На роли судмедэкспертизы в расследовании смерти членов группы Дятлова и взаимодействии экспертов со следствием следует остановиться, разобрав подробнее акты исследований.

После обнаружения первых тел туристов прокурор Темпалов радиограммой просил прислать опытного судмедэксперта. Борис Алексеевич Возрожденный к моменту привлечения к работе по данному Уголовному делу практиковал по специальности 5 лет, но оказался гораздо опытнее в составлении заключений, чем в проведении исследований. Хотя, скорее всего, его жестко направляли.

Суммируя первые пять судмедэкспертиз (Дятлов, Колмогорова, Дорошенко, Кривонищенко и Слободин), четыре из которых проведены экспертами Возрожденным и Лаптевым 4 марта (последняя была проведена 8 марта одним Возрожденным) в присутствии не только следователя Иванова, но и прокурора Свердловской области Клинова, а также понятых, можно, тем не менее, сделать вывод, что эксперты закрыли глаза на все травмы и телесные повреждения погибших, посчитав, что ссадины, царапины, осаднения, и даже трещина в очень твердой лобной кости у Слободина причинены падениями или ушибами о камни, лед и прочее.

Заметим, все пятеро погибших имели ссадины на лице, включая верхние веки. А такое повреждение невозможно получить, падая лицом на камень, лед, наст, не повредив сам глаз. При этом они не имели практически никаких ссадин на подбородке, что, несомненно, должно было случиться при падении лицом вниз.

Отсутствуют у большинства и повреждения коленей. Ничтожны и травмы ладоней, которые инстинктивно выставляются вперед, задерживая падение, зато повреждены тыльные их стороны, сбиты костяшки рук при борьбе.

Причем травмы, нанесенные погибшим, имели кровоизлияния в подлежащие ткани, то есть были прижизненными, когда кровь еще циркулировала.

Слободин, как самый спортивный и сильный, и замерз в положении, когда правая рука согнута под прямым углом в локтевом суставе, а пальцы сжаты в кулак. Как сжаты кулаки и Игоря Дятлова.

Все пятеро ребят были разуты, за исключением одного валенка у Слободина, и недостаточно одеты. А Дорошенко и Кривонищенко практически полностью раздеты.

Судмедэксперты отметили странность поз погибших, они будто бы не боролись с холодом, ни один из замерзших не имел характерной эмбриональной позы зябнущего человека, по которой распознается смерть от переохлаждения. Замерзая, человек инстинктивно стремится снизить теплопотери, поджимает к груди колени, обхватывая их руками, пригибает голову, максимально уменьшая поверхность тела, предоставленную морозу.

Четверо же туристов найдены вытянутыми в полный рост, более того, у Дятлова расстегнута ковбойка, меховая безрукавка распахнута, у Колмогоровой расстегнуты ковбойка и спортивные брюки, у Кривонищенко расстегнута ковбойка, у Слободина ковбойка застегнута на 3 пуговицы, то есть, не на все.

В общем, положение тел не соответствует позе замерзающего.

Но отек мозговых оболочек, полнокровие внутренних органов, пятна Вишневского на слизистой желудка, наполнение мочевого пузыря и отморожение конечностей позволили экспертам вынести заключение о смерти в результате замерзания.

Буквально же в актах экспертиз написано так: смерть насильственная – несчастный случай.

Экспертиза и следствие прошли мимо явного избиения ребят, приведшего к последующей смерти на морозе в полном соответствии с формальным заключением. То есть туристам наносились такие удары, которые обездвиживали их, они теряли сознание или способность двигаться, предоставленные воздействию низкой температуры.

Огнестрельных ранений и следов нападения животных нет, ожоги объяснены близким костром, ссадины – ломкой веток Кедра, а травмы – падениями при спуске от палатки. Гибель молодых, здоровых, спортивных людей подведена под естественные причины.

На самом деле, кроме следов борьбы за жизнь с нападавшими, о присутствии посторонних людей говорит многое, включая вывернутые карманы жертв и расстегнутую одежду, что наводит на мысль об обыске.

Кроме того, Кривонищенко явно пытали, ибо даже обмороженную ногу нельзя держать в костре до обугливания.

Никак не объяснена и странная пена, вытекшая изо рта Дорошенко.

Общий вывод во всех заключениях гласил, что прием пищи погибшими был за 6–8 часов до момента смерти. Получалось, что на месте последней стоянки туристы, скорее всего, не успели поесть. А если успели, то до их смерти прошли эти часы. Все зависит от скоротечности событий. К этому вопросу будем возвращаться.

Наличие алкоголя в организмах погибших при исследовании не обнаружено. Это означало, что, несмотря на скоропалительное предположение Темпалова о распитии спирта членами группы Дятлова, они были трезвы и боролись за свои жизни. Данные исследования сняли подозрения в неадекватности поведения туристов, равно как и в конфликте после приема алкоголя.

У всех пяти трупов для химического и гистологического исследования взяты части внутренних органов, направленные в лабораторию Областного бюро судебно-медицинской экспертизы. Результаты ее отсутствуют в Уголовном деле.

Возможно, они содержали явные подтверждения прижизненного избиения пятерых погибших дятловцев, и потому акты изъяли.

Ведь Юрий Юдин после опознания вещей группы Дятлова в Ивдельском аэропорту лично держал на коленях при перелете вертолетом в Свердловск банки с биологическими материалами, взятыми у трупов в Ивдельском морге.

Можно сказать, что следствие, позволяя друзьям дятловцев некоторым образом участвовать в следственных действиях, демонстрировало показную открытость и приверженность непредвзятому расследованию трагедии.

В общем, власти успокаивали взбудораженный страшной смертью туристов город.

Свидетельством такого подхода следствия было и задействование студента Согрина: «По прибытии домой я каждый день, как на работу, ходил в прокуратуру к Льву Никитичу. Похоже, он на мне, по моей реакции, проверял свои предположения и выводы по делу Дятлова. Он же посадил меня в фотолабораторию печатать все пленки».

Проявлял найденные в палатке фотопленки и печатал фотографии и товарищ дятловцев Биенко.

Трудно представить, что следствие не могло проявить пленки самостоятельно. Вернее, оно должно было это сделать. Мало ли, а вдруг добровольный помощник испортил бы пленку. Собственно, отчасти так и произошло, Биенко плохо промыл фотобумагу, и снимки пожелтели.

Сам Биенко впоследствии говорил, что, как только поступили первые вести о трагедии с группой Дятлова, Иванов привлек его к своей работе. Удивительная нехватка сотрудников в прокуратуре, если приходилось даже задействовать студентов. Иванов прислал ему в Свердловск самолетом первую (первую ли?) найденную пленку из фотоаппарата Юрия Кривонищенко. Не в штаб в Ивделе. Видимо, только у Биенко были бачок для проявки пленки, красный фонарь, увеличитель и реактивы. Да простится этот сарказм.

Биенко оперативно в своей квартире отпечатал фотографии «последнего дня группы – от утренних веселых сборов до вечерней установки палатки в штормовых условиях».

Но на известной общественности пленке Кривонищенко нет фотографии установки палатки. Данный отдельный снимок имеется у поисковиков и брата Кривонищенко, но не в Уголовном деле.

Вообще, у Биенко сложилась странная дружба и доверительные отношения с прошедшим войну следователем Ивановым, который был старше студента на 11 лет. Люди разных поколений и судеб.

Ранее уже высказывалось предположение о возможном сотрудничестве Биенко со спецслужбами как информатора, когда вместо него, не вошедшего в группу Дятлова по объективным причинам, ввели Золотарева, который, по-видимому, тоже был связан с органами.

Фотография с пленки Кривонищенко

Такие осведомители или, попросту, стукачи, как их называли в народе, как раз и числились в КГБ доверенными лицами, будучи на связи с сотрудником органов и донося о настроениях в своем окружении. Они были повсюду. Причина, по которой сотрудничал такой человек, могла быть в чувстве долга, надежде на продвижение по карьерной лестнице, страхе из-за наличия у спецслужб порочащих данное лицо сведений, ну или в инициативной работе из любви к «романтике», а то и в банальной зависти.

В случае такого сотрудничества понятно, почему именно Биенко привлекли для транслирования другим студентам УПИ и далее информации о горячем желании следствия, ведущего работу без утайки, раскрыть трагедию.

Хотя, конечно, его могли и использовать втемную.

9 мая следующие четыре судмедэкспертизы (Золотарев, Тибо-Бриньоль, Колеватов, Дубинина), в отличие от первых пяти, производились без понятых и областного прокурора Клинова. Уж слишком тяжелыми, шедшими вразрез с версией следствия о смерти дятловцев от естественных причин были повреждения у трупов.

Эксперт Возрожденный проводил исследования в присутствии одного назначенного стрелочником следователя Иванова и совместно с Чуркиной, которая протокол не подписала, что ведет к его юридической ничтожности.

Возможно, Чуркина и не участвовала в экспертизах, потому что акты наводят на мысли о сговоре эксперта Возрожденного и следователя Иванова. Либо акты корректировались позже, и подпись Чуркина не проставила, ибо суда над конкретными преступниками не предполагалось и документы не должны были выйти за пределы прокуратуры.

Рассматривая четыре проведенные судмедэкспертизы, можно утверждать, что четверо членов группы Дятлова, найденные в овраге, в отличие от пятерки, находились на холоде гораздо меньше времени до гибели, или, проще говоря, были теплее одеты.

Отсутствие «пятен Вишневского» и прочих признаков замерзания у четверки позволяют заявить, что Золотарев, Дубинина и Тибо-Бриньоль получили телесные повреждения, предопределившие их смерть, совсем незадолго до нее в овраге либо там, где найдены тела, либо совсем рядом, но никак не в палатке, как и погибший с ними менее травмированный Колеватов. При получении травм в палатке и последующей длительной переноске к ручью трое первых несомненно бы обморозились. К тому же повреждения Дубининой и Золотарева точно не позволяли их перемещать без угрозы немедленной смерти, а Тибо-Бриньоля маловероятно, о чем утверждал эксперт. Да и следы свидетельствуют, что все дятловцы шли самостоятельно от палатки.

На допросе следователем Возрожденный высказал предположения о травмах, приведших к смерти Золотарева, Дубининой и Тибо-Бриньоля.

Эксперт подтвердил, что множественные переломы ребер у Дубининой и Золотарева с кровоизлиянием в сердечную мышцу и в плевральные полости у обоих были прижизненными. Смерть Дубининой наступила через 10–20 минут, в течение которых она могла быть в сознании. Золотарев мог жить дольше, учитывая его тренированность и выносливость.

Из протокола допроса эксперта Возрожденного Бориса Алексеевича

Повреждения Дубининой и Золотарева, по мнению эксперта, являлись результатом воздействия большой силы, приблизительно такой, какая была применена в отношении Тибо-Бриньоля.

Однако невозможно приписать стихийной природе одинаковое, очень выверенное внешнее силовое воздействие на тела Золотарева и Дубининой, приведшее к повреждению грудной клетки, когда и у Семена, и у Людмилы не задеты хрупкие ключицы и плечевые кости, при этом сломаны вторые и последующие ребра. Подобное точное приложение природной силы вроде схода лавины, падения дерева, удара о камень на разных по росту людей невозможно.

Повреждения головы у Тибо-Бриньоля, по мнению Возрожденного, могли быть результатом броска, падения или отбрасывания тела, но никак не полученными при падении с высоты своего роста, то есть если бы он поскользнулся и ударился головой. Возрожденный даже пустился в рассуждения, что подобный многооскольчатый и глубокий перелом мог быть результатом удара автомобилем, движущимся с большой скоростью, или при прочей транспортной травме. Где в лесу он видел автомобили – неизвестно.

Из протокола допроса эксперта Возрожденного Бориса Алексеевича

После травмирования Тибо-Бриньоль находился в бессознательном состоянии и передвигаться не мог, даже если бы его вели под руки. Его могли только нести или тащить. Признаки жизни он мог проявлять в пределах 2–3 часов.

Главное – эксперт Возрожденный высказал нужное следствию мнение, что травмы туристов были вызваны порывом сильного ветра с падением и ушибом головы о камни, лед либо воздействием воздушной взрывной волны.

Нелепое предположение само по себе, имея в виду полученные травмы, но и невозможное, о чем, правда, не знал эксперт, – в лощине, где умирали туристы, не было сильных ветров. О чем свидетельствовали все поисковики. Да и сама экспертиза фактически подтвердила прижизненный характер травм трех туристов в овраге, приведших к смерти Золотарева, Дубининой и Тибо-Бриньоля.

Однако в русле последующих поисков следствия по изобретению причин смерти членов группы Дятлова такое предположение Возрожденного было на руку Иванову.

Сложно сказать, испытывали моральные страдания прокурор Темпалов и следователь Иванов из-за необходимости закрыть Уголовное дело за отсутствием виновных (без обвинения конкретных лиц) или нет. К дате проведения вскрытия тел четверки туристов расследование уже явно сворачивалось следствием. Хотя положение самого следствия при этом было двусмысленным.

Даже лояльная ему экспертиза признала гибель четверых туристов насильственной, а у троих – однозначно связанной с прижизненными травмами, повлекшими смерть. Вкупе с дополнительными свидетельствами присутствия посторонних людей на месте происшествия – разрез палатки изнутри, множество найденных вещей, не принадлежащих туристам, явное избиение погибших, не принимавших предсмертные позы замерзающих, признаки того, что тела обыскивались, и многое другое – это приводит к однозначно криминальному характеру произошедшего.

Но все же, помогая следствию, судмедэкспертиза выводила замерзание как природный фактор смерти у большинства погибших.

Потому как положение экспертизы тоже было незавидным. Возрожденный сильно рисковал, ведь работу он провел, отклоняясь от действовавших Правил судебно-медицинского исследования трупов.

Эти Правила, например, предписывали при отсутствии у трупа органа или части тела дать определение, следствием чего это явилось: хирургическая операция, воздействие животных или травма, связанная с произошедшим с исследуемым телом.

Возрожденный отметил отсутствие глаз у трупов Золотарева и Дубининой, а у последней – еще и языка.

В акте ее экспертизы есть интересная деталь. В машинописном тексте читаем: «Рожки подъязычной кости необычайной подвижности». Далее одно слово забито буквой Х. При увеличении просматривается: «сломаны». И это существенное уточнение. Так были они сломаны, или Возрожденный передумал позже, и что его заставило? И кто внес данное исправление: эксперт или кто-то другой, ведь исправление не заверено подписью Возрожденного.

Эксперт никак не объяснил отсутствие языка и глаз у Дубининой и глаз у Золотарева. Так избирательно и только у двоих эти части тела не могли съесть грызуны, из-за отсутствия каких-либо дополнительных следов. Можно предположить, что они сгнили. Но эксперт никак не прокомментировал этот факт, хотя обязан был высказаться, отчего тело травмировано таким образом, что приводит к мысли: он связывал эти повреждения с посторонним воздействием и не мог приписать естественным причинам.

Ведь если бы это были природные процессы, он бы просто указал на них, так как это не вступало в противоречие, а даже поддерживало версию следствия о гибели дятловцев при отсутствии вмешательства посторонних сил.

В акте экспертизы трупа Тибо-Бриньоля есть фраза: «Кости носа на ощупь целы». Но перед ней буквой Х забита фраза, читаемая при увеличении, с совершенно иным смыслом: «Кости носа сломаны». Что опять заставило эксперта передумать?

На трупах Дубининой, Колеватова и Золотарева эксперт Возрожденный отметил следы гниения, объяснив дефекты посмертным разложением: у всех троих одинаково отсутствовала кожа на бровях, переносице, частично скулах и затылке. Однако у Тибо-Бриньоля разрушения тканей в перечисленных местах не произошло. То есть трупы находились в непосредственной близости, а процессы распада протекали по-разному.

Зато уже у Тибо-Бриньоля, Колеватова и Дубининой зафиксировано разложение мягких тканей верхних губ с обнажением челюсти. О причинах такого явления Возрожденный обязан был высказать мнение, чего не сделал.

Потому что основной провокацией к разложению является прижизненное нарушение кожного покрова, когда кровь приливает к месту повреждения. Проще говоря, туристов били по лицу.

Обратим также внимание на схожие телесные повреждения мягких тканей теменной части головы Дубининой, Колеватова и Золотарева, нанесенные тупым предметом. У Тибо-Бриньоля – более сильный удар, приведший к многооскольчатому перелому черепа, нанесен сбоку, сзади над виском. Больше всего на роль орудия подходит приклад ружья.

Согласно вышеупомянутым Правилам Возрожденный был обязан завершать акты экспертизы фразой: «Других повреждений на теле погибшего не установлено» – то есть на последнем этапе нужно было проверить целостность костей, суставов скелетов.

Такового заключения эксперт не сделал ни в одном акте по данному делу, оставляя основания предполагать, что повреждений на телах было больше описанных, или подозревать тотальную некомпетентность Возрожденного и следователя-криминалиста, преподавателя криминалистики Иванова.

Например, во время похорон туристов мать Юрия Дорошенко увидела, что у него ободраны ногти.

А при эксгумации трупа Золотарева у него обнаружили перелом лопатки.

В общем, видимо, уступая давлению следствия и одновременно стараясь избежать обвинений в умышленном искажении фактов, Возрожденный изложил в актах то, что считал невозможным скрыть, но описывая насколько возможно неопределенно, памятуя о повторных экспертизах трупов, если Уголовное дело будет открыто заново. Чего нельзя было исключать, ведь у нескольких погибших ребят были влиятельные родители, которые могли добиться нового рассмотрения дела.

Потому дело и засекретили, не позволив этого сделать.

У последних четырех трупов для химического и гистологического исследования также взяли часть внутренних органов, но дополнительной информации о причинах смерти туристов не выявилось.

Когда после вскрытия последних четырех тел дятловцев следователь Коротаев прибыл с докладом в Лозьву, где пьянствовала правительственная комиссия, никому не интересно было знать о травмах, приведших к насильственной смерти туристов: сплющенном черепе Тибо-Бриньоля, проломах грудной клетки у Дубининой и Золотарева и прочем.

Всех устраивала, видимо, согласованная наверху версия о гибели группы Дятлова от замерзания. Ну, при сильном ветре и, возможно, испуге. Несчастный случай, виновных нет.

Принципиальное решение о непродлении следствия и закрытии дела уже было принято.