Ближе к вечеру Ракель и Терренс принимают у себя Наталию и Эдварда, которые с радостью приняли приглашение на совместный ужин. Также к ним присоединились и все их родственники, которые являются не такими уж частыми гостями в этом доме: Ребекка с Джейми, Летиция с Энтони, а также Фредерик, Адриана и Алисия. Все они решили выбрать для данного мероприятия что-то более нарядное, чем повседневная одежда: рубашки, пиджаки, строгие брюки или красивые платья.

Время за непринужденным разговором проходит незаметно, пока гости и хозяева дома удобно расположились в большой столовой. Наслаждаясь легкими закусками, которые подали еще перед рассадкой, никто не замечает, как горничные приносят тарелки с основным блюдом и аккуратно ставят их перед каждым гостем, высоко оценивающий запах и внешний вид поданной еды. Кое-кто из работающих в доме служанок стоит неподалеку на случай, если кому-то что-то понадобится, а другие удаляются для того, чтобы подготовить к подаче вкуснейшие десерты.

— Господи, как же это вкусно! — с наслаждением восклицает Фредерик, как и все гости, поедая содержимое своей тарелки с помощью ножа и вилки. — Самое нежное мясо, которое я когда-либо в своей жизни.

— Если правильно его приготовить, то можно слопать его за обе щеки, — бодро отмечает Алисия.

— Между прочим, несколько лет я вообще не ела мясо, — признается Ребекка. — Оно мне не нравилось и казалось очень жестким.

— О, так вы у нас были вегетарианкой? — уточняет Летиция.

— Можно и так сказать. Но однажды Джейми захотел, чтобы я пожарила ему стейки и хорошенько обсыпать их специями. Тогда в кухне стояли такие потрясающие запахи, что устоять было невозможно. Так что я попробовала маленький кусочек и… Потом съела целый стейк за ужином. И мое негативное отношение к мясу резко изменилось.

— Надеюсь, она не заставляла вас есть одни салаты, мистер МакКлайф? — шутливо спрашивает Энтони.

— Нет, из меня вегетарианца ей сделать не удалось! — смеется Джейми. — Уж что, но без мяса я жить без могу. Хотя бы раз в неделю, но я должен съесть пару наперченных стейков.

— Все мужчины любят мясо, — подмечает Фредерик. — Поджаристое, слегка поперченное…

— А я был вегетарианцем против воли, — признается Терренс, с гордым видом восседая в центре стола как хозяин дома. — Потому что у мамы не было денег, чтобы купить добротный кусок мяса и пожарить его. Да и в любви к нему я за ней тогда не замечал.

— Зато ты доедал все котлеты в школьной столовой, которые ребята собирались выбрасывать, — хихикает Эдвард, сидя по левую руку Терренса рядом с Наталией. — Так что мяса в твоей жизни хватало.

— Те котлетки были очень даже ничего. Хотя они всегда экономили на соли и специях. Клали бы чуть больше – цены бы им не было.

— Теперь понятно, почему у тебя были такие большие щеки во всех фильмах, в которых снимался.

— А ты как будто не бегал в столовую во время каждого перерыва и не умолял положить тебе не одну, а две котлеты, — шутливо говорит Ракель, сидя напротив Эдварда и по правую руку Терренса.

— О, в моей школе нас кормили как царей и богов, — довольно улыбается Эдвард. — Только ради той потрясной еды стоило подниматься рано утром и тащиться на учебу.

— Уж что, но вкусно поесть вы оба любите ничуть не меньше, чем выяснить друг с другом отношения, — скромно подмечает Наталия.

— Все мужчины любят это дело, птенчик мой, — хихикает Адриана. — Они меньше всего переживают из-за калорий и наслаждаются вкусной домашней едой.

— Ох, у меня от разговоров о еде только больше аппетит разыгрывается, — признается Джейми.

— Господи, да не частите вы так, мистер МакКлайф! — восклицает Фредерик. — Куда спешите, как будто у вас сейчас тарелку отнимут?

— А вы, господа, на его сыночков посмотрите! — шутливо вставляет Алисия, бросив короткий взгляд на Эдварда и Терренса. — Не успели только принести еду, так эти двое уже начали заглатывать ее как удавы.

— Ничего подобного! — возражает Эдвард. — Я смакую каждый кусочек! Даже под угрозой того, что в мою тарелку может залезть нос одной обжоры.

— Пф, больно мне надо к тебе лезть! — ухмыляется Терренс. — Хотя не могу не отметить, что в чужой тарелке еда кажется в тысячу раз вкуснее. Особенно в тарелке моего маленького братика.

В столовой раздается скромный смех всех присутствующих.

— Не переживайте, господа! — восклицает Ракель. — Еды на всех хватит. А кто захочет – может взять добавки. Столько, сколько захочет.

— Спасибо, внучка, — с легкой улыбкой благодарит Фредерик. — Я обязательно попрошу добавки, ибо это очень вкусно.

— Господи, я так рада, что мы наконец-то собрались всей компанией, — с легкой улыбкой отмечает Летиция.

— Да, не помню, чтобы мы все вместе приходили к кому-то на ужин или ходили в ресторан, — соглашается Алисия.

— Раз уж у вас всех выдался свободный вечер, то почему бы не провести его вместе с близкими? — пожимает плечами Наталия.

— Слушайте, нам надо почаще вот так собираться, — уверенно говорит Ребекка. — Мы же все-таки почти одна семья.

— Это точно! — восклицает Энтони. — Осталось совсем немного до того, как наша семья станет больше. Как мы все наконец-то породнимся.

— Да, молодежь, надеемся, все планы в силе? — спрашивает Адриана. — Ничего не перенесли?

— Нет, миссис Ласкано, все в силе, — скромно улыбается Терренс. — Дата свадьбы назначена на тридцатое августа. Все без изменений.

— Как хорошо, что все успело разрешиться задолго до этого дня, — подмечает Джейми. — Я очень рад, что Хелен нашлась живой и здоровой, а этот гад Маркус сидит за решеткой.

— А еще сегодня арестовали последнего его сообщника, — сообщает Ребекка. — Мистер Джонсон позвонил сегодня утром и сказал, что Элайджа сам пришел в полицию и сдался добровольно.

— Ого, я не знал, — удивленно произносит Энтони.

— Я тоже, — повторяют Фредерик, Алисия и Адриана.

— Эдвард рассказал об этом сегодня, когда мы встречались с Даниэлем, — признается Терренс.

— С нами еще был Блейк, но он быстро ушел по своим делам, — добавляет Эдвард и на секунду закатывает глаза. — Ну… Это он так сказал. А на самом деле Коннор завидовал нам, ибо мы ели вкусняшки, а ему приходиться соблюдать диету после пищевого отравления.

— Ну слава богу! — радостно восклицает Летиция. — Я очень рада, что все закончилось.

— Да, наконец-то этого Лонгботтома призовут к ответу, — соглашается Фредерик. — Сколько зла он всем причинил. Сколько невинных людей погибло по его вине.

— А скольким удалось спастись! — восклицает Алисия. — Если бы и им не удалось отвязаться от Маркуса, то жертв было бы куда больше.

— Зная, что у него были психически больные члены семьи, меня его поведение не удивляет, — признается Адриана. — То мать, то брат…

— И это только то, что мы знаем с его слов, — подмечает Эдвард. — На самом деле вся его родня могла быть больна.

— С таким отцом, который был по-настоящему жестоким человеком, просто не может не быть никаких отклонений, — добавляет Ракель. — И сына бил, и на вторую жену мог зыкнуть… Наверняка и первой доставалось. И брату Маркуса.

— Ой, что теперь об этом говорить! — машет рукой Джейми. — Все, человек арестован и скоро услышит свой приговор. А что будет дальше нас не касается.

— Да за все прошлые делишки ему как минимум светит несколько пожизненных! — уверенно заявляет Терренс. — А то и вовсе смертная казнь.

— Можно не сомневаться, что если за дело берется такой человек, как мистер Джонсон, то все преступники получат по заслугам, — скромно улыбается Энтони.

— Это вы верно отметили, мистер Рочестер, — кивает Алисия. — Абсолютно верно.

— И все-таки тот факт, что Хелен смогла остаться в живых при таких ужасных обстоятельствах – настоящее чудо, — подмечает Ребекка.

— Чудо то, что ее спас один из сообщников преступника, — отвечает Фредерик. — Уж что, но на такой поворот мы все рассчитывали меньше всего.

— Хелен сказала, что он с самого начала казался ей не таким, как другие, — признается Наталия. — Да, этот Элайджа хоть и был холодным и отстраненным, но в то же время как-то… Заботился о ней. Беспокоился. И не позволял себе того, что делали остальные без зазрения совести.

— Дай бог, она быстро оправится после всего, что ей пришлось пережить, — с грустью во взгляде выражает надежду Летиция.

— Кстати, если будет нужно, то у меня есть номер очень хорошего психолога, который поможет Хелен вернуться к нормальной жизни после того, что с ней делали те уроды, — уверенно говорит Фредерик. — Если она захочет к нему сходить, то дайте мне знать.

— Спасибо большое, мистер Кэмерон, — с легкой улыбкой благодарит Терренс. — Мы будем иметь это в виду.

— А как девочка вообще себя чувствует? — проявляет беспокойство Адриана.

— На первый взгляд, вполне себе неплохо, — отвечает Ракель. — Уже вернулась к своим обычным делам. Сегодня ездила на работу к коллегам и поговорила с ними. Ей дали время немного отдохнуть, а к своим обязанностям она сможет приступить на следующей неделе.

— А обо всем произошедшем она говорит совершенно спокойно, — добавляет Эдвард. — Без истерик, без слез. Никаких эмоций.

— Думаю, это последствия шока, который она испытывает, — предполагает Джейми. — И ей нужно как-то проработать этот момент в кабинете психолога. То, что она спокойная сейчас, не означает, что все хорошо. Это защитная реакция психики. Придет время, и она впадет в такую истерику, что там уже только врачи смогут что-то сделать.

— Мы уже говорили ей об этом, но она пока не хочет к нему идти, — признается Терренс. — Думает, что сама справится.

— Разок или два ей обязательно нужно к нему сходить, — уверенно говорит Алисия. — Вон когда меня выпустили из тюрьмы и выписали из больницы, я тоже была в шоковом состоянии. Ничего не чувствовала, ничего не хотела. А видя это, Себастьян, мой адвокат, который помогал мне вернуться к нормальной жизни, настоял на том, чтобы я пошла к психологу. Он лично нашел для меня кого-то, записал на прием и отвез.

— И он вам помог? — интересуется Ракель.

— Не сказать, что я прямо-таки сразу пришла в себя и начала жить как ни в чем ни бывало. Но все-таки после пары-тройки сеансов мне стало намного легче. Хотя окончательно я пришла в себя только после того как вышла замуж за Доминика. Только он сумел вернуть меня к жизни.

— Хелен прекрасно знает, что мы всегда будем рядом, — уверенно отвечает Эдвард. — Знает, что мы всегда ее выслушаем, поддержим и сделаем все, о чем она попросит. Ей не придется бороться со всем этим одной. У нее есть мы.

— В любом случае дайте девочке немного времени, — советует Летиция. — Ей надо все осознать и принять.

— И то, что вы все рядом, очень хорошо, — добавляет Энтони. — Когда тебя поддерживает большое количество людей, то тебе легче что-то пережить.

— По крайней мере, Хелен не отрицает свою проблему и не скрывает свои чувства, — отмечает Наталия. — Она не замыкается в себе и не стремится от нас бежать.

— Да, в отличие от Питера… — задумчиво добавляет Терренс, подперев подбородок ладонью. — Который окончательно замкнулся в себе и из-за этого совсем слетел с катушек.

— Что, с ним все совсем плохо? — с грустью во взгляде спрашивает Ребекка.

— Хуже некуда, — подтверждает Эдвард.

— Кстати, а он уже знает, что Хелен жива? — интересуется Энтони. — Вы ему говорили?

— Ребята сказали сегодня, когда встретили его в кафе, — признается Ракель. — Он подошел к ним спустя какое-то время после того, как ушел Блейк.

— И как он отреагировал? — интересуется Фредерик.

— Сказал, что мы лжем, — отвечает Терренс. — Что мы над ним издеваемся и хотим причинить ему боль.

— И думает, что мы якобы радуемся его горю из-за того, что сидели за столиком и смеялись до его прихода, — добавляет Эдвард. — Питер жутко из-за этого разозлился и вылил на нас ушат помоев, обвинив во всех грехах и еще раз заявив, что это мы виноваты в смерти Хелен.

— Да, по мнению Питера, мы якобы убили его девушку. Якобы мы трое – мерзкие убийцы. Которые ничего не сделали для того, чтобы ей помочь.

— Господи Иисусе… — с ужасом во взгляде произносит Адриана. — Какой кошмар…

— Парни были готовы доказать, что они говорили правду, но Питер не желал ничего слышать, — признается Ракель. — Наговорил им всяких гадостей, пригрозил убить их, если они еще раз к нему сунутся, развернулся и ушел.

— А еще он подтвердил, что и правда видит перед собой кого-то, кого не видит никто, — добавляет Наталия. — Кого-то, кто и подговаривает Питера отправить Терренса, Даниэля и Эдварда в могилу.

— Значит, он действительно страдает от галлюцинаций? — заключает Летиция.

— Похоже на то, — пожимает плечами Ракель.

— Да уж… — резко выдыхает Ребекка. — С виду ведь такой хороший, милый и добрый мальчик… А оно вон как все обернулось…

— Просто очень хорошо это скрывал, — с грустью во взгляде отвечает Эдвард. — И как барин, позволял нам дружить с ним, как сказал сам Роуз.

— И что вы теперь будете делать? — спрашивает Джейми.

— Не знаю, отец… — качает головой Терренс. — Но мы все-таки склоняемся к тому, чтобы закончить эту игру.

— То есть, вы хотите бросить мальчика? — округляет глаза Алисия.

— А что нам остается, Алисия? — разводит руками Эдвард. — Питер не хочет нас слышать. Не хочет нас видеть. Он считает нас с Даниэлем и Терренсом врагами. Мы для него убийцы. Те, кто хочет испоганить ему жизнь.

— Может, вам следует хорошенько подумать? — предлагает Адриана. — Да, я понимаю, что вам страшно и дальше общаться с психически нездоровым человеком. Но мальчик ведь не виноват, что таким стал.

— Мы все понимаем, бабуля, — с грустью во взгляде отвечает Наталия. — Но у нас нет выбора. Дело не в страхе перед его отклонениями. Дело в его нежелании нас услышать. В нежелании поверить нам. Мы говорим ему правду, а Питер думает, что это ложь. И не можем предоставить ему никакие доказательства, потому что он ничего не хочет слышать.

— Тем не менее нельзя все это так оставлять, — решительно заявляет Летиция. — Вы должны сделать все, чтобы донести до Питера правду. Сказать ему, что Хелен действительно жива. Должны привести ее к нему.

— Мы бы с радостью, миссис Рочестер, но не все так просто, — отвечает Эдвард. — Питер уже даже дома перестал ночевать, ибо уверен, что мы будем караулить его там. Несколько раз ходили к нему домой, но никогда не заставали этого парня.

— И где же он ночует? — удивляется Ребекка.

— А пес его знает! — восклицает Терренс. — Может, шляется где-то в городе… Может, снимает номер в каком-то отеле… Может, и вовсе захаживает в какие-нибудь бары и выпивает по стопочке или две.

— Он сто пудов опять начал пить! — предполагает Эдвард. — Как и в тот раз, после конфликта с Даниэлем. И выглядел Питер сегодня просто ужасно. Синяки под глазами, на голове бог знает что, лицо небритое… Глаза красные и опухшие. Сам ведь худой как сосиска стал…

— Представляю, сколько штрафов он наполучал за вождение в нетрезвом виде, — задумчиво говорит Алисия. — И если он делает так часто, то я удивлена, что у него еще не отобрали водительские права.

— Молите Бога, чтобы он не сбил кого-нибудь по пьяне! — восклицает Ребекка. — А иначе легко этот парень точно не отделается. И никакие деньги не помогут, если человек умрет.

— Поверь, мама, в какие-нибудь передряги он точно будет втянут, — уверенно отвечает Терренс. — Раз он больше не в ладах со своей башкой и считает весь этот мир своим врагом.

— Как бы этот парень не пошел по пути своего отца и не стал Маркусом номер два, — выражает беспокойство Фредерик. — А то весь город опять будет стоять на ушах и бояться попасться ему на глаза.

— Этого мы и боимся, — отвечает Наталия. — Я бы даже сказала, мы уверены, что так и будет.

— Ребята, вы должны как можно скорее организовать встречу Хелен с Питером, — настаивает Джейми. — Делайте что хотите, но он обязан узнать, что вы ему не лгали.

— Да, но как нам это сделать? — разводит руками Ракель. — Питер не хочет ничего знать и слышать!

— Есть много способов заманить его на встречу, — отвечает Энтони. — Если парень не хочет выполнять вашу просьбу по своей воле, то можно прибегнуть к хитрости или даже небольшому обману.

— Мы знаем, что Хелен – наш последний шанс, — отвечает Эдвард. — И мы должны правильно им воспользоваться.

— К тому же, Питер – далеко не глупый парень, — добавляет Терренс. — Он может раскусить любые наши планы. Даже если мы, скажем, попросим помочь кого-то, кого он не знает. Роуз тотчас догадается, что это мы что-то задумали.

— Да уж, блондин может быть на два-три хода впереди нас. Наверное, если он захочет стать убийцей, то будет делать все так, что никакие опытные сыщики не смогут его поймать.

— Но это не значит, что вы у нас глупые и совсем не хитрые, — подмечает Ребекка. — Вам, ребята, просто надо немного пошевелить мозгами.

— Прости, мама, но мы уже всю голову сломали, пытаясь найти способ хоть как-то приблизить Хелен к Питеру. Она уже несколько раз пыталась поджидать его у дома, звонила ему и писала сообщения, но реакции – ноль.

— Значит, будьте хитрее, — советует Фредерик. — Раз человек не хочет, не надо заставлять. Но в то же время подумайте, как сделать так, чтобы все произошло против его воли. Чтобы он оказался в той ситуации, когда не сможет ничего сделать и никуда сбежать.

— Да, например, пусть кто-то из ваших знакомых прикинется, скажем, сотрудником какой-нибудь организации и скажет, что возникла какая-то проблема, которую срочно нужно обсудить с глазу на глаз, — предлагает Алисия. — Не знаю… Там с налоговой, с банком, с жилищно-коммунальной сферой. Да много чего можно придумать!

— Или поиграйте в похитителей и увезите своего приятеля за город насильно, — выпаливает Джейми. — Врежьте разок, погрузите тело в тачку, отвезите куда надо, привяжите к чему-нибудь и устройте сюрприз.

Все удивленные взгляды мгновенно устремляются на Джейми, который ведет себя как ни в чем ни бывало.

— Джейми! — удивленно произносит Ребекка, хлопнув Джейми по руке.

— Мистер МакКлайф! — округляет глаза Энтони.

— Ну а что? — невинно улыбается Джейми. — Зато сто процентов сработает! Парень уж точно никуда не сбежит, если связать его покрепче.

— Да что вы такое говорите! — недоумевает Алисия. — Как так можно? Побойтесь Бога! Как ребята могут так поступить с мальчиком? Они же не преступники какие-то!

— Согласна, мистер МакКлайф, ваше предложение и правда удивило, — задумчиво признается Наталия.

— Ну не знаю, а мне нравится идея отца! — хитро улыбается Эдвард. — Очень даже нравится.

— И мне она вполне по душе, — соглашается Терренс.

— Нет, Эдвард, Терренс, даже не думайте! — решительно наказывает Адриана. — Никаких похищений!

— Так мы же для блага, миссис Ласкано! — восклицает Эдвард. — Раз Роуз не понимает хорошего обращения, то будем действовать жестче. Использовать те же методы, которые использовал он сам.

— Нет, мальчики, не слушайте своего отца! — требует Ребекка. — Я запрещаю вам даже думать об этом!

— Мистер МакКлайф просто неудачно пошутил, — добавляет Фредерик. — Не воспринимайте его слова всерьез.

— Ничего не пошутил! — возражает Джейми. — Если сделать все правильно, без шума и пыли, то цель будет достигнута.

— Вы же прекрасно знайте своих сыновей, — вставляет Алисия. — Они у вас на месте спокойно сидеть не могут.

— Ага, вы только посмотрите, как у этих двоих глаза загорелись, — добавляет Летиция. — Уже явно что-то задумали.

— Особенно у Эдварда, — поддакивает Энтони. — Он-то у нас будет только рад влезть в какую-нибудь передрягу.

— А девочкам потом переживать и нервничать, да в полицию звонить, чтобы они нашли этих охламонов, — добавляет Ребекка.

— Ничего вы не понимайте! — в один голос произносят Эдвард и Терренс.

— Так, ну-ка что вам сказали старшие? — строго спрашивает Ракель. — Чтоб даже не думали чудить ничего подобного! А иначе будете дома сидеть!

— Да! — встревает Наталия. — Вы делов натворите, а нам с девчонками разруливать потом! Итак уже все поседели с вами!

— Правильно, красавицы, так их! — одобрительно кивает Адриана. — Хватит с них всех этих приключений!

— Потом обсудим эту идею с Даниэлем, — шепчет Эдварду на ухо Терренс.

— Несомненно, братан, — хитро улыбается Эдвард.

— Ладно-ладно, разбойники, ваш папка пошутил! — под давлением сдается Джейми, приподняв руки перед собой. — Не берите это в голову.

— Делайте что хотите, но чтобы никаких преступлений, — решительно требует Ребекка. — А иначе я устрою вам такое, что мало не покажется! Поняли меня?

— Да, мама… — устало вздыхают Терренс и Эдвард и тайком обмениваются коротким многозначительным взглядом.

— Смотрите у меня!

— Самое лучшая идея – это та, которую предложила миссис Миддлтон, — уверенно говорит Энтони. — Встреча с якобы с представителем какой-то государственной организацией.

— Можно попробовать, хотя идея немного сомнительная, — задумчиво отвечает Ракель. — Питер наверняка и налоги все платит, и коммунальные платежи не просрочивает, и с банком проблем нет.

— Есть идея рассказать ему о чем-то, что якобы связано с его домом, — предлагает Адриана. — Не знаю… Ремонт, например… Или какие-то общие собрания…

— Или можно поговорить с вашей командой менеджеров и договориться наврать ему про какие-нибудь долги перед агентством или что-то вроде, — добавляет Летиция. — Ситуация с долгами, между прочим, может быть очень даже мощным психологическим приемом. Есть человеку пригрозить арестом имущества или судом, то он со страху сделает что только прикажешь и отдашь любые деньги.

— Идея хорошая, но не факт, что Питер ни о чем не догадается, — отвечает Эдвард. — К тому же, на сообщения он не реагирует, а звонки сбрасывает. Или и вовсе выключает все телефоны. Дверь никому не открывает. До него невозможно достучаться.

— Но попробовать ведь можно! — восклицает Фредерик. — Если найти нужного человека, подобрать правильные слова и как следует надавить, то у вас все получится.

— Питер и правда слишком умный и проницательный, дедушка, — складывает руки шпилем Ракель. — Он наверняка прекрасно знает обо всех этих штуках.

— В любом случае не сдавайтесь, ребята, — уверенно говорит Адриана. — Мальчик обязан узнать правду. Узнать, что его девушка жива.

— Мы только ради этого и стараемся, — признается Терренс. — Только ради того, чтобы он встретился с Хелен. А как он захочет вести себя с нами – это нас уже не волнует.

— То есть, вы хотите порвать с ним отношения в любом случае: даже если все получится и даже если ничего не получится? — уточняет Джейми.

— Скорее всего, — кивает Наталия. — Воспользуемся последним шансом, а потом Питер может делать что хочет. Мы уже не будем за ним бегать и что-то доказывать.

— Вы же понимайте, что в какой-то степени это некрасиво? — уточняет Ребекка.

— Понимаем, — произносит Терренс. — Но как мы уже сказали, у нас нет выбора.

— Мы не хотим этого, но не можем вечно стачивать кулаки в кровь, долбя в одно и то же место на бетонной стене, — добавляет Эдвард. — Не можем вечно пробиваться к тому, кто слеп и глух и подчиняется всему, что ему говорят его воображаемые друзья.

— Мы все понимаем, ребята, — спокойно говорит Фредерик. — И ни в коем не защищаем Питера, который совершил немало ужасного. Например, не единожды набрасывался на человека с оружием. Но все же как-то некрасиво вот так бросать больного парня.

— Согласна, мальчику и так всю жизнь живется несладко, а тут его фактически предают друзья, — добавляет Алисия.

— Мы знаем, тетя Алисия, — с грустью во взгляде отвечает Ракель. — И нам больно от того, что приходиться это делать. Но вы же сами все прекрасно видите.

— Так или иначе Питер сам во всем виноват, — добавляет Наталия. — Мы всегда были рядом и хотели с ним дружить. Были готовы сделать для него все. Но он не оценил всего этого и отвернулся от нас. Обвинил парней в предательстве и назвал убийцами.

— Да, но все равно как-то жалко мальчика, — тяжело вздыхает Адриана. — Может, он и сам не рад, что так себя ведет. Больные ведь не понимают, что делают и говорят. Вдруг Питер сильно жалеет о том, что натворил, когда к нему приходит просветление, и он успокаивается.

— Может быть, но мы не готовы, — качает головой Терренс. — Не готовы вечно терпеть его перепады настроения и в начале общаться с добрым и милым Питером, а прощаться уже с бессердечным и желчным Теодором. Не готовы быть вынужденными всеми силами защищаться, если он набросится на нас с ножом или пистолетом. Еще несколько таких атак, и он точно убьет или одного нас, или всех троих.

— Хорошо, ребята, в таком случае решайте сами, — спокойно отвечает Энтони. — Питер – ваш друг, а не наш. Если вы и правда не готовы, то мы не станем настаивать.

— Вы уже взрослые и можете сами нести ответственность за свои поступки, — добавляет Джейми. — Нам остается лишь дать вам парочку советов и поддержать вас.

— Раз Питер не хочет больше с нами общаться, то мы не можем его принуждать, — пожимает плечами Эдвард. — Мы уже дали обещание, что предпримем последнюю попытку свести его с Хелен и убедить в нашей правоте. А если ничего не получится, то пусть он живет в полном одиночестве, в полном неведении.

— Будет грустно, конечно, но мы как-нибудь переживем, — задумчиво добавляет Ракель.

— А ведь он должен был быть одним из шаферов на вашей свадьбе, — вспоминает Алисия.

— Найти ему замену будет несложно, — слегка улыбается Эдвард. — К счастью, друзьями нас судьба не обделила. Можем попросить любого.

— Нам всем очень жаль, что все так сложилось, — выражает сочувствие Ребекка.

— Ничего, все нормально, — задумчиво отвечает Наталия. — Самое главное – что вместо свадьбы нам не пришлось идти на похороны.

— Ой, господа, да что мы с вами завели разговор о плохом? — недоумевает Фредерик. — Собрались в кои-то веки все вместе, чтобы поужинать и поболтать как одна большая семья о чем-нибудь хорошем, а в итоге все равно пришли к тому, от чего бежали.

— Ох, мистер Кэмерон, какую же замечательную вещь вы только что сказали! — прикладывает руку к сердцу Алисия.

— И правда, дамы и господа, этот ужин мы организовали для того, чтобы расслабиться и забыть о заботах хотя бы на этот вечер, — бодро соглашается Терренс. — Все это и так уже изрядно нас помотало.

— Верно сказано, сынок! — уверенно кивает Джейми. — Дела делами, а семья – это святое.

— Кстати, мы с ребятами еще раз хотим выразить вам свою безмерную благодарность за всю вашу помощь, — с легкой улыбкой благодарит Ракель. — Спасибо, что помогли нам присмотреть за миссис Маршалл и хоть немного ее поддержать.

— Мы сделали все, что было в наших силах, — дружелюбно отвечает Энтони. — Было бы грехом не воспользоваться шансом хоть немножко вам помочь.

— Да, а то вы, ребятки, в последнее время ходили такие бледные и измученные, что нам было вас очень жалко, — добавляет Летиция. — Сколько всего на вас свалилось.

— Особенно на парней, — поддакивает Адриана. — На них лежала большая ответственность, чем на девочках.

— Это вы верно отметили, — кивает Эдвард.

— Но переживали мы ничуть не меньше, — добавляет Наталия. — Хоть нам и было плохо, мы все равно как могли поддерживали ребят.

— Молодцы, ребята, мы все очень гордимся вами, — с гордо поднятой головой говорит Ребекка. — Гордимся, что вы у нас такие стойкие, решительные и сильные духом.

— Дружба и любовь творят настоящие чудеса, — скромно улыбается Терренс. — Когда кажется, что ты вот-вот упадешь в пропасть или хочешь от отчаяния драть глотку и рвать на себе волосы, они приходят к нам словно эдакие спасители и забирают в свои крепкие объятия. Как бы говоря: «Не переживай, все образуется, ты справишься, ты сильный.»

— М-м-м, а кое-кто говорит, что я люблю философствовать… — хитро улыбается Эдвард, сжимая пальцами ножку своего фужера с чистой водой.

— Скорее, кое-кто все-таки познакомился с такой чудесной вещью, как расческа, и привел свой стог сена в порядок ради грандиозного семейного ужина.

— Кстати, братан, а тебе не слишком жмет корона, пока ты восседаешь во главе стола?

— Тебя не пущу, перебьешься! Достаточно того, что ты пару часов назад стырил у меня пиджак, чтобы покрасоваться перед без пяти минут тещей и зятем.

— Просто я должен выглядеть презентабельно рядом со своей белокурой красавицей.

Эдвард сначала поправляет воротник надетой на нем белой рубашки и рукава темно-синего пиджака. А затем он бросает нежную улыбку на рядом сидящую Наталию и еще раз мысленно отмечает, что ей очень идут забранные двумя прядями по бокам волнистые волосы и серебристый топ с пайетками с V-образным вырезом на груди.

— А еще мне очень нравятся твои шмотки! Они все нереально классные и до безумия мне идут.

— Ну, я бы так не сказал… — задумчиво произносит Терренс, откинувшись на спинку стула.

— Да уж, эти двое никогда не перестанут подкалывать друг друга, — скромно хихикает Алисия.

— Иногда только их разборки и поднимают нам настроение, — отмечает Ракель, слегка поправив единственный рукав своего светло-синего атласного платья и забранные в высокий пышный хвост волосы.

— Не только вам, девочки, — отвечает Адриана.

— Ради такого знаменательного события мы сегодня все принарядились, — отмечает Джейми и быстро окидывает взглядом всех присутствующих. — Мы, мужчины, в строгих брюках, рубашках и пиджаках, а дамы достали из шкафа красивые платья или чудесные кофточки.

— Раз уж мы пришли на ужин в шикарный и богатый дом, то нельзя быть похожими на бомжей, — уверенно говорит Эдвард. — Тем более, нас тут кормят как в ресторане.

— Ага, а кое-кто поесть у нас очень даже любит, — хихикает Наталия, бросив многозначительный взгляд на Терренса и Эдварда.

— Ну знаешь, милая, вкусно поесть любим мы все, — бодро отмечает Фредерик. — Даже наш прекрасные дамы, которые утверждают, что им прекрасно живется на одних салатах.

— Не все присутствующие здесь дамы питаются одними салатами, дорогой мистер Кэмерон, — отвечает Ребекка. — Есть и те, кто ест все что захочет и ни о чем не переживает.

— Не понимаю, какой сильной должна быть сила воля у человека, чтобы устоять против всей этой вкуснятины, — заявляет Летиция.

— Не надо пытаться устоять, — с широкой улыбкой говорит Адриана. — Не надо себя ни в чем ограничивать и запрещать. Жизнь у нас только одна, а она очень короткая. Пока Бог дает, надо брать.

— Мудрые слова, дорогая теща! — восклицает Энтони. — Раз живем, значит, надо пользоваться моментом.

Дружно посмеявшись, гости и хозяева дома продолжают наслаждаться вкуснейшим и нежнейшим мясом, которое горничные приготовили к сегодняшнему ужину, много улыбаясь, болтая обо всем на свете и по-доброму подшучивая над Эдвардом и Терренсом. Которые даже за столом и в присутствии стольких людей просто не могут упустить шанс как-то друг друга подколоть, хотя и стараясь не выходить за рамки приличия и ведя себя чуть сдержаннее, чем тогда, когда они одни или с друзьями. А перед тем, как приступить к десерту они решают выпить по паре глотков шампанского, сказав несколько тостов и пожелав, чтобы все начатые дела были успешны завершены, а любые проблемы всегда обходили их стороной.