22 сентября 1762 года София-Фредерика-Августа Ангальт-Цербстская, а после крещения Екатерина Алексеевна, была коронована в Москве как Екатерина II. Историк В.О. Ключевский пишет: «Все знают, как пришла к власти Екатерина II – путем заговора и переворота, в результате которого ее муж Петр III был убит и она взошла на трон. Причем по закону должна она была в случае смерти мужа передать власть его прямому наследнику – Павлу, но она этого не сделала».

Первые годы после переворота она чувствовала себя крайне неуверенно, но со временем все изменилось. Позднее она уже полностью была уверена в прочности своего положения и стала уделять основное внимание внутренней политике. Наконец, последний период, продолжавшийся последние восемь-девять лет ее царствования, характеризовался снижением физических возможностей императрицы, утратой прежней активности во внутренней жизни страны и преобладанием интересов к внешнеполитическим акциям.

Екатерина II была очень умна, хитра, умело использовала людей и манипулировала ими. Она слыла тонким психологом и прекрасным знатоком людей, видела человека насквозь. Умело подбирала себе помощников, выбирая людей влиятельных, ярких и талантливых. В общении с подданными Екатерина была, как правило, сдержанна, терпелива, тактична. По ее собственному признанию, она не обладала творческим умом, но хорошо улавливала всякую дельную мысль и развивала ее в своих целях.

Императрица Екатерина II.

Художник Д.Г. Левицкий. Около 1793 г.

Екатерина II преподносила себя как «философ на троне», всячески старалась представить себя просвещенной правительницей и, по мнению некоторых историков, только этим и занималась. Ради этого она вела обширную переписку с Вольтером и Дидро, которые были весьма высокого мнения о ее способностях. Однако отношения Екатерины с французскими просветителями носили характер очевидного «спонсорства», с одной стороны, и лести – с другой. Узнав, что Дидро нуждается в деньгах, Екатерина купила его библиотеку за 15 тысяч ливров, но не забрала ее, а оставила ему, «назначив» его пожизненным смотрителем его же библиотеки с выплатой «жалованья» из русской казны в размере 1000 ливров в год. Вольтера тоже осыпала разнообразными милостями и деньгами, а после смерти философа приобрела его библиотеку, выплатив щедрые суммы наследникам.

Ради этих подачек Вольтер и Дидро соревновались в преувеличенных похвалах Екатерине. Так, Дидро утверждал, что «ставит ее на один уровень» с Цезарем, Ликургом и Солоном, выше Фридриха Великого и лишь после встречи с ней в России его душа, ранее «душа раба», стала «душой свободной». Еще А.С. Пушкин с негодованием писал об «отвратительном фиглярстве» императрицы «в сношениях с философами ее столетия», а по словам Фридриха Энгельса, «ей настолько удалось ввести в заблуждение общественное мнение, что Вольтер и многие другие воспевали «северную Семирамиду» и провозглашали Россию самой прогрессивной страной в мире, отечеством либеральных принципов, поборником религиозной терпимости».

Причем Екатерина в своих письмах иностранцам очень легко извращала факты, говоря попросту – лгала. Так, в письме Гримму она совершенно серьезно уверяла, что в России нет худощавых людей, только упитанные. В письме Бельке писала: «Бывало прежде, проезжая по деревне, видишь маленьких ребятишек в одной рубашке, бегающих босыми ногами по снегу; теперь же нет ни одного, у которого не было бы верхнего платья, тулупа и сапогов. Дома по-прежнему деревянные, но расширились и большая часть их уже в два этажа». А после того как в Москве началась эпидемия чумы и был введен официальный карантин, она писала: «Тому, кто вам скажет, что в Москве моровая язва, скажите, что он солгал!»

В одном из писем Вольтеру (1769) писала: «…наши налоги так необременительны, что в России нет мужика, который бы не имел курицы, когда он ее захочет, а с некоторого времени они предпочитают индеек курам». В другом письме (1770), написанном в разгар голода и бунтов, охвативших разные части страны: «В России все идет обыкновенным порядком: есть провинции, в которых почти не знают того, что у нас два года продолжается война. Нигде нет недостатка ни в чем: поют благодарственные молебны, танцуют и веселятся».

Она с возмущением заявляла «В России нет рабов», однако торговля крестьянами во времена ее царствования достигла небывалых размеров: их продавали на рынках, в объявлениях на страницах газет; их проигрывали в карты, обменивали, дарили, насильно женили. Крепостных не только продавали оптом и в розницу, но и подвергали истязаниям. По закону крепостной находился полностью во власти помещика, последний не имел права лишь его убить, но мог замучить до смерти – и за это не было предусмотрено официального наказания. Имеется ряд примеров содержания помещиками крепостных «гаремов» и застенков для крестьян с палачами и орудиями пыток.

В течение своего царствования Екатерина раздарила помещикам и дворянам более 800 тысяч крестьян, поставив тем самым своеобразный рекорд. В 1785 году она издала «Жалованную грамоту», или «Грамоту на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства». Это была настоящая «вольница дворян», которые стали считаться элитой общества, освобождались от обязательной службы и от телесных наказаний. Теперь дворяне избирали из своей среды губернского предводителя дворянства и прочих должностных лиц. Губернским собраниям разрешалось подавать прошения на имя наместника, Сената и императрицы.

Екатерина II снова ввела смертную казнь, которая не практиковалась при Елизавете Петровне. Но она применялась для простого люда, телесные наказания и смертная казнь для дворян были запрещены.

По высшему повелению Екатерины было образовано 29 новых губерний и около 144 новых городов. При этом сотни сел получили статус города, но фактически так и остались деревнями. А ряд основанных городов вообще существовали лишь на бумаге, о чем есть свидетельства современников.

Экономика России продолжала оставаться аграрной. Сельское хозяйство, как и промышленность, развивалось в основном за счет экстенсивных методов (увеличение количества пахотных земель). С первых лет царствования Екатерины периодически стал возникать голод в деревне, что некоторые современники связывали с началом массового экспорта зерна, который при Елизавете Петровне был запрещен. Участились случаи массового разорения крестьян. Особенный размах голод приобрел в 1780-х годах, когда им были охвачены большие регионы страны. Сильно выросли цены на хлеб (примерно в 8 раз). Вырос и внешний долг России, и сумма невыплаченных жалований и обязательств правительства по отношению к соотечественникам.

Вслед за Петром I Екатерина считала, что Россия должна занимать активную позицию на мировой арене, вести наступательную (и в определенной мере агрессивную) политику. В 1763 году Екатерина добилась избрания своего фаворита и ставленника Станислава Августа Понятовского на польский трон. Польские разделы отдали России западные регионы.

Войны с Турцией 1768–1774 и 1787–1792 годов ознаменовались крупными военными победами Румянцева, Орлова-Чесменского, Суворова, Потемкина, Ушакова и утверждением России на Черном море. В результате территория Российского государства существенно возросла за счет присоединения плодородных южных земель – Крыма, Причерноморья, восточной части Речи Посполитой и др. Население возросло с 23,2 млн (1763) до 37,4 млн (1796), по численности населения Россия стала самой крупной европейской страной. Однако рост населения в значительной мере был результатом присоединения к России новых территорий (на которых проживало почти 7 млн человек).

Императрица была чрезвычайно тщеславна и незадолго до кончины подсчитала свои заслуги перед Отечеством. Оказалось, на ее счету около 500 «великих деяний» – реформы управления, выигранные войны, развитие территорий, становление просвещения, развитие культуры и образования. В 1782 году был открыт памятник императору Петру I. Надпись на постаменте гласит: «ПЕТРУ перьвому ЕКАТЕРИНА вторая лѣта 1782». Тем самым императрица хотела подчеркнуть преемственность между собой и основателем Российской империи.