Проходит три дня. Хоть Хелен наслаждается свободным от работы днем, она все равно не сидит без дела и всегда находит чем ей заняться. Сегодня девушка с утра пораньше отправилась в город, чтобы прогуляться со своим псом Сэмми и помочь ему потратить свой огромный запас энергии с помощью долгого бега и интенсивных игр с его любимыми игрушками и кое с чем, что он находит по дороге.

Она гуляет не одна, а с Питером, который вызвался составить компанию своей возлюбленной. Ему все еще несколько трудно передвигаться из-за травмы ноги, а поврежденную руку приходиться беречь и как можно ее задействовать. Тем не менее мужчина старается лишний раз не жаловаться и просто делает все аккуратно, без спешки, надеясь, что к следующему концерту своей группы он может более-менее прийти в себя.

— Может, тебе не стоило этого делать? — проявляет беспокойство Хелен, ведя Сэмми на поводке, пока тот послушно следует за ней и с интересом обнюхивает землю. — У тебя ведь больная нога.

— Не волнуйся, любимая, все не настолько плохо, — с легкой улыбкой отнекивается Питер. — А выписанное мне обезболивающее значительно облегчает боль.

— Даже если у тебя всего лишь ушиб и легкий вывих, это не значит, что тебе можно не беречь себя.

— Как я могу думать о каком-то ушибе, когда происходит такая ситуация? Когда тебе особенно опасно ходить по улицам одной.

— Но ведь со мной Сэмми. — Хелен с милой улыбкой гладит Сэмми по голове. — Я знаю, что он меня защитит.

— Я знаю, Хелен. — Питер целует Хелен в висок, приобняв ее за плечи. — Но мне будет намного спокойнее, если я буду оберегать тебя лично.

— Конечно, мне безумно приятно, что ты так волнуешься и беспокоишься обо мне. Но я куда больше волнуюсь из-за твоих травм.

— Неужели ты думала, что я буду целыми днями валяться в кровати и объедаться вкусняшками из-за того, что у меня повреждена рука и нога?

— Вообще-то, ты обязан это сделать!

— Вот как только я доставлю тебя домой в целости и сохранности, тогда и поеду отлеживаться.

— О, Питер… — заливается краской Хелен.

В этот момент Сэмми тихо, но уверенно подает голос.

— Вон Сэмми со мной согласен! Ты должен себя беречь!

— Да? — удивленно произносит Питер. — А по-моему, Сэмми говорит, что нужно оберегать тебя.

— Неужели ты думаешь, что те люди захотят что-то мне сделать?

— Это рано или поздно случится. То, что до сегодняшнего дня ты спокойно ходила по улицам, не значит, что все обойдется.

— Ты меня пугаешь…

— Я и сам весь в напряжении. — Питер резко выдыхает. — Тем более, те твари и сами как-то упоминали, что до тебя очередь обязательно дойдет. А значит, все это дело времени.

— Господи, я не понимаю, кто так сильно на тебя обозлился? — недоумевает Хелен, обняв себя руками. — На тебя нападали уже четыре раза! Четыре!

— Да, ребята настырные. Но мы с парнями считаем, что пока что их цель – не убить меня, а лишь помотать мне нервы.

— Но ведь тебе хотели навредить! Один пытался задушить, другой с лестницы столкнул, а третий так вообще сбил на машине! Ну и еще и один хотел убить… После концерта…

— Просто прекрасно понимают, что слова меня вряд ли бы испугали. Вот и устраивают вот такие встряски.

— Ты точно уверен в том, что никому не вредил?

— В смысле? — слегка хмурится Питер.

— Может, ты что-то скрываешь от парней? Может, у тебя есть какие-то проблемы, а ты не хочешь о них говорить?

— Нет, я ничего не скрываю.

— Не переживай, Пит, если ты попросишь, то я никому ничего не скажу. Но я хочу знать, почему все это происходит.

— Клянусь, Хелен, мне нечего тебе сказать! — восклицает Питер. — Я понятия не имею, кто за всем этим стоит. Да и к тому же… Тот, кто гонялся за мной и Терренсом, признался, что я с тем человеком пока что не знаком.

— Не знаком?

— Да, мол, я не знаю их господина, но он знает меня. Довольно-таки давно, как я понимаю.

— И у тебя нет никаких предположений, с кем тот человек может быть связан?

— Не имею ни малейшего понятия.

— Как-то все это странно.

— Согласен… — устало вздыхает Питер. — Жил себе спокойно и радовался жизни, а тут кто-то решил попить моей кровушки.

— И объявляться он явно не собирается.

— Ага, действует через своих сообщников.

— Боится, что ли?

— Скорее, хочет сохранить интригу. Заставить погадать.

Сэмми два раза уверенно подает голос.

— Ох, у меня уже голова кругом ходит из-за всей этой чехарды… — признается Питер. — Лишний раз боязно даже на улицу выйти. Ибо везде может поджидать какой-нибудь отморозок.

— Мы с девочками и сами не знаем, что посоветовать, — задумчиво отвечает Хелен. — Никто не может ничего сказать. С кем бы мы ни говорили.

— Слушай, а с вами точно не происходило ничего такого в последнее время? Может, за вами кто-то следил? Кто-то подходил и что-то говорил?

— Э-э-э, нет… — неуверенно произносит Хелен, отведя взгляд в сторону и слегка прикусив губу. — Никто… Девочки тоже не жаловались.

— А почему у тебя дрожит голос?

— У меня? Голос?

— Да, ты занервничала, — настороженно отмечает Питер. — Побледнела немного. И твой ответ кажется мне не очень уверенным.

— Да нет… — Хелен немного фальшиво улыбается, дотронувшись пальцами до лица и начав несколько тяжело дышать. — Тебе… Показалось…

— Ты же не думаешь, что скрывать что-либо от меня – хорошая затея?

— Я ничего от тебя не скрываю.

— Да? А вот я так не думаю.

— Побойся бога, Питер! Как ты можешь даже думать о том, что я что-то скрываю.

— Но ты ведь нервничаешь.

— Я просто очень боюсь! — взволнованно признается Хелен. — Боюсь, что эти люди доберутся и до меня. Я… Я не хочу помирать…

— Посмотри мне в глаза, Маршалл, — решительно просит Питер. — Посмотри в глаза и скажи, что ты мне не врешь.

— Я не вру, Пит, клянусь! — восклицает Хелен, переведя широко распахнутые глаза на Питера. — И ничего от тебя не скрываю.

— Хелен!

— Откуда у тебя такое недоверие ко мне? Неужели я сделала что-то ужасное?

— Если бы все и правда было хорошо, ты бы так не нервничала. Не теребила бы свой браслет и не чесала глаза, нос и еще что-нибудь.

— Это все от нервов… — Хелен нервно сжимает свое запястье, чувствуя, как часто бьется ее сердце. — И за тебя переживаю… И на работе в последнее время неспокойно…

— Что-то ты мутишь воду, Маршалл… — скрещивает руки на груди Питер. — И нагло мне врешь.

— Боже, какая муха тебя укусила? Вроде был в хорошем настроении, когда мы только встретились? Что произошло с тобой сейчас?

— Да вот думаю, не скрываешь ли ты что-то намеренно. Что-то, что могло бы помочь мне отвязаться ото всех этих ублюдков, из-за которых я сейчас стал полуинвалидом.

Сэмми в этот момент тихонько скулит, будто прося Питера прекратить нападать на Хелен, пока та едва сдерживает слезы обиды и вжимает голову в плечи.

— Ты меня обижаешь, любимый… — дрожащим голосом произносит Хелен.

— А ты меня как будто не обижаешь! — немного сухо бросает Питер.

— Что я тебе сделала? Почему ты так со мной разговариваешь?

— Ты сама даешь мне причину считать тебя вруньей. Причину думать, что ты хочешь, чтобы они сжили меня со свету.

— Господи Иисусе, Питер… — широко распахивает глаза Хелен. — Да в тебя словно бес вселился…

— А ты окончательно засекретилась и завралась! — срывается на крик Питер.

Сэмми прижимает уши плотно к голове и с тихим поскуливанием поджимает от страха хвост, будто бы стремясь стать маленьким и незаметным.

— Ты не в себе, Роуз! — немного раздраженно бросает Хелен. — Просто не в себе!

— Со мной все нормально, — сухо отвечает Питер.

— Если ты нервничаешь из-за того, что сейчас происходит, то не надо срываться на мне. Я в этом не виновата. Все вопросы к тому, кто все это устроил.

— Да, конечно, не виновата! Ты у нас, значит, невинная овечка. Которая, правда, однажды уже мне соврала.

— Ты что, решил вспомнить историю моего конфликта с девочками? Тебе больше делать нечего!

— Нет, Маршалл, дело уже совсем в другом. Хотя оно тоже касается твоего наглого вранья.

— Прекрати, Питер, я прошу тебя… — с мокрыми, полными жалости глазами умоляет Хелен. — Ты причиняешь мне огромную боль своими необоснованными обвинениями.

— Необоснованными, говоришь? — Питер ехидно усмехается. — Необоснованными, блять?

— Успокойся, я тебя прошу. Дыши глубже. Думай о хорошем.

Только Хелен пытается взять Питера под руку, как он резко ее одергивает, несмотря на то, что она как раз травмированная.

— Не трогай меня! — грубо бросает Питер.

— Боже, я никогда не видела тебя в таком бешеном состоянии, — приходит в ужас Хелен. — Я… Я не понимаю…

— Хорошо. — Питер резко останавливается. — Раз ты притворяешься дурой и предпочитаешь быть в моих глазах лгуньей, так и быть, я кое-что тебе разъясню.

Питер больно хватает Хелен под руку и уводит ее в сторону, чтобы не мешать другим людям продолжать свой путь. Пока Сэмми следует за своей хозяйкой и начинает негромко лаять на блондина, смотря на него испуганными глазами.

— Эй, ты чего творишь? — возмущается Хелен. — Роуз, ты совсем обалдел? Отпусти, мне больно! Отпусти, я сказала!

— Закрой рот, сейчас я говорю! — агрессивно бросает Питер, отпускает Хелен и резко отталкивает ее от себя, смотря на нее почерневшими от злости глазами.

Сэмми начинает лаять уже немного громче.

— Сэмюэль, фу! — бросает Питер. — Хватит лаять!

Пожалуй, это первый раз, когда Сэмми вдруг начинает тихонько порыкивать на Питера, будучи готовым в любой момент защитить Хелен от человека, который словно обезумил под влиянием какого-то колдовства.

— Я тебе что сказал? А ну хватит истерить!

— Хватит, Питер, пожалуйста… — отчаянно умоляет Хелен, пока слезы медленно катятся по ее щекам. — Приди в себя! Прекрати так себя вести!

— Сейчас посмотрим, как ты запоешь после того как я покажу тебе кое-что интересное, — низким, грубым голосом отвечает Питер.

— И что ты хочешь показать?

— Сейчас… Сейчас я с радостью удовлетворю твое любопытство.

С этими словами Питер достает из кармана на своих джинсах мобильный телефон и несколько секунд что-то в нем ищет, дыша словно разъяренный бык и чувствуя, как каждую его мышцу буквально распирает от гнева.

— А теперь, красавица, полюбуйся на сие послание, — с гордо поднятой головой говорит Питер. — Посмотри-посмотри. Можешь даже взять телефон, чтобы рассмотреть получше.

Хелен дрожащими руками забирает телефон из рук Питера и с волнением переводит взгляд на экран. Ей на глаза сразу же попадается сообщение от неизвестного номера, содержание которого заставляет ее впасть в ступор:

«Ты думаешь, твоя горячо любимая подружка такая уж невинная, милая и пушистая? Уверен, что сделал правильный выбор, и думаешь о том, не стоит ли тебе на ней жениться? Нет, Питер Роуз, ты глубоко ошибаешься! Эта девчонка тебя нагло обманывает. Она не так уж тебе и верна. Не так честна с тобой. Не так уж сильно тебя любит. Мне известно кое-что нехорошее, что касается прошлого Хелен Маршалл. Известно о нескольких ее грешочках, о которых она так стыдится со всеми говорить. Если ты узнаешь об этом, то точно усомнишься в том, что тебе с ней повезло. Поверишь, что тебя в очередной раз обманули. А если хочешь узнать подробности – обратись к этому «темному ангелу» лично. Не уверен, что она что-то тебе расскажет, но кто знает. Может, девчонка и расколется. Хотя я очень сомневаюсь в том, что она расскажет все грязные секреты своего бурного прошлого, и признается в романе сразу с несколькими молодыми парнями.»

Прочитав сообщение от и до целых два раза, Хелен начинает очень тяжело дышать с чувством, что у нее начинает кружиться голова, нехваткой воздуха и мыслью, будто земля уходит из-под ног.

— Боже мой… — дрожащим голосом произносит Хелен. — Нет… Нет-нет-нет…

— И как ты мне все это объяснишь? — сухо требует ответа Питер, резко вырвав свой телефон из рук Хелен и положив его обратно в карман. — Не хочешь ничего мне рассказать?

— К-кто тебе это прислал? Когда?

— Вчера вечером. Кто прислал – понятия не имею. Номер неизвестный. Но я так понимаю, этот кто-то очень тебя знает. Знает намного лучше меня.

— И ты правда в это поверил? Поверил, что я и правда такая ужасная?

— Ну да, прочитав это сообщение, я сразу же начал гнать от себя все эти мысли. Мол, такого просто быть не может. Думал, моя Хелен не такая. Хотя в глубине души червячок все-таки сидел. Учитывая твои прошлые промахи.

— Мы с девочками уже давно все решили и помирились. Никто к этому не возвращается. Никто не напоминает мне о том, что было.

— И что-то подсказывает мне, что это далеко не все, что ты рассказала в тот день, — уверенно заявляет Питер. — Все лежало лишь на поверхности, но глубже никто копать не стал. Хотя сейчас я понимаю, что надо было.

— Питер, ради бога, прекрати это…

— Кстати, я настоял на прогулке с тобой в большей степени для того, чтобы разъяснить всю эту гребаную ситуацию. Вчера вечером я решил, что сегодня же потребую от тебя объяснений.

— Это все клевета, милый! — с жалостью в мокрых глазах оправдывается Хелен. — Я ни в чем перед тобой не виновата и не сделала ничего плохого.

— Значит, отказываешься говорить?

— Неужели ты хочешь, чтобы я, глядя тебе в глаза, сказала, что все это правда?

— Да, хочу!

— Это ложь!

— Не выводи меня из себя, Хелен Маршалл! — резко отрезает Питер. — Я не позволю тебе сделать из меня дурака и вечно обманывать.

— Я никогда тебя не обманывала! — Хелен тихо шмыгает носом. — Ты всегда знал обо всех моих секретах. Обо всем, что происходило в моей жизни.

— Тогда, блять, соизволь объяснить, в каких таких грешочках ты до смерти боишься признаться? — Питер крепко хватает Хелен под руки. — Чего я о тебе не знаю? Чего я не знаю о твоем прошлом?

— Отпусти меня, пожалуйста… — сильно морщится Хелен. — Мне больно…

— Ты, сука, тоже решила поиграть со мной как с игрушкой? Такая же, как и та стерва Кристина? Или еще хуже!

— Ты несправедлив ко мне, Пит!

— И я смотрю, ты время зря не теряешь! Вертишь мной как хочешь, пользуешься мною, изображаешь великую любовь и самопожертвование… А сама, твою мать, встречаешься с несколькими мужиками!

— Какие такие мужики?

— Только не смей утверждать, что это ложь, — грубым, низким голосом говорит Питер, резко отталкивает Хелен от себя и крепко сжимает руки в кулаки, дыша словно загнанная лошадь. — НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ, ЧТО ТЕБЯ ОБОЛГАЛИ!

— У меня никого нет! — отчаянно возражает Хелен. — И никогда не было!

— Я сказал, НЕ СМЕЙ МНЕ ВРАТЬ!

В этот момент Сэмми начинает громко и решительно лаять, встав в боевую позицию, пока его недобрый взгляд уставлен на буквально почерневшего от злости Питера.

— Видно, кто-то хорошо осведомлен о твоих похождениях. О том, как ты тайком ото всех прыгаешь из одной кровати в другую. О том, с каким удовольствием ставишь мне рога.

— Я ни с кем не спала! — срывается на крик Хелен. — Ни с кем! Я люблю тебя! И только тебя! Мне никто другой не нужен!

— Какая же ты дрянь… — качает головой Питер. — Наглая и лживая дрянь…

— Умоляю, Питер, перестань! — перестает сдерживать слезы Хелен. — Приди в себя! Ты не понимаешь, что говоришь.

— Даю тебе шанс самой во всем признаться. Признаться, какие секреты ты скрывала от меня. И кто все те ублюдки, с которыми ты трахаешься.

— Любимый, пожалуйста…

— Я тебя предупреждаю, мразь: если ты откажешься признаваться в своих грехах, то нашим отношениям придет конец.

— Что?

— Ты все услышала. Я не стану это терпеть и делать вид, что все хорошо. Не позволю какой-то стерве и дальше обводить меня вокруг пальца.

— Пожалуйста, не делай этого! — со слезами на глазах взмаливается Хелен. — Не бросай меня! Я не хочу тебя потерять!

— И даже если ты откажешься обо всем мне рассказывать, я все равно доберусь до правды. Не важно, сколько времени у меня это займет. Но я все узнаю. Узнаю о твоей тайной бурной жизни.

— Да какая, черт возьми, правда! — недоумевает Хелен.

— КОТОРУЮ ТЫ ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ГОВОРИТЬ!

— Нет никакой правды! Как никогда не было никаких мужиков и тайн!

— ВСЕ НАПИСАНО В ЭТОМ ГРЕБАНОМ СООБЩЕНИИ!

— Неужели ты не понимаешь, что меня хотят оклеветать? Что нас пытаются поссорить и разлучить!

— Да конечно!

— Не сомневаюсь, что все это дело того, кто пытается тебя убить. Это он пытается посеять между нами хаос. Хочет сделать все, чтобы добить тебя. А ты, твою мать, ему поддаешься. И веришь!

— ЗАТКНИСЬ, ТВАРЬ!

Питер берет Хелен за предплечья так крепко, что он легко может нащупать ее кости и причиняет девушке сильную боль.

— ХВАТИТ ОПРАВДЫВАТЬ СЕБЯ! — Питер резко встряхивает Хелен, уставив в ее заплаканные глаза свой леденящий душу взгляд. — ДОВОЛЬНО ЕЩЕ БОЛЬШЕ ВРАТЬ!

— Отпусти меня! — требует Хелен, безуспешно пытаясь вырваться из хватки Питера. — Эй, мне больно! Питер! Питер, хватит!

— А мне не больно? МНЕ, СУКА, НЕ БОЛЬНО? ОТ ТОГО, ЧТО МЕНЯ ОПЯТЬ ПРЕДАЮТ! ТОЛКАЮТ МОРДОЙ В ГРЯЗЬ!

— Разве я хоть когда-то давала тебе повод усомниться в себе? Назови хоть один случай, когда ты подумал о том, что у меня могут быть секреты! Хоть один случай, когда ты решил, что я встречаюсь с другим!

— Ты давала поводы с самого начала! Но я предпочитал их игнорировать! Послушал друзей, которые убедили меня дать тебе шанс! Которые также поверили тебе. Надеялись, что ты – та, кто мне нужен.

— Пожалуйста, Питер, не поступай так со мной, — дрожащим полушепотом умоляет Хелен, с мольбой и жалостью смотря Питеру в глаза. — Я ведь люблю тебя… Очень сильно люблю. Ты самое лучшее, что есть в моей жизни.

— Я тоже любил тебя как идиот! Думал, хоть ты нормальной окажешься! Радовался заполучить девчонку, которая многим пожертвовала ради меня. Но это оказалось фальшью. Попыткой усыпить мою бдительность.

— Я этого не заслужила… Не заслужила, чтобы ты так со мной обращался. После всего, что я для тебя сделала.

— Вот будет классный сюрприз для твоей бабули. Вот она ахереет, когда узнает, чем занимается ее любимая внученька. Как сильно она «предана» своему парню. Не зря твой дед все время тебя шпунял. Знал, походу, что ты за сучка. Знал, что если тебя не держать за трусы, то ты натворишь немало делишек.

— Прекрати, пожалуйста…

— В последний раз спрашиваю, будешь что-то говорить? — Питер снова трясет Хелен за плечи и грубо сжимает ее запястья. — БУДЕШЬ ПРИЗНАВАТЬСЯ В ТОМ, ЧТО ТЫ ДРЯНЬ? БУДЕШЬ ИЛИ НЕТ?

— Я ТЕБЕ НИКОГДА НЕ ВРАЛА! — с учащенным дыханием взрывается Хелен.

— Вот тварь…

Питер грубо отталкивает Хелен в сторону и начинает нервно наматывать круги, больно оттягивая свои волосы, пока девушка заливается горькими слезами, а Сэмми с тихим поскуливанием мягко трогает ее за ногу с желанием хоть немного утешить.

— А я, блять, еще и жениться на тебе хотел! Думал: «Вот моя будущая жена и мать моих детей!» Верил, что с тобой я проживу долгую и счастливую жизнь. А ТЫ, СУКА, ПРЕПОДНЕСЛА МНЕ ВОТ ТАКОЙ СЮРПРИЗ!

— Прекрати меня оскорблять! — вскрикивает Хелен.

— Да я бы меньше злился, если бы ты захотела разыграть меня фальшивой беременностью. Если бы подсунула мне тест с положительным результатом. Но измену я не собираюсь прощать. Ни за что.

— Тебе разве было мало историй твоих друзей? Мало было того, что двоих пытались точно также обмануть, а другой предал свою девушку против воли?

— Не надо приплетать сюда парней или девчонок.

— Господи, я тебя не понимаю… — Хелен подходит поближе к Питеру. — Как ты мог во все это поверить? Почему решил, что я вообще на такое способна?

— Не надо строить из себя святую, Хелен! Забыла что ли, как годами издевалась над невинными девчонками, которые НИЧЕГО тебе не сделали?

— Это все в прошлом!

— Нет, милая моя, это не в прошлом. А ты ничуть не изменилась. Ты все такая же сучка. Бессовестная и лживая сучка, которая готова подставить под удар любого и причинить боль каждому, кто не угоден ей или ее прихвостням.

— Питер, умоляю, остановись… — Хелен нервно сглатывает и негромко шмыгает носом. — Не причиняй мне такую боль.

— Слышь, ты что, реально думаешь, что сможешь меня разжалобить? Думаешь, вот эти все слезы, крики и мольбы заставят меня одуматься? А твои слова волшебным образом помогут мне протрезветь?

— Я плачу, потому что мне обидно! Обидно от того, что ты мне не веришь.

— Ну уж нет, теперь я не поверю ни одному твоему слову. Можешь говорить что угодно, но я уже без тебя все давно понял.

— Питер, пожалуйста…

— Питер! Питер! Питер! — писклявым голосом передразнивает Питер. — ХВАТИТ! НАДОЕЛО УЖЕ!

— Я готова умереть за тебя. Готова принести ради тебя любую жертву. И не променяю тебя на какие бы то ни было богатства и блага.

— Самой-то не смешно от таких громких слов?

— Мои чувства к тебе всегда были настоящими. И мне даже и в голову не пришло бы пользоваться тобой и соглашаться быть твоей девушкой, если бы я ничего к тебе не чувствовала.

— Видно, пришло, раз ты предала меня.

— Я никогда тебя не предавала!

Хелен хочет подойти к Питеру и мягко дотронуться до его предплечья, но тот резко убирает ее руку от себя, сухо бросив:

— Не трогай меня!

— Питер… — с жалостью во взгляде произносит Хелен и кладет руку уже на спину Питера.

— Не трогай, говорю!

— Давай мы спокойно обо всем поговорим.

— Ты меня что, не слышишь?

— Ты должен мне поверить.

— А ты должна заткнуться!

— Я не виновата! — отчаянно произносит Хелен. — Я не сделала ничего плохого!

— Я СКАЗАЛ, ЗАТКНИСЬ!

Только Питер разворачивается к Хелен и хочет грубо схватить ее за волосы, как Сэмми пулей подбегает к ней, закрывает девушку собой и начинает попеременно лаять и рычать на одержимого гневом мужчину, который крепко сжимает руку в кулак, окончательно позабыв про боль в руке и ноге.

— Сэмюэль, лучше уйди с дороги, — устрашающим басом требует Питер, угрожая пальцем Сэмми. — Уйди, я сказал! Не зли меня! А иначе и сам получишь!

Однако Сэмми даже и не думает сдвигаться с места и продолжает агрессивно рычать на Питера, приняв боевую позицию, как будто он готов даже наброситься на мужчину, если тот захочет причинить вред его хозяйке.

— Слышь, песель, здесь вообще-то взрослые разборки, — сдержанно говорит Питер, наклонившись к Сэмми. — И дети в них не вмешиваются. Они затыкают уши, уходят куда подальше и занимаются своими делами.

Сэмми обнажает свои острые зубы и несколько раз издает угрожающий лай, всем видом давая понять, что Питеру лучше отступить и прийти в себя.

— Твои обвинения словно нож в сердце, — задыхаясь от слез и дрожа от сильнейшего напряжения в каждой мышце тела, тихо говорит Хелен. — А твое нежелание поверить в мою невинность рвет его на части.

— Ладно, Маршалл, так и быть, — с презрением во взгляде сухо бросает Питер. — Мне уже по хер, скажешь ты правду или нет. Все равно это ничего не изменит. Ведь ты предала меня.

— Это неправда…

— Между нами все кончено. Мы с тобой расстаемся.