ТЕМП ОГНЯ УСИЛИЛСЯ, показывая, что фланговый манёвр начался. Это были азы тактики малых групп: подгруппа обеспечения подавляет противника огнем, лишая его маневра, пока штурмовая подгруппа сближается с ним для выхода на более выгодный рубеж, и так до тех пор, пока все на объекте не будут мертвы.
Будь это за границей, в подобном сценарии против численно превосходящего противника, Рейф и его группа использовали бы всю свою огневую мощь, а также любую доступную огневую поддержку, чтобы выйти из боя с противником. Здесь всё было иначе. У него не было ни группы, ни реальной огневой мощи, ни, тем более, огневой поддержки.
Он развернулся так, чтобы голова его была обращена к правой стороне дерева, и осторожно продвинулся вперёд, совсем немного получая угол обзора противоположного гребня. ВГоловной бежал наискось по склону в сторону Рейфа, до которого оставалось больше ста пятидесяти ярдов, а зажатый в руках АКМ раскачивался в такт его шагам. Рейф лежал ничком, животом к земле, и его тело было на одной линии с движущейся фигурой. Он ждал, когда нападающий остановится, так как даже он не смог бы попасть в движущуюся цель на таком расстоянии. Мужчина укрылся за валуном, оставив на виду только голову, и немедленно начал осыпать позицию Рейфа точным огнём. Рейф выстрелил быстро, немного поторопившись с выстрелом, и увидел, как пыль взметнулась в лицо человека, когда его пуля ударилась о камень. Он сделал ещё один выстрел и отполз обратно за своё быстро исчезающее укрытие, как раз когда автоматная очередь прошила землю перед ним, посылая комья грязи и обломки сосновой коры ему в лицо. Время Рейфа почти истекло.
Другой нападавший стал чуть более уверенным, когда проскакивал мимо своего товарища по группе за валуном. Опустившись на колено в месте, достаточно высоком, чтобы дать ему прямую линию огня в позицию Рейфа, он был вознаграждён пулей в лёгкое, которая быстро вывела его из боя. Эти люди не были фанатичными федаинами, накачанными амфетаминами; это были уличные бандиты, привыкшие побеждать за счёт бахвальства и устранения. Рейф не знал, скольким людям противостоит, но судя по звуку, их было меньше десяти. По крайней мере двоих он задел. И всё же шансы были невелики. Воспользовавшись моментом, Рейф вытащил свежий магазин из подсумка и выполнил тактическую перезарядку. Он засунул частично заполненный магазин в задний карман штанов, откуда мог бы его достать в случае необходимости.
Огонь был интенсивным, несколько стрелков всаживали пули прямо в позицию Рейфа. Только посредственные стрелковые навыки нападавших и лёгкое понижение в земле удерживали его от попадания. Он делал себя как можно меньшей мишенью, обнимая каждый дюйм местности, пока пули шипели и щёлкали над его головой и вгрызались в землю перед ним. Наступило затишье, когда у одного из стрелков кончился магазин, и Рейф, улучив момент, взглянул; двое мужчин неслись к нему на расстояние в сто ярдов в мёртвом спринте. Он сделал два выстрела в их направлении, что заставило их броситься в укрытие.
Он не думал о том, что пережил множество боевых командировок, охотясь на Аль-Каиду и ИГИЛ, и теперь его убьют на его собственном ранчо в Монтане. Не думал он и о своей беременной жене всего в нескольких милях отсюда. Вместо этого он думал о том, как улучшить свою огневую позицию и использовать все технические и тактические преимущества, какие только можно. Если это был его последний бой, он не собирался облегчать им задачу.
В отрядах SEAL была поговорка: «Не спеши навстречу своей смерти». Почти никогда не было хорошей причины врываться на цель на полной скорости без тщательной оценки ситуации. Единственным большим исключением была миссия по спасению заложников, где безопасность приносилась в жертву скорости ради защиты заложника. Было и другое исключение: когда твои друзья в беде. Судя по звуку, Рейф был в действительно плохом положении. Рис слышал по меньшей мере полдюжины винтовок, стреляющих с нескольких позиций, что прерывалось лишь редким хлопком пистолета 45-го калибра Рейфа.
Он чуть замедлил своё продвижение буквально на секунду, достигнув вершины хребта, и прополз последние несколько ярдов, чтобы не вырисовываться силуэтом на пике. Шум ружейной стрельбы резко возрос, когда он миновал возвышенность, звуковые волны больше не поглощались землёй и деревьями. Рис увидел группу из трёх человек впереди, которые рывками приближались к единственному укрытию в долине внизу. Не было времени на более тщательную оценку; они были в нескольких мгновениях от того, чтобы смять позицию Рейфа.
У него был бинокль-дальномер в рюкзаке, но он не собирался терять драгоценные секунды на его извлечение. Рис оценил, что закамуфлированные стрелки находились примерно в трёхстах ярдах от него, поэтому он установил увеличение прицела на шесть крат и нашёл стабильную позицию для стрельбы лёжа. Он взял упреждение на два мила по высоте на ёлочной сетке прицела и послал 77-грановую пулю в первую цель, которая рухнула на землю прямо на бегу. Глушитель, установленный на его винтовке, не скрывал сверхзвукового треска пули, но маскировал дульное пламя, делая его местоположение трудноопределимым. Выстрел вызвал мгновенное замешательство среди членов штурмового элемента, и стрельба резко прекратилась. Рис услышал, как в ответ прогремел пистолет Рейфа. Он всё ещё в бою. Рис сделал ещё один выстрел в упавшего человека, чтобы удостовериться, что тот не встанет, затем сместился влево, чтобы занять новую огневую позицию.
Стрельба снизу возобновилась, длинная очередь эхом прокатилась по долине. Рис заметил источник — фигуру в положении лёжа чуть выше по склону от того, кого он только что уложил. Его первый выстрел упал с недолётом, послав видимый гейзер земли в небо. Он сделал лёгкую поправку и выстрелил ещё три раза в устойчивом темпе. Рис видел, как человек яростно забился в конвульсиях в прицеле, пока его тело сражалось с невидимой силой, раздробившей кости и разорвавшей органы.
Последний мужчина, увидев участь своих товарищей, укрылся за валуном, делая одиночные выстрелы в направлении Риса, прежде чем исчезнуть снова. Рис выкрутил увеличение прицела на полную и сместил тело в более стабильное положение. Он перенёс вес на магазин винтовки, вдавливая его в землю, как сошки для устойчивости. Появления стрелка из-за укрытия были случайными, немного похожими на игру «Ударь крота», но вариантов было не так много. Рис выдохнул, положил палец на спусковой крючок и выбрал большую часть его веса, ожидая появления цели. Сначала он увидел дуло и понял, что за ним последует голова. Шептало AR сорвалось с зацепа как раз в тот момент, когда голова стрелка показалась из-за валуна. Рис увидел, как куски мозгового вещества взлетели в воздух, и мгновение спустя услышал удар пули о цель.