласовывать не только с руководителем, но и с коллегами. Многим женщинам приходилось работать вплоть до предполагаемой даты родов. Если ординатор собирался уволиться, ему срочно искали замену.

Но в Южной Корее нагрузка ординаторов несравнимо выше, чем была у меня в Нью-Йорке. У нас принято работать на износ, на 120 % своих возможностей. Еще будучи студентом, я наблюдал за ординаторами и понял, что в таком темпе точно долго не протяну. Знакомые врачи рассказывали, что многие бросают работу, уходят на полпути. Еще больше нагружая работой тех, кто остается. В такой обстановке каждый беспокоится прежде всего о собственном будущем. Человек, способный произнести слова поддержки вроде «на твоем месте я сделал бы то же самое», в Корее кажется святым.

В первый год учебы в Америке я стал свидетелем ситуации, которая сегодня кажется мне совершенно обыденной. Одна из ординаторов со второго курса получила сообщение, что ее ребенок заболел. Она отпросилась и ушла с работы пораньше. Это никого не побеспокоило, нам не пришлось брать на себя ее обязанности. А я испытал культурный шок.

Представить подобную ситуацию в Корее практически невозможно. Мы живем в занятом и изможденном обществе. Вполне естественно, что нам сложно проявлять сочувствие к окружающим.

Со временем мне пришло в голову, что проблемы нашего общества можно решить, если попытаться понять, поддержать друг друга, вместо того чтобы обесценивать. Ведь многие трудности возникают из-за недостатка сочувствия. Мне нравится поговорка «побыть в чужой шкуре».

Как психиатр, я часто пробую поставить себя на место пациента. Не осуждать его опыт, взгляды и решения, а понять.

Я оказался там, где сейчас, благодаря доброте множества людей, которые поставили себя на мое место. Поэтому верю: общество, в котором люди способны сопереживать друг другу, – не утопия, а достижимая цель. Но если каждый работает на пределе своих возможностей, сложно говорить о повышении уровня эмпатии. Многие ли при бешеном ритме жизни способны думать о ком-то, кроме себя? Поэтому в первую очередь нужно замедлить темп жизни и хоть ненадолго почувствовать себя в безопасности.