Вся следующая декада прошла для меня как в тумане. Уроки, вечерние тренировки, эльфийский в посольстве, домашние задания… Я старалась сосредоточиться на них, но каждый раз, когда ложилась в постель и закрывала глаза, снова задавалась одним и тем же вопросом «Что мне делать?». Раньше мне было плохо без Тэля, да и теперь тоже, но теперь мне плохо еще и с ним.

Когда пошла с ребятами к вампирам, Райн почувствовал мое состояние и чуть не силком отвел в кабинет, где попытался выяснить, в чем дело. Но я не захотела вмешивать его в свои отношения с женихом, вампиру и так сейчас было не просто. Больше в замок я не ходила. Райнкард ведь тоже эмпат, как и Тэль, не стоит появляться там в таком смятении.

Результаты этапа заливки удивили не только окружающих, но и нас. Да, схему оптимального взаимодействия нам сделал Кайден, но даже при этом на победу мы не рассчитывали. И, как оказалось, зря.

Больше нас теоретический этап не беспокоил, ведь даже если мы займем на нем последнее место, что крайне маловероятно, все равно по сумме трех этапов пройдем дальше. Да и в знаниях своих мы были достаточно уверены, я даже подумывала сдать в конце года основы первой помощи и алхимию экстерном, раз уж так удачно получилось. Хотя, почему удачно? Вполне вероятно, что Кайден именно на это и рассчитывал, распределяя предметы между нами.

Вернувшись домой из корчмы, где мы снова праздновали с кругом шестого курса я вместо того, чтобы быстро собрать вещи и отправиться в Мириндиэль, как делала обычно, просто растянулась на постели. Элтара дома снова не было, так что неудобных вопросов мне никто не задавал, а я лежала и не знала, зачем и куда мне идти.

Ну вот приду я сейчас в Мириндиэль, а окажется, что Тэль на старом континенте и меня даже не ждет. И что тогда? Опять реветь в своей комнате? Нет, можно, конечно, расслабиться в великолепной ванне или побродить по дворцовому парку, заглядывая в его потаенные уголки, вот только без него мне все это не нужно. Кажется, я даже начинаю ненавидеть этот шикарный дворец, разлучивший наши души. Будущая владычица эльфов… как же! Этому проклятому Фарелу, или как там его звали, все-таки удалось сделать так, что Тэль отказался от меня. Пусть он и не попросил вернуть венец, но тот мне никогда и не был нужен. Для меня был важен только сам Тэль. Только ради того, чтобы быть с ним, я согласилась стать будущей владычицей, а теперь… Похоже, теперь самым лучшим для меня будет начать привыкать к мысли, что торопиться с учебой больше некуда.

Я решила, что завтра пойду на бои выходного дня, тем более что там опять будут Юные маги, да и эльфы должны привести своих лучших адептов. Будет на что посмотреть. А прежде, чем разговаривать с Тэлем, мне нужно принять все это самой. Не хочу ссоры, мы просто должны поговорить как взрослые люди, и принять совместное решение. Честное по отношению друг к другу.

На боях ко мне подсел Черный доктор.

— Почему вы не пошли в Мириндиэль? — поинтересовался он, пожелав благосклонности света творения. — Владыка беспокоится за вас.

— Скажи ему, что мне нужно готовиться к турниру, — попросила я и отвела взгляд. Пока я была не готова к разговору с женихом.

— Хорошо, скажу. А что происходит на самом деле?

— Я… не хочу его видеть.

Произнесла это и ужаснулась своим словам. Похоже, это действительно конец.

— Из-за того, что было на сердце зимы?

— Да. Май, я не знаю, как объяснить. Это не какой-то глупый каприз, а что-то глубоко внутри. Как будто теперь мы чужие друг другу. Ты извини, что так получается, но, похоже, скоро тебе придется срабатываться с новой подопечной.

— Вы от меня отказываетесь? — опешил эльф.

— Я от себя отказываюсь. И мне от этого очень плохо. Наверное, я лучше пойду, все равно из меня боец сейчас никакой.

Черный доктор проводил меня долгим задумчивым взглядом, а я вернулась домой, упала на постель и снова расплакалась. Да что же со мной такое⁈

Кое-как сумев взять себя в руки за остаток дня, я сосредоточилась на учебе, а во второй день декады в обед у столовой меня поджидал Лирен.

— Не могли бы вы уделить мне полчаса сегодня вечером? — поинтересовался он. — С меня ужин.

Я невольно заинтересовалась. Что такого могло понадобиться от меня главе Лидеров? Ну, не в команду же он меня снова звать будет. У него в этом году состав и так сильный, тем более двоих подготовленных мной левитантов он уже заполучил. Может, хочет, чтобы я и остальных к первому этапу подготовила?

— Хорошо. Куда мне подойти?

— Во дворец. Вот телепортационный пропуск, — протянул он мне голубоватую бусину. — Там вас встретит мой помощник и проводит.

— Хорошо, — снова повторила я, и мужчина, кивнув, ушел, а я осталась стоять перед входом, перекатывая в пальцах бусину-пропуск.

Сейчас я прописана во дворце по ауре, но, возможно, вскоре это изменится. Потеряв титул будущей владычицы эльфов, я потеряю и привилегии, которые он дает. Жалею ли я об этом? Однозначно нет. Если мне понадобится во дворец, меня туда проведут. За эти несколько лет появилось множество знакомых, которые ценят меня за талант мага, даже не зная о том, что я будущая владычица или не придавая этому значения, как тот же Кайден. Я жалею лишь о том, что Тэль останется для меня только воспоминанием. Тот Тэль, который играл со мной в вечную игру Иналара и разделил свою стихию, стоя на волшебном острове посреди озера. Тот Тэль, который шел ко мне, когда был зол. Тот Тэль, с которым у нас не было друг от друга тайн, зато была незримая связь, которую я чувствовала на любом расстоянии. Но сейчас не время было думать об этом, и я, неизвестно в который раз за эти две декады загнав боль глубоко внутрь, пошла обедать. Впереди еще были топология и боевая практика, а после них ужин с Лиреном и урок эльфийского в посольстве. Наверное, стоит теперь отказаться от этих уроков, чтобы уменьшить нагрузку. Ведь если мы с Тэлем расстанемся, эльфийский для меня уже не будет столь важен. Но просто не явиться будет некрасиво по отношению к мастеру, нужно сходить хотя бы для того, чтобы его предупредить.

Во дворец я отправилась сразу после занятий, извинившись перед ребятами за то, что не смогу присутствовать сегодня на тренировке круга. У телепорта меня встретил незнакомый молодой мужчина со знаком магистра третьей степени на шее и молча проводил к главному погоднику королевства. Когда я вошла в кабинет Лирена, приставной стол там уже был сервирован на двоих, но еды на нем пока не было. Маг что-то негромко сказал своему помощнику, после чего галантно отодвинул для меня стул.

Я с улыбкой вспомнила, как когда-то озадачил меня подобный поступок Элтара. Теперь я знала, как правильно сесть, чтобы кавалер мог подвинуть стул на удобное расстояние от стола, меня не пугало разнообразие вилок и ложек, разложенных передо мной, и я умело пользовалась ими, не отвлекаясь от беседы и не прилагая для этого сколь либо значимых усилий. Прав был тогда архимаг, когда пророчил мне трапезы во дворце, не зря я все это время тренировалась.

— Не буду ходить вокруг и около, — произнес Лирен, усаживаясь напротив меня. — Я хотел бы, чтобы вы присоединились к Лидерам на королевском турнире. Универсалы в этом году заявку подавать не будут.

— Да, я в курсе. Но у вас ведь и так невероятно сильный состав. Не представляю, кто может составить вам реальную конкуренцию в борьбе за первое место. Зачем вам я?

В этот момент вошли несколько слуг с едой, и наш разговор прервался, пока они расставляли блюда на столе.

— Вы просто не все знаете, — заговорил маг, когда мы снова остались одни, и стал накладывать себе на тарелку овощной салат. — В этом году в турнире участвуют эльфы. И уж поверьте, они выставят очень сильную команду. Лидеры будут их главными конкурентами, поэтому мне и нужны лучшие из лучших. В этом году мы будем бороться не только за приз, но и за честь своей расы.

Новость оказалась неожиданной. Я даже отложила вилку, обдумывая сказанное им.

— И все же — почему именно я? В Остии достаточно сильных магов, и в такой ситуации они наверняка пойдут вам навстречу. Левитационный этап вряд ли будет решающим, да и в команде теперь далеко не один сильный левитант, не говоря уж о том, что вы побратим воздуха.

— Не стоит скромничать, — усмехнулся Лирен. — Митар с Диртом рассказали, что победы Универсалов на боевом и иллюзорном этапах в прошлом году тоже были вашей заслугой.

— На иллюзорном — возможно, — согласилась я, — хотя без Ильды мы бы однозначно не справились, а на боевом я просто отработала наравне с неосновными бойцами.

— Именно вы предложили стратегию, которая принесла победу на этом этапе, — пояснил свою мысль маг.

— Ах, вот вы о чем. Мне просто вовремя пришла в голову интересная идея. Такое может и не повториться, я же не Кайден. А, кстати, почему не он?

— Кайден мне отказал. Сказал, что поведет на турнир команду академии.

Я даже не нашлась, что на это сказать. С одной стороны было очень приятно, что завуч выбрал нас, но с другой — если эльфы выставят обоих первых магов и того же Ланта, то без Кайдена Лидерам придется ох как тяжко.

— Лирен, я не могу дать вам ответ прямо сейчас, но обязательно подумаю и сообщу свое решение до конца декады. Вас это устроит?

— Хорошо. Но чем раньше команда начнет тренироваться в полном составе, тем лучше, — напомнил он мне.

Я кивнула и переключила свое внимание на содержимое тарелки, не желая опаздывать на урок эльфийского. В посольство в результате успела вовремя, вот только в привычном кабинете меня ждал совсем другой эльф.

— Тэль⁈ — изумилась я.

Владыка поднялся из кресла, где обычно сидел преподаватель, вышел из-за стола и неожиданно опустился на колени.

— Прости меня, пожалуйста, — произнес он, глядя мне в глаза. — Я понимаю, что сделал тебе очень больно.

— Что⁈ — опешила я. — Встань. Встань, пожалуйста!

Он поднялся, сделал шаг ко мне, нерешительно прикоснулся к плечам, а потом очень осторожно, словно опасаясь, что я его оттолкну, обнял. Я замерла в растерянности и вдруг почувствовала, что ощущаю его как раньше, будто мы связаны друг с другом в единое целое. Всхлипнув, я, практически не отдавая себе отчета в том, что делаю, прижалась к любимому всем телом, стискивая его руками так, будто кто-то пытался вырвать его из моих объятий, и беспорядочно гладя ими по спине. Меня начала бить крупная дрожь, Тэль что-то говорил, но я не слышала, что именно, захлебываясь ощущением вернувшейся близости.

А потом он меня поцеловал. Горячо, страстно, как не делал никогда до этого. Так что тело плавилось, становясь похожим на воск, из которого можно вылепить все что угодно, а разум гас, уступая место инстинктам. Поцелуй длился и длился, сводя с ума, и я буквально растворялась в нем, когда сознание молнией прорезал страх.

— Тебе же нельзя! — опомнилась я, шарахнувшись от него.

Эльф позволил немного отстраниться, но не отпустил, удерживая не только руками, но и взглядом глаз с потемневшей почти до ультрамарина радужкой.

— Я люблю тебя, — произнесли мы одновременно и заулыбались.

— Поговорим? — предложил Тэль.

— Давай. Только сейчас мастер придет, у меня же здесь эльфийский должен быть.

— Сегодня не будет, — покачал головой жених. — Ты ужинала?

— Да, только что. Извини, я же не знала, что ты придешь. Тэль, со мной какой-то кошмар все это время творился, я даже не знаю, как это описать. Как будто мы стали совсем-совсем чужими, и только притворяемся, что вместе. Мне от этого было плохо и больно, а притворяться еще и противно, но я не знала, что с этим делать.

— А сейчас?

— Сейчас все как раньше. Это так хорошо, что я даже словами передать не могу! Что же со мной такое было?

— Есть у меня одно подозрение, — задумчиво произнес эльф. — Давай ты сначала успокоишься, а потом, когда я скажу, прислушаешься к своим ощущениям. Хорошо?

— Да, конечно. Мне, наверное, стоит помедитировать немного тогда, а ты поесть успеешь.

Тэль согласно кивнул и вышел, оставив меня одну. Я уселась в кресло ученика и, сосредоточившись на дыхании, постаралась унять бурю эмоций, разразившуюся внутри. Справиться с радостью оказалось не в пример легче, чем с тем ядовитым клубком, что терзал меня последние две декады. Когда жених вернулся, поужинав, я уже обрела душевное равновесие и готова была следовать его указаниям.

— Хорошо, теперь закрой глаза, прислушайся к себе и постарайся максимально точно описать словами то, что почувствуешь, — велел Тэль.

Поначалу ничего не происходило, и лишь тихая радость от того, что у нас с ним снова все хорошо, продолжала заполнять меня. Потом я почувствовала что-то странное. Оно было плохим, каким-то грязным, мерзким. Я пыталась описать, что чувствую, слыша, как сбивается дыхание, речь становится нервной, отрывистой, и вдруг все пропало еще более неожиданно, чем появилось, оставив лишь неприятный шлейф, как будто разводы от грязной тряпки на чистом белом полу.

— Все, уже все, — эльф потянул меня за руку, поднимая из кресла, опустился в него сам, а меня посадил на колени и обнял. — Прости, но мне нужна была яркая контрастная эмоция, чтобы быть уверенным в результате.

— И что это было?

— Омерзение.

— Да, похоже, — согласилась я. — Но как ты заставил меня его испытать?

— Я не заставлял тебя. Просто спровоцировал у себя, а ты почувствовала ее через меня.

— Это потому, что ты эмпат?

— Возможно, это сказывается на силе твоего восприятия, но дело не во мне. У тебя тоже просыпается эмпатия.

Я недоверчиво посмотрела на Тэля.

— А при чем тут эмпатия и то, что мне казалось, будто мы теперь чужие друг другу?

— Дело в том, что между нами с самого начала установилась сильная эмоциональная связь, я бы даже сказал — эмоциональная близость, по которой я, видимо, и выбрался из ловушки собственного сознания, реализованной магической реальностью. Именно из-за этого в начале я боялся тебя потерять.

— А теперь не боишься?

— Боюсь, — признался эльф, — но не из-за этого. Мне больше не грозит сумасшествие, но с тобой я обрел ту гармонию, которую не чувствовал ни с кем другим. Ту, которую мы потеряли из-за меня перед праздником сердца зимы.

— Все-таки из-за тебя?

— Да. Но я не думал, что так получится, не представлял, что сделаю тебе настолько больно. Я ведь тоже когда-то в молодости проходил через все это, и теперь понимаю, как тебе сейчас непросто. Когда в парке я увидел Анли, это всколыхнуло давно забытые боль и надежду, но я не мог позволить себе погрузиться в них, ведь мы должны были продолжать участвовать в мероприятиях. Пришлось загнать их глубоко внутрь, подавляя отстраненностью. Поскольку внешне я продолжал вести себя как обычно, а ощущать меня ты стала иначе, то почувствовала диссонанс, который вызвал беспокойство.

— Да, ты что-то о нем уже говорил, — припомнила я. — Неужели ты все время такое чувствуешь?

— Как тебе сказать, — задумался Тэль. — Несмотря на то, что я довольно сильный эмпат, обычно ощущаю только эмоции тех, с кем общаюсь в этот момент, изредка еще и тех, кто находится неподалеку, если сама эмоция достаточно сильна. Со временем к этому привыкаешь и начинаешь воспринимать как своеобразный инструмент. Совсем другое дело, когда речь идет о личных взаимоотношениях.

— То-то на тебя отбор невест такое сильное впечатление произвел, — хмыкнула я.

— Вот именно. Ночью, когда остался один, я дал волю эмоциям и понял, что сойду с ума, если не пойму, что это было. Пошел туда, где видел Анли, осмотрел все, проверил магический фон, подозревая, что это могла быть иллюзия, но так ничего и не обнаружил. Когда вернулся во дворец и увидел тебя на веранде, решил попробовать отвлечься. Но ты была не в настроении, а я не готов обсуждать то, что со мной творилось. В тот момент не готов. И тогда я закрылся, в том числе и разорвав нашу эмоциональную связь. Потом было несколько дней метаний, злость, когда понял, что это не она, а когда ты привела ко мне Ланти, я почувствовал, что с тобой что-то не так. Сильно не так. Ты не захотела разговаривать, избегала моих прикосновений, отказалась поужинать вместе, хотя потом мне доложили, что заходила поесть на дворцовую кухню в Мириндиэле. Я надеялся поговорить в выходной, но ты не пришла, а твой телохранитель врал мне в глаза, вернувшись из Новограда.

— Не наказывай его, пожалуйста. Это я попросила, — вскинулась я, поняв, как подставила Черного доктора.

— Я и не думал, — улыбнулся Тэль. — Тебе с ним очень повезло, как и мне с Вейлером. Они оба видят в нас не только объекты охраны, но и живых эльфов. То есть эльфа и человека.

— Мне повезло с тобой, — на миг я теснее прижалась к любимому. — Мне плохо без тебя, Тэль. Особенно если ты рядом, но не со мной.

— Мне без тебя тоже. Поэтому я был готов на все, чтобы пробить сковавшую тебя сферу отчуждения. Поначалу хотел публично встать на колени и попросить прощения, но потом понял, что тогда ты просто развернешься и уйдешь. Решил здесь попробовать. Но если хочешь, могу повторить публично, хоть во дворце, хоть в академии, хоть перед всем Мириндиэлем или Новоградом.

— Не хочу, — покачала я головой. — Лучше побудь со мной еще немного. Мне так хорошо сейчас.

— Может, пойдем к тебе домой? Проведем эту ночь вместе. Или у тебя домашние задания не сделаны?

Домашние задания были не сделаны, но я решила, что как-нибудь выкручусь, и вместе с любимым ушла в столицу эльфов. Почему-то мне казалось, что это крохотное безрассудство будет для него ценнее любых признаний.

— Тэль, а правда, что в этом году эльфийская команда в турнире участвовать будет? — поинтересовалась я, удобно устроившись под боком у любимого на диванчике в гостиной.

— Да. Вот только откуда ты об этом знаешь?

— Лирен сказал. Меня Лидеры к себе позвали.

— И ты согласилась? — в голосе эльфа послышалось напряжение.

— Нет. То есть ему я сказала, что подумаю, но на самом деле не собираюсь к ним идти. В этом году на турнире снова будут Юные маги, во всяком случае мы это планируем. Я уже официально в их составе на академическом. Или это тоже неприемлемо?

Я напряглась, ожидая ответа. Ребят подводить очень не хотелось, но и создавать политические проблемы тоже. Сколько все-таки сложностей с этим статусом будущей владычицы.

— Ну почему же, Юные маги — команда академии, ты в ней учишься, да и вряд ли вы сможете претендовать на достаточно высокое место.

— Почему это⁈ — возмутилась я, хотя и понимала, что Лидерам этого года мы однозначно не конкуренты, как и эльфийской команде. Но за третье-то место побороться мы сможем.

— Вместо дара теперь будет теоретический этап, — пояснил эльф. — И далеко не такой простой, как на академическом турнире.

— Ну и что? У нас, между прочим, Кайден в команде.

— Ну, если Ка-а-айден… — с улыбкой протянул жених. — Забавно будет, если вы станете лучшей человеческой командой.

— Так уверен, что эльфов нам обойти не удастся?

— Абсолютно. Я выставляю очень сильную команду. На мой взгляд, Лидеры — единственные, кто может составить им хоть какую-то конкуренцию.

— Ты поэтому не хочешь, чтобы я приняла их предложение? Боишься, что тогда они обойдут эльфов? Тут опять политика, как и на сборах в прошлом году?

— Нет, — покачал головой Тэль. — По сути второе место не критично, если противостояние будет достаточно плотным. На этом турнире два главных приза, и победители получат право выбора, а призерам достанется оставшийся. Остия предоставляет комплект искусственных пятикаратников, мы — оружие смешанной ковки. Эльфы наверняка предпочтут оружие, а люди — емкости, но, в принципе, никто не будет запрещать индивидуально поменяться призами после турнира, если кому-то захочется. Однако я не думаю, что Доремар сможет выставить достаточно сильную команду, поскольку видел в прошлые годы потенциал человеческих магов. Проблемой стало бы твое противостояние эльфам как их будущей владычицы. А основная борьба, как я уже говорил, развернется между двумя командами.

Я задумалась. С одной стороны, я и не собиралась идти к Лидерам, с другой — мне не нравилась самоуверенность жениха. Если Кайден согласится пойти к Лирену, это может сильно изменить расклад. Его Владыка однозначно недооценивает либо не принимает в расчет, будучи уверенным, что тот возглавит команду адептов. Вот только нам на турнире без него тоже ничего не светит, или…

— Тэль, а Майран будет участвовать?

— Хочешь заранее выведать состав? — усмехнулся эльф.

— Нет. Меня интересует только Черный доктор.

— Таль, он, конечно, интересный маг, но мы выставляем всего одну команду, и туда вошли только сильнейшие. Нет, он не участвует.

— А если он войдет в состав смешанной команды, ты будешь возражать?

— Что ты задумала? — нахмурился Владыка.

— Ну… давай я сначала узнаю, согласны ли все остальные, а потом приду к тебе за разрешением. Можно? Просто, может, они не согласны, и говорить вообще не о чем.

Эльф пристально посмотрел на меня, но настаивать не стал, только попросил, чтобы обязательно посоветовалась, прежде чем претворять свою идею в жизнь. Дала ему честное-пречестное слово и попросила рассказать, чем закончились его поиски псевдосупруги.

Оказалось, что девушку действительно звали Анли, только не Анлинтиниэль как его жену, а Анлимирэль. Ей было всего двадцать восемь, и она дико боялась за младшего брата, похищенного заговорщиками. Самого лорда Фарла с ней или похищением связать действительно не удалось, да я другого и не ожидала. Такой эльф, которого Владыка готов назначить соправителем своему сыну на старом континенте, не мог допустить подобного прокола.

Расследование еще продолжалось, поэтому завтра Тэль возвращался обратно, чтобы продолжить играть роль сходящего с ума от потерянной любви. А этот вечер был только нашим, делая счастливыми таких непохожих, но одинаково влюбленных эльфийского Владыку и его впечатлительную невесту.

— Спасибо, — негромко произнес Тэль после довольно длительного молчания.

— За что?

— За то, что не спрашиваешь, кого бы из вас я выбрал, если бы это действительно оказалась Анли. Моя Анли.

— Ты выбрал бы ее, — так же тихо ответила я. — Мы всегда больше ценим то, что потеряли. Возможно, через много лет ты и пожалел бы о своем решении, а возможно, и нет. Но сейчас ты бы выбрал ее.

— Иногда мне кажется, что из нас двоих старше именно ты.

Эльф притянул к себе и обнял так нежно и аккуратно, будто я неожиданно стала хрустальной.

— Хм… вот даже не знаю, это комплимент или оскорбление, — задумчиво протянула я, не в силах удержать расползающуюся по лицу улыбку.

Он не стал отвечать, вместо этого запев, а я буквально растворилась в тягучей мелодии, слушая, как бьется сердце в груди любимого мужчины, и незаметно уснула, свернувшись калачиком рядом с ним на диване. А когда утром открыла глаза, Тэль лежал под одеялом на дальнем краю кровати и улыбался, глядя на меня.