— Хорошо. Поехали.

Я, спотыкаясь, выхожу без посторонней помощи, отмечая испуганные лица людей, которые в очередной раз с изумлением взирают на картину полного разрушения, постигшего наш город. Автобус превратился в развалину, огонь лижет двигатель, повсюду разбитое стекло и искорёженный металл. Я, пошатываясь, направляюсь к машине, в которой скрылась Бет. Она хватает меня за руку, когда я протискиваюсь на заднее сиденье вместе с несколькими другими пассажирами.

Дверь закрывается, и я выглядываю в окно. Там, на тротуаре, поджав губы в тонкую линию, стоит деймоница Какос, которая была в здании Брукхаймера и Беррихилла. Когда я перестаю дышать, она достаёт телефон, что-то бормочет в него и отворачивается. Когда наконец прибывает первая машина скорой помощи, мы уезжаем.

Глава 14. Иди и будь героем

Я внимательно смотрю, куда мы едем; я не позволю им завезти нас в очередную проклятую крепость. Другие машины следуют за нами, и, когда мы отъезжаем всё дальше, я понимаю, куда мы направляемся. Меня охватывает дурное предчувствие. Когда мы, в конце концов, подъезжаем к складу МИ-7, мои худшие опасения подтверждаются.

Я даже не жду, пока машина остановится, я сразу выскакиваю и отступаю назад.

— Кто вы такие, чёрт возьми? — рычу я, когда первая фигура, всё ещё в окровавленной балаклаве, тоже выходит из машины.

Ответ звучит мягко, но не отвечает на мой вопрос.

— Мы подумали, что вам захочется приехать именно сюда, — она стягивает балаклаву и смотрит на меня.

Я напрягаюсь, уставившись на татуировку у неё на щеке.

— Ты чёрная ведьма.

— Это констатация очевидного, — говорит она вполне дружелюбно. — Но да, это так.

Из машин начинают выходить другие, как вампиры, так и ведьмы. Все держатся в стороне, понимая, что пока это касается только меня и этой ведьмы. Мои глаза превращаются в лёд.

— Объясни мне, что происходит.

— Мы здесь не для того, чтобы причинить вам вред. Мы хотим помочь, — она указывает на машины. — Я думаю, мы уже продемонстрировали это.

— На самом деле, у нас всё было под контролем, — я не упоминаю о том, что не уверена, смогла бы я изобразить необходимые для освобождения кого-либо движения, даже если бы Честеру удалось выплюнуть эту чёртову шпильку мне на колени.

Ведьма фыркает.

— Правда?

Я скрещиваю руки на груди.

— Правда. И вряд ли вы спасатели, учитывая, что несколько ночей назад ваша братия забила вампира до смерти.

Я слышу, как вампиры, наблюдающие за происходящим, прерывисто вздыхают. Ведьма не моргает.

— Я подумала, что вы могли бы затронуть эту тему. Они были не из нашей братии, они были гибридами, — её губы изгибаются. — Совершенно другой породы.

Я наблюдаю за её глазами.

— Так вот почему вы это делаете? Вы хотите получить преимущество над ведьмами, которые сильнее вас, потому что они владеют обеими сторонами магии?

Она пожимает плечами.

— Полагаю, можно сказать, что это отчасти так, но это не настоящая причина.

Я стою на своём.

— Тогда что же это?

— Перестаньте думать сердцем, мисс Блэкмен, и начните работать головой, — я ощетиниваюсь, но ведьма продолжает. — Неужели вы думаете, что мы настолько глупы? Конечно, нам не нравились Семьи. Они были слишком самонадеянными и скрытными, интересовались только собой. Но устранение криминального элемента с улиц и обращение его в свою веру всегда заканчивалось плачевно. Возможно, это заняло больше времени, чем мы ожидали, но мы знали, что это произойдёт.

— Вы всё ещё не отвечаете на мой вопрос.

Она откидывает назад волосы.

— Как только кровохлёбы исчезнут, кто, по-вашему, станет следующей мишенью? Вы же не думаете, что общество просто пойдёт дальше, и на этом всё закончится?

Я думаю о презрении Хейла по отношению ко всем трайберам. В её словах есть резон, но это всё равно не объясняет, почему она нам помогает.

— Вас намного больше, чем нас.

— Да, — соглашается она. — Но это не значит, что мы неуязвимы, — по её лицу пробегает тень. — Особенно когда в этом замешаны деймоны Какос.

Моё тело напрягается ещё больше. Она невесело смеётся.

— Да, мы знаем, какую роль они сыграли во всём этом. Мы чувствуем, когда они вмешиваются.

По моему позвоночнику пробегает волна гнева.

— И вы ничего не сказали? Вы ничего не сделали? Они ответственны за тысячи смертей. Теперь вы тоже несёте ответственность за эти смерти.

— Как вы думаете, Семьи прислушались бы, если бы мы обратились к ним? Вы думали, что вы неуязвимы со своими традициями и правилами. Вы бы нас проигнорировали.

Я знаю, Майкл бы так не поступил.

— Это дерьмовое оправдание.

Она спокойно смотрит на меня.

— Возможно. Но, может быть, мы устали от кровохлёбов, которые думают, что могут править этим городом. Семьи веками были выше закона. Как такое можно допустить? Может быть, мы подумали, что пришло время их немного приструнить, — она делает паузу. — Я признаю, что мы не ожидали, что результаты будут такими… драматичными.

— Так чего вы хотите от нас? Объединить усилия? Я Блэкмен. Вы ненавидите меня даже больше, чем Семьи.

Она пренебрежительно машет рукой.

— Старые обиды меня не касаются. Ваш дедушка когда-то работал против нас, но это было очень давно.

— Я вам не верю.

— Как насчёт того, чтобы я показала, что вы можете мне доверять?

Она мотает головой, и одна из ведьм открывает дверцу машины. Раздаётся громкий лай, и Кимчи бросается ко мне. Моё сердце трепещет от восторга. Он несётся вперёд, чуть не сбивая меня с ног. Я крепко обнимаю его, затем поднимаю на неё взгляд.

— Спасибо, — я подумываю солгать, но решаю этого не делать. — Для меня много значит, что вы спасли его.

Она улыбается.

— Это собака. Что ещё мне оставалось делать?

— Это всё равно не значит, что я могу доверять вам, — говорю я ей. Я смотрю на других ведьм, которые наблюдают за нашей перепалкой. — Любому из вас, — я облизываю губы и глажу Кимчи по голове. Он успокаивается, устраиваясь рядом со мной, но всё ещё прижимается к моей ноге, как будто хочет убедиться, что я не собираюсь оставлять его снова.

— Тогда, — отвечает она, — нам придётся найти другой способ.

— Деймоны Какос могут читать мысли. Их невозможно победить, когда они заранее знают каждый ваш шаг.

— Вы правы. Нам всем следует сложить лапки и позволить им делать всё, что они хотят, — она оглядывается по сторонам. — По машинам, мальчики. Мы уезжаем. Лондон принадлежит деймонам.

— Я не это имела в виду.

— Мы хотим, чтобы вы были на нашей стороне, мисс Блэкмен. Мы уже ведём переговоры с белыми ведьмами. Деймоны и Винс Хейл, возможно, вынудили нас к этому, но мы приспосабливаемся. Ситуация меняется, — её голос ясный и полон решимости.

— А гибриды? — спрашиваю я. — Что насчёт них?

Она снова поднимает руку. Из машины, в которой был Кимчи, появляется ещё она фигура. Однако этого человека вытаскивают, и на нём капюшон, а не балаклава. Кимчи скулит. Я глажу его за ушами, чтобы успокоить, и жду, что за новый ад покажет мне ведьма.

Его подводят и заставляют опуститься перед ней на колени. У меня в животе зарождается тревога; я не хочу больше видеть никаких казней. Гибрид он или нет, но смертей было достаточно — и слишком много из них от моих рук.

Я узнаю его, как только с него снимут капюшон. Он был там, в Ковент-Гардене, и участвовал в убийстве вампира Медичи. Его две чёрно-белые татуировки пульсируют от гнева, и он свирепо смотрит на всех нас.

— Посмотрите на это, — говорит мне чёрная ведьма, затем поднимает руку в его сторону.

Я застываю, не зная, стоит ли мне вмешиваться или нет. Раздаётся треск магии, и он начинает кричать. Это не похоже ни на один звук, который я слышала раньше; в нём столько боли и страха, что даже мои кости дрожат. Я делаю шаг вперёд, но ведьма качает головой и указывает на его щеку. Я прослеживаю за её пальцем и ахаю. Чёрная татуировка постепенно исчезает с его кожи.

— Офигенно, да?

Я смотрю на неё.

— Вы можете это сделать? Вы можете лишить их магии?

Она гордо улыбается.

— Это то, над чем мы работаем. Неизбежное зло.

Я сглатываю. Исчезает не только татуировка, гибрид теряет все краски. Даже его волосы седеют. На моих глазах начинают появляться морщины. Кажется, что он стареет прямо на наших глазах. Его агония очевидна.

— Вы безжалостны, — выдыхаю я.

— Нам всем иногда нужно быть безжалостными, мисс Блэкмен. Этого требует выживание, — она снова улыбается, хотя на этот раз с оттенком грусти. — Вы это знаете.

Каждая частичка меня отчаянно хочет убежать. Я никогда не смогу доверять чёрной ведьме, особенно после всего, что произошло. Больше никто ничего не говорит. Все вампиры наблюдают за мной, как будто ждут моего решения.

Парень Медичи делает вдох, но кровохлёб Стюарт, стоящий рядом с ним, кладёт руку ему на плечо и предупреждающе качает головой. Даже громкоговорители позади нас молчат; мой дедушка тоже оставляет это на моё усмотрение. Я убираю волосы с глаз и вздыхаю. Я хочу поговорить с Майклом, я хочу, чтобы он сказал мне, что делать. Это не может быть исключительно моей ответственностью.

— Я обдумаю это, — говорю я вслух. Вряд ли это решительный шаг, но это лучшее, что я могу предложить прямо сейчас. Я вижу, как что-то мелькает на лице Бет. — Возможно, я захочу ещё раз с вами поговорить, — я указываю на ведьму. — Вы пойдёте со мной и останетесь здесь, пока я всё не обдумаю.

— Если вам нужен заложник, — разумно говорит она, — вы должны знать, что мои люди, не колеблясь, посчитают меня сопутствующим ущербом.

Краем глаза я замечаю, как напряглись ещё несколько ведьм. Я растягиваю губы в улыбке.

— О, почему-то я думаю, что вы гораздо важнее, чем кажетесь, — я поднимаю голову и обращаюсь к остальным. — Она остаётся. Остальные уходят. Она будет звонить вам каждый час, чтобы вы знали, что с ней всё в порядке.

Они не выглядят счастливыми, но, когда она кивает, они готовы согласиться. Я чертовски надеюсь, что поступаю правильно. Я смотрю на неё.

— Как вас зовут?

— Хоуп.

Я опешиваю.

— Чушь собачья.

Она хмурится.

— Уверяю вас, я не лгу.

Я качаю головой.

— Хорошо, если вы так утверждаете.

Остальные ведьмы забираются обратно в ожидающие их машины и уезжают. Бет бочком подходит ко мне.

— Что ж, это странно, — шепчет она.

— Кому ты рассказываешь?

— Деймоны Какос?

— Тебе многое надо наверстать, — говорю я.

— Например, то, почему ты живешь в сарае, — отвечает она.

Я широко улыбаюсь.

— Это нечто большее, чем кажется на первый взгляд, — я киваю в сторону остальных вампиров. — Идёмте. Нам нужно зайти внутрь и раздобыть для вас немного крови.

Двое из них, не дожидаясь приглашения, подходят к Хоуп и встают по обе стороны от неё. Она драматично вздыхает, но я только улыбаюсь.

— Действительно, всё меняется, — бормочу я.

***

Когда мы входим, мой дедушка ждёт нас в коридоре. Я ожидаю, что он скажет мне, что я веду себя глупо и мне нужно немедленно избавиться от всех этих незваных гостей, но он просто ласково улыбается мне.

— Ты долго отсутствовала, Бо, — упрекает он, когда я прохожу мимо.

— Я столкнулась с проблемой. Человеческого характера.

Его глаза сужаются, но он ничего не говорит. Я веду свой отряд из кровохлёбов и одной ведьмы в главное помещение, с удовольствием отмечая, что, когда я вхожу, Rogu3 выключил монитор компьютера.

— Что это за место, чёрт возьми? — ахает Бет.

— Ты знаешь моего дедушку, — говорю я ей. — Попробуй угадать.

Она таращится по сторонам.

— Оу.

Вампир Медичи проталкивается вперёд.

— Здесь безопасно?

У меня на языке вертится сказать ему, что он может уйти прямо сейчас, если ему это не нравится. Затем по выражению его лица я понимаю, что он спрашивает из страха.

— Так же безопасно, как и везде, — отвечаю я ему.

Несколько вампиров переглядываются. Один из них получает толчок локтем и, с трудом сглотнув, делает шаг вперёд.

— Как долго мы собираемся здесь оставаться?

Я моргаю. Эм…

— Что нам делать? Большинство других выживших покинули страну. Может, нам стоит присоединиться к ним?

Бет прочищает горло.

— Бо всё ещё здесь.

— Так мы должны остаться? Мы должны бороться?

Двадцать пар глаз устремляются на меня. Я облизываю губы.

— Я не знаю.

— Что бы вы хотели, чтобы я сделала? — спрашивает Хоуп. — Пока вы решаете, что делать с ведьмами?

Я пристально смотрю на неё.

— Где-нибудь здесь есть телевизор, — слабо говорю я.

— Мы должны посмотреть телевизор? — спрашивает вампир из Стюартов.

Кто-то ещё кивает.

— Это хорошая идея. Мы можем посмотреть новости, тогда у нас будет лучшее представление о том, что происходит. Вы ведь этого хотите, верно? Мисс Блэкмен?

У меня пересохло во рту. Я знаю, что я собиралась делать, но я не готова строить планы для всех этих незнакомцев одновременно. Тяжесть их ожиданий ощутима. Чёрт подери.

Бледная женщина, которая дольше всех была в плену у Хейла, едва держится на ногах. Вампир Галли рядом с ней едва успевает подхватить её, прежде чем у неё подкашиваются ноги. Его встревоженный взгляд встречается с моим. Я направляюсь к холодильнику. Первые три полки заставлены пакетами с кровью. Застигнутая врасплох, я моргаю.

— У меня было предчувствие, что нам может понадобиться больше, — бормочет мой дедушка. — После того, что случилось с кровохлёбом Медичи прошлой ночью, я взял на себя смелость пополнить запасы. Она настолько свежая, насколько я смог достать, и завтра будет доставлена новая партия. Конечно, она не такая вкусная, как прямиком из вены, но на данный момент вам должно подойти.

Я поворачиваю голову и смотрю на него.

— Спасибо.

— Не за что, моя дорогая.

— Ты можешь пока что позаботиться о них?