Крячко зашел за Гуровым с самого утра. Вежливо отказавшись от предложения Марии выпить чашечку кофе или чая, Стас поторопил друга, и они пошли. До склада решили добираться пешком, благо он был не так уж и далеко. Правда, сыщик, глядя на накрапывающий мелкий редкий дождик, предложил все же доехать на собственном транспорте, но напарник отмел эту идею сразу. Главным, а точнее, единственным аргументом стал факт, что они оба не сахарные и по дороге не растают.

— А если ливень пойдет? — выдвинул контраргумент Лев Иванович.

— Не пойдет, — твердо заявил Станислав. — А пойдет — успеем добежать.

У склада они появились как раз, когда он открылся. Несмотря на ранний час, работники уже что-то делали: одни что-то запаковывали, другие носили. Складывалось впечатление, что они как будто не уходили и не прекращали работу, а просто открыли ворота. На незваных гостей сотрудники не обратили особого внимания: то ли были очень заняты, то ли визиты посторонних там были в порядке вещей.

— Вася! — громко позвал Гуров.

Один из работников — крепко сложенный темноволосый мужчина лет сорока — обернулся и уставился на пришедших.

— Вы мне? — крикнул в ответ он.

Друзья подошли поближе.

— Ну, если ты — Вася, то тебе, — ответил Крячко.

— А вы кто? — прищурился тот.

— Из магазина, — не задумываясь сказал Стас.

Мужчина насторожился, это было явно видно. Поэтому сыщик на всякий случай отделился от Стаса и обошел Васю с другой стороны.

— Из какого магазина?

— Из спичечного, — уточнил Лев Иванович и не терпящим возражений тоном добавил: — Отойдем, поговорим.

— О чем мне говорить, я вас не знаю, — нахмурился собеседник.

— Вот и узнаешь. И пойдешь, если неприятностей не хочешь, — самым что ни на есть доброжелательным тоном произнес Станислав.

Работник посмотрел по сторонам, а потом, резко толкнув Гурова спиной, бросился бежать. Напарник пустился за ним в погоню, которая, на счастье сыскарей, была недолгой. Пробежав несколько шагов, Вася запнулся ногой о какую-то небольшую коробку и растянулся на полу. Подбежавший Крячко схватил его за руки.

— Ну и зачем надо было убегать? — невинным тоном спросил он.

— Да кто вы? — прохрипел мужчина, попытавшись повернуть голову.

— Полиция, — сказал подошедший к ним Гуров. — И сейчас ты пойдешь с нами.

— Куда?

— На Кудыкину гору кудыков ловить, — отрезал Стас. — Потому что «хулиганку» ты уже схлопотал.

— И не просто «хулиганку», — пояснил Лев Иванович. — Это целая попытка, а может, и не попытка, а самое что ни на есть нападение на сотрудника при исполнении. Даже не «административка», а статья Уголовного кодекса.

— А ведь мы просто хотели поговорить, — укоризненно заметил его напарник. — А ты вон что учудил.

Вася, насупившись, молчал. Друзья подняли его, а когда развернули в сторону выхода, перед ними вырос невысокий коренастый парень в темной куртке.

— Что здесь происходит? — недовольным тоном поинтересовался он.

Сыскари достали свободными руками удостоверения. Лицо парня слегка вытянулось. Остальные работники с интересом наблюдали за происходящим.

— А вы кто? — спросил, в свою очередь, Гуров.

— Менеджер. Что случилось?

— А случилось то, — объяснил Станислав, — что ваш сотрудник попытался напасть на нашего и сбежать.

— И что, вы его арестовали?

— Пока что задержали. Сейчас пойдет с нами в отдел, будем разбираться. А с вами, товарищ менеджер, мы позже поговорим. Пропустите.

Парень не стал возражать и пропустил всех троих. Дождик, вопреки опасениям сыщика, не разошелся, но Крячко, в свою очередь, подумал, что идея взять свое авто была, в общем, неплохой. Такого же мнения придерживался и сам Лев Иванович, который сперва хотел вызвать дежурную машину, но затем вспомнил, что ближайший отдел здесь буквально в двух шагах. Собственно, туда и направилась вся процессия.

Беседа с задержанным проходила в небольшом тесном кабинетике, видимо, рассчитанном на одного сотрудника. Но друзья не жаловались. Гуров расположился за столом, Вася — напротив, а напарник — рядом с ним, ближе к двери.

— Как звать? — спросил сыщик.

— Василий, — угрюмо глядя на него, ответил мужчина.

— Это мы уже знаем. А полностью?

— Беляков Василий Григорьевич.

— Дата рождения, адрес?

Задержанный продиктовал.

— Не местный, значит, — сказал Стас.

— Нет.

— А здесь на квартире живешь?

— Да.

— И работаешь на складе?

— Да.

— Ранее судим? Привлекался?

— Нет.

— И чего же ты, Вася, от нас побежал? — пристально посмотрел на него Лев Иванович.

Тот пожал плечами:

— Сам не знаю. Просто так.

— Просто так ничего не бывает. Что натворил?

— Ничего не натворил.

— Вот прямо-таки ничего? — усмехнулся Станислав.

— Ничего, — упрямо повторил Беляков.

— Ладно, не хочешь говорить — не надо. А ведь мы действительно всего лишь поговорить хотели.

— О чем?

— Ты Кирю знаешь?

— Какого Кирю?

— Жданова Кирилла Александровича.

— Не знаю.

— Неужели? — В голосе Гурова появились издевательские нотки. — А вот он тебя знал. Не зря же сказал тебе: «Бывай, Вася».

Мужчина как-то странно посмотрел на сыщика.

— Не знаю я никакого Жданова.

— А давай мы тебе напомним, — предложил Крячко. — Такой среднего роста, со светлыми волосами и вечно с самодовольной ухмылкой на лице. Лет сорок пять на вид. И не надо Ваньку валять, что ты его не знаешь. Свидетелями вашего приятельского общения были местные граждане. А может, и твои коллеги.

— Наверняка были, — уверенно произнес Лев Иванович. — Так что, как здесь закончим, прокатимся обратно на склад. Думаю, работяги подтвердят.

— Стопроцентно, — не допускающим сомнений тоном произнес Стас.

Задержанный помолчал.

— Ну, может, и знаю, — как бы нехотя выдавил он. — Фамилию не знаю, Кириллом его зовут.

— Вот видишь, совсем другое дело, — улыбнулся Гуров. — Давно ты Кирилла знаешь?

— Нет. Месяц, может, два.

— Где и как познакомились?

— Да так. — Беляков пожал плечами. — Пиво как-то пили вместе.

— И все?

— И все. Он тогда случайно мимо нашего склада проходил, я как раз вышел из ворот. Меня увидел, ну, и так, перекинулись парой слов.

— О чем?

— Да ни о чем, — скривился Вася. — Вспомнил, как пили, предложил еще раз сходить выпить.

— Ну а ты?

— Отказался.

— Чего так? Не захотел?

— Не захотел. У Кирилла денег не было, да и выглядел он как бомж какой-то. Таким только повод дай, потом не отвяжутся.

— Согласен, — кивнул Станислав. — А Кирилл про себя что-нибудь говорил?

— Не помню.

— Вспоминай.

— Да не помню я. Больно надо мне, что ли, запоминать? Судимый он вроде. Сам, кажется, говорил.

— Верно говорил. И что, прямо вот совсем-совсем ничего не запомнил? Или Жданов совсем про себя ничего не рассказывал?

— Говорю же, не помню. Но больно много Кирилл о себе не говорил. А он вляпался, что ли, где-то?

— Да как тебе сказать… — откинулся на стуле сыщик. — Погиб он.

— Погиб? — переспросил мужчина.

— Погиб, — повторил напарник. — Притом довольно жутким способом.

— Прирезали?

— Нет. Сгорел.

— Бывает, — хмыкнул Беляков. — Заснул пьяный с «бычком»?

— Боюсь, что нет, Вася, — посмотрел на него Гуров. — Убили его.

— А я здесь при чем? — скривился задержанный. — Не я же его поджег.

— А мы тебя ни в чем и не обвиняем, — спокойно сказал Крячко. — Мы ищем причину, почему его убили. Потому что как человек Киря был, конечно, не очень, мягко говоря, но расследовать его убийство нам приходится. Вот мы трясем всех его знакомых, в том числе и тебя.

— Ну а я-то при чем?

— Да ты, может, и ни при чем. Но кто знает, вдруг у Кири с кем ссора серьезная вышла. Или конфликт. А ты, чисто теоретически, конечно, можешь об этом знать.

— Не знаю. — Вася посмотрел в сторону. — Меня дела Кирилла не интересовали. И ни про какие конфликты он мне не говорил.

— Точно?

— Точно.

— Ну, раз так… — Стас встал со стула и посмотрел на друга: — Лев Иванович, отпустим тогда Васю? Мне кажется, он действительно ни при чем. Кирю он знал, как я понял, шапочно и был не в курсе его дел.

— Да, Станислав Васильевич, пожалуй, вы правы, — закивал головой сыщик. — Я ему даже «хулиганку» готов простить. Подумаешь, погорячился человек, с кем не бывает. Не сажать же его за это на пятнадцать суток.

— Тогда отпускаем?

— Думаю, да. Только у меня последний вопрос. — Лев Иванович искоса посмотрел на Белякова. — Откуда ты, Вася, узнал, что это был поджог?

Лицо мужчины потемнело, он нахмурился.

— Я, — друзьям показалось, что он на секунду запнулся, — не знал. И не говорил, что это был поджог.

— А мы тебе напомним. — Станислав вернулся на место. — Когда мы тебе сказали, что Жданова убили, что ты ответил?

— Что? — переспросил задержанный.

— Ты сказал: «Не я его поджег». И не надо нам тут заливать, что мы ослышались или нам показалось.

— Я не говорил. Ну… — Вася развел руками. — Случайно вырвалось. Вы сами сказали, что он сгорел. А его действительно подожгли?

— Действительно, — язвительным тоном сказал Крячко. — И не надо говорить про случайности. Что ты знаешь про это?

— Ничего не знаю, — резко ответил Беляков и опустил взгляд в пол.

— Врешь, — прищурился Гуров. — И лучше тебе рассказать, чтобы не усугублять.

— Я не знаю ничего, — ледяным тоном проговорил мужчина, не глядя на друзей.

— Значит, не будешь говорить?

— Мне нечего сказать.

Сыщик и напарник переглянулись.

— Хозяин — барин, — заметил Стас. — Тогда посидишь в камере.

— Думали простить тебе твою выходку, — продолжил Лев Иванович, — но, видимо, ты по-хорошему не понимаешь. Стас, звони куда надо. Будем оформлять.

К себе сыскари вернулись уже в разгар дня. На их счастье, кроме начальника их никто не искал, но Гуров своевременно позвонил Орлову, рассказал обо всем произошедшем.

— Врет он, этот Вася, — сказал сыщик по пути в управление.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул Станислав. — И не только врет, но и скрывает. Он однозначно причастен к этой истории с поджогом.

— Да, тут одно из двух, — согласился Лев Иванович. — Либо он сам поджигатель, либо знает преступника и по каким-то причинам не выдает его.

— Есть еще третий вариант: он просто свидетель. Который понимает, что в его интересах лучше промолчать и не болтать лишнего.

— Возможно, но я в этом сомневаюсь, — озвучил свое мнение Гуров. — Мне кажется, это либо первое, либо второе.

— Знаешь, что делают, когда кажется?

— Знаю. Может, ты, конечно, и прав. Но все это надо выяснять. И здесь, боюсь, мы с тобой упремся в тупик.

— А мы и так в него уперлись. Никто ничего про Кирины дела толком не знал. У нас есть только показания свидетелей, что Кирю с Гномом видели вдвоем возле той «заброшки». Но Гнома уже самого не спросишь, а больше никто толком и рассказать не может.

— Знаешь, Стас, еще Беляков врет, что плохо знал Жданова.

— Да, мне тоже так показалось, — кивнул Крячко. — Рупь за сто даю, что он знал его далеко не так, как нам напел. Может, конечно, и не всю жизнь его знал, но явно получше, чем попытался нам представить.

— Тогда сделаем самую простую вещь, — посмотрел на напарника сыщик.

— Узнаем все про Белякова, — подхватил Стас. — Он сказал, что не судим и не привлекался, но это пробить легче всего. Потому что сейчас в наших базах может отразиться даже какой-нибудь банальный пьяный привод. Плохо, конечно, что он неместный. Относительно, конечно. Все-таки наша область, а не соседняя.

— Ну, знаешь, область областью… Там городишко-то мелкий.

— И что? Думаешь, наши тамошние коллеги не пользуются благами современной цивилизации в виде компьютера и Интернета? Сейчас, по-моему, это в любой деревне есть. Если только кроме самой захудалой, где три дома и полтора человека живет. Уж, в крайнем случае, можно и позвонить. Телефоны точно у всех имеются.

— Тоже верно. Но, знаешь, Стас, мне кажется, наш Вася недолго будет в молчанку играть, — поделился Лев Иванович.

— Долго, не долго, а выяснить все про него надо. Извини, трех человек насмерть спалить, уж какими бы они ни были — это не морду в рюмочной или на улице набить. Тут более веские основания нужны.

— Вот именно. И сомневаюсь, что Беляков это сделал, если, конечно, это он, ну, или кто-то другой, не важно, только потому, что по пьяной лавочке переклинило. Там действовали осознанно и расчетливо.

— Согласен. А Вася пусть пока посидит в казенном доме. Для профилактики.

* * *

Заняться Беляковым в тот же день у друзей не получилось: навалились другие дела, или, правильнее было бы сказать, происшествия. Сначала попеременно то Гурова, то Крячко выдергивали с рабочего места по разным поводам, а под конец дня в одном из ресторанов произошла потасовка с рукоприкладством, несколькими пострадавшими и одним погибшим. Но там злоумышленников удалось задержать сразу, благо они и сбегать никуда не собирались. Поэтому сыщик со Стасом вернулись к себе в кабинет уставшие, злые и напрочь забывшие про возможного поджигателя Белякова.

Зато следующее утро преподнесло им неожиданный сюрприз. Льву Ивановичу позвонили из спецприемника, где содержался Вася. Хорошо знакомый Гурову сотрудник пояснил, что арестованный гражданин Беляков очень настаивает на личной встрече и разговоре.

— Поедешь? — спросил напарник, когда сыщик повесил трубку.

— Поеду, — кивнул тот. — Раз уж человек так хочет встретиться и поговорить, не отказывать же.

— Неужто раскололся наш Васенька? — самодовольно ухмыльнулся Станислав.

— Посмотрим, — прищурился в ответ Лев Иванович. — Ты со мной?

Крячко неопределенно покрутил головой.

— По идее, надо бы по вчерашней поножовщине кое-что сделать… Ну, да черт с ней, с поножовщиной. — Он махнул рукой. — Там все злодеи пойманы и точно никуда не убегут. Успею все сделать. Так что поехали.

— А вот это правильное решение, — одобрил Гуров.

Они отправились по нужному адресу. Под разговор им отвели крохотную комнатку, в которую и привели Белякова. Тот уже выглядел совсем иначе, да и разговаривал тоже. В голосе не было грубости, вызова. Но и сказать, что он готов открыться, как окно в хорошую погоду, тоже нельзя было.

— Ты хотел с нами поговорить, — без предисловий начал сыщик.

— Да, — кивнул арестант. — Спасибо, что вы приехали.

— Это ты не нас благодари, — вставил Стас. — А сотрудников, что откликнулись на твою просьбу.

— Мы слушаем, — сказал Лев Иванович.

Мужчина немного помолчал.

— Я хочу признаться, — произнес он.

— В чем? — спросил Гуров, хотя уже заранее знал ответ.

— В поджоге.

— Прекрасно. Тогда излагай с самого начала.

— Хорошо. — Беляков откинулся на стуле. — Мы встретились тогда с Кириллом уже поздно вечером. Он сказал, что будет в этом расселенном доме со своими друзьями. Я пришел.

— Погоди-ка, — прервал его Станислав. — Вы заранее договаривались?

— Можно и так сказать. Я встретил Кирилла утром. Точнее, он заявился на склад. Мы и договорились.

— А по какому поводу встречались? — уточнил сыщик.

— Надо было решить один вопрос.

— Какой? — прищурился напарник.

Беляков снова взял паузу.

— Кирилл с меня требовал деньги.

— За что?

— Ну, скажем так… — Вася как-то странно скривился и немного помялся. — Есть за мной один грешок.

— Серьезный? — недоверчиво покосился на него Лев Иванович.

— Да как сказать…

— Говори как есть.

— Да с Кириллом как-то пили, ну и обчистили карманы какому-то пьяному мужику. Тот на лавочке дрых, никакой. Кирилл меня тогда подбил на это. А я сдуру, да еще под этим, — мужчина щелкнул пальцами по шее, — взял и согласился.

— И что вы взяли у мужика?

— Кошелек и телефон. Телефон Кирилл потом толкнул где-то.

— А деньги пропили, — догадался Крячко.

— Ну да, в тот же вечер.

— А наутро похмелились на остаток.

Арестованный мрачно посмотрел на него, но ничего не сказал.

— Видать, не так много денег у того мужика было, но на выпивку вам хватило. Не помнишь, сколько вы у него взяли?

— Не помню. Кирилл деньги вытащил, себе в карман сунул, а кошелек рядом бросил. Он вроде сказал сколько, но я правда не помню.

— А где вы этого мужика обнесли?

— Не помню, как улица называется. — Мужчина потер висок. — Там еще пивной ларек и кальянная рядом. Девица там у них на вывеске нарисована.

— А сам этот мужичок как выглядел?

— Не помню. В куртке, в шапке.

— Понятно, что не накрашенный и в красных лосинах. А было это когда? День помнишь?

— Около месяца назад. Двадцатого, кажется.

— И почему Жданов деньги требовал? — спросил, в свою очередь, Гуров.

— Известно почему. Сказал, мол, не заплатишь, я тебя ментам сдам.

Стас невольно хмыкнул.

— Да уж, — не удержался он. — Чтоб Киря кого-то нашему брату сдавал… Скорее, тропические пальмы за полярным кругом вырастут. Или небо с землей местами поменяются.

— Он говорил так, что я поверил, — пожал плечами собеседник.

— Ну и дурак. На понт тебя Киря брал. А сколько он, кстати, с тебя потребовал?

— Миллион.

— Недурственно, — оценил сыщик. — А у тебя есть такие деньги?

— Откуда?

— Ну, мало ли. Склад у вас вроде солидный, не шарашкина контора. Может, ты еще где калымишь.

— Нет, зарплата у меня, конечно, нормальная, но не настолько, чтобы целый миллион платить. Да и откуда? Я ведь нездешний. Сам на квартире съемной живу.

— Понятное дело. И ты, значит, решил уладить проблему горячим, точнее, горящим способом.

— Не собирался я сначала поджигать, — тяжело вздохнул Беляков. — Как-то само в голову пришло.

— Само — не само, это второй вопрос. Продолжай лучше, что было, когда ты пришел к Кире, — сказал Станислав. — Кстати, а ты, как я понял, договариваться с ним пошел?

— Ну да. Я хотел поговорить, мол, часть сейчас отдам, часть потом. У меня там было кое-что в заначке. Вот Кирилл и предложил встретиться.

— И что было, когда ты пришел?

— Они втроем сидели в одной из квартир этого дома. Кирилл, еще какой-то мужик, высокий такой, и баба, на синюху похожа. Предложили мне выпить с ними, я согласился. Потом говорю Кириллу, мол, давай обсудим вопрос с глазу на глаз, а он такой: у меня от друзей секретов нет.

— Таких друзей — на вешалку да в музей, — снова вставил свои пять копеек Крячко. — Рецидивист Гном да пьянчужка Томка.

— Да, он этого высокого Гномом называл, а бабу — Томкой, — посмотрел на него Вася.

— И что дальше? — задал вопрос Лев Иванович.

— Ну, я говорю Кириллу, мол, так и так, пообещал, что все ему отдам. Тот такой, не, мол, маловато, давай больше. Короче говоря, мы с ним говорили, говорили, но в итоге решили вопрос.

— Сторговались, — подсказал напарник.

— Да. А поскольку, пока разговаривали, пили, я уже захмелел. Они там что-то между собой начали обсуждать, а я сижу и думаю: а какого хрена я этим упырям платить должен? Вслух не сказал, конечно. У меня с собой таблетки были, от бессонницы.

— Снотворное.

— Оно самое. В общем, я как-то, сам даже не понял как, умудрился растереть их да сыпануть им в бутылку. Они как раз ее и допили. Потом отрубились. Я посидел немного, допил то, что у меня было, из другого пузыря. Потом сижу, смотрю, а этот длинный, ну, который Гном, с «бычком» потушенным заснул. Вот я и решил: горите вы все синим пламенем. На столе зажигалка лежала, я ей и поджег. Не знаю, с чего мне это в голову пришло. Я ведь и не сильно пьяный тогда был.

— А что поджигал? — уточнил Гуров.

— Да бумажки какие-то там валялись. Книжки, кажется, старые.

— Ну, ты прям как фашисты в тридцатые годы, — ехидно заметил Стас. — Они тоже любили книги поджигать. И что, сразу полыхнуло?

— Еще бы. Там еще тряпье какое-то старое лежало, на него огонь пошел. Я выскочил, дверь подпер чем-то, вроде там даже замок работал, она захлопнулась. На улицу вышел, посмотрел, увидел, что начало гореть, эти не выпрыгивают. Я к тому времени маленько отрезвел, ну и ушел домой. На квартиру, точнее.

— И все? — уставился на него сыщик.

— Все.

Друзья переглянулись.

— Понятно, — резюмировал Лев Иванович. — Мы сейчас вызовем следователя, он запишет твои показания, но боюсь, Вася, ты после этого отсюда можешь сразу в СИЗО уехать. Не сразу, конечно, это я уж так, перескочил, но как судья решит. Тут история такая, что маловероятно, что тебя на свободе оставят.

— Я понимаю, — кивнул мужчина.

— Ты, по идее, мог спокойно послать этого Кирю в пешее эротическое, — сказал Станислав. — Потому что за кражу тебя, конечно, привлекли бы, но вряд ли бы ты получил много. На время следствия — подписку о невыезде, а по итогу мог и условным сроком отделаться, а то и вообще штрафом. Хотя там, по сути, не кража, а грабеж получается, потому что вы не втихаря деньги с телефоном стащили, а в открытую. Пусть даже и «терпила» пьяный как сапожник был. Ну да ладно. Еще смотря, конечно, сколько вы взяли у того мужика. Но, согласись, это все лучше, чем зону топтать.

— Что же теперь? Сделанного не воротишь, — пожал плечами собеседник.

— Это верно. Так что, Вася, будешь мотать срок за тройное убийство. И из-за кого? Каких-то, как ты сам выразился, упырей. Даже если и признаешься, и будешь сотрудничать со следствием, все равно нехило светит.

Беляков отвел глаза, но ничего не сказал. Собственно, и говорить было больше не о чем. Потому сыскарям ничего другого не оставалось, как воплотить в жизнь озвученные ранее слова.

— Не думал, что он так быстро расколется, — высказал свое мнение Крячко на обратном пути.

— Притом слишком быстро, — подчеркнул Гуров. — Нет, то, что он к этой истории причастен, было сразу видно. Но ты вспомни, буквально вчера он отпирался от всего, чего можно, а тут и суток не прошло, как взял и выложил все как на духу.

— Может, совесть заела? — хмыкнул Стас.

— Ты серьезно?

— Нет, конечно. Всякое бывает, не спорю, но мне кажется, не в случае Васи.

— Вот и я о том же. Да и говорит он больно складно. Будто заранее отрепетировал.

— Ты тоже это заметил?

— Заметил. Не так, конечно, чтобы взял, заучил текст по бумажке да оттарабанил, как стишок на уроке. Вроде все так натурально, но…

— В этом мотиве есть какая-то фальшь, — вспомнил напарник строчку из старой песни.

— Вот именно. Как-то все, знаешь… Вроде бы и правдиво, но не слишком натурально.

— Слушай, а может, за ним не только ограбление пьяного мужика? Может, там еще что-то было, а Киря про это пронюхал? Или они вместе с Кирей там чудили на пару.

— Да все возможно. Самого Кирю не спросишь, что там было, да и было ли. Но пока мы имеем то, что имеем. Кстати, а мы с тобой так и не сделали запрос по Васе.

— Да не до этого было, — напомнил напарник. — Но сейчас как раз можно. Надеюсь, что мотаться в эти чертовы кулички не придется.

— Сам же говорил про Интернет, компьютеры и телефоны даже в самых захудалых местах, — улыбнулся Лев Иванович.

— Знаю, но сегодня связь что-то барахлит. — Крячко достал из кармана мобильник и посмотрел на экран. — А, нет, сейчас полный порядок. Утром был какой-то сбой. Чуть ли не у всех операторов.

— Да у меня, кажется, не было. Хотя я утром никому не звонил, да и мне тоже.

— Это уже не важно. Придем, поищем телефон местных коллег да разузнаем все про этого Васю.

— А знаешь, что еще неправдоподобным кажется?

— Что?

— Шантаж Кири. Точнее, сумма, которую он затребовал. Откуда у простого работника склада миллион?

— Да при желании заработать можно.

— Ага, если несколько месяцев не есть, ни пить, на работу ходить пешком и ничего себе не покупать. Ну, либо у кого-то на шее сидеть. Я, конечно, не знаю, какая у Белякова зарплата, но вряд ли бы он за месяц или два столько собрал. Даже по меркам нашего города.

— Ну, если история, рассказанная Васей, — правда, — предположил Крячко, — то у нашего пиромана сложилась тупиковая ситуация. Сначала перебздел, что может присесть за грабеж, потом понял, что от Кири не отделаться, и платить тоже не хочется. А тут еще по пьяной лавочке мысли всякие дельные в головушку буйную пришли. И в итоге получилось, что получилось. Дом сгорел, и шантажисты вместе с ним.

— Ты совершенно правильно сказал, — подчеркнул Гуров. — Если вся эта история действительно была. Я имею в виду, грабеж.

— Может, попробовать пробить по сводкам? — предложил напарник. — Примерный адрес знаем, дату тоже.

— Можно, но, опять же, если тот мужик заявлял о пропаже. А то мог потом притащиться домой, утром очухаться, подумать, что потерял, и махнуть на пропажу рукой.

— И такое может быть. Но я на всякий случай проверю.

— Не надо, я проверю. А ты лучше займись биографией Васи из родных мест. Узнаем, что за фрукт.

— Если там будет что-то интересное, — заметил Стас.

— Вот ты и выясни.