Пока ждали то ли обед, то ли ужин, который Владыка приказал накрыть в апартаментах, я рассказывала ему как Райн практически в одиночку остановил матерого ревуна, как осторожно шли по лесу и ставили защиту даже во время дневных стоянок, почему нельзя было разводить костер ночью и как здорово было охотиться, когда стоишь на поляне, а звери сами бегут к тебе. Я говорила, и все эти картины заново проносились перед моим внутренним взором, затавляя сердце биться чаще.

Вот Райн с Дрантом разделывают второго ревуна, который решил полакомиться сваленными в центре поляны остатками нашей добычи, а мы с Маем стоим в карауле. Скоро придет время меняться, но мне до тошноты не хочется снова идти потрошить очередную тушу и рыться во внутренностях. Я оглядываюсь на отвратительную гниющую кучу мяса таких размеров, как будто мы охотимся тут уже неделю, и слышу неясный шум. Быстро развернувшись, вижу, как на поляну на полной скорости врывается здоровенный форж с мордой орка и выдохнув короткое «Ё», влепляю в него сразу серию заклинаний, которые тот даже не замечает.

— Таль, — раздается рядом знакомый голос, и на плечи ложатся чьи-то ладони.

Я дергаюсь, понимая, что увернуться от зверя уже не успею, но сильные руки удерживают на месте.

— Таль, проснись, — повторяет Владыка. — Стол уже накрыли. Поешь и пойдешь отдыхать.

Я растерла лицо руками и удивленно осмотрелась. Кажется, я уснула прямо во время своего же рассказа.

— Извини, пожалуйста, — виновато глянула я на любимого. — Мы там в конце еще разведывательно-добывающую группу спасали, вымотались донельзя.

— Ничего, главное, что все уцелели. Мне бы не хотелось, чтобы вы с Майраном так рисковали. Я ведь правильно понял, что в последний день вы охотились во время нашествия?

Я насупилась. Про нашествие я жениху ничего не говорила, но эльф сам сумел сделать верные выводы из услышанного. А заявлять, что в любой момент могли вернуться телепортом, у меня язык не повернулся. Кто его знает, работал ли он с той поляны, мы же на обратном пути приземлиться на ней не смогли и открыть портал там так и не попробовали.

— Думаешь, в Дикой долине с орками Май меньше рискует? Я, между прочим, до сих пор за него переживаю.

— А какого демона его вообще в долину понесло⁈ — возмутился Тэль. — То-то, я думаю, странно, что он не с тобой. Хорошо хоть, ты туда не полезла.

— В смысле — какого демона⁈ Ему вообще-то приказ передали сразу, как мы во дворце появились. Хочешь сказать, ты не знал?

Владыка устало откинулся на спинку стула и вздохнул.

— Не знал, конечно. Видимо, он просто попал в перекрестье списков магов, имеющих боевой диплом и проходивших Дикую долину. Я их даже не смотрел. Нужно будет на будущее особое распоряжение насчет Майрана оставить. Хотя, все случаи все равно не предусмотришь. Ладно, будем надеяться, что на рожон он не полезет. За последнее время у Мая с работой в команде значительно лучше стало.

— Я бы сказала, вообще отлично, если по нашим двум походам судить. Но орки — опасный противник, а в долине и без них возможностей вляпаться в неприятности хватает.

— Пожалуй, схожу распоряжусь, чтобы во второй заход его не отправили, — поднялся Тэль, так и не доев положенные на тарелку запеченные овощи с отлично приготовленным филе в каком-то соусе, которое я уже успела оценить. — Ты ешь, не жди, когда вернусь.

— А будет еще заход? — отложив приборы в сторону, с тревогой глянула я на эльфа.

— Будет. Они же теперь по всей долине рассредоточились, за раз всех точно не выловят. Эх, такую тренировочную базу испоганили, — удрученно закончил Тэль.

— Да ладно тебе. Зверей мы еще наловим, если что. Можем даже Райна к этому привлечь. А вот если бы они по стране рассредоточились, совсем беда была бы.

— Тоже верно, — легко согласился Владыка. — Да и время еще есть, успеем достаточно восстановить.

Я удивленно посмотрела вслед ушедшему жениху. Время до чего? Дикая долина — это ведь что-то вроде заповедника, служащего еще и своеобразным полигоном для магов с особой подготовкой. Или я о ней чего-то не знаю? Но спросить было уже не у кого, а есть все еще хотелось. Поэтому, вооружившись столовыми приборами, я снова принялась расправляться с невероятно вкусным ужином, чувствуя, как глаза начинают закрываться независимо от моего желания.

Следующим моим ощущением было приятное прикосновение к коже нежной ткани, на которой и под которой я лежала. Сонно пошарив вокруг руками, поняла, что нахожусь в постели, причем кто-то еще и переодел меня в ночную пару. Хм, это что же получается, я прямо за столом уснула? Или просто не помню, как домой шла? Я приоткрыла один глаз и осмотрелась вокруг. В комнате было еще темно, но и она, и кровать были однозначно не моими. Куда это меня занесло⁈

Вздрогнув от этой мысли, распахнула глаза и села, только после этого узнав, наконец, спальню Тэля. Сам он спал рядом, укрывшись отдельным одеялом. Я посмотрела на своего любимого, чуть хмурящегося во сне, и в душе начал подниматься просто неописуемый восторг.

— Таль? Ты чего так разволновалась? — пробормотал он и, не открывая глаз, повернулся ко мне спиной. — Спи. Рано еще.

— Извини, — смутилась я, поняв, что разбудили его именно мои эмоции. — Просто мы первый раз вместе спим в твой постели.

— Ну и что? Мы же просто спим.

— Мы не просто спим, а спим вместе, — шепотом произнесла я.

— Точнее, уже не спим, — заключил Тэль, поворачиваясь ко мне уже с открытыми глазами. — Для тебя это так важно?

— А для тебя нет?

Владыка неопределенно пожал плечами, продолжая меня разглядывать.

— Прости, что разбудила, — снова смутилась я. — Наверное, мне лучше уйти, чтобы не мешать.

— Выспалась? — никак не отреагировав на мою последнюю фразу, поинтересовался эльф.

— Вроде бы да. Я ведь вчера рано уснула?

— Да уж, — весело глянул на меня жених, притягивая к себе. — Первый раз вижу, чтобы абсолютно трезвый человек или эльф прямо над тарелкой засыпал. Есть хочешь?

— Честно говоря, да. Но, наверное, рано еще.

— Я велел не убирать вчерашний ужин, а накрыть его заклинанием. Так что предлагаю перекусить, а потом залезть обратно в постель и что-нибудь почитать, раз уж ничем более приятным мы до свадьбы заняться не можем.

— Я тебя люблю, — прошептала, глядя в глаза жениху, и легко коснулась его губ своими. — Иногда мне даже не верится, что такой замечательный эльф мог выбрать именно меня.

— Я и не выбирал, — тихо и очень серьезно произнес Владыка. — Сам свет творения послал тебя, чтобы рассеять тьму в моей душе. Когда мы вместе, я вспоминаю, каким был в молодости: дерзким, самоуверенным, упрямым. Зачастую это не так плохо, как кажется большинству обывателей. Рядом с тобой я становлюсь прежним, и мне это нравится.

Следующие несколько дней я провела, с головой уйдя в учебу. Но после почти двух декад перерыва это уже не казалось таким утомительным, как в начале каникул. Наоборот, возможность заниматься, с комфортом расположившись в кресле у себя дома, когда не нужно постоянно быть настороже и ожидать нападения, радовала. Первые пару дней я даже на тренировку к телохранителям не ходила. Но вскоре телу стало не хватать нагрузок, да и взбодрится перед интенсивной умственной работой с утра не мешало. С Тэлем мы, как и прежде, виделись во время завтрака, обеда и ужина, после которого шли гулять.

Когда до экзамена оставался всего один день и я уже потихоньку начала складывать вещи в концентратор, жених неожиданно отменил все занятия и сказал, что мне не помешает развеяться. Я удивилась, но пытаться вызнать у него, что будет завтра, не стала. Ведь обычно сюрпризы, которые устраивал Тэль, были приятными.

Сразу после завтрака Владыка отправил меня в гардероб, где я переоделась в свою форму со знаком старого договора, ставшую уже не просто официальной, а еще и узнаваемой. Сам за это время он облачился в один из парадных костюмов. Увидев его, я на несколько мгновений залюбовалась женихом. Несмотря на то, что выбранный костюм был довольно строгим, выглядел эльф в нем торжественно и, можно даже сказать, величественно.

Предлагать локоть он мне не стал, в моей форме это смотрелось бы несколько нелепо. Другое дело, когда я сопровождаю его в платье. В таких случаях мы шли под руку практически всегда, подчеркивая, что Тэль не изменил своего решения сделать меня своей супругой и Владычицей эльфов.

Для начала мы отправились во дворец Новограда, где нас встретил лакей и проводил в небольшую уютную гостиную с мягкими креслами и фруктами в хрустальной вазе на низком столике. Я удивленно глянула на Тэля, но повода не доверять ему у меня не было, так что отщипнула от грозди кисло-сладких почти прозрачных ягод несколько штук и устроилась в одном из кресел, задумчиво перекатывая те в пальцах.

Вскоре пришли король с королевой и Эддардом. Мы поприветствовали друг друга и снова отправились к телепорту. Я приотстала, постаравшись незаметно сунуть в рот спрятанные за спину в момент прихода венценосных особ ягоды, обратила внимание на заинтересованный взгляд принца и последние две протянула ему.

Вышли из портала мы во дворе небольшого здания, за которым виднелась башня, напоминающая смотровые в Дикой долине. На крыше здания, которая спускалась в противоположную от нас сторону, виднелись люди. Нас провели внутрь, подняли на какой-то платформе наподобие примитивного лифта и вывели в крытую ложу, расположенную в верхней части башни. В метре от балюстрады были установлены пять кресел: в центре два больших, по бокам от них два поменьше и слева еще одно детское. Позади находились двое магов и двое гвардейцев, роль одного из которых снова почему-то досталась Райну. Я удивленно глянула на него, коротко кивнув в знак приветствия, и получила в ответ довольную улыбку.

Когда все заняли свои места, перед нами раскинулся вид на своеобразный полигон с несколькими полосами препятствий. Вдоль ближайшей из них, выглядевшей попроще остальных, стояло сотни полторы парней в форме, а перед стартом не особо организованно толпились мальчишки на вид лет девяти-двенадцати. Король встал, коротко пожелал удачи испытуемым и объявил о начале приемного экзамена в школу гвардейцев.

Полоса препятствий во многом напоминала ту, которую мы с разной долей успеха пытались преодолеть у эльфов еще во время своего самого первого визита к ним. Желающим стать будущими гвардейцами она тоже покорялась не одинаково. Стоящие вдоль трассы выпускники не позволяли ребятам серьезно покалечиться, некоторых отправляли проходить препятствие заново, а некоторых уводили в сторону. Для таких, как пояснил подошедший и вставший у нас за спинами заместитель начальника школы гвардейцев, в текущем году шанс попасть в это учебное заведение был упущен. Оно считалось одним из самых престижных в Остии, и требования на вступительном экзамене к физической подготовке предъявлялись очень высокие. Равно как и к здоровью, которое уже проверили маги-медики, заранее отсеяв часть желающих. Многие непрошедшие, особенно из тех, что постарше, уходили в слезах. Сам факт прохождения полосы препятствий до конца, опять же, не являлся гарантией поступления, нужно было еще уложиться в отведенное время. А если таковых окажется больше дух сотен, то возьмут только имеющих лучшие результаты.

Запускали мальчишек на трассу с интервалом в двадцать секунд, и зрелище быстро мне наскучило, являясь довольно однообразным. Но ровно до того момента, пока я не увидела возле стартовой черты Райна младшего. Буквально почувствовав, как напрягся у меня за спиной его тезка, я и сама сжала кулаки от волнения. Мальчишка был довольно ловким и выносливым для своего возраста, но слабаки сюда поступать и не пытались. У него, бесспорно, будет шанс попробовать в следующем году, если не справится, но я все равно волновалась за пережившего так много, но не сломленного пацана с не по-детски серьезным и решительным взглядом.

Райн не подвел, не просто ловко перебираясь от одного препятствия к другому, но и обогнав к моменту финиша сразу двух стартовавших раньше него соперников. Встречающий мальчишек в конце полосы препятствий офицер посмотрел на закрепленный на предплечье парнишки артефакт и указал ему на уже довольно большую группу, постепенно собиравшуюся перед башней и, соответственно, перед нами. Ребята откровенно глазели на Тэля, короля и на крышу здания, где, по всей видимости, находились их родственники. По мере того, как уложившихся в нужное время становилось все больше, некоторые начали заметно нервничать.

Когда испытание было завершено, им велели построиться согласно зафиксированным результатам, сформировав ряды по тридцатисекундному интервалу. В первом оказалось всего шестнадцать мальчишек, и все они были относительно взрослыми. Во втором, куда попал Райн, уже сорок три. Там он тоже был заметно младше остальных, да это и неудивительно, ведь обычно в школу гвардейцев принимали с девяти, а ему только семь. Дальше я считать не стала, но и так было видно, что стоящих перед нами ребят значительно больше двухсот.

После этого парни, стоявшие вдоль полосы препятствий, построились и, красиво промаршировав перед нами, замерли рядом с жаровней, возле которой встал шедший с ними офицер. Как нам пояснили, это были выпускники, успешно сдавшие экзамены, и от гордого звания гвардейцев теперь их отделяло только испытание воли, которое будет проходить здесь и сейчас. Каждый из будущих гвардейцев поочередно подходил к жаровне, после чего офицер клал ему на ладонь раскаленный уголь. Парень бегом кидался к стоящему на некотором отдалении каменному столбу, оказавшемуся на самом деле артефактом, просовывал туда руку с углем и, когда вынимал, на его запястье появлялось особое клеймо. Только после этого он подходил к медику, который накладывал обезболивание и регенерацию. Смотрелось это, честно говоря, жутковато. Хорошо, что у нас в академии ничего такого не практикуют. Или я просто не все знаю? Надо бы уточнить у завуча на всякий случай.

Когда испытание воли закончилось, король встал и поздравил новоявленных гвардейцев. Те что-то дружно гаркнули в ответ, очень громко, но совершенно неразборчиво. После этого начальник школы встал перед своими будущими учениками и объявил, что считает каждого из них достойным чести учиться в возглавляемом им заведении, но все же предложил уйти тем, кто понял, что не готов пока к испытаниям, подобным только что пройденному выпускниками.

И такие нашлись. Не сразу, но вот один из ребят, понурив голову, отошел в сторону, за ним еще один, двое, еще и еще. В результате таких набралось тридцать шесть, даже из второго ряда двое засомневались в себе, а вот из первого не дрогнул никто. Большинство отказавшихся было из последнего ряда, и, как пояснил нам все тот же заместитель начальника, в основном уходили имеющие предельно близкие к минимальной планке результаты, понимая, что все равно не пройдут.

Райн продолжал стоять на месте, да я иного, в общем-то, и не ожидала. Когда пересчитали оставшихся, оказалось, что уйти придется еще восьмерым. Несколько офицеров отправились в последний значительно сократившийся ряд, но один почему-то двинулся ко второму. Я встревожено замерла, увидев, как он останавливается напротив Райна и что-то у него спрашивает. С минуту они о чем-то разговаривали, а потом мужчина взял мальчишку за руку и повел туда же, куда до этого уходили решившие добровольно отказаться от обучения. Но я не верила, что Райн мог сдаться. Такого просто не могло быть.

— Почему его уводят? — чуть привстав, обратилась я к представителю школы гвардейцев.

— Сейчас выясним, — пообещал тот и, выглянув за дверь, послал кого-то разбираться.

Минуты тянулись бесконечно долго. Наконец посыльный вернулся и сообщил, что возраст мальчика ниже предельно допустимого, и он просто не сможет выдержать нагрузки.

— Но он же во втором ряду, — удивилась я. — Если он не выдержит, то как справятся те, кто прошел полосу препятствий хуже?

— Я говорю не столько о физических, сколько о психологических нагрузках, — пояснил заместитель начальника школы. — Вы же видели, какие испытания в итоге приходится проходить нашим воспитанникам. Мы закаляем не только их тело, но и дух.

Я повернулась к королю, умоляюще глядя на него, но в этот момент Тэль поднялся со своего места и шагнул к балюстраде.

— Райн, ты уверен, что готов здесь учиться? — разнесся над полигоном его усиленный голос.

Мальчишка поднял к нам заплаканное лицо и часто закивал.

— Тогда иди и сделай то же, что они, — указал он на выпускников.

Я в ужасе замерла. Владыка что, с ума сошел⁈ Мальчишке же всего семь лет, а на такое даже я вряд ли решилась бы.

Но Райн, не колеблясь ни секунды, вырвал руку у оторопевшего, как и все присутствующие, сопровождающего и решительно направился к жаровне. Поняв, что отступать мальчишка не намерен, офицер, стоявший с выпускниками, посмотрел куда-то в сторону и, по всей видимости, получив разрешение, пошел туда же. Перед тем как положить горячий уголь на детскую ладошку, он что-то коротко сказал Райну, и тот утвердительно кивнул.

Я так разволновалась, что пришлось зажать себе рот ладонью, чтобы не вскрикнуть, когда мужчина разжал клещи, которыми держал уголь над детской рукой. Райн тут же приставил вторую ладонь, чтобы, не приведи свет творения, не уронить свой обжигающий шанс попасть в школу гвардейцев, и опрометью бросился к артефакту. Когда он подбежал к столбу, стало очевидно, что отверстие находится для него слишком высоко. Разве что мальчишка сумеет дотянуться, встав на цыпочки. Но он даже пытаться не стал этого делать, присев на корточки и положив уголек у основания каменного столба.

Шедший все это время за ним от жаровни офицер, положил руку на плечо Райну, что-то тому сказал, кивнув, и начал оглядываться по сторонам. Произошла непонятная заминка, один из выпускников сорвался с места и куда-то побежал.

— Что происходит? — обернулся Тэль к представителю академии.

— Медика уже отпустили, — севшим голосом с трудом проговорил тот. — Если руку не успеют вовремя восстановить…

Он не договорил, но и так было понятно, что с покалеченной рукой гвардейцем мальчишке не стать.

— Ведите его ко мне, — снова усилив голос, приказал Владыка и начал спускаться на полигон по возникающим в воздухе ступеням.

Я подумала, что на летунце это можно было бы сделать значительно быстрее, но вмешиваться уже не стала.

Закончив с лечением, Тэль сначала погладил Райна по голове, а потом торжественно пожал ему руку. После этого все тот же офицер отвел мальчишку на прежнее место во втором ряду. Владыка в это время невозмутимо поднялся обратно в ложу тем же способом, которым спускался.

— Спасибо, — раздался у меня за спиной тихий шепот Райнкарда, и Тэль едва заметно кивнул.

На этом вступительный экзамен был, в общем-то, закончен. Из последнего ряда увели еще одного очень расстроенного мальчишку, который одеждой и аккуратной даже после прохождения полосы препятствий прической напомнил мне Янисара в нашу с ним первую встречу. Остальных поздравили и повели в здание для получения привязанных к ауре амулетов, после чего должны были отпустить домой до начала учебного года.

Перед уходом Тэль с Райном так многозначительно переглянулись, что я чуть с ума от любопытства не сошла за тот час, что пришлось провести, болтая о всякой ерунде с королевской чертой. А когда, наконец, мы смогли уйти, жених назвал телепортистам не дворец Мириндиэля, а продиктовал очень даже знакомую мне комбинацию замка вампиров. Там нас ждали накрытый стол, абсолютно счастливый Райн младший, бросившийся обнимать и благодарить Тэля, и до крайности гордый им Райн старший. Если бы не знала точно, что это не так, можно было бы подумать, что мальчишка и правда его сын. А вот, кстати, интересно, если Ранкарду уже почти две тысячи лет, наверняка у него есть, то есть были и собственные дети. Тогда понятно, почему он так стремился найти своих на старом континенте, пока не стало известно, что все вампиры погибли во время катастрофы. Но спрашивать о них, пожалуй, не стоит, чтобы не бередить рану.

Праздновали мы до самого вечера, а вернувшись домой, я предпочла лечь пораньше перед завтрашним экзаменом, и даже попросила Тэля помочь уснуть с применением магии. От того, смогу ли я продемонстрировать мастерам свои знания, зависело многое. Подготовили меня эльфы очень даже неплохо, так что теперь главное было не перенервничать.