Следующее утро началось для меня с привычного, тошнотворного ожидания боли.

Я проснулась задолго до рассвета. Тело ныло так, словно по мне топталось стадо диких кентавров, а ссадина на плече от когтей гончей Бездны пульсировала тупой болью. Заставив себя подняться, я натянула тренировочный костюм, туго заплела волосы в косу и, мысленно готовясь к новому спуску в персональный ад подземелий Северной башни, толкнула дверь своей спальни.

Я ожидала увидеть ледяного наставника, отсчитывающего секунды до моего появления. Но вместо этого меня встретил яркий, заливающий всю комнату солнечный свет. Тяжелые портьеры были раздвинуты настежь. В камине весело трещали поленья, а на столике исходил паром кофейник.

Кайден стоял у окна. И выглядел он совершенно непривычно.

Вместо строгой, застегнутой на все пуговицы преподавательской мантии или глухого черного камзола на нем была надета простая, но безупречно скроенная темно-серая рубашка из плотного шелка. Ворот был расстегнут, обнажая сильную шею, а поверх рубашки был наброшен модный, короткий городской плащ. Его белоснежные волосы не были гладко зачесаны, а слегка растрепались, падая на лоб.

В таком виде наставник Де Валь казался не суровым магистром и грозой Академии, а просто невыносимо, преступно красивым молодым мужчиной. От одного взгляда на него у меня перехватило дыхание, а все мысли о угрозах и разговоре с герцогом на секунду вылетели из головы.

Услышав мои шаги, он обернулся. Его взгляд скользнул по моему боевому облачению - плотным штанам, кожаной куртке и перебинтованному запястью. Губы Кайдена дрогнули в едва заметной, снисходительной усмешке.

— Собралась на войну, Спарк? — бархатным, на удивление спокойным голосом поинтересовался он, отпивая кофе из маленькой чашки. Ледяной ярости вчерашнего утра в нем больше не было.

— В подземелье, магистр, — настороженно ответила я, замирая у двери. — Вы же сами сказали, что сегодня мы увеличим нагрузку.

Кайден тихо, коротко рассмеялся, отставляя чашку. Этот звук прокатился по моим нервам приятной, будоражащей волной.

— В своей одержимости турниром и учебой ты совершенно выпала из реальности, Элиана. Посмотри в окно.

Я непонимающе нахмурилась, но послушно сделала несколько шагов к огромному арочному окну. Взглянув вниз, на внутренний двор Академии, я обомлела. Там не было привычных стаек студентов, спешащих на лекции с пергаментами под мышкой. Двор был заполнен нарядно одетыми адептами, которые смеялись, переговаривались и нестройными рядами направлялись к главным кованым воротам, ведущим за пределы территории.

— Сегодня День Основания, — произнес Кайден, подходя ко мне почти вплотную. Я кожей ощутила исходящее от него тепло и терпкий аромат горькой полыни. — Официальный выходной. Никаких лекций, никаких полигонов. И, так уж и быть, никаких гончих Бездны. Ректорат дает студентам право выйти в город до самого заката, чтобы проветрить головы и потратить свои стипендии в столичных лавках.

— Выходной? — я растерянно моргнула, чувствуя, как напряженные до предела мышцы вдруг начинают предательски расслабляться. В город? Настоящий, шумный, живой город за высокими стенами Академии?

Мысль о том, чтобы вырваться из этих давящих каменных стен, пройтись по мощеным улочкам, вдохнуть запах свежей выпечки и просто побыть обычной девчонкой, показалась мне невероятным чудом. Я так устала бояться. Устала от интриг, турнира, иллюзий и угрозы со стороны герцога.

— Значит, я могу пойти? — в моем голосе невольно проскользнула детская надежда. — Мне как раз нужно зайти в книжную лавку... и, может быть, купить нормальных чернил.

Кайден чуть склонил голову набок. В его льдистых глазах заплясали те самые опасные, глубокие искры, от которых у меня всегда пересыхало во рту.

— Можешь, — медленно кивнул он. — Но ты ведь не думаешь, Спарк, что я отпущу первокурсницу, которая умудряется вляпываться в неприятности даже в пустой лаборатории, гулять по столице в одиночестве?

Я возмущенно распахнула глаза:

— Я не вляпываюсь! И вообще, я собиралась пойти с Роуэном и Мей...

— Адепт Свифт и адептка Мей уже покинули Академию полчаса назад с группой факультета Воздуха, — невозмутимо перебил меня наставник, отрезая все пути к отступлению. — Так что твое сопровождение в этот раз ложится на мои плечи. К тому же, это твой первый выход в столицу. Кто-то должен показать тебе город и проследить, чтобы ты не купила на черном рынке какую-нибудь сомнительную дрянь для турнира.

Я замерла, открыв рот от возмущения и удивления.

Это звучало как приказ куратора. Строгий и не терпящий возражений. Но в том, как он на меня смотрел, как слегка понизился его голос, читалось совершенно другое. Это было завуалированное, но совершенно очевидное приглашение на прогулку.

В голове тут же вспыхнуло предупреждение его отца: «Ты станешь его тенью...» Я должна была оттолкнуть Кайдена. Должна была сказать, что у меня болит голова, запереться в спальне и зубрить бестиарии. Это было бы правильно. Это было бы безопасно для него.

Но я посмотрела на его лицо, лишенное привычной ледяной маски. На эти растрепанные светлые волосы. И поняла, что не смогу отказаться. Я украду у судьбы этот единственный день. Только один день, когда мы будем просто двумя людьми, гуляющими по весеннему городу, вдали от теней Бездны и жестоких герцогов. А завтра я снова надену броню.

— Если вы так настаиваете, магистр, — я постаралась вложить в голос максимум независимости, хотя щеки предательски горели. — Но я предупреждаю: я собираюсь обойти все книжные лавки и кондитерские. Вам будет скучно.

— Я пережил так многое, Элиана. Думаю, я переживу и кондитерские, — уголки его губ дрогнули в полноценной, искренней улыбке, от которой мое сердце сделало сальто. — Даю тебе пятнадцать минут на сборы. Сними эту броню и надень что-нибудь человеческое. Жду тебя у лестницы.