Чисто технически двигаться по тропе коры легко. Она то полого поднимается, то плавно спускается, вдоль реки Ла Чу, что в переводе означает «Вода Богов». А вот в физическом плане прохождение коры даётся не так уж и просто! Ведь тропа пролегает на высоте 4700–5700 метров. От низкого атмосферного давления и недостатка кислорода колотится сердце, и дышится, как будто не идёшь, а очень быстро бежишь. Вот так, часто дыша, двигаешься прогулочным шагом по этой тропе. Периодически хочется остановиться и отдышаться, чтобы привести свой сердечный ритм в норму. По краям широкой тропы-дороги есть камни и травянистые пригорки, на которые можно присесть отдохнуть, что все паломники с удовольствием и делают.

Пока сидишь, отдыхая, глазеешь по сторонам и замечаешь множество нор вдоль реки. А потом видишь и их хозяев – гималайских сурков. Эти обаятельные пушистики длиной до 70 сантиметров и весом до 10 килограмм совершенно не боятся людей. Я специально приберегла для них сухарики из белого хлеба. Они сначала с недоверием смотрели на белые комочки, а потом, распробовав, стали подходить совсем близко, а самые смелые брали сухари прямо из рук! Сейчас весна, и у сурков-самцов идут бои за внимание самок. Вдалеке, возле нор, можно увидеть их баталии. Два самца становятся на задние лапы, а передними лупят друг дружку изо всех сил. Бой длится до тех пор, пока один из них не убежит. А победителю достаётся самка, наблюдающая за боем со стороны.

Сидишь вот так на пригорке, отдыхаешь, а мимо идут и идут паломники, среди которых много тибетцев и туристов из разных стран мира. Тибетцы идут, вращая в руках молитвенный барабан. Его называют мани-чхос-кхор. Это надетый на ось с деревянной ручкой металлический цилиндр, внутри которого свёрнута длинная полоса бумаги с написанными на ней мантрами.

«Таши делек!» – приветствуют, улыбаясь, друг друга паломники. Это тибетское выражение можно перевести как пожелание благополучия и удачи. В основном все идут пешком. Но есть тибетцы, которые совершают «кору простираний». На это у них уходит три-четыре недели. Такое прохождение коры освобождает паломника от самых тяжких грехов – ревности, ненависти, невежества, а также многократно увеличивает заслуги в этом воплощении. Но есть туристы, которые едут верхом на лошадях, как наша Римма. Это уже не паломничество, и кора не засчитывается. Это просто экскурсия по маршруту коры. Но Римму мне пришлось посадить на лошадь, иначе она должна была остаться в Дарчене, ведь кору она физически не смогла бы пройти. Здесь такое решение полностью оправдано, и Римма с ним согласилась.

Одним из туристов, проходивших мимо, оказался высокий американец лет сорока пяти. Он выделялся на фоне других видом классического ковбоя из старых американских вестернов. Было понятно, что этот человек не новичок в горах – его одежда выдавала в нём бывалого путешественника.

– Hello! How are you?[1] – проговорил мужчина дежурное приветствие и улыбнулся.

– I'm fine! Thank you![2] – ответила я, улыбнувшись в ответ.

Он присел на пригорок рядом со мной, чтобы, как и я, перевести дух. Разговорились. Оказалось, что американца зовут Мэйсон, и он из Техаса. Он впервые около Кайласа и очень хочет не только пройти кору, но и попутно разведать окрестности – подойти к Северному лицу Кайласа, посетить Долину Смерти, полазить по горам, окружающим легендарную вершину. Мэйсон рассказал, что много читал про Кайлас и пересмотрел все видео, которые смог найти в интернете, и теперь страстно желает всё разведать и изучить самолично. Я пожелала Мэйсону удачной дороги и интересных открытий, но посоветовала сильно не увлекаться исследованиями окрестностей, ведь совершенно не ясно, понравится ли это Кайласу.

Долина Смерти

Так, отдохнула, отдышалась, теперь нужно двигаться дальше! Дорогу осилит идущий! Как только я, пройдя через чортен Гангни, начала путь коры, у меня, как всегда, появился перед глазами символ. Я вижу его на чёрном фоне, когда моргаю или закрываю глаза. Символ при каждой коре разный, но он всегда сияет солнечным жёлтым светом. Это явление можно было бы связать с «игрой мозга» в условиях высокогорья. Но я бываю на высотах выше 4000 метров и в других регионах мира: на Кавказе, Памире, Килиманджаро, в Андах. И нигде больше такого явления не наблюдаю. Только на коре вокруг Кайласа! Причём символ появляется в начале и исчезает в конце коры. Ни до, ни после коры я его никогда нигде не вижу. Я обязательно зарисовываю эти символы. И потом нахожу, что они означают. В этот раз символ был очень необычный! Забегая вперёд, могу сказать, что его значение я смогла найти только через год в скандинавских летописях. Но скандинавы его тоже у кого-то позаимствовали. Этот символ обозначает Крест Непобедимости. Значит, боги меня берегут!

Кайлас. Чортен Гангни

Тропа проложена вдоль узкой долины реки. Примерно через четыре часа пути от чортена Гангни справа появляется огромная вертикальная вогнутая скала, которую называют «Дом счастливого камня». В этой скале имеется интересный прямоугольный проём, как будто огромный проход. Он закрыт камнем изнутри. Пройдя чуть дальше, можно увидеть Западное лицо Кайласа. В этом месте тропа внешней коры очень близко подходит к горе. Западное лицо, которое ещё называют «рубиновым», представляет собой абсолютно симметричное вогнутое каменное зеркало. Здесь растянуты многочисленные молитвенные флаги, лежат горы камней и черепа яков, на которых выбиты мантры. А ещё здесь, как и в других местах по маршруту коры, можно увидеть пирамидки, сложенные из камней. Такие каменные сооружения посвящаются божествам или делаются для того, чтобы душа паломника периодически посещала эти места во время молитвы, а также с целью просто обозначить здесь своё присутствие. Это своего рода тибетская интерпретация надписи: «Здесь был Вася!».

Кайлас. Долина Тарпоче. Чортен Гангни

Напротив Западного лица Кайласа высятся три огромные прямые скалы, как бы отражая воздействие вогнутого зеркала. Это склоны трёх вершин – Тара (5936 метров), Амитаюс (6010 метров) и Виджая (5938 метров). Я догнала Даниила и Роберта, остановившихся, чтобы сделать фотографии. Мы фотографируем друг друга на фоне Западного лица и идём дальше. Нас догоняют Алексей и Настя. Где-то позади идут Катя, Марина, Володя и Допла. А Жанна, Марат, Андрей и Людмила – впереди. И конечно, возглавляет нашу группу Римма – верхом на лихом коне!

На пути коры периодически встречаются чайные. О! Это настоящее достижение цивилизации! Раньше о таком даже невозможно было и мечтать. А теперь можно зайти в помещение с печкой, столами и лавками, выпить обычного или тибетского чая и даже заварить лапшу быстрого приготовления. А ещё купить воду, напитки, чипсы, печенье и прочее. Пройдя Западное лицо Кайласа, мы с Робертом, Даней, Алексеем и Настей заходим в подобное заведение, чтобы в тёплом помещении отдохнуть и выпить тибетского чая, который согревает и придаёт силы. Хозяевами чайной оказалась тибетская семья. Муж с женой занимались гостями, а их дочка лет трёх гуляла среди посетителей. У девочки были огромные карие глаза и, как у всех тибетских детей, красно-бордовые щёчки и вечно сопливый нос. Когда она улыбалась, на её пухлых щёчках появлялись изумительно трогательные ямочки. Чёрные как смоль волосы были заплетены в две тонкие косички, торчащие по сторонам. Одета она была в байковую рубашку и штанишки. У тибетских малышей штанишки не сшивают в промежности. Это сделано для того, чтобы, захотев в туалет, ребёнок присел, не снимая штанишек, и побежал дальше по своим делам. Никаких подгузников и лишней стирки! Девочка подходила по очереди ко всем посетителям чайной. Прекрасный общительный ребёнок! Скучать ей было некогда, ведь столько интересных людей вокруг! Мы ей явно понравились. Примерив солнцезащитные очки Роберта и рассмотрев внимательно наручные часы Даниила, она забралась к Насте на колени. Выпив чаю и передохнув, мы собрались идти дальше. А девочка решила идти с нами. Взяв Алексея и меня за руки, она направилась к выходу. Пришлось звать на помощь родителей. Мама под бурные протесты ребёнка всё же смогла взять её на руки и освободить нас от необходимости удочерять это милое дитя.

Выйдя из чайной, мы увидели Катю, Володю и Марину, которые к чайной только подходили. С ними шёл и Допла.

– Как вы себя чувствуете? – поинтересовалась я.

– Всё отлично! Не беспокойся! Идём потихонечку! – дружно ответили ребята.

– Хорошо! Не торопитесь, спешить некуда, – одобрительно проговорила я. – Зайдите передохнуть, тем более что вас там ждёт самое милое создание этих мест!

Ребята зашли в чайную, а мы пошли дальше. Где-то на тропе находились и наши портеры. Они то убегали вперёд, то сидели и отдыхали, ожидая нас.

Во время прохождения коры вокруг Кайласа я заметила одну интересную особенность – здесь почти не расходуется заряд батареи мобильного телефона и аккумуляторов в фотокамере. Такое впечатление, что приборы подзаряжаются сами собой! Впервые собираясь в Тибет, я, понимая, что на коре будут проблемы с электричеством, накупила дополнительных аккумуляторов для фотокамеры, ведь мне предстояло много фотографировать. Обычно при интенсивной съёмке в путешествии мне на день хватает одного-двух аккумуляторов. А здесь нужно идти три дня. Но, к моему удивлению, на все три дня очень активной съёмки мне хватило одного аккумулятора. И это при работе в условиях холодного высокогорья! Одной зарядки смартфона, как ни странно, мне также хватает на все дни коры, хотя я активно снимаю видео. Я не могу объяснить это явление, но факт остаётся фактом.

Западное лицо Кайласа

Мы шли по тропе и периодически бросали взгляды на Кайлас. Западное лицо осталось позади, и теперь гора повернулась к нам острым ребром, отделяющим Западное лицо от Северного. Мы обогнали двух китайских парней с мощным мускулистым английским бульдогом на поводке. Собака очень тяжело дышала. Парень тянул её за поводок, она старалась идти, но было видно, что давалось ей это с огромным трудом. «Бедное животное!» – подумала я. Собаки, как и люди, испытывают на себе все трудности высокогорья. А здесь ещё и бульдог, у которого его плоская морда изначально затрудняет дыхание, что неблагоприятно сказывается на сердечной деятельности. Надо же было додуматься взять бедного бульдога с собой на кору! Жалко собаку!

Впереди, среди паломников, я увидела женскую фигуру в голубой куртке и чёрных брюках. Что-то необычное было в походке этой девушки. Она шла, прихрамывая и опираясь на две трекинговые палки. Её сопровождал молодой человек, иногда поддерживая за руку. Такого я никак не ожидала увидеть! Девушка, имеющая явные признаки нарушения двигательной активности, видимо, вследствие детского церебрального паралича, на коре вокруг Кайласа! Сколько же мужества и сил понадобилось этой хрупкой девушке, чтобы решиться на такой шаг – отправиться на кору!

Мы поравнялись с этой девушкой, поприветствовали её и разговорились. Оказалось, что её зовут Александра, она россиянка, но уехала работать в Белград после окончания института. Ей 27 лет, она геолог по специальности. Я выразила Саше своё восхищение её мужественным поступком – решением пройти кору. А она ответила, что ничего здесь мужественного нет, и она такой же обычный человек, как и другие. Но я-то понимала, что это не так!

У Александры из родителей была только мама. Папу она не помнила. Он бросил семью, когда узнал о страшном диагнозе дочки – детском церебральном параличе. Но мама самоотверженно боролась с болезнью дочери. И к окончанию школы от симптомов ДЦП остались только двигательные нарушения в ногах. Мама была для Саши надёжным тылом и опорой. Поддерживала её во всех начинаниях. Когда девушка решила уехать работать за границу, мама сделала всё для осуществления её мечты. Но так случилось, что маму сбила машина, и она погибла. Александра осталась совсем одна. Надеяться было не на кого, почва ушла из-под ног. И тут совершенно случайно она увидела в интернете видеоролик про Кайлас. «Мне туда надо!» – решила девушка. А Тибет был закрыт из-за пандемии. Но она надеялась, что когда-то ведь он откроется! И начала тренироваться. Каждый вечер, невзирая на капризы погоды, она проходила по специально спланированному маршруту, на котором были и спуски, и подъёмы. Постепенно она подобрала удобные фиксаторы для коленей и голеностопных суставов. Приспособилась ходить с трекинговыми палками. И к тому времени, как открылся Тибет, она была уверена, что сможет пройти путь вокруг Кайласа. И вот теперь эта хрупкая девушка смотрела на Кайлас, который находился рядом с ней!

А Кайлас тем временем повернулся к нам своим Северным лицом, и это означало скорое окончание нашего сегодняшнего пути. На противоположном берегу реки показался монастырь Дирапук. Значит, мы уже подходим к гестхаусам, расположенным на этом, ближайшем к Кайласу, берегу реки. Но мы их пока не можем увидеть, потому что они скрыты за пригорком, который нам ещё только предстоит одолеть. Со мной поравнялся Мэйсон. Видимо, он успел уже где-то отклониться от маршрута коры или засиделся в одной из чайных. Так, параллельно с ним, мы и дошли до гестхаусов.

Раньше здесь стояли несколько старых глинобитных строений и металлические контейнеры с кроватями. Контейнеры были холодными, и в углах таких «спален» мог преспокойно лежать сугроб снега без всякого риска растаять. В таких помещениях было очень холодно, не спасали даже несколько одеял поверх пухового спальника. Согреться можно было только в кухне-гостиной, где была установлена металлическая печь. Сейчас же, после пандемии, всё преобразилось! Появилось новое большое двухэтажное кирпичное здание. Белый заштукатуренный фасад украшен традиционными тибетскими узорами. Вот уж чудо какое! Надо же, цивилизация добралась и до этих мест! А около этого «чуда цивилизации» ютились несколько гестхаусов поскромнее и очередная чайная.

* * *

Каждый её день начинался одинаково. Она просыпалась ещё в темноте, раньше восхода солнца. Долма, хозяйка нового гестхауса, который появился недавно у северного подножия горы, хлопотала на кухне. В воздухе витал аромат масла яка и свежеиспечённых лепёшек. Раньше на месте этого нового здания стоял старенький гестхаус, в котором могли остановиться на ночлег от силы 40 человек, и хозяевами которого были её родители. Девочка выросла около Кайласа среди паломников, идущих по пути внешней коры. И однажды сама захотела пройти по этому пути и ощутить на себе действие сил Кайласа. А потом прошла ещё и ещё. И однажды решилась на кору простираний. Долма волновалась, хватит ли у неё сил и терпения совершить задуманное. Во время простираний Долма всем своим телом измерила и ощутила весь этот священный путь, прикасаясь лбом бесчисленное количество раз к пыльной сухой тропе, снежным склонам и ледяным заиндевевшим камням. Было трудно, но у неё хватило характера сделать это. А потом были новые обходы горы и даже новые коры простираний. И каждый раз она чувствовала, как что-то росло и раскрывалось в её в душе, появлялись новые мысли и знания в её голове, и она постепенно превращалась в совсем другого, не по годам мудрого и прозорливого, человека. Говорили, что, если пройти 108 вокруг Кайласа, то можно достичь просветления. И Долма прошла все 108! И теперь, только взглянув в глаза любому человеку, она могла видеть его душу, читать его мысли, словно открытую книгу.

Начали просыпаться туристы, сонно потягиваясь, кутаясь в пуховики и пытаясь справиться с горной болезнью. Постепенно люди выходили из своих комнат и собирались в столовой, где на столах их ждал незатейливый завтрак – яичница с лепёшкой и чай. Долма, оглядывая туристов, пришедших сюда из совершенно других реалий, видела их волнение, страх и надежду. Они пришли сюда, к священной горе, в поисках чего-то важного, того, что они потеряли в суете своего мира. Женщина видела истории их жизни как киноленты, прокручивающиеся перед её внутренним взором. Но она не говорила об этом. Зачем? Они сами должны были увидеть себя, пройдя кору вокруг Кайласа – главный путь в их жизни. А её задача очень проста: дать им кров, пищу, возможность согреться и отдохнуть.

Спешно поев, паломники отправились в путь. Освещая в темноте дорогу фонариками, они выходили на тропу, круто уходящую вверх. Долма смотрела, как напряжены их тела, слышала, как сбивается их дыхание. Но она видела их решимость и стремление преодолеть себя. «У этих людей всё получится», – подумала она, уже зная об этом. Она также знала, что они ещё вернутся. Они всегда возвращаются – те, кто хоть раз увидел Кайлас своими глазами.

Забрезжил рассвет, и первые лучи солнца осветили вершину Кайласа золотым светом. «Сегодня будет прекрасная погода», – подумала Долма и вернулась в отель. Пора готовиться к встрече новых постояльцев.

К вечеру начали подходить паломники. Уставшие, но с какими светлыми лицами! Она знала, что гора говорит с каждым человеком по-своему и каждого выводит на только для него предназначенный путь. Долма вышла на улицу. Кайлас, величественный и молчаливый, возвышался над ней. Женщина смотрела на гору и чувствовала себя частью этого священного места. Мимо двигался нескончаемый поток людей с их судьбами, горестями и радостями, а она оставалась здесь, в этом мире, где время течёт по-особенному, и где она помогает людям найти свой путь, прикоснуться к Вечности. И это наполняло её жизнь смыслом, отчего она чувствовала себя счастливой. Это было всё, что ей нужно.

* * *

В чайной около гестхауса нас ждала уставшая, но счастливая Римма.

– А где все наши? – спросила я у неё, имея в виду Жанну, Людмилу, Марата и Андрея.

– Да где-то здесь ходят, должны скоро сюда подойти, – ответила Римма.

– Так, Римма, передай нашим, что пока отдыхаем, дожидаемся всех остальных и потом, у кого будет желание, тот пойдёт в монастырь Дирапук, – сказала я и пошла в новый гестхаус, в котором нам и предстояло ночевать.

В гестхаус мы зашли одновременно с Мэйсоном. Навстречу нам по холлу нового помещения шла женщина лет сорока пяти. Взгляд её глаз был необычайно проникновенным и одновременно не по годам мудрым. Она взглянула на Мэйсона и сказала по-английски: «Не отходи никуда с тропы внешней коры! Есть тропа – по ней и ступай. Иногда излишнее любопытство приводит к беде!» Мэйсон и я были в шоке от услышанного. Откуда она знает о планах американца? «А ты поступай так, как считаешь правильным, кто бы чего тебе ни говорил. Отстаивай свою точку зрения, и тогда всё будет хорошо!» – сказала женщина, обращаясь ко мне. «Хм, вот этого я вообще не поняла! О чём она говорит?» – подумала я, но спрашивать ни о чём не стала. «Долма!» – прозвучал женский голос из кухни. Женщина, так поразившая нас своим монологом, обернулась и пошла на зов. А мы с американцем, озадаченные услышанным, разошлись по своим комнатам.

Я вернулась в чайную, где постепенно собиралась вся наша группа. Уставшие, но довольные, ребята пили чай и делились впечатлениями. Андрей рассказал, что, пока ждал остальных, отошёл в сторону Северного лица Кайласа. И обнаружил недалеко от тропы камень, очень похожий на кресло или трон.

– Мне как будто кто-то мысленно приказал на него сесть. Я сел, и мне стало так хорошо и уютно, что захотелось сидеть и никуда не уходить. А потом наступил момент, когда я понял, что пора вставать. Я встал и ушёл, – рассказывал Андрей. – По ощущениям, это напоминало какой-то ритуал посвящения. Видимо, я потом пойму, что это было.

– А где этот камень? Я тоже хочу там посидеть! – воскликнул Марат.

Андрей подробно рассказал, где находится это место, и Марат ушёл на поиски камня. Но через некоторое время вернулся, так и не найдя трона.

– Как так? Я ничего не понимаю! Вроде я шёл в правильном направлении, но ничего не нашёл! – сокрушался расстроенный Марат, который не привык отступать от задуманного.

– Видимо, трон появился специально для меня! – сделал вывод Андрей.

– Ой, что-то я сильно устал, пока этот трон искал! – проговорил Марат и устало повалился на лавку.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила я у Марата.

– Да-да! Всё отлично! Только устал немного. Сейчас отдохну, и всё будет хорошо! – успокоил меня Марат.

В чайную зашли те два парня, с английским бульдогом. Собака еле шла и, как только парни сели за стол, повалилась рядом, тяжело дыша. Парней очень сильно беспокоило состояние собаки. Я объяснила им, что перевал бульдог пройти физически не сможет. Он не выдержит высокогорья.

– Вам надо выбирать: или повернуть назад, и тогда собака останется жива, или пойти вперёд, но тогда велика вероятность, что собака погибнет. Нести вы её не сможете. Пёс слишком тяжёлый, – казала я парням.

– Да, благодарю, мы тоже понимаем, что он не дойдёт. Мы подумаем, как лучше сделать, – ответил мне один из парней.

Тем временем в чайной группа собралась в полном составе.

– Нужно решить, что делать дальше с Риммой, – объявил Допла. – Погонщик лошади, пока все собирались, выяснил, что на перевале Дролма Ла ещё очень много снега, и лошадь пройти не сможет.

Оставался только один выход – отправить Римму на лошади обратно в Дарчен тем же путём, каким она приехала сюда. Римма согласилась с этим решением. Поэтому завтра с утра мы пойдём дальше, а Римма поедет обратно и будет ждать нас в Дарчене.

В чайную зашла Александра. Мы дружно приветствовали её бурными аплодисментами.

– Молодец, девочка! Как ты себя чувствуешь? – спросила я.

– Всё хорошо! – устало проговорила Саша. – Вот только голова сильно болит.

Оказалось, что хоть и шла она в составе группы, ей никто не рассказал о профилактике горной болезни. Поэтому мы поделились с ней Диакарбом, которого ей хватит на всё время пребывания в высокогорье. Он легко снимет головную боль.

Немного передохнув, мы отправились в монастырь Дирапук. Никто не захотел оставаться в гестхаусе. Название «Дирапук» произошло от слов «дира» (рог самки яка) и «пук» (пещера). По легенде, ученик Миларепы – лама Гурва Готсанг Па – искал маршрут священного обхода горы Кайлас. Сидя в пещере, он молил богов указать ему путь. И вот однажды он увидел пасущуюся неподалёку ячиху и привёл её в пещеру. Ячиха оказалась эманацией женского Духа – покровителя этих мест – и превратилась из животного в духа с львиноподобным ликом. Лама не испугался, и тогда ячиха указала ему путь через перевал Дролма Ла. В пещере монастыря Дирапук до сих пор виден след от её рога. А Готсанг Па написал первый путеводитель по району горы Кайлас.

Дирапук основан в 1213 году. Он возведён на высоте 5210 метров. Это самый большой монастырь из расположенных около Кайласа. В наши дни его активно восстанавливают, расширяя территорию и возводя новые строения. Рядом с монастырём протянулись ряды из 108 ступ.

От гестхауса мы спускаемся к реке Ла Чу, переходим по мосту на другой берег и поднимаемся к монастырю по склону горы Такарйола. Но здесь нас ждёт ещё одно испытание: крутая лестница, ведущая к входу в храм. Собираем в кулак всю силу воли, мобилизуя силы, которые сегодня уже изрядно израсходованы, и медленно ползём вверх по крутым каменным ступенькам. Садимся, а если точнее, то просто валимся на самую верхнюю ступень лестницы, чтобы отдохнуть и нормализовать сердцебиение с дыханием. Какой великолепный вид открывается отсюда на Северное, «золотое», лицо Кайласа! Золотым его называют не зря. На рассвете Кайлас окрашивается лучами солнца в ярко-жёлтый цвет. Северное лицо Кайласа закрывают, как лепестками, две горы-стража. Слева – гора Ченрези (Авалокитешвара) высотой 5657 метров, а справа – Чана Дордже (Ваджрапани), 5750 метров. Рядом находится третий страж Кайласа – гора Джампиянг (Манжушри), 5835 метров. Эти три горы считаются тронами небесных бодхисаттв, охраняющих Кайлас от Духов Тьмы.

Отдышавшись, мы заходим в храм монастыря. В главном молельном зале храма, как и во всех других храмах Тибета, много скульптур и изображений самых разных божеств. Их непросто различить даже самому образованному ламе. Но я хочу рассказать об основных отличительных признаках.

Все божества делятся на мирных и гневных. Мирные подразделяются на небесных (будды, бодхисаттвы и прочие) и земных (особо прославившиеся тибетские ламы, такие как Подмасамбхава, Миларепа, далай-ламы). Также есть три разряда гневных существ. Для каждого вида изображения божеств есть специально прописанные каноны, которые необходимо строго соблюдать. Например, форма лица будд должна быть подобна куриному яйцу. У женских богинь лицо продолговатое, как кунжутное семя. У гневных демонов лицо должно быть круглое или квадратное. Пропорции тел каждого божества указаны в специальных книгах. Все небесные божества имеют длинные уши и волосы, собранные в пучок на затылке. Тело божеств или полностью обнажено, или на левое плечо наброшено полотно. Они сидят в позе лотоса, и отличить их можно только по ритуальным предметам, которые они держат в руках, цвету лица и волос. Но есть самый верный способ узнать, какое божество находится перед вами, – прочитать табличку, установленную под статуей!

Нас встретил монах и показал нам храм, а затем и пещеру, где медитировал Миларепа, а потом и Готсанг Па. Мы зашли в тесную пещеру с низким каменным потолком и расселись вдоль её стен. Здесь царила очень необычная энергетика. Тело наполнилось благостью и силой. Казалось, что теперь с помощью этой силы легко можно решить все жизненные задачи и осуществить все мечты и желания! С таким ощущением мы вышли из пещеры.

– Знаете, для меня в моей жизни Миларепа был примером. Ведь обычный человек смог преодолеть все испытания и достичь просветления за одно воплощение! Но я даже мечтать не мог, что когда-нибудь окажусь в тех местах, где он жил, и уж тем более не думал, что буду медитировать в тех же пещерах, где медитировал он! Это просто фантастика! – поделился впечатлениями Даниил.

– Какая сильная здесь энергетика! Я заряжаюсь здесь, как батарейка! Удивительное ощущение! – воскликнула Екатерина.

А в это время Марина, остановившись напротив статуи Будды, так и стояла не шевелясь. Вдруг по её щекам побежали слёзы. Они текли и текли, а она всё стояла и стояла молча, лишь иногда тихонько вздыхая.

– Мне было не грустно. У меня просто ни с того ни с сего потекли слёзы. Как будто прошла мощная чистка, – поделилась своими ощущениями Марина впоследствии.

Уже начинало темнеть, когда мы вернулись в гестхаус. Пора было ложиться спать, ведь вставать мы должны были ещё до рассвета. Завтра самый трудный и самый длинный день коры.

Помещение, как всегда, не отапливалось, и в нём было довольно холодно. В постели мы укладывались в одежде, накрываясь двумя одеялами, но приятным сюрпризом стало то, что у каждого в кровати оказалась простынь с электрическим подогревом. О, это настоящая роскошь! Раньше на коре о таком не приходилось и мечтать!