ЗАЩИТА ДОМАШНЕГО ОЧАГА была заложена в самой сути Кэролайн Гастингс. Будучи ребёнком в Родезии, она смотрела, как мать отгоняет львов от семейной фермы, пока отец был в отъезде. Позже, во время долгой и кровавой войны в буше, именно она защищала семейное ранчо в лоувельде, пока муж был на войне. На Чёрном континенте самодостаточность означала выживание, и как женщина одновременно африканского фронтира и американского Запада, Кэролайн была не чужда обращению с оружием.
Просторное хранилище дома было построено из толстого бетона, укреплённого ярдами стальной арматуры, и выдержало бы что угодно, кроме авиаудара. Кэролайн промаршировала свою огневую группу прямо в оружейную комнату. С военной точностью, рождённой практической необходимостью, она передала Торну AR-15 с открытыми прицельными приспособлениями, зная, что они будут ему знакомы со времён службы морпехом во Вьетнаме. По сути, это было то же оружие, что и его старая M16A1.
— Держи свою охотничью винтовку при себе. Мы займём высоты, чтобы не подпустить их. Как только они подойдут близко или внутрь дома, бросай её и берись за AR. Вот дополнительные магазины, — сказала она, вручая ему старый ремень LBE с нагрудником и разгрузкой, наполненными заряженными 5,56-мм магазинами.
— Это навевает воспоминания, — сказал он. — Точь-в-точь как у нас в Наме.
— Лиз, возьми вот это, — сказала она, вручая ей AR с прицелом и тремя магазинами. С умением, привитым военными тренировками, Лиз передёрнула затвор и нажала на затворную задержку. Быстрый взгляд подтвердил, что оружие разряжено, поэтому бывший армейский авиатор вставила магазин и отпустила затворную задержку, дослав 5,56-мм патрон в патронник.
— Анника, — скомандовала Кэролайн. — Ты берёшь на себя нижний этаж. Держи эту парадную дверь. Используй каминный очаг как укрытие. Эта штука остановит и артиллерийский снаряд. Оставайся внизу и стреляй, только если они прорвутся в дом. — Анника уже снимала со стойки Benelli M1 Super 90 и вешала на плечо патронташ с дробовыми патронами. — Возьми мой бронежилет, — продолжила свекровь. — Твой, я знаю, у тебя дома.
— Уверена, мам? — спросила Анника.
— Защити этого ребёнка, — приказала матриарх Гастингсов. — Но если ты погибнешь сегодня, погибни смело.
Кто эти люди? — думала Кэти, наблюдая за разворачивающейся сценой. Эти люди были готовы к войне.
— Кэти.
— Да, мэм, — быстро ответила Кэти.
— Стрелять умеешь, дорогая?
— Стреляла несколько раз из Глока в тире, но и всё.
— Тогда возьми это, — сказала Кэролайн, снимая со стены AR с оптикой Aimpoint и проверяя подачу патрона. — Он заряжен, а это предохранитель. Просто переключи, вот так, и нажимай на спуск. У тебя двадцать восемь патронов в магазине. Лиз, отведи Кэти в свою гостевую в конце коридора. Ты будешь нашим тыловым охранением на нижнем уровне. Укройся в ванной. Стены здесь из камня и толстого дерева. Используй это. Если услышим твои выстрелы, один из нас придёт на подмогу. Кэти, просто приложи приклад к плечу, наведи красную точку на любого, кто попытается пересечь задний сад, и стреляй, пока они не упадут.
Кэти с широко открытыми глазами смотрела на женщину, которая ещё вчера казалась западной версией Марты Стюарт; она превратилась в воительницу.
— Всем ясно? — спросила Кэролайн, глядя в глаза каждому из своих новоиспечённых рекрутов. — Хорошо. Запомните. Никто не придёт. Всё зависит от нас. Занять позиции.
Кэролайн отворила затвор своей винтовки Brno и отвела его назад достаточно, чтобы убедиться, что в патроннике есть патрон. Магазин вмещал пять патронов почтенного калибра .375 H&H. Ещё один был в патроннике наготове. Ещё десять висели в кожаном патронташе на поясе, и ещё десяток она распихала по карманам. Винтовка служила ей верой и правдой с тех пор, как она впервые взяла её в руки в 1971 году.
В доме было тихо и спокойно, многие окна были открыты, чтобы впустить, возможно, последний тёплый воздух сезона. Кэролайн заняла позицию на втором этаже, внутри мансардного окна, выходившего на наиболее вероятный путь подхода противника. Ей не пришлось долго ждать, чтобы услышать звук дизельного двигателя и шин, вгрызающихся в грунтовую и гравийную дорогу.
Показался синий пикап, его двигатель ускорялся. Она не колебалась, опустившись в сидячее положение и положив цевьё винтовки на подоконник. В отличие от CZ 550 и большинства современных винтовок, предохранитель Brno нужно было оттянуть назад для выстрела. Большой палец Кэролайн со щелчком сдвинул предохранитель, её щека опустилась к уютному турецкому ореху ложи модели Lux, и она совместила переднюю мушку с прицелом на 200 метров на окне водительской двери.
Brno была изготовлена в Угерски-Броде, в Чехословакии, когда та находилась под советской оккупацией в конце 1960-х. Теперь же винтовка, построенная на пепле Пражской весны, собиралась обрушиться на нового русского врага. Тяжёлая винтовка громыхнула, отдача толкнулась в плечо, когда её пуля превратила лобовое стекло в паутину трещин. Хотя со своего места она не могла видеть, 270-грановая пуля попала водителю в горло. Она быстро дёрнула затвор и послала вторую пулю через центр стекла, ранив одного из мужчин на заднем сиденье в живот. Нога водителя соскочила с педали газа из-за перебитого спинного мозга, и большой Ford начал замедляться.
Поскольку их лидер бился в предсмертных конвульсиях, его разорванная артерия забрызгивала салон грузовика горячей кровью, остальные четверо нападавших запаниковали. Когда четвёртый выстрел снёс зеркало заднего вида, четверо штурмовиков, которые ещё могли двигаться, высыпали из автомобиля, как только он остановился. Они готовились к проведению жестокой засады и ожидали её, а не попасть в неё самим. Заняв укрытия, они открыли беспорядочный огонь полным автоматом, засыпая большой дом 7,62-мм пулями. Без лидера люди не общались, не маневрировали, не обходили с флангов; они просто залегли и жгли свои боеприпасы, продолжая стрелять по тому, что мгновениями раньше было красивым горным домом.
Кэролайн была целенаправленна в своих действиях, производила одиночный выстрел, а затем перемещалась в другую комнату и находила свою следующую цель через новое окно. После первоначального залпа, она старалась держаться подальше от окон, чтобы торчащий ствол её винтовки не выдал её врагу. Её целью было удержать их на месте, чтобы они не могли приблизиться к дому. Если бы они подожгли его или вошли внутрь, она потеряла бы тактическое преимущество.
Не было и вопроса, что делать, когда началась атака. Действия при чрезвычайной ситуации были отработаны до автоматизма — привычки, привитые в иное время и в ином месте, выкованные суровой необходимостью в африканском буше. Этот план и эти навыки теперь сохраняли жизнь её семье. Она вспомнила свою собственную мать, укладывавшую её в постель и объяснявшую реальность жизни в Родезии: если кто-то с дурными намерениями входит в нашу собственность, он объявляет войну нашей семье.
Эти терры объявили войну.
Один из стрелков набрался смелости выкатиться из-за заднего колеса грузовика, стреляя на ходу, когда он поднимался в атаку. Следующий выстрел Кэролайн попал ему в грудь. Она дозарядила винтовку ещё шестью патронами, перемещаясь в смежную комнату в поисках следующей цели.