— Эй, ты что здесь делаешь? — настороженно спрашивает Даниэль.
— Я? — наигранно удивляется Питер, пока его глаза испуганно бегают из стороны в сторону. — Э-э-э… Ничего…
В этот момент Питер нащупывает что-то лежащее в раковине и берет это в руку, которую прячет у себя за спиной.
— Совсем н-н-ничего…
— Ты как умудрился улизнуть так, что никто ничего не заметил? — недоумевает Даниэль и проходит в ванную, пока к порогу двери подходят Эдвард с Терренсом.
— Э-э-э… — запинается Питер и нервно сглатывает, вжимая голову в плечи. — Я… Я просто… Захотел побыть один…
— Чтобы ты натворил каких-то глупостей?
— Каких еще глупостей?
— Дурачком-то не прикидывайся. Ты и сам все прекрасно понимаешь.
— Я же сказал, что ничего не делал. — Питер отводит напряженный взгляд в сторону. — И не собираюсь…
Крепко сжимая что-то в руке, Питер с опущенной головой хочет выйти из ванной комнаты. Только вот Даниэль, слегка нахмурившись, обращает внимание на то, как пытается что-то скрыть.
— Так, а ну стоять! — решительно произносит Даниэль, быстрым, резким шагом подходит к Питеру, берет под руку и тянет на себя. — Что у тебя в руке?
— В какой руке? — без эмоций спрашивает Питер.
— Что ты там пытаешься скрыть? Почему прячешь руку за спиной?
— Ничего, я… — Питер начинает немного тяжело дышать. — Э-э-э… Просто сжал ее… Потому что нервничаю…
— Давай сюда, — вытягивает ладонь вперед Даниэль.
— Чего?
— Давай, я сказал. Пока не отдашь то, что у тебя в руках, ты отсюда не выйдешь.
— Да нет у меня ничего!
— Пи-тер… — в упор смотрит на Питера Даниэль.
— Прости, чувак, но я хочу побыть один. У меня нет настроения о чем-то говорить.
Питер разворачивается и намеревается покинуть ванную. Но тут путь ему преграждает Эдвард, встав в дверном проеме, оперевшись одной рукой о него и тихонько кашляет.
— Тихо-тихо, блондин, спокойно, — спокойно говорит Эдвард, уверенно смотря на Питера с гордо поднятой головой, пока тот медленно пятится назад. — Не так быстро.
— Мы видели, как ты что-то взял из раковины и спрятал за спиной, — заявляет Терренс. — И готов поспорить, что это лезвие.
— Пожалуйста, ребята, оставьте меня одного, — взволновано просит Питер, с учащенным дыханием все еще продолжая прятать что-то за спиной. — Я хочу побыть один.
— Да, чтобы ты, блять, на тот свет отправился? — срывается на крик Даниэль. — Чтобы довел до конца дело, которое не закончил однажды?
— Давай, Питер, показывай, что ты там прячешь, — решительно требует Терренс.
— Я же сказал, у меня ничего нет! — высоким, громким голосом восклицает Питер.
— Тогда покажи руки, — спокойно просит Эдвард. — Покажи, что у тебя в них ничего нет.
— Слушайте, отстаньте вы от меня. Чего пристали ко мне?
— Не отдашь сам – я отберу это силой, — заявляет Даниэль, скрестив руки на груди.
— Я взрослый и дееспособный человек, который может делать то, что он хочет.
— Не глупи, Роуз, — расставляет руки в бока Терренс. — Ты прекрасно понимаешь, что никуда отсюда не денешься с той штукой в руках.
— Вам-то, блять, какое дело, что я делаю и что держу в руках? — огрызается Питер, занервничав из-за осознания того, что он оказался в ловушке и переминаясь с одной ноги на другую.
— С того, что ты наш друг, — отвечает Эдвард. — И мы не позволим тебе что-то с собой сделать.
— Да не собираюсь я ничего делать!
— И да, слова про твой переезд в мой дом не были шуткой, — уверенно заявляет Даниэль. — Если твое состояние ухудшится, то это случится. И лично мне по хер, хочешь ты того или нет. Я сам приеду к тебе домой и лично соберу твое шмотье.
— Слушайте, парни, отвалите от меня! — сухо требует Питер. — И так, сука, тошно, а тут вы еще раздражайте.
— Успокойся, приятель, все хорошо, — спокойно говорит Терренс. — Просто отдай нам то, что ты хочешь отсюда унести, и ты сможешь выйти.
Окинув своих друзей широко распахнутыми глазами, полными испуга и тревоги, Питер пытается резко выбежать из ванной комнаты с надеждой, что он успеет удрать из квартиры. Но Терренс и Эдвард тут же преграждают путь собой и силой заталкивают его обратно. А Даниэль хватает Роуза со спины и крепко удерживает, не дав ему совершить вторую попытку побега.
— Пустите меня! — агрессивно требует Питер, отчаянно вырываясь из хватки Даниэля. — Пустите, говорю!
Пользуясь моментом, Эдвард пытается силой разжать руку Питера и забрать то, что он в ней скрывает, хотя это оказывается непростой задачей в связи с его отчаянным сопротивлением.
— Отдай нож! — требует Эдвард. — Отдай, говорю!
— Отвалите от меня! — продолжает брыкаться Питер. — Оставьте, блять! Дайте мне уйти!
— Совсем что ли ополоумел? — громко недоумевает Терренс. — Убивать себя в квартире своей девушки! Пока в соседней комнате лежит пожилая женщина с высоким давлением!
— Это мое дело! — огрызается Питер. — Вас оно, твою мать, не касается! НЕ КАСАЕТСЯ, СЛЫШИТЕ!
— Еще как касается! — восклицает Даниэль, начав еще крепче удерживать Питера, чьи руки обездвижены и плотно прижаты к телу. — И при нас ты глупостей не натворишь!
— Я все равно сделаю желаемое! И меня никто не остановит! НИКТО! ЗАХОЧУ СДОХНУТЬ – СДЕЛАЮ ТАК, ЧТО НИКТО ОБ ЭТОМ НЕ УЗНАЕТ! БОЛЬШЕ Я НЕ БУДУ ТАКИМ ИДИОТОМ, КАКИМ БЫЛ В ТОТ РАЗ!
— Приди в себя, Питер! — громко требует Терренс, взяв Питера за плечи и встряхнув парня, пока его уверенный взгляд уставлен в налитые кровью глаза Роуза. — Услышь нас!
— ОСТАВЬТЕ МЕНЯ, БЛЯТЬ, В ПОКОЕ! Я НИЧЕГО НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ! НИЧЕГО!
Кое-как вырвавшись из хватки Даниэля и оттолкнув его от себя, Питер пулей бежит к выходу из ванной комнаты, возле которого уже стоят Ракель, Наталия и Анна, не сдерживающие слезы, прикрывающие рты руками и с ужасом в широко распахнутых глазах наблюдающие за своим впавшим в истерику приятелем. Но опять его постигает неудача, поскольку Эдвард без проблем догоняет парня, крепко хватает со спины и силой тянет на себя, несмотря на ярое сопротивление.
— ПУСТИ МЕНЯ, ЭДВАРД! — рявкает Питер. — ПУСТИ, СКАЗАЛ! Я ЗДЕСЬ БОЛЬШЕ НЕ ОСТАНУСЬ!
— Пожалуйста, Пит, не пугай нас… — со слезами на глазах тихим, дрожащим голосом взмаливается Анна.
— Девчонки, уйдите отсюда! — требует Даниэль. — У него истерика. Не дай бог, он причинит вам вред.
— Побудьте с миссис Маршалл и успокойте ее, — добавляет Эдвард. — Мы сами с ним разберемся.
— Пожалуйста, Питер, возьми себя в руки, — отчаянно просит Наталия. — Ты можешь, мы в тебя верим. Все будет хорошо. Мы тебе обещаем. Только не делай глупости.
— Любую проблему можно решить, — мягко говорит Ракель. — И самовредительство или суицид – это не выход. Да, мы знаем, что ситуация сложная. Но я уверена, мы со всем справимся, если будем вместе. Единство – это ключ, который откроет любую дверь.
— Только в моем случае все, сука, БЕСПОЛЕЗНО! — взрывается Питер. — БЕСПОЛЕЗНО!
— Питер… Питер, пожалуйста, послушай…
— ОСТАВЬТЕ ВЫ МЕНЯ ВСЕ! ДАЙТЕ СПОКОЙНО СДОХНУТЬ БЕЗ ЛИШНИХ СВИДЕТЕЛЕЙ!
Неимоверными усилиями потерявшему над собой контроль Питеру снова удается освободиться и словно метеор добежать до выхода из ванной, своими бешеными глазами не на шутку напугав девушек, которые резко пятятся назад и плотно прижимаются друг к другу. Тогда его хватают сразу и Даниэль, и Эдвард, пока Терренс преграждает собой путь и заталкивает парня обратно в ванную. Несмотря на то, что им в глубине души страшно, внешне друзья остаются совершенными спокойными и собранными, как будто зная, что нужно делать.
— Все хорошо, Питер, все хорошо! — восклицает Даниэль, берт лицо Питера в руки и уставляет пристальный взгляд в его почерневшие от гнева глаза, пока Эдвард всеми силами удерживает блондина. — Посмотри на меня! Посмотри! Услышь меня! Приди в себя! Не делай глупостей!
— Заприте нас здесь, — спокойно просит Терренс, обратившись к плачущим девушкам. — Так он точно никуда не денется.
— Он себя не контролирует! — с ужасом во взгляде отмечает Наталия. — Питер может причинить вам вред.
— Не волнуйтесь, девчонки, все будет хорошо. Сейчас мы приведем его в чувства. Только дайте нам время.
— А вдруг не получится? — выражает тревогу Анна. — Ты только посмотри, в каком он состоянии! Пит запросто может убить себя прямо у вас на глазах.
— Не убьет. Мы ему не позволим.
— О, господи! — широко распахивает глаза Ракель, видя, что Питер уже дерется с Эдвардом и Даниэлем, которые по очереди пытаются его удержать и оттащить.
— Так все, заприте дверь на замок и идите в комнату к миссис Маршалл. А если он не успокоится, то дадим ему что-нибудь успокоительное. Найдите что-нибудь в аптечке.
Несмотря на взволнованные протесты девушек, Терренс быстро закрывает дверь ванной комнаты и спешит на помощь Эдварду и Даниэлю, которым приходиться уворачиваться от всего, что Питер с раздраженным рыком швыряет в них, не думая о том, что может случайно им навредить. Ракель, Анна и Наталия неуверенно переглядываются между собой, не зная, стоит ли им делать это. А как только кто-то всем телом налегает на закрытую дверь, то подруги с негромким визгом отскакивают назад. После чего Кэмерон дрожащими руками задвигает щеколду и крепко приобнимает плачущих Рочестер и Сеймур, вместе с ними продолжая стоять на том же месте и даже не думая никуда уходить.
Терренсу тем временем удается перехватить ту руку, в которой Питер держит еще полный пузырек шампуня. Силой заставив его бросить предмет на пол, мужчине приходиться еще пару секунд побороться со своим приятелем, чье громкое, раздраженно дыхание можно услышать даже за закрытой дверью. После чего МакКлайфу-старшему удается крепко схватить Роуза со спины так, что его руки полностью обездвижены, пока Эдвард помогает Даниэлю подняться на ноги после того как на чем-то поскальзывается.
— ПУСТИ МЕНЯ, МАККЛАЙФ! — продолжает биться в истерике Питер, отчаянно пытаясь вырваться из хватки Терренса. — ПУСТИ, ГОВОРЮ!
— Мы хотим тебе помочь! — восклицает Терренс. — Не позволим причинить себе вред.
— Я БЕЗ ВАС РАЗБЕРУСЬ, ЧТО ДЕЛАТЬ!
— Делай с нами что хочешь – мы все вытерпим. Но только не смей себя резать!
— Я НЕ НУЖДАЮСЬ В УСЛУГАХ НЯНЕК!
— Ты просил нас быть рядом, когда тебе плохо. Вот мы и выполняем свое обещание.
— НИ ХЕРА Я ЭТОГО НЕ ГОВОРИЛ! НИ ХЕРА!
— Мы рядом, Питер, — спокойно говорит Даниэль. — Что бы ни случилось, ты всегда можешь обратиться к нам за помощью. Мы поможем тебе решить любую проблему. Вон из кожи полезем, чтобы покончить даже с тем, что кажется безнадежным.
— На твоем месте мы бы также рвали и метали, если бы что-то случилось с нашими девушками, — добавляет Эдвард, взяв Питера за плечи. — Никто тебя не осуждает. Мы все прекрасно понимаем.
— ДА ЧТО ВЫ, БЛЯТЬ, ПОНИМАЙТЕ! — вскрикивает Питер. — ВЫ НЕ ПРОХОДИЛИ ЧЕРЕЗ ВСЕ ТО, ЧЕРЕЗ ЭТО ПРИХОДИЛОСЬ ПРОХОДИТЬ МНЕ!
— Да, но это не значит, что мы не способны понять тебя.
— МЕНЯ НИКТО НЕ ПОНИМАЕТ! И НИКОГДА НЕ ПОЙМЕТ! НИКОГДА!
— Все хорошо, Питер, все хорошо. Вместе мы со всем справимся. Да, ситуация сложная, но обещаю, мы найдем выход.
— Выход есть! Один единственный! ЭТО ОСТАВИТЬ МЕНЯ В ПОКОЕ!
Выбравшись из хватки Терренса с помощью крепкого удара ногой по лодыжке, Питер пулей мчится к выходу из ванной и начинает с истерическими воплями барабанить по двери руками, когда обнаруживает, что она заперта.
— ЭЙ, ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА! КТО ЗАПЕР ДВЕРЬ? ДЕВЧОНКИ! Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ВЫ! НЕМЕДЛЕННО ОТКРОЙТЕ! ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА! СЛЫШИТЕ МЕНЯ? ДЕВЧОНКИ!
— Ты выйдешь отсюда, когда придешь в норму! — уверенно заявляет Эдвард.
— Я СЕЙЧАС ВЫЛОМАЮ ЭТУ ДВЕРЬ, ЕСЛИ ВЫ НЕ ОТКРОЙТЕ! ЭТО НЕ ШУТКИ! Я ЭТО СДЕЛАЮ!
— Если ты кому и причинишь вред, то только нам, — решительно заявляет Даниэль. — Терренс уже сказал, что с нами ты можешь делать что хочешь.
— Даже если вас больше, ЭТО МЕНЯ НЕ ОСТАНОВИТ!
Подобрав с пола пару бутылок шампуня или геля для душа, Питер со всей силы швыряет их в Даниэля и Терренса, которым вовремя удается отскочить в сторону. А пока он борется с Эдвардом, то старшим удается быстро его скрутить и оттащить в сторону, несмотря на ярое сопротивление со стороны блондина. Правда долго парни его не удерживают, поскольку Роуз с необычайной для себя силой отталкивает обоих от себя так, что они камнем падают на пол. После чего Питер с громким, учащенным дыханием осматривается вокруг в поисках того, что обронил во время борьбы с друзьями. А когда Эдвард решает спокойно к нему подойти, то Роуз подбирает с пола маленький нож, который успел забрать с кухни. Прижавшись вплотную к стене, он не придумывает ничего лучше, кроме как наставить холодное оружие на парней, заставив их резко попятиться и с широко распахнутыми глазами вцепиться друг другу в руки.
— НАЗАД! — вскрикивает Питер. — НАЗАД, СКАЗАЛ!
— Все хорошо, Питер, все хорошо, — изображает спокойствие Терренс. — Ты с нами, в безопасности.
— НЕ СМЕЙТЕ КО МНЕ ПРИБЛИЖАТЬСЯ!
Питер плотно приставляет нож к горлу, дрожащими пальцами сжимая его в руке.
— НЕ СМЕЙТЕ! ИЛИ Я УБЬЮ СЕБЯ! ПРЯМО ЗДЕСЬ! Я НЕ ШУЧУ! Я СЕБЯ УБЬЮ!
— Спокойно, Питер, спокойно, — пытается успокоить Даниэль. — Дыши глубже. Все хорошо.
— Или вы меня выпускайте отсюда, или Я ПЕРЕРЕЖУ СЕБЕ ГОРЛО! ЧТОБ УЖ НАВЕРНЯКА! Я С СОБОЙ ПОКОНЧУ!
— Не делай глупостей, Питер, — просит Эдвард. — Отдай нам эту штучку.
— Вы думайте, я шучу? ДА? ЕСЛИ ВЫ ТАК ХОТИТЕ ПОСМОТРЕТЬ НА МОЮ СМЕРТЬ, ТО Я ВАМ ЭТО УСТРОЮ!
— Брат, посмотри на нас, — спокойно говорит Даниэль. — Посмотри, прошу тебя. Это мы, твои друзья. Мы тебе не враги и хотим помочь.
— Мы знаем, что ты сейчас нуждаешься в нас, — добавляет Терренс. — Вот мы здесь. Потому что ты этого хочешь.
— Я НИЧЕГО НЕ ХОЧУ! — взрывается Питер. — НИЧЕГО! Я ХОЧУ СДОХНУТЬ! ИБО УСТАЛ ОТ ВСЕГО ЭТОГО ДЕРЬМА!
— Ты нуждаешься в нас так же сильно, как мы нуждаемся в тебе. Если тебя с нами не будет, то все будет не то.
— ХВАТИТ МЕНЯ УСПОКАИВАТЬ! ХВАТИТ! ДОВОЛЬНО!
— Отдай нож, — решительно просит Эдвард, вытянув руку. — Убери его от горла и отдай нам.
— Отдам, если выпустите меня!
— Мы выпустим тебя, если ты отдашь эту штуку.
— ТОГДА НЕ ОТДАМ!
— Пожалуйста, Питер… — сдержанно произносит Даниэль и медленно, но уверенно начинает приближаться к Питеру. — Послушай…
— НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ, ПЕРКИНС! — Питер резко направляет нож на Даниэля. — СТОЙ ТАМ! СЛЫШИШЬ! СТОЙ НА МЕСТЕ! НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ КО МНЕ! ОТОЙДИ!
— Все хорошо, сосредоточься на дыхании. Дыши медленно и глубоко.
— ЗАТКНИСЬ! ОТОЙДИ! СЕЙЧАС ЖЕ ОТОЙДИ! ИЛИ Я ЗА СЕБЯ НЕ РУЧАЮСЬ!
— Делай что я тебе говорю, и все пройдет. Сосредоточься на дыхании. Дыши глубоко. Медленно.
— НАЗАД, Я СКАЗАЛ!
— Давай сделаем это вместе. И ты увидишь, как тебе полегчает. Давай, приятель, повторяй за мной. Медленно. Вдох… Выдох. Давай. Вдо-о-о-ох…. Вы-ы-ы-ы-ыдох…
С этими словами Даниэль медленно набирает как можно больше воздуха в легкие и также спокойно выдыхает, все это время неотрывно смотря Питеру в глаза, пока блондин невольно делает то же самое.
— Хорошо… — спокойно и решительно произносит Даниэль. — Еще раз… Вот так…
— Не приближайся… — уже тише произносит Питер, все еще угрожая Даниэлю ножом, но невольно делая то, о чем тот просит. — Не приближайся.
— Молодец, Питер, вот так… Молодчик, мужик! Продолжай! Давай… Медленно… Не спеша… Во-о-о-о-от… Хорошо… Давай-давай, у тебя отлично получается. Так держать!
Спустя несколько вот таких подходов Питер и сам не замечает, как истерический припадок потихоньку ослабевает. А Даниэль, пользуясь моментом, подходит к нему еще ближе и взглядом просит Эдварда и Терренса помочь ему.
— Вот так… Давайте теперь сделаем это все вместе. — Даниэль ободряюще улыбается. — Хорошо, брат, хорошо. Ты делаешь все правильно.
— Умница, Пит, продолжай в том же духе! — подбадривает Терренс. — Вот так… Сконцентрируйся на дыхании. Если продолжишь в том же духе, то тебе станет намного лучше.
— Ты можешь! — восклицает Эдвард. — Просто помни, что ты с нами. А пока мы рядом, ничего плохого не случится. Мы тебе поможем.
— Молодец, Пит, у тебя отлично получается, — уверенно говорит Даниэль. — Давай еще пару раз… Вот так…
Даниэль еще на пару шагов приближается к Питеру, который еще плотнее прижимается спиной к стене, пока каждую его мышцу сводит от болезненного напряжения.
— Хорошо, приятель… А теперь убери, пожалуйста, эту штучку от горла. Убери. А иначе поранишься.
Однако Питер с учащенным, глубоким дыханием все еще продолжает держать нож у горла и крепко сжимать его в руке, чувствуя себя словно загнанный в угол заяц по мере приближения Даниэля к нему.
— Ну же, Питер, отдай мне ножик. — Даниэль вытягивает руку вперед. — Просто положи его мне в руку, и все будет хорошо. Давай, брат, отдай мне ножик. Ну же. Смелее!
Лишь спустя несколько секунд дрожащий и бледный от напряжения Питер очень неуверенно убирает от горла нож, на которое затем бросает взгляд. А посмотрев на внешне спокойного Даниэля широко распахнутыми, не моргающими глазами, он медленно протягивает ему этот предмет, который тот без проблем забирает.
— Ну вот и умница! — слегка улыбается Даниэль. — Видишь как это было просто.
Не оглядываясь назад, Даниэль заводит руку назад, а Терренс тут же забирает из нее тот самый нож, который откладывает в сторону, пока Эдвард в этот момент получше прячет коробочку от лезвий для бритья.
— Мы тобой гордимся, приятель. Ты большой молодец. — Даниэль берет Питера за плечи и слегка их сжимает. — Чувствуешь, как стало легче? Верно? Да?
Питер ничего не говорит и лишь неуверенно кивает.
— Стыдиться не надо – в твоей ситуации это нормально. — Даниэль легонько хлопает Питера по щеке, пока Терренс и Эдвард медленно, но уверенно подходят к ним. — Мы на тебя не обижаемся и ничуть не осуждаем. Все хорошо.
— Молодчик, Пит, ты просто красавчик! — бодро восклицает Эдвард, похлопав Питера по предплечью. — Ничего страшного не произошло. Не думай об этом.
— Ничего-ничего, братик, ничего, — подбадривает Терренс, похлопав Питера по макушке. — Все хорошо, все нормально. И такое бывает. Не надо держать эмоции в себе. Срывайся на нас. Мы все выдержим и все поймем.
Питер снова ничего не говорит и несколько секунд безучастным, мокрым взглядом просто смотрит в одну точку, пока все тело дрожит, голова слегка кружится, воздуха как будто не хватает, невидимые руки буквально до боли сжимают грудную клетку, а ноги едва могут стоять и удерживать его вес. Но в какой-то момент парень издает тихий всхлип, обессилено сползает по стенке, прижимает колени к груди и кладет между ними голову. После чего начинает конкретно так заливаться слезами, не думая ни о каком стеснении перед друзьями, которые с учащенным от напряжения дыханием неуверенно переглядываются между собой.
Даниэль сначала опускается на колени перед Питером, а затем просто садится рядом, когда заключает своего рыдающего друга в крепкие объятия, погладив по голове и взяв за заднюю часть шеи, пока тот лбом упирается в его плечо и сжимает руки в кулаки до побеления костяшек. Хотя немного погодя блондин притягивает Перкинса к себе, без лишних слов давая понять, что остро нуждается в своем лучшем друге. Сам же Даниэль принимает на себя роль старшего брата, который всеми силами утешает младшего, считая, что сейчас ему не стоит ничего говорить. Мужчина уверен, что все, в чем сейчас нуждается его приятель, – это крепкие объятия или простые прикосновения, способные без тысячи слов дать понять, что он не одинок.
Понаблюдав за происходящим со сжимающимся от боли сердцем, Эдвард в какой-то момент опускается на корточки и мягко гладит дрожащего Питера по спине. А затем и Терренс опускается на колени, чтобы на пару секунд положить руку на макушку блондина и похлопать по плечу. Пока сам Роуз продолжает рыдать, до боли оттянув пальцами свои слегка взъерошенные волосы.
— Простите… — находит в себе силы произнести дрожащим, низким голосом Питер. — Мне очень жаль…
— Все хорошо, брат, все хорошо, — успокаивает Терренс. — Мы с тобой. У тебя есть мы.
— Мы поможем тебе с этим справиться, — обещает Эдвард. — Ты не один. Ты с нами.
Питер без всяких слов сгибается пополам и с более громкими всхлипами закрывает лицо руками. И теперь уже Терренс заключает его в крепкие объятия, погладив по голове и не поведя бровью, когда понимает, что ему нечем дышать из-за слишком крепкой хватки. Эдвард также ничего не говорит и не делает, когда Роуз сильно стискивает его обеими руками, как и его брат с другом обещая себе пережить любой дискомфорт, чтобы утешить страдающего.
А когда Даниэль, Эдвард и Терренс вовлекают Питера в групповые объятия, то они слышат, как в ванной кто-то тихонько отпирает щеколду. Дверь медленно открывается, и на пороге неуверенно показывается Анна, чье лицо теперь мокрое из-за всех выплаканных слез и чьи глаза уже сильно опухли. Увидев девушку, Эдвард бросает ей легкую улыбку, дабы дать понять, что самое худшее осталось позади. Она медленно пересекает порог вместе с такими же заплаканными Ракель и Наталией и еще пару секунд стоит как вкопанная. Девушки чувствуют, как сердце неприятно сжимается при виде обессиленного Питера, душераздирающе рыдающий на плече у своих друзей, которые по очереди прижимают его к себе.
Тихо шмыгнув носом, Анна подходит к сидящем на полу парням, опускается на корточки и мягко гладит плечо Питера. Мужчина переводит на нее свой слезный взгляд и крепко ее обнимает, когда она прижимает его к себе и мягко гладит по голове. Недолго думая, Наталия и Ракель также присоединяются к друзьям и с помощью все тех же объятий и любого физического контакта пытаются успокоить Роуза, после истерики чувствующий себя полностью опустошенным. За всем этим они не слышат, как в какой-то момент к порогу ванной комнаты тихонько подходит Виктор, с жалостью во взгляде наблюдающий за происходящим с чувством, будто у него разрывается сердце, глядя на парня, который незаслуженно страдает всю свою жизнь.