Даже не открывая глаза, я поняла, что нахожусь в лечебнице — острый запах целительских зелий, приглушенные голоса. Я прислушалась к самочувствию — нигде ничего не болит, пошевелила пальцами, и их тут же накрыла чужая рука.

— Моя дочь едва не погибла, а вы говорите — случайность? — возмущался отец, но уже не так яростно, как на арене.

— Послушайте, вы же хозяин башни, — льстиво говорил ректор, — глава великого рода. Вы, конечно же, умеете мыслить стратегически. Жизнь — игра, и неудачный на первый взгляд ход часто оказывается решающим для победы.

— Что вы мне зубы заговариваете? — проворчал отец. — Скажите прямо.

— Хорошо, — покладисто согласился ректор. — Я скажу. Я видел, что произошло. А именно — главы домов и их сыновья повскакивали с мест, они все стояли, сжимая перила лож, не в силах отвести глаз от вашей дочери. Дом сол Лерман заявил о себе ярко и громко.

— Да еще бы! — отец невольно повысил голос, но, спохватившись, вновь заговорил тише: — Выпустили кайрога против девочки.

— И эта, как вы говорите, девочка уложила тварь четвертого круга, — в голосе ректора зазвучала такая гордость, будто он самолично научил меня сражаться. — Турнир затем и проводят, это возможность показать себя. Разумеется, обычно главы домов присматривают вассалов. Но и невест тоже.

— С этим у Летти и так нет проблем, — похвастался папа. — За прошлый месяц двое достойных магов изъявили желание связать с ней жизнь. Я не хочу давить на дочь, она еще молода.

— Однако в нынешних обстоятельствах ей бы не помешал отцовский совет, — заявил ректор. — Уверен, к исходу этой недели вы получите еще с десяток крайне выгодных предложений.

Я открыла глаза и посмотрела прямо на ректора.

— Вот и очнулась наша красавица, — залебезил он. — Летиция, ты заставила нас поволноваться.

И пальцем мне погрозил. А я на всякий случай запомнила детали внешности ректора: залысины, круглые щеки, раздражающе сильный запах духов. Может, прыгнуть к нему как-нибудь ночью, да придушить подушкой…

— Кто привез кайрога в академию скверны? — поинтересовалась я.

— Планировался демонстрационный бой, — деловито ответил ректор, как будто это что-то объясняло.

— Кто? — повторила я. — Чья это идея?

Ректор отвел глаза, и нехотя произнес:

— Кайрога изловил отряд под командованием Грегора сол Кхара. Но не спеши обвинять великий дом. Очевидно, что у них не было цели подвергать твою жизнь опасности. Насколько я знаю, один из претентентов на руку и сердце нашей Летиции как раз представитель дома сол Кхар. И если кто-нибудь захочет узнать мое мнение…

— Не захочет, — отрезала я.

Перед глазами поплыло, и я осторожно ощупала голову. Чистые волосы скользили под пальцами, точно шелк, шишки не было. Но я помнила руну, которую швырнула в меня Гленда. Хотела поправить прическу? На арене кайрог вцепился мне в волосы лапой, мое лицо было в его крови, но все же поступок Гленды казался странным.

Воспоминания о произошедшем всплывали яркими картинками: Гор, заверяющий, что это случайность, негодующий папа, Хэл…

— А где Хэлвиг Крэйг? — спросила я.

— О, хотите поблагодарить учителя по скверноборству? — приободрился ректор. — Должен признать, он великолепный педагог, несравненный. За такой короткий срок обучить студентку сложнейшим связкам рун… Как у него получилось?

— У меня талант, — скупо ответила я. — Так где же он?

— Ему тоже пришлось обратиться за помощью целителей, — вздохнул ректор. — Абсолютное истощение магии.

— Надо же, — удивился папа. — Это ведь Летти сражалась, а не он.

— Пытался сломать защиту купола, — пояснил ректор. — Одно к одному — руны закольцевались, купол заблокировался… Но главное — все живы-здоровы, а Летиция на церемонии награждения будет еще лучше, чем обычно.

— Церемония награждения? — нахмурилась я. — Погодите… А третий тур?

Папа успокаивающе погладил меня по голове.

— С ума сошла, дочка? Какой третий тур? Я незамедлительно снял тебя с турнира.

— Что⁈ — ахнула я и села в кровати.

Комната вновь поплыла, но я выждала миг слабости и свесила ноги с кровати. Папа стыдливо набросил на мои колени простынку, но я сдернула ее, рассматривая свежий шрам на бедре. Хвост твари оставил тонкую белую линию — почти незаметно. Я подвернула рукав — а вот на плече шрам выглядит куда хуже. Почти как рабское клеймо из прошлой жизни.

— Я буду участвовать, — заявила я, встав с койки. — Отец, ты не имел права решать за меня.

— Боюсь, уже поздно, Летиция, — сообщил ректор без особого огорчения в голосе. — Ты была без сознания четыре дня. Турнир завершен, но ты еще успеваешь на церемонию награждения и, заверяю, мы не оставим тебя без особой награды.

Ноги подкосились, и я вынуждена была снова присесть.

Все напрасно. Я обязана была победить и получить артефакт. А теперь жизнь снова войдет в старую колею.

— Выиграл Горан? — обреченно спросила я.

— Совершенно верно, — подтвердил ректор. — В третьем туре он выставил бесподобную систему атаки. Такой можно свалить даже кайрога. Уникальное сочетание рун!

Значит, Горан получит главный приз, а мне достанется букет цветов или какое-нибудь украшение.

— И, разумеется, Летиция сол Лерман проходит на факультет скверноборства без всяких экзаменов, — добавил ректор. — Если, конечно, не передумает.

Он выразительно посмотрел на папу, а тот закатил глаза.

— Полагаю, Летиции лучше остаться под наблюдением еще пару дней, — подал голос целитель, выглянув из смежного кабинета.

— Когда церемония? — спросила я.

— Через три часа, — сказал ректор. — Вообще-то я надеялся, что ты найдешь в себе силы… Все хотят увидеть героиню турнира.

— Я приду, — едко пообещала я. — Ни за что не пропущу момент триумфа.

Ректор похлопал меня по руке и ушел, целитель принес лекарства. Я послушно выпила зелье, развернула ладони для проверки магического резерва и позволила нанести пекучую мазь на плечо. Хотя отчего-то не сомневалась — этот шрам останется.

Когда меня оставили в покое, папа сел рядом и взял меня за руку. Провел пальцем по линии жизни, отозвавшейся серебром.

— Летти, дочка, — сказал он. — Что происходит?

Я посмотрела ему в глаза и, сама того не ожидая, вдруг расплакалась, уткнувшись ему в плечо.

Папа гладил меня по волосам, бормотал что-то хорошее: о том, какая я сильная девочка, какой у нас славный дом, как счастливы мы будем все вместе… И я не нашла в себе сил рассказать, что не будем. Ничего не будет, если я не отберу артефакт у Горана!

Но сперва я должна убедиться, что Гору его вручат.

— Прости, — шмыгнула я носом и вытерла мокрые щеки. — Я переволновалась.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — настойчиво повторил отец. — Летти, дочка, я видел, как ты сражалась на арене. Хоть режь меня — не поверю, что Крэйг такой прекрасный учитель. Еще летом ты едва могла убить комара, а тут вдруг кайрог. Кто ты и куда дела мою дочку? — пошутил он, но его глаза оставались серьезными.

— Это все еще твоя Летти, — вынужденно улыбнулась я. — Но мне пора собираться, папа. Девушка, убившая кайрога, будет сегодня в центре внимания.