Первые два кормления после моего возвращения прошли обычно. Райн уже проснулся и сам дежурил в пещере, отправив Вельда отдыхать в палатку, Лирман, успевший временно передать дела заместителю, присматривал за лагерем снаружи, я же оставалась с вампирами, сделав нам с Райнкардом удобный диванчик из твердой иллюзии. Хотя в данном случае ее правильнее было бы назвать мягкой.

Друг негромко делился воспоминаниями своего детства о Майлсе, который оказался еще и основателем структуры охотников, когда по мне неожиданно как молотом ударило чужой волей. Диванчик тут же пропал, и мы с Райном шлепнулись на пол пещеры. Он обернулся на меня и тут же понял, что происходит, бросившись к узнику.

— Не смей! — приказал друг, заглядывая вампиру в глаза. — Убери зов. Через десять минут я тебя накормлю.

Губы узника разомкнулись, и он попытался что-то сказать. Зов при этом не ослабевал, я с трудом с ним справлялась, виски ломило. Приходилось буквально вжиматься в противоположную от прикованного вампира стену, но это особо не помогало. Сознание плыло под давлением чужой воли даже на безопасном раньше расстоянии, но инстинкты пока работали, в том числе и инстинкт самосохранения.

— Она даст, но не так, — наконец что-то смог разобрать Райн. — Убери зов. Иначе не получишь крови.

Давление немного ослабло, после чего вампир отрицательно покачал головой. Выглядел он по-прежнему крайне истощенным, но все же лучше, чем вчера, уже не напоминая ожившую мумию из какого-нибудь ужастика. Цвет кожи стал более естественным, а движения, хоть и говорили о крайней слабости, все же были не такими пугающе марионеточными. К тому же за ночь маги переодели узника в некое подобие сорочки в виде полотна с дыркой для головы и ленточной шнуровкой по бокам.

— Лирман, подежурь здесь! — крикнул Райнкард и, подойдя ко мне, тише добавил: — Пойдем.

— Да я сама могу, — вяло запротестовала, с трудом поднимаясь на ноги. — Оставайся с ним.

— Он просит кровь мага, во всяком случае, я понял его именно так. Ты же не откажешься нацедить немного во флягу?

— Да куда ж я денусь…

— Если ты против, я не буду настаивать. Но тогда отправь меня в академию, пожалуйста. Хотя нет, сначала в замок нужно, у меня же денег с собой нет.

— Дам я крови, не переживай ты так. Сейчас в себя только немного приду, чтобы систему нормально представить. И флягу, наверное, исходным состоянием сначала стоит очистить.

— Нет, к ней его применять нельзя, меня предупредили, когда заказ забирал. Сейчас остатки допью, все-таки человеческая кровь нам не часто перепадает, и потом самоочищение запущу.

— А сколько по времени она в такой фляге храниться может? — заинтересовалась я.

— До двух месяцев, если крышку не открывать. Каждое открытие примерно на день срок уменьшает, но обычно у меня в ней всего двадцать глотков на крайний случай, только в этот раз в надежде, что и правда живого вампира найдем, полностью заполнил. Решил, что, если не пригодится, своих побалую.

Нацедив крови, обратно в пещеру я не пошла, а выпила порошок от головной боли и, дождавшись, когда вернется Лирман, залезла в свою палатку, свернувшись калачиком на походном лежаке. Сдавившая голову тугим обручем боль постепенно отступала, но делала это очень неторопливо. Поскольку перебрасывать никого никуда пока не требовалось, меня не тревожили до самого обеда, позволив прийти в себя. Еду мы в готовом виде брали на дворцовой кухне, здесь только разогревая, так что делать в лагере было в общем-то нечего.

— Как он? — спросила я за едой у Райнкарда, которого подменил проснувшийся Вельд, позволяя вампиру спокойно пообедать.

— Лучше. Значительно лучше и, похоже, разум все же сохранился, хотя об этом пока судить несколько рано.

— Но он ведь тебе что-то говорил? Или мне показалось?

— Говорил, — согласился вампир. — «Ее», «маг», «кровь» и «еще». Пока это все, на что он способен. Но то, что речь вообще сохранилась, уже хороший признак. Таль, а ты сможешь сама за кровью в академию сходить? Не хочу его на Вельда оставлять. Деньги в кабинете в шкатулке, которая на столе стоит. Ключ сейчас у Дарта.

— Схожу, конечно. Ты по цене с кем-нибудь договаривался?

— Охотнику серебрушку за двадцать глотков отдаю, но, если нужно будет больше, соглашайся. Сейчас не та ситуация, чтобы торговаться.

— Разберемся. Того, что я дала, на сколько хватит? А то там ведь занятия сейчас, да и лучше подмену дождаться, а не оставлять вас без телепортиста.

— На два кормления осталось, — покачал головой вампир. — До вечера не хватит.

— Ладно. Я тогда быстренько к доктору Алану сбегаю, когда фляга освободится, он всегда днем на месте, а уж вечером нормально наполню.

На том и порешили. Больше в пещеру я не ходила, чтобы снова не выбыть из строя, попав под ментальный удар, так что время тянулось медленно, пока не начали появляться остальные. Первым из портала вышел Майран, уговоривший Кайлу отправить его прямо из академии. Спустя час появились Элин и Тэль, который сразу провел обследование узника и отправился спать в палатку перед ночным дежурством. Юным магам я еще днем через доктора Алана передала записку с просьбой побыть донорами и обещанием все объяснить при встрече, так что проблем с наполнением фляги вечером не возникло. Впрочем, учитывая честно отданную мной за каждые двадцать глотков серебрушку, желающие поделиться кровью наверняка и среди других адептов нашлись бы. К вампирам последнее время вообще стали относиться значительно лояльнее, а поскольку позволять себя кусать не требовалось, предложение и вовсе было заманчивым.

Когда я вернулась с наполненной флягой, в лагере уже собралась вся вчерашняя компания, кроме Митара, за которым меня тут же снова отправили в Новоград. Но архимаг оказался на дежурстве и присоединиться к нам на этот раз не смог. Наверное, Тэль об этом знал заранее, поэтому и не сходил за ним сам, но сейчас Владыка спал, и тревожить его по пустякам мы не собирались, а мне потренироваться в телепортации в любом случае невредно.

Райн почти не выходил из пещеры, и теперь один из нас обязательно составлял ему компанию, а постепенно туда перебрались вообще все, рассевшись кто на созданных твердых иллюзиях, кто на принесенных из палаток походных лежаках. Райли рассказывал, как эльфийская команда готовится к ставшему международным турниру магов в Остии. Я, совершенно упустив из виду академический турнир, только сегодня узнала, что в королевском Юные маги участвовать не будут, и очень этому удивилась, считая, что конкурентов на данный момент в академии у них просто нет. Оказалось, Кайден лично попросил круг пропустить этот год, чтобы дать проявить себя другим адептам, пообещав за это дополнительно готовить их к следующему королевскому турниру, где Юные маги смогли бы показать перед выпуском из академии все, на что они реально способны, и составить реальную конкуренцию даже эльфам. Но рассказывать об этом здесь я все же не стала.

В этой компании мне вообще больше нравилось слушать, а не говорить, но, когда спрашивали что-то о моем мире, никогда не отказывала и старалась вспомнить все, что знала.

— Можно я останусь с тобой? — попросила я Тэля, когда все, кроме него, Райли и вампиров, затемно отправились по домам.

— А смысл? Тебе ведь все равно нужно поспать.

— Я тут, в палатке посплю. Тэль, ну пожалуйста.

— Да я не против, просто не вижу в этом смысла, — пожал печами эльф. — У вас здесь что-то произошло? Ты замедляешь шаг и внутренне напрягаешься каждый раз, когда нужно войти в пещеру.

— Да? Не заметила. Я под сильный зов попала, это довольно неприятно.

— А зачем ты к нему подходила? — нахмурился эльф.

— Я не подходила, он меня у дальней стены так накрыл.

— Может тогда лучше тебе оставаться снаружи, раз ты так… сильно подвержена этому влиянию? — с некоторой заминкой закончил он.

— Легко ему поддаешься, ты хотел сказать? — грустно улыбнулась я. — Думаю, дело там было не во мне. Во всяком случае, не только во мне.

— Поясни.

— Скорее всего в тот раз вампир применил зов уже осознанно. Ему нужна была кровь мага, и он пытался ее получить.

— Что было дальше?

— Дальше… Райн увел меня из пещеры, мы нацедили крови в флягу, и я ушла отлеживаться в палатку. Больше такого вроде бы не было.

— Сейчас голова болит?

— Нет. Но несколько часов после этого болела.

— Несколько часов после приема порошка? Или ты не сообразила его выпить?

— После приема.

Эльф задумался, а я растянулась на земле, положив голову ему на колени и глядя в ночное небо.

— Как ты думаешь, он сможет прийти в себя?

— Майлс? — уточнил эльф, начав неспешно перебирать пряди моих волос, пропуская их между пальцами.

— Да. Ну, то есть может он и не Майлс вовсе, но ты понял, о ком я.

— Понял. И надо же его как-то называть, пусть пока будет Майлс. Думаю, скоро вампир сам скажет, как его зовут. Вопрос в том, что он при этом из себя представляет. Лично я практически ничего о нем не знаю, даже если он тот, о ком думает Райн. Новое поколение вампиров живет совершенно не так, как это было заведено прежде, и он может не принять новых порядков.

— Да, Райн тоже этого опасается.

Потом Тэль рассказывал о системе вампирских кланов, их отношении к людям и эльфам, о мирных договоренностях, кровной вражде и, наверное, о чем-то еще, что я уже не слышала, потому что заснула. А когда меня разбудили утром, узник был уже полностью в сознании и действительно оказался тем самым Майлсом, которого помнил Райнкард. Разговаривать ему пока было трудно, поэтому все присутствующие буквально изнывали от любопытства, как тот попал на новый континент, да еще и оказался замурован в пещере. При этом сам он смотрел на нас с откровенным недоверием.

— Что вам от меня нужно? — с заметным усилием произнес вампир, когда в пещере собрались одновременно ночная и утренняя смены.

— Вообще-то мы вас спасаем, — несколько опешила я от такой постановки вопроса.

— Тогда почему я прикован?

— Потому что мы не знаем, чего от вас ожидать, — спокойно пояснил Тэль. — Вчера вы напали на одну из нас, когда вам понадобилась кровь мага.

На этом пленник сник и снова умолк.

Я проводила Тэля в Мириндиэль, поцеловав и пожелав хорошего дня, позавтракала и вернулась в пещеру к вампирам, пока Лирман обновлял защитный контур. Пленник находился в сознании и, хоть и был по-прежнему прикован, сидел не на каменном полу, а в довольно удобном кресле, которое при необходимости еще и раскладывалось.

— Можно к вам подойти? — поинтересовалась я у вампиров от дальней стены.

— Да, не бойся, он уже вполне контролирует зов, — довольно улыбнулся Райн. — Ты что-то хотела?

— Просто сказать, что если ему что-то нужно, то достаточно это попросить. И еще извиниться за неудобство, — кивнула я на кандалы.

— А если я попрошу кровь не из фляги? — заинтересованно разглядывая меня, с заметным усилием просипел вампир.

— Райн? — вопросительно посмотрела я на друга.

— На твое усмотрение, — пожал он плечами. — Но не сейчас, а по времени кормления. Пошли позавтракаем.

Я уже собиралась открыть рот, чтобы напомнить, что все поели буквально полчаса назад, когда сообразила, что вампир хочет что-то сказать мне так, чтобы узник этого не слышал. Мы вышли из пещеры и отошли к дальней части лагеря, прежде чем он произнес:

— Я против, Таль. При укусе вампир может впрыснуть тебе любое из синтезируемых его организмом соединений. Я, например, могу таким образом парализовать человека, хотя обычно этим и не пользуюсь. Что может он, неизвестно.

— То есть ты ему все еще не доверяешь?

— Я не хочу рисковать тобой. Но и чтобы он считал, что я не на его стороне, тоже не хочу.

— И что теперь делать?

— Просто не ходи пока в пещеру, подежурь в лагере.

— Но зачем ему вообще причинять мне вред? Мы же ему помогаем, а он уже вполне в сознании.

— Он может потребовать снять кандалы, взамен на помощь тебе. И не факт, что в результате сдержит слово. У него так же есть причины не доверять нам, как и у нас ему. Мы ведь до сих пор даже не знаем, как он оказался замурован в этой пещере.

— Тэль считает, что завтра он уже сможет говорить без особых проблем, может быть даже сегодня вечером, если не очень долго. А вообще, что ты думаешь дальше с ним делать? Нельзя же его вечно держать прикованным в этой пещере?

— Вариантов только два, Таль. Либо я забираю его в замок и постепенно знакомлю с современной жизнью, либо убиваю.

— То есть как — убиваешь⁈ — опешила я. — Он же не дикий.

— А вот так, пока убивать не начал он. В те времена вампиры нередко относились к людям лишь как к кормовой базе.

— Но он ведь вроде бы был за союзные отношения с другими расами, или я что-то не так поняла?

— Тут есть один нюанс, хотя я не совсем уверен, что правильно все помню. За людей до определенного момента считали только магов, неодаренных приравнивая к скоту.

— Что⁈ Как такое возможно?

— Не спрашивай, я не особо помню уроки истории и уложения изначальных.

— Что за изначальные?

— Те, кто пришел в этот мир оттуда, где мы были созданы. Думаю, Майлс сможет немало об этом рассказать, если захочет, конечно.

— Ох, скорее бы он уже говорить нормально смог, а то меня любопытство загрызло просто. У тебя, кстати, крови пока достаточно?

— До вечера хватит, и дальше я ему обычную буду давать. Правда, пока не восстановится, все же человеческую.

— А почему не кровь магов?

— Потому что не понимаю, зачем ему нужна именно она. Лично для меня разницы нет.

— Понятно. А насчет кормления из руки давай скажу, что нужно разрешение мужа получить. Это, в общем-то, даже правдой будет.

Пленный вампир на мое пояснение только понимающе усмехнулся, не проявив никакого недовольства. Следующие часа полтора я развлекала мужчин пересказом в лицах фильма «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика», потом подменила присматривавшего все это время за лагерем Лирмана, а спустя еще час из портала появился Митар. Архимагу настолько интересно было следить за восстановлением вампира, что, едва сменившись с дежурства, несмотря на усталость, он договорился с телепортистом и отправился сюда. Пока Митар проводил обследование вампира, я успела разогреть остатки завтрака и усадила мага за стол, снова поменявшись с Лирманом местами. Узник был поражен тем, что в моем мире существуют развитые технологии, но при этом совсем нет магов, и с жадностью слушал все, что я рассказывала.

Сегодня вечером я ушла сразу после того, как меня сменила Кайла, и, первым делом приняв душ, отправилась выяснять, что успело произойти за время моего отсутствия. Никаких чрезвычайных ситуаций, требующих вмешательства службы быстрого реагирования, не было, а вот по линии экспедиционной деятельности на завтрашнее утро планировалось большое совещание, на котором мне требовалось присутствовать. Пришлось возвращаться в лагерь, чтобы урегулировать вопрос с дежурством в нем. И сделала я это очень вовремя, потому что пленник после проведенных Тэлем и Митаром процедур, наконец, более-менее нормально заговорил.

Майлс оказался не просто не рядовым вампиром, а одним из создателей этой расы. Но начал он свою историю не с этого, а со своего бегства, которое стало результатом разногласий с еще одним изначальным. Тем, кто ставил эксперименты на других вампирах, относясь к ним как к расходному материалу для создания идеальных представителей расы. Майлс считал это недопустимым и всячески препятствовал, будучи старейшиной Совета древних. Вампира подвела уверенность в том, что никто из изначальных не станет вредить другим, ведь почти все они, кроме как раз-таки самого Майлса, были главами кланов, и подобное могло привести к бойне, а они только-только чудом избежали войны с эльфами, которые не преминут воспользоваться ситуацией. Но ради продолжения экспериментов бывший соратник оказался способен начать на Майлса настоящую негласную охоту, в результате чего тому пришлось бежать, спасая собственную жизнь.

Будучи значительно сильнее обычных вампиров да еще и сохранив магический дар, Майлс не без труда, но все же добрался до другого континента. Вот тут и понадобились пояснения, в результате которых мы узнали, что изначальными называют группу ученых-магов, применивших разработку на себе самих. А всех остальных вампиров они создавали уже посредством ритуала инициации. Изначальные имели значительно большие возможности по сравнению с воспроизведенными, как называли инициированных, а впоследствии и рожденных вампиров. То, что у инициированных также сохраняется репродуктивная функция, оказалось для ученых сюрпризом, поскольку, согласно их выкладкам, происходящие с организмом изменения должны были ее подавлять. Всего магов, ставших изначальными, было семеро, и их задачей являлось создать оружие для борьбы с нежитью, которую насылали для захвата территорий пришедшие из другого мира некроманты. Главной особенностью вампиров являлось то, что, умирая, они распадались в прах и не могли послужить материалом для увеличения армии захватчиков. Первоначально предполагалось вампиров именно создавать из боевых магов, но процесс оказался слишком долгим, а бойцы, способные успешно противостоять нежити, требовались прямо сейчас. Поэтому все остальные изначальные, кроме Майлса, который самым первым опробовал на себе преобразование, лишились магии, но приобрели способность инициировать других.

Из-за потери магических способностей эксперимент был признан лишь частично удачным, и желающих стать вампирами практически не находилось, пока не было обещано, что тех уравняют в статусе с магами. Вот тут мы и узнали, что в мире, откуда произошли вампиры, процветало рабство, причем все поголовно неодаренные принадлежали магам в качестве имущества, а если у них рождался ребенок с магическим даром, то он воспитывался либо в семье владельца на правах младшего члена рода, либо в специальном интернате. Рабам не давали образование, даже грамоте не учили, только счету до ста, да и то не всех. И потеря магии ставила вампиров в крайне щекотливое положение, но после получения гарантий сохранения статуса, равного магам, все же нашлись те, кто решился измениться ради спасения своей родины.

Пока шла война, да и сразу после нее, все было нормально, но чем больше проходило времени после устранения угрозы, тем больше магов не хотело признавать вампиров равными себе. И когда стало ясно, что через некоторое время их ждет участь рабов или поголовное истребление, вампиры нашли подходящий мир, и, даже не дожидаясь оптимального пересечения пластов реальности, ушли туда, забрав всех своих рабов.

Насчет пластов реальности никто ничего не понял, но отвлекать Майлса от рассказа мы не решились, поскольку было заметно, что говорить ему становится все труднее. При этом я почти физически ощущала исходящие от сидящего рядом со мной Тэля исследовательский азарт и любопытство.

Попав на этот континент, Майлс несколько месяцев скитался по нему, пытаясь решить, что делать дальше, пока неожиданно не наткнулся на замок, очень этому удивившись. А пройдя через незапертые ворота, он столкнулся с личем, которого с трудом, но все же сумел убить. Вот только вскоре оказалось, что личей в замке было двое.

— Лич — это ведь мертвый маг? — уточнила я, подумав, что описанный им замок слишком уж походит на тот, в котором сейчас обитают вампиры. Вот только ничего подозрительного я там за все годы общения с Райнкардом не замечала.

— Не мертвый, — покачал головой Майлс.

— А какой же он тогда?

— Они не живые, но и не мертвые, — пояснил вампир. — Нежить.

— А, ну да. Я просто неправильно выразилась.

— Как можно быть не живым и одновременно не мертвым? — в недоумении обратился к нам с вампиром Тэль, да и у остальных на лицах тоже было непонимание.

И только тут я сообразила, что ни разу в этом мире не слышала ни о какой нежити, даже в легендах.

— Ну, это такой вид магии, который поддерживает в мертвом существе подобие жизни, и оно, это существо, подчиняется создателю. Вроде бы.

— Все несколько сложнее, но в общих чертах верно, — кивнул Майлс. — Чем выше класс нежити, чем более она разумна.

— Это отвратительно, — скривился Тэль. — Как можно сотворить подобное с живым существом, тем более разумным?

— Вопрос не по адресу, — пожал плечами вампир. — Мы сражались с некромантами и сами никогда не использовали такую магию.

— Личей оказалось двое, — напомнила я после непродолжительной паузы. — Продолжайте, пожалуйста.

— Да в общем-то это и все. Одолеть второго мне уже не удалось, и она замуровала меня здесь.

— Она?

— Да. Судя по всему, при жизни второй лич был женщиной.

У меня появилось странное ощущение, что-то вроде внутренней дрожи, но, когда я попыталась к нему прислушаться, все пропало. Тем временем наши медики решили, что пленнику пора отдохнуть, и все, кроме Райна, потянулись к выходу из пещеры.

— Сегодня снова будешь ночевать здесь? — поинтересовался у меня Тэль, усаживаясь возле костра, в который кто-то успел подбросить свежего хвороста.

— Нет, я в общем-то потому и вернулась, что не смогу завтра с утра дежурить. Мне нужно на совещание по Диким землям.

— Надолго?

— Запланировано с трех до пяти.

— Ладно, останусь здесь, пока ты не освободишься, только Митлара и Вейлера предупреди, чтобы меня не потеряли. Думаю, завтра будем уже что-то решать с Майлсом. Побудешь с нами тут еще часок?

— Могу и дольше, — обрадовалась я. — Пока засыпать не начну. Ты же мне портал домой потом откроешь?