«Господи, помоги мне, умоляю! — отчаянно взмаливается про себя Хелен, невольно задержав дыхание и почувствовав, как у нее на мгновение закружилась голова. — Я не справлюсь с ними одна! Их слишком много, а я слишком слаба. Это конец. Они точно меня схватят, если никто не придет на помощь.»

— Вот именно! — соглашается Лютер. — Так что, кнопка, даже не надейся, что тебе удастся избежать своей участи так, как это удалось Роузу.

— Хотя очередь и до него доберется рано или поздно, — обещает Рональд. — Маркус не собирается его щадить. И дружки сдохнут, если не перестанут вмешиваться в это дело.

— Что Питер такого сделал, раз Маркус так с ним поступает? — громко недоумевает Хелен. — За что вы все так с ним поступайте?

— Поверь, Маршалл, у него на то очень веская причина, — уверяет Дэвид. — Роуз совершил такую ошибку, которую господин никогда ему не простит. Ошибку, из-за которой вся жизнь невинного мужчины пошла под откос.

— Такой уж ли невинный?

— Для всех, кто его знает, он просто ангел! — восклицает Даррен. — Ну и мы считаем его прекрасным человеком, которому многим обязаны.

— Оставьте Питера, меня и парней в покое! — решительно требует Хелен, отчаянно пытаясь вырваться из хватки Дэвида, который крепко держит ее под руку. — Мы ни в чем перед этим Маркусом не виноваты. А если он сходит с ума на старости лет, то пусть сходит ко врачу.

Хелен громко вскрикивает под оглушительный лай Сэмми, когда Лютер со всей силы залупляет ей пощечину.

— Слышь, пигалица, если ты еще раз раскроешь свой поганый рот и оскорбишь Маркуса, клянусь, мы выпотрошим все твои мозги, — низким, грубым голосом угрожает Лютер. — Отдубасим, сука, не слабее, чем Роуза. Будешь скулить громче этой вонючей трусливой псины.

Агрессивно рычащий Сэмми громко подает голос, стоя в боевой позе и не спуская с обидчиков Хелен глаз.

— Расслабься, псина, ты ничего не сможешь сделать, чтобы защитить свою хозяйку. Как не смог спасти и ее ненаглядного.

— Ой, да не обращайте вы на него внимания! — с гордо поднятой головой машет рукой Даррен. — Псина будет только лаять. А захочет откусить руку – можно просто отпихнуть ее ногой посильнее.

— Пожалуйста, не делайте со мной ничего плохого… — с жалостью во взгляде умоляет Хелен и тихо шмыгает носом. — Отпустите меня… Ради всего святого…

— Нет, Хелен, теперь тебя никто не отпустит, — с хитрой улыбкой заявляет Рональд, большим пальцем проведя по дрожащим губам Хелен и приподняв ее лицо за подбородок. — Ты будешь делать все, что мы тебе скажем.

— Не волнуйся, у тебя будет очень много дел до того момента, как придет твоя трагическая смертушка, — добавляет Даррен. — Например, мы намерены как следует развлечься с тобой и поставить тебя на колени, чтобы ты всем нам как следует отсосала.

— Нет, пожалуйста, не надо! — закрывает уши руками Хелен, резко мотая головой. — Я ничего не хочу об этом слышать!

— Я бы поразвлекался с тобой еще немного, пока ты была в тот день без сознания, — признается Лютер, крепко сжав челюсть Хелен пальцами. — Так и хотелось спустить штаны и засунуть свой член тебе в задницу. Но все мои планы нарушила эта гребаная псина, которая притащила с собой Роуза.

— Кстати, Лютер постоянно говорит нам, что у тебя шикарные сиськи, — задумчиво говорит Дэвид и бросает оценивающий взгляд на грудь Хелен. — На вид они и правда сочные. Не два прыщика, но и не вымя. То что я люблю.

— Хватит, прошу вас! — громко и отчаянно умоляет Хелен. — Остановитесь!

— Не беспокойся, Маркус лично разрешил нам трахать тебя столько, сколько мы захотим, — заявляет Рональд. — Мол, делайте с ней что хотите, но не убивайте до получения сигнала.

— А поскольку он не хочет убивать тебя и Роуза сию минуту, то у нас с парнями очень много времени, чтобы как следует повеселиться, — добавляет Даррен. — Да еще и далеко не один раз. М-м-м…

— Нет, пожалуйста, не надо… — дрожащим голосом просит Хелен и громко шмыгает носом. — Я не хочу…

— Расслабься, Маршалл, тебя уже никто не спасет, — дает понять Лютер. — Роуза рядом нет, а твоя подружка свалила так же, как Перкинс от своего дружка. Ну а даже если она что-то и увидит, то вряд ли захочет вмешиваться. Побоится. Если эта девка умная, то она поймет, что с четырьмя мужиками ей сто пудов не справится.

— Так что, кнопка, ты сейчас затыкаешься, вытираешь слезки и спокойно идешь с нами, — добавляет Рональд. — Садишься в тачку и не выносишь нам мозги, пока мы едем до пункта назначения.

— Нет! — вскрикивает Хелен. — Нет, я никуда с вами не поеду!

— Тебя никто не спрашивает, детка, — хитро улыбается Дэвид и сжимает пальцами челюсть Хелен. — У нас приказ – привезти тебя к Маркусу. И мы его выполним любой ценой.

— Вы меня не заставите, уроды! Я никуда с вами не поеду! НИКУДА, СЛЫШИТЕ!

Кое-как растолкав удерживающих ее Даррена и Дэвида, Хелен хочет убежать отсюда как можно дальше, но практически сразу же оказывается пойманной Рональдом, со спины обвивший руку вокруг ее талии. После чего девушка получает крепкую пощечину, что заставляет ее с громким визгом упасть камнем на землю, пока Сэмми подходит к ней и начинает носом тыкаться ей в горящую щеку.

— Не выводи нас из себя, пигалица ты недоразвитая, — сквозь зубы цедит Даррен и крепко сдавливает горло Хелен рукой, не давая ей нормально дышать. — НЕ ВЫНУЖДАЙ НАС ОСЛУШИВАТЬСЯ МАРКУСА!

Сэмми с агрессивным лаем вцепляется зубами в руку Даррена и начинает таскать ее из стороны в сторону. Пока мужчина сильно сморщивается и кричит от боли, Лютер подходит к псу и с раздраженным рыком отталкивает его от своего приятеля мощным ударом ноги в живот.

— Ар-р-р, вот шавка поганая! — ругается Даррен, энергично растирая больное место.

— А ну заткнись, гребаная псина, — грубо требует Рональд, обеими руками вцепившись в поводок, все еще прикрепленный к ошейнику Сэмми, и всеми силами удерживает безудержно лающего и рычащего пса. — ЗАТКНИСЬ, ГОВОРЮ!

— Ты ничего не сделаешь, вонючий кусок дерьма, — с хитрой улыбкой заявляет Лютер, достает из кармана на жилетке небольшой нож и приставляет его к горлу все еще сидящей на земле и тихо плачущей от безысходности Хелен. — Твоя хозяйка сдохнет, хочешь ты того или нет.

Сэмми начинает заливаться еще более громким лаем, когда Лютер больно оттягивает волосы Хелен, резко откидывает ее голову назад и со спины еще плотнее приставляет переливающееся на свету лезвие ножа к ее горлу, заставив девушку еще сильнее задрожать с чувством, что бешено стучащее сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— Нет-нет, пожалуйста, не надо, умоляю, ради всего святого! — высоким, громким голосом тараторит Хелен. — Не-е-е-е-ет!

— Не трать силы, куколка, тебе это все равно не поможет, — советует Дэвид, опускается на корточки и проводит рукой по оголенным коленям Хелен, которая тут же резко вздрагивает и прижимает к себе. — Глотку тоже драть не надо. Советуем тебе закрыть свой хлебальник, не привлекать лишнее внимание и просто сесть с нами в машину.

— Что бы ты ни делала, твоя участь будет печальна, — уверенно заявляет Даррен. — А раз уж мы с тобой так удачно встретились, то наш господин будет очень рад познакомиться уже с тобой.

— НЕТ! — взвизгивает Хелен. — Я НИКУДА НЕ ПОЙДУ! НЕТ! НЕ ПОЙДУ! НИ ЗА ЧТО! ВЫ МЕНЯ НЕ ЗАСТАВИТЕ!

— Ох, какая наивная девочка… — ехидно усмехается Лютер, силой заставляет Хелен подняться на ноги, все еще держа нож у ее горла, и крепко прижимает ее к себе после того как располагает свободную руку у нее на животе. — Думает, что если она будет орать и умолять, то мы тут же отпустим ее.

— Сжальтесь надо мной, я вас очень прошу…

— Ничего личного, кнопка, мы все лишь выполняем приказ Маркуса, — невинно улыбается Рональд, продолжая крепко удерживать лающего Сэмми за поводок. — И пользуемся возможностью немного поразвлечься с молодой красивой девчонкой.

— Маркус назвал тебя нашей наградой за преданность ему, — признается Лютер. — Сказал: «Если вы, ребята, поймайте девчонку, то она будет полностью в вашем распоряжении.»

— А такая сексапильная награда реально стоит всех потраченных усилий, — самодовольно улыбается Дэвид.

— Я не хочу умирать… — тихо произносит Хелен и издает негромкий всхлип. — Я хочу жить…

— Ты и будешь жить, — уверяет Даррен. — Пока не осчастливишь всех нас, как следует отсосав и раздвинув пошире ножки. Пока Маркус не даст приказ от тебя избавиться.

— НЕТ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ НАДО! Я НЕ ХОЧУ! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! Я НЕ ХОЧУ! НЕ ХОЧУ!

— БЛЯТЬ, ДА ЗАКРОЙ ТЫ УЖЕ СВОЙ ПОГАНЫЙ РОТ! — взрывается Рональд, подлетев к Хелен и нанеся ей крепкую пощечину по обеим щекам, пока та заливается горькими слезами. — ЗАКРОЙ, СУКА! НЕ БЕСИ НАС!

— Я не дам вам так просто меня поймать! НЕ ДАМ! Я БУДУ БОРОТЬСЯ ДО ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА!

Хелен пяткой бьет удерживающего ее Лютера по лодыжке и пытается на всех порах убежать от него и его компании как можно дальше. Но поскольку она намного слабее в физическом плане, чем все четверо вместе взятые, то преступники достаточно быстро догоняют девушку, а Дэвид сбивает ее с ног одним сильным ударом ноги в поясницу. Как только та с визгами заваливается на землю, то ей приходится всеми силами отбиваться от напавшего на нее с кулаками Лютера, которому все-таки удается нанести ей несколько крепких пощечин. Пока в этот момент Рональд со спины применяет к ней захват шеи и крепко зажимает ее в локте, не давая своей жертве нормально дышать и игнорируя агрессивный и требовательный лай Сэмми, снова и снова пытающийся спасти свою хозяйку, но все время получающий больные удары в живот или по голове.

— Сука, эта гребаная псина уже реально заебала меня, — раздраженно рычит Дэвид, в очередной раз оттолкнув Сэмми от себя ногой и заставив того заскулить.

— Ему больно! — через силу выдавливает из себя Хелен, со всей силы лупя Рональда по руке и время от времени кашляя. — Хватит его бить…

— Ни хера ему не больно, он просто притворяется! — рявкает Даррен. — Псины – бесполезные куски дерьма, которые могут лишь жрать, срать и дрыхнуть!

— Неправда!

— Что ж, я так понимаю, добровольно ты с нами не пойдешь? — делает вывод Дэвид.

— НИ ЗА ЧТО! — вскрикивает Хелен.

— В любом случае мы не намерены возиться с тобой несколько часов. Да ты и не сможешь.

— Вот именно, коготочки ты, конечно, любишь выпускать, но тебе не хватит сил ими воспользоваться, — добавляет Лютер. — К тому же, ты еще и жуткая трусиха. Прямо как Роуз. Который, правда, усердно это скрывает, чтобы показаться крутым. Но мы-то с Маркусом и ребятами знаем, что он зассал еще в тот день, когда на него после концерта напал Даррен.

— Ради желания жить я найду в себе силы бороться, — решительно заявляет Хелен. — Я НЕ СДАМСЯ ВАМ ЖИВОЙ!

Хелен чудом удается выбраться из хватки Рональда и отбежать на несколько метров. Однако преступники снова ее настигают и, буквально покраснев от злости и ненависти, что все больше застилает им разум, все вместе безжалостно избивают беззащитную слабую девушку, которая никак не может противостоять четверым крепким парням и только лишь душераздирающе вскрикивает после каждого удара. В конце концов у нее появляется пара синяков на теле, тело начинает ломить от пронзающей его боли, слезы текут из глаз бесконтрольным потоком, сердце отбивает просто сумасшедший ритм, а надежды на какую-то помощь нет и не будет.

Сэмми также не может справиться с таким количеством людей, которые не пренебрегают возможностью нанести ему еще парочку крепких ударов. Можно сказать, песик даже начинает испытывать чувство страха перед теми, кто кажется ему до жути ужасными. Они стали ассоциироваться у него с адской болью, которую они причиняют ему снова и снова, при каждой попытке защитить свою хозяйку, ее возлюбленного и их друзей. Именно по этой причине ретривер в какой-то момент все больше начинает поджимать от страха хвост и большую часть времени остается в сторонке. Впрочем, он через силу берет себя в руки каждый раз, когда слышит истошные крики Хелен и видит слезы у нее на глазах, и отчаянно пытается спасти ее. Но к сожалению, в этой борьбе силы неравны. И удача в этот раз уж точно не на стороне Хелен и Сэмми.

— ХВАТИТ, ПРОШУ ВАС! — душераздирающе вскрикивает Хелен и резко прогибает спину после удара ногой по позвоночнику от Лютера. — МНЕ БОЛЬНО! НЕТ! ХВАТИТ!

— Заткнись, сучка! — рявкает Дэвид и залупляет Хелен пощечину. — Ты все равно поедешь с нами!

— И каждый раз, когда ты будешь выпендриваться, орать и пытаться нас одурачить, мы будем жестко тебя избивать, — угрожает Рональд.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

Когда Хелен с оглушительными визгами закрывает руками лицо, вжимает голову в плечи и сжимается в клубок, Сэмми с агрессивным лаем прикрывает ее собой, обнажая свои острые зубы и давая преступникам понять, что он не позволит и дальше вот так издеваться над его хозяйкой.

— Слышь, псина, ну-ка свали отсюда на хер! — грубо требует Даррен и жестом прогоняет отсюда Сэмми. — БРЫСЬ ОТСЮДА! ОТОШЕЛ ОТ НЕЕ! ОТОШЕЛ, ГОВОРЮ!

— Ой-ой-ой, как нам страшно от твоего рыка, — с презрительным смешком бросает Лютер, стоя рядом с Дэвидом, Дарреном и Рональдом, которых с утроенной силой облаивает Сэмми. — А вид твоих острых зубок заставляет нас обоссать все наши штаны.

Сэмми с еще большей агрессией рычит на всех четверых, удерживая прямой взгляд на обидчиках своей дрожащей от страха хозяйки, которая в этот момент со слезами на глазах медленно поднимается на ноги с чувством ломоты во всем теле.

— Лучше отойди, если не хочешь сдохнуть, — низким голосом требует Лютер и крепко сжимает в руке свой нож, который он направляет на Сэмми. — Клянусь, шавка, я лично тебя пырну, если ты не сделаешь то, что от тебя требуется.

— Да тупой он, не видно что ли! — с ехидной усмешкой скрещивает руки на груди Рональд. — Мозгов меньше, чем у какой-нибудь улитки или амебы.

— Зато гонора ничуть не меньше, чем у Роуза, — отмечает Дэвид. — Сам трус трусом, но ведет себя как какой-то сраный Супермен.

— Бежим, Сэмми! — громко тараторит Хелен. — Скорее!

Хелен снова предпринимает попытку убежать как можно дальше от своих обидчиков. Пока Сэмми тут же увязывается за ней прямо с поводком на ошейнике, преступники бросаются за ними в погоню, нисколько не сомневаясь, что они все равно поймают эту беглянку. Схватить ее за волосы и резко потянуть на себя удается Дэвиду, который после этого некоторое время борется с ней в рукопашную, во много раз превосходя девушку по силе. А в какой-то момент он с хитрой улыбкой грубо отталкивает ее от себя. Едва сохранив равновесие и не упав на землю, Маршалл чувствует, как спиной врезается в чью-то широкую мужскую грудь. Резко переведя свои мокрые, широко распахнутые глаза назад, она видит, что откуда-то взялся еще и пятый незнакомец с пучком темных длинных волос на голове, который на первый взгляд выглядит на удивление спокойным и смотрит на брюнетку с гордо поднятой головой.

— Привет, Хелен, — хитро улыбается незнакомец. — Пока, Хелен.

Ни секунды не колеблясь, мужчина решительно всаживает тонкую иглу от небольшого шприца прямо в шею Хелен – в место с самой тонкой кожей. От внезапно пронзившей ее боли девушка резко вздрагивает с негромким криком, пока преступник все глубже вводит иглу под кожу и давит двумя пальцами на поршень, чтобы ввести неизвестную прозрачную жидкость в организм жертвы. Когда мужчина вводит все, то резко вынимает иглу, а девушка тут же зажимает уколотое место рукой, запаниковав из-за того, что этот раствор может с ней сделать.

— Ты как раз вовремя, Элайджа, — хитро улыбается Лютер. — Девчонка не хотела с нами идти.

— Я так и подумал, — с гордо поднятой головой отвечает Элайджа. — Маркус не зря достал для нас эту штучку.

— Что вы со мной сделали? — громко недоумевает Хелен. — ВЫ ЧТО МНЕ ВКОЛОЛИ? ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

— Тише-тише, девочка. — Элайджа тыльной стороной рукой гладит тяжело дышавшую Хелен по щеке. — Это не смертельно. Обычное снотворное. Я сделал тебе укольчик, чтобы ты ненадолго поспала, а мы спокойно сделали свое дело.

— Нет… — резко мотает головой Хелен. — Нет, пожалуйста, нет…

— Эта штучка должна подействовать уже через пару минут. — Элайджа бросает короткий взгляд на надетые на его руке часы. — Но ничего, мы подождем, пока ты не потеряешь сознание.

— Мы поначалу хотели просто треснуть тебя по башке, как и Роуза, — признается Лютер. — Но Маркус решил, что девчонку такой мощный удар может и убить. Поэтому мы приняли решение просто вколоть тебе усыпляющую штучку.

— Твари… — душераздирающе вскрикивает Хелен. — ТВАРИ! Я ВАС НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ!

Хелен начинает во всю силу колотить сжатыми в маленькие кулаки руками по груди всех своих обидчиков, которые либо никак не реагируют на ее действия и лишь злостно смеются, либо пытается оттащить девушку в сторону.

— ДА БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ! ВЫ И ВАШ ПОГАНЫЙ МАРКУС! ОН ИСПОРТИЛ НАМ ВСЮ ЖИЗНЬ! ВСЕ БЫЛО ХОРОШО, ПОКА ВЫ ВСЕ НЕ ИСПОРТИЛИ!

— Теперь-то ты уже точно проиграла, Хелен Маршалл, —заявляет Элайджа. — Ты, конечно, неплохо боролась. Лично я оценил. Но как только ты уснешь, то мы отвезем тебя туда, где и будешь ждать своей смертушки.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

Хелен с учащенным дыханием крепко вцепляется в свои волосы, широко распахнутыми глазами осматриваясь вокруг, пока Сэмми поджимает хвост и с жалостью во взгляде тихонько скулит, как будто он понимает, что вот-вот произойдет.

— Ну а пока укольчик не подействует, я успею выкурить сигаретку, — уверенно говорит Рональд, доставая из кармана легкой куртки пачку сигарет.

— О, а дай-ка и мне закурить! — просит Дэвид, протянув Рональду руку.

— Эй, мужики, дайте кто-нибудь зажигалку! — просит Даррен, щелкая своей зажигалкой. — А то моя копыта откинула, походу.

Где-то в глубине души Хелен понимает, что это и правда тупик, но она всеми фибрами души протестует и отказывается смириться с проигрышем. Она даже хочет верить, что Элайджа вколол ей какую-нибудь пустышку или обычную воду, дабы запугать ее, поскольку пока что никаких изменений в самочувствии с ней не происходит. Хотя сердце работает на пределе своих возможностей, в горле все пересыхает, ладони вспотевают, а голова кружится от острой нехватки воздуха, вызванной сильной панической атакой.

«Нет-нет, этого не может быть! — отчаянно думает Хелен. — Я не могу проиграть. Я должна бороться! Если я потеряю сознание, то меня точно увезут. Ракель не сможет ничего сделать, даже если она сейчас где-то прячется. И Сэмми не может бороться со всеми этими людьми. Господи, умоляю, спаси меня… Я не хочу умирать, не хочу… Пусть хоть кто-нибудь меня спасет… Пожалуйста, боже…»

Одержимая паникой и страхом Хелен бросает полный испуга взгляд на своих обидчиков, которые кажутся совершенно расслабленными и болтают о чем-то своем, пока трое из них с блаженной улыбкой начинает без спешки втягивать никотиновый дым. Даже если она прекрасно понимает, насколько этот поступок глуп, девушка резко разворачивается и начинает со всех ног бежать куда глаза глядят. Сэмми с громким лаем тут же увязывается за ней, а вот мужчины в этот раз вовсе не спешат догонять ее и лишь тихо усмехаются в ответ на ее выходку.

— Беги, кнопка, беги, — хитро улыбается Лютер. — Все равно далеко не сбежишь.

— Пробежит пару метров и упадет, — добавляет Даррен. — Укольчик начнет действовать. И она ничего не сможем с этим поделать.

— Ну что, мужики, прогуляемся немного? — с загадочной улыбкой предлагает Элайджа. — Подышим свежим воздухом, поболтаем, да покурим?

— С удовольствием, — уверенно кивает Дэвид. — Не будем выпускать ее из виду.

— Как только вырубится – пакуем ее и везем в нужное место, — вставляет Рональд.

— Если псина даст, — хмуро бросает Элайджа.

— Не отвалит от девчонки – дорого за это поплатится, — грубо говорит Лютер. — Не просто останется один, а будет лежать и подыхать. Я ему это без проблем устрою.

Пока преступники совершенно спокойно идут по прямой и обсуждают дальнейший план действий, Хелен удается отбежать от них на достаточно приличное расстояние вместе с Сэмми, не отстающий от нее ни на секунду. В какой-то момент она сворачивает направо и пробегает еще немного до того, как начинает задыхаться от нехватки воздуха и усталости. Остановившись, девушка с учащенным дыханием осматривается вокруг и опирается ладонями о колени, мысленно выдохнув от мысли, что компания мужчин от нее отстала, пока песик с жалобным поскуливанием бегает вокруг нее и тычется носиком куда только можно, будто справляясь о ее самочувствии.

— Я в порядке, малыш, — тихо произносит Хелен. — В порядке. Не волнуйся. И кажется, мы от них оторвались.

Погладив Сэмми по голове, Хелен начинает медленным шагом просто идти по прямой и в какой-то момент снова накрывает ладонью то место, в которое Элайджа воткнул иглу.

— Слава богу, Ракель сейчас не со мной. А иначе эти твари и ее не пощадили бы. И я очень надеюсь, что она не станет вмешиваться, даже если видит происходящее. Правда я понятия не имею, находится ли она в том кафе до сих пор.

Пройдя еще некоторое расстояние, Хелен начинает испытывать чувство легкого головокружения, из-за которого практически теряет равновесие. Приложив ладонь ко лбу и резко встряхнув головой, девушка окидывает взглядом окружающую ее обстановку и понимает, что в глазах внезапно начинает двоится.

— Слушай, Сэмми, мне что-то нехорошо… — тихо произносит Хелен и начинает довольно часто дышать с надеждой, что это поможет ее голове хоть немного проясниться. — Голова кружится… Все будто разъезжается…

Понимая, что дело пахнет жареным, Сэмми очень жалобно скулит и тихонько лает, как будто он говорит: «Нет-нет, Хелен, умоляю, держись, оставайся со мной! Дыши глубже, все будет хорошо, я рядом!»

— Черт, все-таки они и правда что-то мне вкололи… — прикладывает руку к часто бьющемуся сердцу Хелен. — Я сейчас точно упаду в обморок…

Еще раз осмотревшись вокруг, Хелен мелкими шагами доходит до высокого ограждения и рукой опирается на него. В какой-то момент она нервно сглатывает с ощущением легкой тошноты в горле и мысли, что ей как будто начинает не хватить воздуха из-за того, что невидимая сила крепко сдавливает грудную клетку.

— Нет, господи, пожалуйста… — шепчет себе под нос Хелен. — Только не это… Я не могу проиграть… Не могу позволить им забрать меня…

Крепко держась за ограждение, Хелен продолжает медленно продвигаться вперед с чувством головокружения, что усиливается с каждой секундой. Все перед глазами расплывается, а окружающие ее звуки доносятся до ушей будто сквозь какую-то глухую стену. Хотя и понимает, как встревоженный Сэмми носится вокруг нее и тычется носом то в руку, то в ногу, не зная, как помочь хозяйке и у кого попросить помощи с учетом того, что вокруг, как назло, никого нет.

— Мы должны уйти отсюда… — тихо говорит Хелен. — Как можно дальше… Пока они нас не поймали… Нужно спрятаться…

Однако состояние Хелен стремительно ухудшается с каждой секундой, а она уже едва стоит на ногах и все меньше способна сопротивляться какой-то неведомой силе, что упорно затягивает ее в свои крепкие объятия. Частое и глубокое дыхание никак не помогает ей почувствовать себя лучше. К тому же, сейчас ей приходиться прилагать немало усилий, чтобы наполнить легкие воздухом. Да и никак не получается проглотить образовавшийся в горле комок. Как бы усердно девушка ни сопротивлялась, неизвестное вещество, введенное в ее организм, оказывается намного сильнее и не оставляет ей никакого шанса.

А в какой-то момент тяжело дышащая Хелен камнем падает на землю, поскольку ватные ноги не могут удержать ее вес, да и пальцы не слушаются и более не могут крепко сжимать металлическую балку высокого ограждения. Сэмми с жалобным поскуливанием тут же подбегает ко своей хозяйке и начинает тыкаться носом ей в лицо и облизывать его, пока она без сил лежит на боку и безучастным взглядом вглядывается вдаль с чувством, что силы все больше ее покидают.

— Я не могу, Сэмми… — дрожащим шепотом произносит Хелен. — Не могу… Мне очень плохо… Я слаба…

Сэмми издает душераздирающий лай и теребит руку Хелен лапой, отчаянно умоляя ее встать, пока преступники не нашли их и не воспользовались ситуацией.

— Прости меня, мой мальчик… — тихо шмыгает носом Хелен. — Я не могу… Оно сильнее меня…

А пока Сэмми бегает кругами вокруг находящейся в полубессознательном состоянии Хелен, которой уже не хватает сил на то, чтобы хотя бы просто сесть, к ним все также спокойно и вальяжно подходят Лютер, Элайджа, Рональд, Даррен и Дэвид, которые с хитрой улыбкой и гордо поднятой головой переглядываются между собой.

— Штучка подействовала, — уверенно отмечает Рональд, с гордым видом стряхнув пепел со своей сигареты.

— Класс, даже напрягаться особо не пришлось! — восклицает Лютер. — Девчонка немного посопротивлялась, да успокоилась.

— Ну не будет же она крутить вертушки и стирать кулаки в кровь, врезая всем нам по морде, — ехидно усмехается Дэвид, пренебрежительно бросив малюсенький окурок на землю и раздавив его ногой. — Максимум, на что она способна, – это умолять нас сжалиться, отпустить и взывать к совести. Ну и звать своего любимого на помощь, конечно.

— Пожалуйста… — дрожа от страха, шепчет Хелен, пока ее затуманенный взгляд уставлен на мужчин, чьи лица кажутся ей размытыми. — Остановитесь…

— Не переживай, кнопка, это пока что не смерть, — уверяет Лютер и решительно подходит к Хелен. — Это всего лишь недолгий сон. Глубокий сон, во время которого ты ничего не будешь понимать и помнить.

— Я не хочу умирать… Пожалуйста…

— Мне уже не терпится почувствовать, как твой нежный ротик ласкает мой член, доводя меня до безумия. Не терпится увидеть тебя голой и насладиться твоим прекрасным телом.

С этими словами Лютер опускается на корточки перед лежащей без сил на земле Хелен и медленно проводит рукой по ее бедру. А когда Сэмми подлетает к нему с целью наброситься, то его ногой просто отталкивает Рональд, также опустившийся на колени перед девушкой и погладивший ее по щеке.

— Будешь хорошо себя вести – мы будем с тобой нежными и милыми, — обещает Рональд. — Потрахушки не будут причинять тебе боль. Но в противном случае все твое тело будет пылать огнем от жгучей боли.

— Пожалуйста, хватит меня мучить… — отчаянно умоляет Хелен, будучи настолько обессиленной, что она даже не может убрать руку Даррена, который запускает ее под топик и гладит обнаженный живот. — Умоляю…

— Тише-тише, куколка, расслабься, — советует Дэвид и убирает с лица Хелен некоторые пряди волос. — Дыши глубоко и закрывай глазки. Все равно тебе уже никуда не деться.

— Питер… Питер, помоги… Пожалуйста… Ты нужен мне…

— Сожалеем, красотка, но твоего Питера поблизости нет, — огорчает Даррен. — И он больше никогда тебя не увидит. Точнее, увидит. Твой труп. Перед тем как сдохнет сам.

Хелен начинает заливаться горькими слезами, которые она никак не сдерживает, из-за полной безысходности ситуации чувствуя себя маленькой беззащитной девочкой, желающая найти своих родителей и прижаться к ним крепко-крепко. Ну… В данном случае она мечтает прижаться к своей любимой бабушке. Которой все-таки придется узнать о текущей ситуации, если она не найдет способ вырваться из этого плена. А ей это, скорее всего, не удастся.

— Тс-с-с, тише, малышка, тише… — успокаивает Лютер, погладив Хелен по голове. — Тебе уже ничто не поможет.

Лютер переводит взгляд на громко лающего и рычащего Сэмми.

— Даже вот эта гребаная псина, из-за которой ЛИЧНО У МЕНЯ УЖЕ БАШКА, СУКА, ТРЕЩИТ!

— Блять, да придушите вы эту суку наконец! — взрывается Рональд. — ЗАЕБАЛ ОН УЖЕ ГАВКАТЬ И СКУЛИТЬ!

— ОТВАЛИ, ТЕБЕ СКАЗАЛИ! — рявкает Даррен, со всей силы оттолкнув Сэмми в сторону и швырнув в него маленький камушек, который попадает ему прямо в нос. — ЗАТКНИСЬ, ПОГАНАЯ ПСИНА! ЗАТКНИСЬ!

Своими действиями преступники настолько вывели Сэмми из себя, что он перестает себя сдерживать и выпускает наружу такую сильную агрессию, которую не проявлял даже тогда, когда его взяли на операцию по аресту Нормана и Джулиана Поттеров. Пес сначала очень агрессивно рычит на всех мужчин, обнажая свои острые зубы, а затем резко набрасывается на Лютера, в чью руку он вцепляется мертвой хваткой, заставляя того истошно кричать от боли.

— А-А-А-А-А-А, СУКА, БОЛЬНО! — вскрикивает Лютер, трясся зажатой рукой с надеждой освободить ее. — ПУСТИ! ПУСТИ, А-А-А-А-А! ПАРНИ, СДЕЛАЙТЕ ЧТО-НИБУДЬ! ОН МНЕ СЕЙЧАС РУКУ ОТКУСИТ НА ХЕР!

— Ар-р-р, вцепился так, что хер отлепишь, — раздраженно рычит Элайджа, всеми силами пытаясь оттащить Сэмми от Лютера. — Сука, блять… Еще и тяжелый… Ар-р-р…

— Да отвали ж ты от нас, наконец, кусок дерьма! — рявкает Дэвид, агрессивно швыряясь камушками в Сэмми, которого в этот раз явно уже ничто не остановит. — ОТВАЛИ, ГОВОРЮ!

Дэвид в итоге провоцирует Сэмми на то, что он вонзает свои зубы уже в его руку и сжимает ее настолько крепко, насколько это возможно, не обращая внимания на то, что остальные всеми силами пытаются его оттащить.

— А-а-а-а, вот прицепился-то мудак! — раздраженно рычит Даррен, бьет Сэмми ногой в живот и камнем падает на землю, когда пес набрасывается уже на него. — АЙ, СУКА! БОЛЬНО! ПУСТИ!

— ДЕБИЛЫ, БЛЯТЬ, ОТТАЩИТЕ ОТ МЕНЯ ЭТО ГОВНО! — вскрикивает Рональд, когда Сэмми набрасывается на него. — А-А-А-А! МНЕ БОЛЬНО!

— Молитесь, чтобы эта шавка не была заразна, — хмуро бросает Элайджа, взглянув на царапину на руке, которую Сэмми оставил с помощью своих острых когтей. — Чтобы у нее не было никакого бешенства или еще какой-нибудь херни.

— Ар-р-р, да мы на этого мудака потратим в три раза больше времени, чем на Роуза и всех его дружков, — агрессивно бросает Рональд, пытаясь оттащить Сэмми от Элайджи. — Если бы не он, мы бы уже давно упаковали девчонку.

— У меня есть идея, как быстро со всем этим покончить, — с хитрой улыбкой заявляет Лютер. — Как сделать так, чтобы эта псина больше нам не мешала.

С этими словами Лютер достает из кармана на своей жилетке нож и крепко сжимает его пальцами, пока Сэмми крепко держит руку Дэвида в зубах и даже не думает ее отпускать.

— Нет… — широко распахнув глаза, тихо взмаливается Хелен. — Прошу вас, не надо…

— А-а-а-а, эта тварь сейчас точно сделает нас инвалидами, — грубо бросает Даррен, трясся рукой, в которую зубами вцепился Сэмми. — ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ, СУКА! А-А-А-А! ОТВАЛИ, ГОВОРЮ!

— Тебе конец, вонючий кусок дерьма, — грубым, низким голосом говорит себе под нос Лютер. — Сейчас я сделаю из тебя огромный кусок мяса, который пойдет на корм другим животным.

Не теряя времени, Лютер решительно подходит к Сэмми и без колебаний резко вонзает нож в живот песика.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — прорезается голос у обессиленной Хелен, которая широко распахивает глаза. — СЭММИ!

Тело Сэмми пронзает резкая боль, из-за которой он мгновенно отпускает руку Даррена и начинает душераздирающе скулить, молящим взглядом смотря на хитро улыбающегося Лютера.

— Ну что, сука, получила? — спрашивает Лютер и медленно проворачивает нож, причиняя Сэмми еще больше боли и заставляя его еще громче и жалобнее скулить. — Так тебе и надо, паскуда!

— Нет, пожалуйста… — заливается слезами Хелен. — Мой песик… Мой малыш… Не трогайте его…

— Можешь попрощаться со своей шавкой, Маршалл, — с гордо поднятой головой говорит Элайджа, зажимая рукой рану на руке. — Псина наконец-то сдохнет.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

— На, сука, на еще! — рявкает Лютер и вонзает нож в еще пару мест на животе у Сэмми. — Сдохни, ублюдок! СДОХНИ! СДОХНИ!

А когда Лютер все-таки вытаскивает нож с уже ярко-красным лезвием, Сэмми с жалобным поскуливанием обессилено падает на землю, пока его раны начинают сильно кровоточить, стремительно забирая у песика силы.

— С-с-сэмми… — дрожащим голосом произносит Хелен, протягивая руку к недалеко лежащему от нее Сэмми, и тихо шмыгает носом. — М-м-мальчик мой…

Сэмми в ответ очень жалобно скулит, словно извиняясь перед Хелен за то, что он не сумел спасти ее из-за того, что преступников оказалось слишком много, а один из них нанес ему ножевое ранение.