— Вот идиот! — ахнула Даша над головой.

Игорь тоже разинул рот, но, так как этот фальсификатор не забился в падучей, а мирно расслабился в инвалидной каталке, отдавая сознание аватару, похоже, всё было в порядке.

— Не докладывай про это, — проворчал Игорь сквозь зубы.

— А вы не делайте так больше, совсем, что ли, ума нет?! — возмутилась Даша. — Ты хотя бы не делай. Конечно, я не донесу, — прибавила она, подталкивая и Игоря на точку входа. — Я вроде нормальная.

Он тоже послушно вдохнул свою порцию порошка и потому оказался на косой просёлочной дороге с опозданием всего минуты на три-четыре. И тут же вынырнувший из кустов Слава ухватил под локоть, затягивая в заросли.

— Цыц! Тут дом и куча крестьян! — зашептал он.

Слава уже стянул куртку и остался в футболке цвета хаки, неброской среди раскидистой растительности. Игорь присел на землю и тоже потянул за молнию, прислушался.

Звучала суетливая незнакомая речь многих голосов.

— Маячок Толмача на двор вкинул, — шепнул Слава. — Деревня, что ли. По виду жители как мы. На ближнем дворе столпотворение. Давай дёрнем шмот, пока тут кипиш. Как раз что-то подучить успеет.

Игорь кивнул.

Свою куртку он стянул и притрусил валежником, всё равно рассыплется вместе с аватаром. В мире было тепло и как-то очень влажно, ветки и камешки покрыл вязкий терракотовый налёт. В воздухе носились какие-то жуки и бабочки.

— Попаданца повязали? — кивнул Игорь, чуть раздвинув веточки и присматриваясь, на толпу крестьян в холщовых домотканых одёжках. Мужики были с бородами, бабы — в длинных юбках и передниках, ребятня — в подпоясанных рубахах. С виду — вроде бы люди, никаких физических различий в строении. Все активно переговаривались и охали.

Игорь сверился с приложением Толмача — шёл анализ речи по первым данным. Он всё-таки сунул в ухо наушник, утопив его поглубже, хотя было, конечно, рано.

— Не понял ещё, вроде как нет, — ответил на вопрос Слава. — Давай по-бырику, пока тут все толкутся. — И он, полусогнувшись, побежал к плетню дальнего домишки с соломенной крышей.

На верёвке сушились бельё и какие-то вещи. Игорь очень понадеялся, что они у владельцев не последние. Особо зажиточной деревенька не смотрелась.

Слава Дёрнул мешковатые штаны и какую-то сорочку пошире, Игорь тоже, быстро оглядевшись, выбрал что-то, с виду подходящее по размерам. С натянутой верёвки сорвалась странная птичка, но не взмыла вверх, а вдруг втянула крылья в спину и видоизменилась в зверька, похожего на кошку. Присев на зад и вздыбив хвост, она зашипела угрожающе на воришек.

— Прикол, — хмыкнул Слава и потрусил за безоконный сарай, в узкую щель между ним и забором. Взялся торопливо переодеваться.

Штаны Игорю оказались маловаты и закончились где-то на середине икры. Сверху он затянул их ремнём от джинсов, чтобы не падали, и скрыл странный аксессуар рубахой, которая, напротив, вышла шибко свободной. Слава тоже прибарахлился и стал довольно ржачным. Он как раз мазал в рыжей пыли свои теперь босые и очень белые ноги. Игорь закрепил сумку-бананку под рубаху и спрятал туда инвентарь, предварительно глянув на дисплей смартфона: Толмач выдавал жалкие один и пять процента. Пару маячков-анализаторов, декорированных под мелкие камешки, он оставил в руке — надо будет разбросать по деревне. Ещё стоило дёрнуть второй комплект одежды и пристроить в кусты около точки входа, на случай повторного рейда. Но тут на двор вернулись две местные тётки, активно что-то обсуждая между собой, и пришлось выбираться из закутка задами.

Где агенты столкнулись с первым сюрпризом.

За домишкой начинались скалы, ныряющие в клубы густого тумана цвета охры, простирающегося в бесконечную даль, и лишь где-то километрах в пяти-семи из бездны выныривало что-то вроде острова — отсюда было видно его край. Создавалось впечатление, что обломок суши парит над кисельной поволокой. Покрытый деревьями и тропками, кажется, с точками домиков в низине, тот остров поднимался вверх, и на гористой части было видно стены бастиона.

Однако охряный туман не выглядел как скопление в низине. Он был странным. Начинался резко у кромки скалы, но не расползался на берег. Густой и словно бы более плотный, чем до́лжно, туман этот отталкивал на уровне инстинктов. Соваться туда не хотелось.

Игорь завертел головой, изучая и доступный периметр. Тут тоже за деревней стартовал плавный подъём в гору, по которому бежала пыльная утрамбованная дорога. И хрен знает где вверху различался замок, окошки которого горели в сгущающихся сумерках первыми огоньками. Всё это затирало обманчиво обыкновенный вид крестьян. Ничто не помешает им превращаться в плотоядных монстров, как вместилищу Анны Каблуковской, или уметь кидаться энергетическими шарами. Или ещё что вытворять. До рекогносцировки надо соблюдать максимальную осторожность. Потом, впрочем, тоже.

— Если тут небольшая твердь, а туман — непроходимый, наш Чихнов из радиуса не сиганёт, — зашептал Слава. — Будет удачно. Хотя, может, в этой дымке он и бродит.

Игорь склонился над туманом и опасливо мазнул подушечками пальцев гладкую, не рассеянную поверхность. Субстанция была плотной, она ощущалась — и отзывалась внутри тоской. Но кожа осталась целой.

Он попробовал опустить ладонь глубже. Руку окутало что-то странное, тревожащее: щекотно волнующее. Хотелось её убрать, но Игорь лёг на живот и пошарил в дымке. Дном и не пахнет. Скала обрывалась, закругляясь куда-то под остров. Похоже, действительно именно остров.

Слава подобрал с земли еловую шишку и зашвырнул в охряную дымку. Ни стука, ни всплеска.

— Идём, — распорядился он, на полусогнутых двинувшись с внешней стороны плетня, через который они перебрались, вдоль линии иномирного поселения.

Через два двора Игорь сделал марш-бросок к домику с открытым окошком, закинув в помещение маячок Толмача. Сверхсовременный ИИ довольно быстро вычленял из чужеродной речи основное, чтобы составить первый корявый перевод для агентов. Но чем больше источников, тем вернее получится база.

— Мало домов, — прикинул Слава. — По-любе все друг друга знают.

— А может, мы того, с другого материка, — возразил Игорь. — Торговцами прикинуться? — предложил он, срывая с куста листья. — Редкие свойства, особый способ выращивания. Снимает мигрень, — как заправский агент по продажам, зачастил он, и Слава прыснул.

Кипиш в поселении утихомиривался. Какие-то мужики потянулись обратно к полю на побережье туманного океана — собирать брошенный инвентарь. Никто не делал ничего экстраординарного, и определить природу местных жителей было не по чему. Темнело. Вечернее время, особенно после какого-то необычного события — идеальная пора, чтобы набрать материала Толмачу. Разделившись и изо всех сил стараясь никому не попасться, Игорь и Слава раскидали ещё четырнадцать маячков. Все они — аватары, так что собирать потом не придётся, а вот инфа прогружается в общую базу — как-то сумели в отделе Н добиться этого от программного обеспечения. Толмач активно фиксировал и сверял иномирную речь с архивами, генерируя свои версии перевода согласно с ситуациями применения речевых конструкций. Он умел хорошо улавливать логику словообразования и был незаменимым атрибутом любого рейда в окружение разумных форм жизни. На ста процентах даже адаптировал фразеологизмы и расхожие конструкции под узнаваемые так, чтобы не возникало недоразумений. Но для ста процентов нужны многие месяцы обработки.

Раскидывание маячков не выявило в поселении никого связанного, орущего, выбивающегося из общего коленкора или запертого. Когда стало совсем темно и только туманное охряное небо, такое же, как субстанция вокруг острова, слабо светило тусклым, агенты спрятались на скалистом берегу, и Игорь рискнул закурить, скрывая огонёк пальцами на военный манер.

— Хорошо было бы ночью вытащить его, конечно, — ворчал Слава. — Но блин, не мог же чел так быстро въехать и сразу начать интеграцию! Неполные сутки, блин!

— Ну какую-то смуту он тут поселил явно, — возразил Игорь. — Вон как все галдели, и это спустя часов уже десять-одиннадцать после попадания.

— Походу, увезли товарища, — заключил Слава. — Мож, в какую тюрягу? Или вон, в замок? — кивнул на гору он.

— Хреново, чё, — вздохнул Игорь. — Тут ночевать будем? Кажись, здешние потемну отдыхают.

— Давай в гостишке? — взмолился напарник. — Может, что-то прикупим на ноги и чтобы торговать. Ну и вообще надо отдохнуть нормально.

Игорь спорить не стал. Они успели обогнуть побережье скал и убедиться, что площадь острова невелика. Он почти весь ложился в радиус, и если попаданца не унесёт прицельно на противоположную сторону, шансов умереть в больничке у него мало.

Хотя шансы умереть тут оставались, конечно.

Только хрен пойми, как его искать без опроса свидетелей, а Толмач сигнализировал о десяти процентах. Это такая белиберда, что и пробовать не стоит. Надо бы ему ещё с ранья поработать, чтобы можно было входить в поселение.

Игорь и Слава вернулись в кусты у точки входа, разогнали каких-то грызунов, обернувшихся ночными птицами и взмывших в тёмное небо, разделись, стащив иномирные одёжки, и занюхали антидот, хотя по таймеру осталось ещё восемнадцать с половиной часов принятой дозы.

Дашка и водила въехали в гостишку поблизости от больницы, где лежал Чихнов. Игорь очнулся на одноместной кровати, Слава рядом — на диване. Даша готовила капельницы с питательным раствором.

— Ой, не! — взмолился Игорь. — Давайте в ресте пожрём? Только без водилы. А то он пивом накачается.

— Не нашли? — расстроилась Даша.

— Там поселение, куча крестьян. Видимых следов попаданца нет, но как-то неспокойно, — объяснил Слава. — Оставили маячки Толмача, пока только десять процентов. Как думаешь, реально в Воронеже заказать лапти с доставкой на утро?

— А давай кроссами торговать? — предложил Игорь. — Возьмём пару в магазе, типа пробные. Ну и собой будем рекламировать. Вроде как коробейники с другой суши.

— Тема, — хмыкнул Слава. — Армрестлинг на созвон с Милой?

— Идёт, — согласился Игорь, и Даша закатила глаза.

— Если тут спать собрались, надо ещё пару номеров взять, — сказала она. — Пойду оформлю, пока вы с отчётностью решаете. И ресторан есть в лобби, но такой… — она сделала паузу и закончила: — воронежский.

Слава продул раунд и остался докладываться, а Игорь ушёл вперёд в рест. Сверился с Толмачом, но поверх десятого процента накапало только ноль два — видимо, все в деревне спали.

Маячки были, конечно, аватарами — повторно через ДТП-шную точку входа в мир нельзя пронести ничего физического, — но они выдавались с опылением из частиц порошка и воплощались потому отдельно от аватара агента. Чтобы рассыпать маячки, нужно ухнуть их оригиналы в раствор антидота, так что они начнут фиксировать и анализировать речь поутру, когда деревня проснётся, даже если не пойти во второй рейд.

Имело смысл нырять повторно, когда прога выдаст хотя бы двадцать пять — тридцать процентов. Лучше бы дождаться пятидесяти, но это уже рискованно — Чихнов ведь может быть в непосредственной опасности.

— Как гортань? — первым делом спросила уже ожидающая в ресторане Даша. — Давай гляну в уборной?

— Норм, успокоилось. Ты была права, это химический ожог. Ваша Света сделала анализ, звонила перед рейдом. — И он рассказал об очистителе.

Даша округлила глаза.

— Это кто тебя так не любит? Тупая какая-то шутка, — заохала она, гневно сверкая глазами. — Ты же задохнуться мог, вообще-то, если бы слизистые раздуло. Даже без аллергической реакции, просто от повреждения. Ты бы это так не оставлял, вообще-то — покушение на убийство.

— Ну, если меня убьют после всего очистителем для мониторов, хотя бы получу посмертную премию Дарвина — уже какая-то заслуга, — пошутил Игорь.

— А ты, как особо одарённый, не собираешься об этом даже никому сообщать? — свела брови Даша.

— Господи, ну, может, Арина дозатор сломала и перелила в пустой спрей, а я и схватил. Как-то тупо подымать Бюро на уши, — отмахнулся он, раскрывая меню.

— Ты же вроде пользовался лекарством дома, — напомнила Даша.

— Значит, кто-то прикололся.

— Отличные приколы у вас. На рыбу даже не смотри, — предупредила она затем, — её Ивэн брал на обед, говорит, отрава редкостная.

— Что хорошо Игорю — Ивэну смерть.

Подтянулся Слава и, спародировав Милину мелодраматичность на планёрках, объявил:

— Чтобы были там с рассветом, понятно вам, халявщики? — А потом прибавил: — Раньше двадцати пяти процентов — нет смысла.

— Согласен, — кивнул Игорь, и они, сделав заказ, начали делиться с Дашкой наблюдениями и впечатлениями.

В итоге засиделись допоздна, ожидаемо положив на то, что вся соль завершения первого рейда была в идее как следует выспаться перед трудным днём. Найденная Дашей гостиница добивала больницу Чихнова радиусом для развеивания временного земного аватара, так что можно было особо не дёргаться.

— И на хрена водилу брали? — ржал Слава. — Он чуть странный, да?

Игорь промолчал, закатив глаза.

К часу всё-таки разбежались. Арину Игорь решил не тревожить: ещё надумает там себе, что он выбрался ночевать в гостишку для того, чтобы разделить номер с Дашиным четвёртым размером. А эти приступы ревности вымораживали. Лучше просто не давать повода.

Горло действительно пришло в норму, а ещё очиститель для мониторов как-то прихватил с собой симптомы начинающейся простуды. И удалось почти сразу отрубиться.

…Звуковой сигнал Толмача, уведомляющий о наборе минимальных для коммуникации двадцати пяти процентов, разбудил, когда слово «выспаться» ещё и близко не характеризовало ситуации. Похоже, деревенские там вставали и начинали трепаться очень и очень вскоре после отбоя.

Чаще всего, при наличии в другом мире смены времён суток как таковых, пападанцев забрасывает в то же время, которое было в точке входа на Земле. Как и почему это работает, а также течёт ли время одинаково в мирах, не связанных пространственными прорывами, — оставалось пока вопросом неизученным и более чем второстепенным. Кое-кто в Бюро вовсе сравнивал нераспечатанные реальности с котом Шрёдингера и верил, что их вообще без прорыва не существует. Как бы то ни было, а синхронизация суток с часовым поясом на точке входа в восьмидесяти пяти процентах случаев оставалась константой.

Почти вслед за сигналом Толмача набрал заспанный Слава.

— Полшестого, чел. Давай к десяти? — взмолился он.

— Не, — отрезал Игорь, с усилием беря себя в руки. — По коням. Пока доедем, за тридцать наберёт. Ещё грохнут Чихнова, ну на хер.

Спорить Слава не стал, хотя хотел — по сопению было слышно. Но он был пускай и разгильдяем, но всё-таки не сволочью, склонной рисковать чужой жизнью ради своего комфорта. И через сорок минут (по большей части из-за водилы) газелька припарковалась неподалёку от места аварии.

Купить кроссовок в Воронеже в такое время оказалось нереально, и потому для плана разули Ивэна и Дашку. И если медсестра выдала реквизит без вопросов, спокойно попрыгав в гостиничных тапочках, чтобы докатить инвалидную коляску, то водила устроил целое шоу. Потому что был мудак по определению.

Слава прикупил ещё двадцать порций шавухи и плетёную корзину у бабки, торгующей около автобусной остановки пирожками. Пирожки прикупил тоже, так что бабка сделалась счастливая непомерно. А в наличии оказался реквизит для общения. Если, конечно, тема со странствующими торговцами не погорит из-за каких-то внутренних особенностей тамошней реальности: может, на прочих островах живут другие расы, или с ними идёт война, или ещё что.

Толмач показывал уже сорок семь процентов, когда агентов снова провезли через точку входа.

Вчерашние вещички в кустах оказались на месте.

Наушник в ухе сразу ожил, переводя отдалённые окрики и отрывочные слова.

Пора было начинать опрос свидетелей.