— Ну, это сомнительно, — задумчиво говорит Даниэль. — Как говорится, горбатого только могила исправит.

— В любом случае я не жалею, что пошла на это. Джулиан узнал, что я решила простить его за все, и мне стало лучше. Прощение – одно из самых сильных противоядий от любого гнева и негатива. Одно из самых сильных оружий против врага, который хочет подавить тебя своей ненавистью и мечтает превратить твою жизнь в сущий ад.

— Надо иметь огромное мужество, чтобы простить своего врага, — с легкой улыбкой отмечает Максимилиан.

— Может, раньше я отказывалась верить, что все это произошло со мной, и винила во всем себя. Но теперь я готова признать это и смириться с тем, что не смогу изменить прошлое. Я понимаю, что моей вины в этом нет. Что во всем виноваты Джулиан и его отец. А раз так, то я не хочу позволить сделать меня несчастной и отказаться от своих желаний из-за страхов и сомнений. Что было, то было. Отныне я хочу двигаться вперед. Хочу жить в окружении тех, кто меня искренне любит и уважает.

Максимилиан, Лилиан и Даниэль ничего не говорят и широко улыбаются, всем видом давая понять, что полностью поддерживают Анну.

— Хорошо, милая, если так тебе будет лучше, то нам остается лишь поддержать тебя, — с легкой улыбкой говорит Максимилиан, погладив Анну по руке. — В любом случае ты поступила очень мудро.

— Очень хорошо, что ты сделала это для себя, а не для них, — добавляет Лилиан. — Надо думать о том, чтобы тебе было комфортно, а не твоему обидчику.

— Жизнь не заканчивается на насилии, изнасиловании и какой-то трагедии, — пожимает плечами Анна. — Все через что-то проходят. А раз они смогли, то и я смогу. И для начала я отпустила ситуацию и простила того, кто едва не погубил меня.

— Знаешь, а ты молодец! — задумчиво отмечает Даниэль. — Поттер ждал, что ты будешь кричать, плакать и молить о помощи. Точнее, он знал , что так и будет. Но ты поступила иначе. Ты дала ту реакцию, которую этот человек не ждал.

— Ты прав, милый, — соглашается Лилиан. — Вспомни, когда Анна дала Джулиану пощечину и вылила кофе ему на голову. Вы все видели его лицо, которое говорило о том, что он был в глубоком шоке и не ожидал ничего подобного.

— Я просто « красиво » с ним попрощалась, — скромно улыбается Анна. — И не скрою – мне это понравилось .

— Нам всем это понравилось, солнце мое, — хихикает Максимилиан. — Можно сказать, ты поставила его на место.

— Ну а теперь я с легким сердцем буду спокойно ждать приговора. А все грязные делишки пусть останутся на его совести. Что бы Джулиан ни говорил, он сам во всем виноват.

— Мудрое решение, Анна, очень мудрое. Ты мыслишь как взрослая мудрая женщина.

— Есть люди, которые помогли мне многое понять.

Анна с легкой улыбкой бросает Даниэлю взгляд, а тот отвечает ей взаимностью и берет за руку, пока Лилиан и Максимилиана не скрывают восхищения избранником своей дочери и выпивают немного кофе из своих чашек, которые после этого аккуратно ставят на журнальный столик.

— Ладно, дорогие мои, — дружелюбно говорит Лилиан. — Предлагаю нам не портить себе и друг другу настроение и больше не говорить про этих больных негодяев.

— Кстати, Даниэль, а что насчет той иностранки? — интересуется Максимилиан. — Ты сказал, что с ней покончено.

— Да, мистер Сеймур, — с легкой улыбкой отвечает Даниэль. — Мы с Анной, Наталией, Ракель и Хелен придумали кое-что. Пока я встречал эту испанку у себя дома и делал вид, что ничего не происходит, девчонки поехали за полицией. Через час они вернулись, и полицейские забрали ту девчонку и ее сестру, с которой она пришла.

— Сестру? — удивляется Лилиан. — А ее-то за что?

— У семьи этой испанки проблемы с документами, — объясняет Анна. — Ее сестра сама призналась в том, что поначалу они жили здесь по визе, но потом ее срок истек, а возиться с документами еще раз ее родители не захотели. И вот теперь им грозит депортация в Испанию. А иностранку еще и судить будут за вмешательство в жизнь Даниэля, неоднократные угрозы его жизни и попытки проникнуть в его дом.

— Значит, ты написал заявление на эту девушку? — обращается к Даниэлю Лилиан.

— По-хорошему она не хотела оставлять меня в покое, — пожимает плечами Даниэль. — Вот и пришлось действовать по-плохому. Поначалу я сомневался, но девчонки убедили меня обратиться в полицию. Когда полицейские приехали, они показали ей ордер и потребовали покинуть дом, но она продолжила биться в истерике и выдавать себя то за мою жену, то за мать моего якобы погибшего ребенка.

— А до этого она устроила такой концерт, что сюда чуть не сбежались все соседи в районе, — добавляет Анна. — Мы с девочками даже хотели позвонить в психбольницу, ибо она вела себя совершенно неадекватно. Грозилась убить себя и нас и кричала так, что всю глотку себе сорвала.

— Похоже на болезненную одержимость , — задумчиво отмечает Максимилиан, поглаживая подбородок. — Вбила себе в голову, что Даниэль – ее судьба. И начала преследовать его и убеждать всех, что она встречается с ним.

— Так оно и есть, — подтверждает Даниэль. — Эта девчонка узнала обо мне благодаря моей группе, которую она терпеть не может. Ее сестра сказала, что иностранка однажды попыталась пробраться в мой дом, но была поймана полицией, которую вызвали соседи. И ее даже выгоняли с концертов из-за того, что у нее не было билета.

— И ты не знал, что она бывала здесь раньше? — удивляется Лилиан.

— Нет, соседи ничего мне не говорили, хотя и давали показания в полиции.

— Странно, что они не сказали.

— Я чуть позже поговорю с ними и разузнаю побольше обо всем этом. Может, с ней можно было покончить намного раньше, если я знал о ней раньше.

— Значит, она знала о тебе все ? — заключает Максимилиан. — И домашний адрес, и номер телефона, и все о твоей личной жизни?

— Да, все. Она видела много моих интервью и всегда прекрасно знала, как отвечать на мои вопросы, к примеру, о знакомстве или начале отношений. Эта девчонка хорошо подготовилась и врала мне, не моргая.

— Ну и дела…

— А ее сестра ей помогала в этом… Не по своей воле, однако… Эта девочка боялась ее… Вот и тоже приходилось врать и делать на компьютере фальшивые фотографии, которые тоже якобы доказывали, что та ложь – правда.

— Господи, вот наглая девчонка! — возмущается Лилиан.

— И не говорите! Мало того, что она обманула меня, так еще и стремилась изолировать меня ото всего мира. Эта девчонка нарисовала у себя в голове идеальную для себя жизнь и шла к ней напролом. Она бы как королева лежала на диване, ела и смотрела телевизор, а я бы целыми днями сидел возле нее и пел дифирамбы о якобы ее красоте.

— Ну и дела… Ей определенно нужно лечиться.

— Скорее всего, ее отправят куда-нибудь в психушку, — предполагает Анна. — Мистер Джонсон пообещал лично проследить за этим делом.

— Да, а почему в этом плане участвовали только девочки? — недоумевает Максимилиан. — Где были парни в это время?

— Все просто, мистер Сеймур, — с легкой улыбкой отвечает Даниэль. — Девушки приревновали парней к иностранке и взяли все на себя. Не захотели, чтобы они встречались с ней, даже если знали, что она их ненавидит. И сегодня в очередной раз полила их грязью. Да и девчонкам сильно досталось. Эта истеричка оттаскала их за волосы, а одной из них вообще ноготь сломала.

— Вот как…

— Впрочем, девчонки держались не хуже парней во время ареста Поттеров. Не упустили возможность оттаскать ее за волосы и влепить пару пощечин.

— В любом случае у девочек не было смысла ревновать, — скромно улыбается Лилиан. — Я прекрасно видела, что парни просто без ума от них. У них горели глаза, когда они смотрели на своих возлюбленных и говорили про них.

— Их можно понять, мама, — с невинной улыбкой отмечает Анна. — Парни и сами жутко ревновали бы девочек, если бы у них появился какой-то соперник. И обещания моих подружек о том, что они даже не посмотрят на него, не успокоили бы их мужчин.

— В любом случае вы все молодцы! — восклицает Максимилиан. — И парни очень многое сделали для вас обоих. И девушки никогда не бросали вас в беде.

— Мы с Анной благодарны им за все, что они для нас сделали, — с легкой улыбкой отвечает Даниэль. — Мне вообще очень повезло иметь таких прекрасных друзей. Без них мне было бы намного тяжелее пережить что-то плохое и сделать то, что я вряд ли бы сделал один.

— Для меня друзья лучше всяких психологов, — скромно улыбается Анна. — Я могу доверить им все и получить от них то, что мне нужно. Они во многом повлияли на меня и заставили поменять мнение о некоторых вещах. Их помощь и поддержка помогли мне пережить весь этот ужас и остаться сильной.

— Ваши друзья – очень хорошие и потрясающие люди, — с легкой улыбкой отмечает Лилиан. — В наше время такие верные и добропорядочные люди – огромная редкость. Очень многие сейчас совсем не умеют дружить. Многие лишь пользуются людьми и ищут в них выгоду.

— Нет, миссис Сеймур, наши друзья совсем не такие, — уверенно качает головой Даниэль. — Ради близких они всегда готовы чем-то пожертвовать. Можно попросить их о чем угодно, и каждый из них сделает все, что нужно. А порой даже больше.

— Вот почему вы обязаны ценить этих людей.

— Ради таких прекрасных людей и умереть не жалко.

— Надеюсь, тебе никогда не придется жертвовать жизнью, — выражает надежду Максимилиан. — Мы не хотим потерять такого чудесного партнера для нашей с Лилиан дочери.

— Это мой долг. Дело чести. Если нужно, то я готов пожертвовать собой ради близких мне людей.

— Дай бог, тебе не придется это делать, — дружелюбно отвечает Лилиан.

Даниэль со скромной улыбкой молча пожимает плечами, пока Максимилиан делает глоток кофе из своей чашки.

— Ладно, ну а что насчет группы? — спрашивает Максимилиан. — Когда вы с парнями планируйте вернуться к выступлениям?

— Совсем скоро, — широко улыбается Даниэль, приобняв Анну за плечи. — Вчера мы с парнями разговаривали с людьми из нашей команды и договорились о появлении на одном популярном шоу.

— И когда же вы порадуйте всех нас? — проявляет интерес Лилиан.

— Двадцатого августа. Как раз в мой день рождения.

— Здорово! — слегка улыбается Максимилиан. — Считай это своим подарком!

— Да, это забавно. Мы прервали выступления из-за меня… Но возобновим их в день моего рождения.

— А когда же тогда ты отметишь его? — спрашивает Лилиан.

— Отметим попозже, — пожимает плечами Анна.

— Да! — соглашается Даниэль. — Выберем свободный день и немного повеселимся.

— Будешь отмечать дома? — интересуется Лилиан. — Или планируешь поехать в другое место?

— Дома. Устрою вечеринку у бассейна. Будут не только парни и девчонки, но еще и некоторые наши хорошие друзья.

— А твоя сестра?

— К сожалению, моя сестра сейчас в клинике на лечении.

— Кэссиди уже лечится? — спрашивает Максимилиан.

— Да, — подтверждает Анна. — Даниэль сказал, что отвез ее туда через день или два после ареста Поттеров.

— И как долго она там пробудет?

— Два-три месяца – точно. Ну а там посмотрим.

— Дай бог эта девочка вылечится, — выражает надежду Лилиан. — Кэссиди такая хорошенькая и милая девочка. К тому же, очень молоденькая. Она еще толком не пожила.

— Она справится, я верю в нее, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Даниэль. — Тем более, у Кэссиди есть огромное желание побороть зависимость и начать жить как все ее сверстники. Дружить, влюбляться, общаться…

— Желание – самая главная вещь в любом деле, — выражает надежду Максимилиан.

— И мы сделаем все, чтобы она не чувствовала себя одинокой, — дружелюбно обещает Анна. — Ведь у нее не осталось близких, кроме брата. Но этого будет недостаточно. Кэссиди нужны друзья. Желательно ее возраста.

— Пусть дружит с вашими с Даниэлем друзьями. А потом она познакомится с кем-то своего возраста.

— Вообще-то, есть один парень… — задумчиво признается Даниэль. — Он работает помощником нашей группы… Ему тоже девятнадцать. Можно было бы и познакомить их, но пока что я не хочу делать это.

— Почему? — удивляется Лилиан.

— Мы с парнями не очень хорошо ладили с ним. Он из зависти оскорблял нас и унижал. Правда недавно извинился и попросил дать ему шанс и не увольнять его. Ну а мы с ребятами – люди не злые. И готовы дать второй шанс тому, кто его просит.

— Ну раз вы дали ему шанс, значит, не все так плохо.

— Ну не знаю, миссис Сеймур. Этот парень пока что вызывает у нас много вопросов. Пусть для начала докажет нам, что ему можно верить, а потом я подумаю о его знакомстве с моей сестрой.

— Слушай, а ты бы не хотел познакомить ее с Райаном? — немного неуверенно предлагает Максимилиан.

— С Райаном?

— А почему бы и нет? — скромно улыбается Анна. — Райан очень хороший и порядочный! Он уж точно не посмеет обидеть Кэссиди. К тому же, ему также очень одиноко из-за того, что у него нет друзей. Настоящих друзей.

— Хм… — слегка хмурится Даниэль. — Я даже не знаю… А как вы думайте? Мистер Сеймур? Миссис Сеймур?

— По-моему, идея Максимилиана прекрасная! — широко улыбается Лилиан. — Пусть мальчик познакомится с кем-нибудь, кто будет уважать его и не корить за родство с Поттерами.

— Я не думаю, что он будет говорить о родстве с ними, — предполагает Анна. — Райан сказал, что хочет забыть об этом!

— И он настроен очень решительно.

— Райан даже решил поменять фамилию, чтобы перестать ассоциироваться с теми людьми, кто относился к нему как к тряпке.

— Правда? — слегка хмурится Даниэль. — Значит, Райан говорил серьезно?

— Он сам сказал об этом, когда на днях приходил к нам в гости, — признается Максимилиан.

— Он приходил к вам?

— Да. Он выглядел очень испуганным и неуверенным… Смотрел на нас со стыдом. Стыдился всего, в чем он не виноват. Стыдился всего, что сделали Норман с Джулианом.

— Разве он виноват в том, что его отец и брат так низко опустились? Райана это никак не касается. Он не участвовал в их делишках и не должен отвечать на проступки этих людей.

— Мы так ему и сказали, — с грустью во взгляде отвечает Лилиан. — Но парнишка все равно боялся смотреть нам в глаза. Да, может, ему стало легче, но не совсем. Хотя не исключаю, что ему удастся забыть об этом, когда он сменит фамилию.

— В любом случае его никто не будет ни в чем винить. Ни мы с вами, ни наши с Анной друзья.

— Он все прекрасно знает.

— Кстати, а какую фамилию хочет взять Райан?

— Клейтон, девичью фамилию своей покойной матери, — спокойно отвечает Анна.

— Я и так думал, что он возьмет ее фамилию, — уверенно говорит Максимилиан. — И был уверен, что Райан не захочет оставаться Поттером после всего, что сделала его семья. Он никогда не простит их и с легкостью вычеркнет из своей жизни.

— Так или иначе ему нужны друзья, — выражает надежду Лилиан. — Люди, с которыми он бы спокойно общался обо всем на свете, и которые не стали бы упрекать его за делишки его семьи в случае, если кто-то знает об этом.

— Мы с парнями будем рады, если он захочет общаться с нами, — с легкой улыбкой говорит Даниэль. — Каждый из нас с радостью даст Райану шанс подружиться с нами.

— Он как раз хотел бы этого, — скромно улыбается Анна. — И уверен, что мы будем принимать его не как Райана Поттера, сына Нормана Поттера и брата Джулиана Поттера. А как Райана Клейтона, сына Женевьевы Клейтон, которая всей душой любила его и никогда не обращалась с ним как с тряпкой.

— Мы с радостью попробуем стать ему друзьями.

— Вот и славно! — с легкой улыбкой отмечает Максимилиан. — Его жизнь не может крутиться только лишь вокруг учебы. Ему нужно расслабляться и проводить время с друзьями. Ну и, конечно же, влюбляться и гулять с девочками.

— Райан бы с радостью забыл об учебе на время, — предполагает Анна. — Только ему не с кем проводить время.

— Но теперь у него есть прекрасный шанс немного отдохнуть, — с легкой улыбкой говорит Лилиан. — И я уверена, что он непременно им воспользуется.

Обменявшись друг с другом легкими улыбками, все на пару секунд замолкают, а Лилиан с Максимилианом выпивают еще немного кофе из своих чашек.

— Ох, слава богу жизнь начинает налаживаться, — с облегчением выдыхает Лилиан. — Пожалуй, я еще никогда не чувствовала такого огромного облегчения, как сейчас.

— Согласен, — с легкой улыбкой соглашается Даниэль. — Сейчас и мне стало намного легче. Хотя и до сих пор не могу в это поверить.

— В этом есть твоя заслуга, Даниэль. Сложив руки и сидя в ожидании у моря погоды, тебе ничего не удалось бы исправить.

— Без помощи близких мне людей я бы вряд ли справился и с половиной всего, что произошло.

— Не говори, Даниэль, — дружелюбно говорит Максимилиан. — Ты сильный человек. Во всех смыслах. И у тебя отлично развито чувство целеустремленности: если ты чего-то хочешь, то добьешься этого. Как бы трудно тебе ни было.

— И опять же не обошлось без близких людей. Именно их поддержка помогала пройти через все, что было.

— В любом случае это в большей степени твоя заслуга, — скромно улыбается Анна.

— Иногда надо приложить немного усилий, чтобы осуществить свои желания, — отмечает Даниэль.

— Ты приложил очень даже много усилий, — уверенно отвечает Максимилиан. — Не только для того, чтобы добиться прощения моей дочери, но и для того, чтобы заслужить наши с Лилиан уважение и любовь.

— Спасибо, мистер Сеймур…

— Ох… — тихо вздыхает Лилиан, берет Даниэля за руки и скромно улыбается ему. — Знаешь, Даниэль… Мы были несправедливы к тебе… Обидно, что ни я, ни Максимилиан даже не хотели попробовать узнать тебя получше. Что мы сразу начали говорить, что ты – не пара нашей дочери.

— Миссис Сеймур…

— Нам очень жаль, что мы так относились к тебе, когда у вас все только начиналось. Это было неправильно . Неправильно было слушать людей, которые ничего о тебе не знали, и делали выводы лишь потому, что ты не входишь в круг знакомых наших друзей и близких.

— Я все прекрасно понимаю, — мягко отвечает Даниэль. — Как любящие родители, вы мечтали о хорошей жизни для своей дочери. Вас нельзя судить за это.

— Тогда для нас хорошая жизнь было другим понятием, — признается Максимилиан. — Деньги, статус, связи, власть… Вот, что мы называли хорошей жизнью. И это то, чего мы желали Анне. Наше мнение было схоже с мнением Поттеров: чувства ни к чему, главное – богатство. Мы так думали, потому что сами никогда не испытывали этого чувства. Не испытывали настоящей любви. Не знали, как это здорово. Только сейчас мы поняли, что нам всю жизнь этого не хватало.

— Но рады, что нашей дочери повезло, и она не будет страдать от того, что ее обделили любовью, — добавляет Лилиан. — Не получая родительской любви и тепла, многие черствеют и запирают свои чувства на замок. Но Анна не сделала этого. Живя в обстановке, где на ее чувства всем было, мягко говоря, плевать, она сумела остаться доброй и милой девочкой, в сердце которой живет любовь и нежность.

— Тогда на нас давили со всех сторон: и родители, и знакомые, и Поттеры, которым твое общение с Анной было совсем не выгодно.

— Слушая старших и во всем подчиняясь им, мы не слышали Анну и ничего не хотели знать, что она хотела, — добавляет Лилиан. — Но наша дочь отказалась подчиняться и решила бороться за свою любовь, без спроса переехав к тебе домой. Найдя ее за считанные дни, мы бы жестоко наказали свою дочь. Но сейчас мы очень рады , что все так случилось. Мы допустили бы огромную ошибку, продолжив навязывать то, чего она не хочет, и силой заставив забыть обо всех « хочу » и « не хочу » и беспрекословно подчиняться старшим. Которые не всегда знают, что лучше.

— И я, и Анна знаем, что вы делали все лишь ради блага своей дочери, — дружелюбно отвечает Даниэль. — Вы просто хотели, чтобы она жила в достатке и не знала нужды. Любой родитель хочет того же для своего ребенка.

— Однако это едва не обернулось катастрофой, — с грустью во взгляде отмечает Максимилиан. — Мы неосознанно толкали свою дочь в яму. Ни отец, ни мать, ни кто-то еще не смог бы вытащить ее оттуда. Если бы Анна стала частью семьи Поттеров, ее жизнь превратилась бы в ад. Они бы издевались над ней как только можно и в итоге загнали бы в могилу.

— Папа, пожалуйста, не говори, что вы с мамой виноваты… — с жалостью во взгляде умоляет Анна.

— Мы правда очень виноваты перед тобой, дочка, — с мокрыми глазами говорит Лилиан, взяв Анну за руки. — Твои мама с папой чуть не погубили тебя. Они могли потерять свою единственную радость в жизни.

— Мама, перестань. Я тебя прошу…

— Эта история перевернула все с ног на голову, — задумчиво говорит Максимилиан. — Мы с твоей мамой на многое посмотрели другими глазами. И сейчас понимаем, что были настоящими глупцами, когда пытались навязать тебе желаемую нами жизнь. Когда мы не интересовались твоим мнением, объясняя это тем, что ты еще маленькая.

— А еще мы взглянули на Даниэля с другой стороны, — уверенно добавляет Лилиан. — Мы и подумать не могли, что этот человек окажется намного лучше, чем нам бы хотелось. Он и рядом не стоит с Поттером благодаря доброте, честности, преданности и вежливости. Это его настоящие черты, а не фальшивые. Если Даниэль злится – он сильно злится. Если любит – то любит всем сердцем. Если ненавидит – то дико ненавидит. Он не стремится быть тем, кем его хотят видеть, и остается самим собой.

— Я не люблю притворство и лучше скажу все как есть, чем буду морочить человеку голову и нагло врать, — скромно объясняет Даниэль.

— Именно это одна из причин, почему мы так любим тебя. Такие парни, как ты – настоящая редкость в наше время. Самое настоящее золото. Моей дочери безумно повезло, что это сокровище досталось именно ей. Мы можем быть спокойны за нее, если она находится с тобой.

— Спасибо, я рад, что не разочаровал вас, — слегка улыбается Даниэль.

— Нам очень повезло, что ты согласился помочь нам спасти нашу дочь от Поттеров, — уверенно говорит Максимилиан. — Даже несмотря на конфликт с Анной, ты все равно пообещал сделать все, чтобы вернуть ей прежнюю жизнь. Именно благодаря тебе моя дочь жива и здорова и сидит с нами.

— Сейчас я благодарна вам, что вы заставили меня принять его помощь, — с широкой улыбкой признается Анна. — Кто знает, что сейчас было бы, если бы я отказалась видеть и слышать Даниэля. Если бы не было людей, которые дали бы мне понять, что так будет лучше для меня.

— Вот в этом случае мы бы сделали это, независимо от твоего мнения, — признается Лилиан. — На кану стояла твоя жизнь, а мы не могли ею рисковать.

— И я очень рада, что все так сложилось. Рада, что вы поняли, что замужество с любым из братьев Поттеров стало бы для меня началом конца.

— Ах, милая, нам так стыдно, что мы настаивали на этом, — тяжело вздыхает Лилиан.

— И стыдно, что мы не были тебе хорошими родителями, — с грустью во взгляде добавляет Максимилиан, взяв Анну за руки. — Особенно я.

— Боже, папа, о чем ты говоришь? — недоумевает Анна.

— Я был ужасным отцом, дорогая. Потому что не смог распознать те сигналы о помощи, что ты посылала мне, пока тот мерзавец безнаказанно мучил тебя. Мне очень стыдно, что я ничего не замечал и обрекал тебя на страдания, заставляя проводить много времени с этим ублюдком.

— Не вини себя, папа, — мягко просит Анна. — Тогда ты не знал, что это за человек и полжизни считал его хорошим.

— Нет, дочка, на самом деле мы считали его подозрительным, хотя старались не подавать виду, — с грустью во взгляде признается Лилиан. — Хотя мы не думали, что Джулиан может опуститься до такого. Полагали, что за холодной, внушающей страх внешностью скрывается нормальный человек. Однако мы глубоко ошибались…

— Сейчас нет смысла жалеть о совершенных ошибках. Я простила Джулиана и мистера Поттера и решила, что только они должны платить за свои поступки.

— Мы и правда очень сожалеем. Лично я не давала тебе столько любви и заботы, сколько должна была давать, когда ты так в этом нуждалась. Даже если я тряслась от мысли, что могла потерять тебя сразу после родов, это не сделало меня нежнее.

— Мама, пожалуйста…

— В детстве ты не знала, что такое родительская ласка за просто так и по поводу. А единственное, что ты получала за какие-то заслуги, – это что-то вроде: « Молодец, дочка! Ты у нас очень талантливая и умная! ». И все! На этом внимание заканчивалось. Хотя ты так нуждалась в этом. Я знаю, что ты ужасно расстраивалась, что мама с папой не подходили к тебе, чтобы обнять, поцеловать и сказать что-то ласковое.

— Может, мне и правда хотелось намного больше ласки и любви… — задумчиво, с грустью в полусухих глазах признается Анна. — И бывало, что мы спорили из-за разногласий. Не были так близки, как бы мне хотелось. Однако это не влияло на мою любовь к родителям. Эта любовь бескорыстная . Я люблю вас обоих просто так. Потому что вы вырастили меня.

— Нам жаль, что ты была обделена нашим вниманием.

— Как бы то ни было… — Анна с легкой улыбкой смотрит на Лилиан и Максимилиана, вытерев слезы под глазами. — Я благодарна вам за то, что вы воспитали меня. У меня нет никаких сожалений насчет того, кем я стала. И я горда иметь таких прекрасных родителей. Несмотря ни на что, я всегда буду любить вас. Вы мои – мама и папа. И это останется неизменным .

— Мы могли бы быть намного лучше, если бы не слушались старших во всем, — тихо вздыхает Лилиан. — Но увы… Человек часто понимает свои ошибки слишком поздно. Лично нам только сейчас удалось вздохнуть с облегчением. Мы лишь недавно получили шанс контролировать свою жизнь и делать то, что мы считаем нужным.

— Без старших вы могли бы не стали для меня такими потрясающими родителями. Несмотря на в какой-то степени спартанское воспитание, они сделали вас достойными людьми.

— Стараешься во всем находить плюсы? — скромно улыбается Максимилиан.

— И я нахожу их даже в истории с Поттерами. Например, мы стали намного ближе друг к другу. А вы наконец-то поняли, что Даниэль не такой уж и плохой, каким он вам казался.

— Он – настоящее сокровище, которое ты обязана ценить и лелеять, — уверенно отвечает Лилиан. — Еще одного такого ты уже нигде не найдешь.

— Нет-нет, упаси господь! Больше я не совершу такую глупейшую ошибку. — Анна с широкой улыбкой поближе прижимается к Даниэлю и обхватывает его руку, не переставая мило смотреть на него, пока тот одаривает ее скромной улыбкой и нежным взглядом, сцепив свои пальцы с ее пальцами свободной руки. — Одного раза мне уже хватило сполна, чтобы понять, что за сокровище я могла потерять.

— С ним ты всегда будешь в безопасности и окруженной любовью и заботой, — широко улыбается Максимилиан. — Даниэль уж точно сделает так, что ты будешь жить как королева и чувствовать себя любимой и неповторимой.

— Я готов на все, лишь бы видеть ее улыбку и горящие глаза, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Даниэль, приобнимая Анну за плечи. — Для меня важно знать, что у Анны есть все, о чем она мечтает. Если у нее чего-то нет, то я из кожи вон полезу, лишь бы осуществить ее мечту.

— Думаю, у нее и так есть все, что она хочет, судя по ее счастливой улыбке и горящим глазам, которые так радуют нас, — скромно улыбается Лилиан. — Мы никогда не видели Анну более счастливой.

— Потому что я действительно счастлива, — с широкой улыбкой уверяет Анна, мило прижимаясь к Даниэлю. — С мужчиной, которого люблю.

— И который любит тебя, — уверенно добавляет Максимилиан. — Уж теперь я вижу счастье в его глазах. Такое чувство, что он будто приобрел силы.

— А как он смотрит на тебя, м-м-м-м! — искренне восхищается Лилиан, на секунду бросив взгляд на сцепленные руки Анны и Даниэля. — Я еще не встречала людей, которые с такой нежностью смотрели на любимого человека. Вы оба как будто приобрели силы после того, как воссоединились.

— Это верно, — широко улыбается Даниэль. — Мне нужно было всего лишь воссоединиться с Анной, чтобы обрести покой и счастье. Я не просил о чем-то нереальном. Всего лишь хотел любимую девушку рядом с собой.

— И мы надеемся, что больше ничто не помешает вашему счастью, — выражает надежду Максимилиан. — Мы с Лилиан обеими руками за вас. Мы не будем мешать вам быть счастливыми и указывать, как жить. Хотя если вы попросите совета, то мы безусловно подскажем выход из ситуации.

— Даже если нам и придется столкнуться с проблемой, то мы будем решать ее вместе, — уверенно обещает Анна. — Я сделаю все, чтобы стать той девушкой, о которой мой мужчина всегда мечтал. Сделаю все, чтобы не заставить его пожалеть, что он выбрал меня.

— Нет, солнце мое, Даниэль никогда не пожалеет об этом, — скромно смеется Лилиан. — Твой мужчина буквально пылинки с тебя сдувает.

— Не могу отказать себе в желании проявить заботу о ней и оберегать ее как ребенка, — скромно отвечает Даниэль.

— Мы тебе доверяем, — широко улыбается Максимилиан. — Уверен, ты позаботишься о ней лучше, чем ее отец и мать.

— Папа, не надо так говорить, — мягко просит Анна. — Вы с мамой прекрасно заботились обо мне.

— Твой мужчина и правда заботится о тебе лучше нас с отцом, дочка, — скромно отмечает Лилиан. — Тебе сильно не хватало ласки и любви – и Даниэль тебе это дал.

— Каждый из вас по-своему хорошо заботился и заботится обо мне. Просто у всех был свой подход.

— Так или иначе… — задумчиво произносит Максимилиан. — Мы с твоей мамой хотим попросить у тебя прощения за то, что мы уделяли тебе достаточно внимания и только лишь требовали от тебя послушания.

— И особенно сильно мы хотим извиниться перед тобой, Даниэль, — с грустью во взгляде добавляет Лилиан. — Прости нас за то, что мы с Максимилианом плохо относились к тебе и препятствовали твоему общению с нашей дочерью. Нам очень жаль, что мы даже не пытались познакомиться с тобой поближе. И мы поступили не очень красиво, побежав к тебе, когда нашей дочери грозила беда.

— Да. Мол, когда все было хорошо, тебя не принимали. А как пришла беда, так ты сразу стал лапочкой. Может, тебя это в какой-то степени оскорбляло , и ты злился, что мы приползли на коленях, когда мы могли потерять нашего ребенка.

— Миссис Сеймур, мистер Сеймур, прошу вас, не нужно извиняться передо мной, — спокойно просит Даниэль. — Я никогда не злился на вас и даже не думал об этом. Хотя и очень рад, что вы все-таки приняли меня и поняли, что я не такой плохой. Здорово, что нам удалось найти общий язык.

— И передо мной не нужно извиняться, — уверенно говорит Анна. — Я не могу и не хочу никого судить. Давайте забудем это недоразумение и будем жить дружно. Ни я не держу на вас никого зла, ни Даниэль даже не думал об этом. Так что вы можете быть абсолютно спокойны.

— Значит, вы согласны дать нам шанс жить с вами в любви и мире? — с надеждой спрашивает Лилиан.

— Лично я жил с вами в любви и мире с самого начала, — скромно улыбается Даниэль.

— И я никогда не думала начинать с вами войну, — с широкой улыбкой говорит Анна.

Максимилиан и Лилиан встают с дивана и по очереди заключают Анну в свои трогательные объятия. А пока женщина гладит свою дочку по голове и целует ее в щеку, тихо шмыгая носом и часто моргая, дабы избавиться от слез, из-за которых ее зрение становится слегка нечетким, мужчина по-дружески обнимает Даниэля и хлопает его по спине.

— Береги мою дочь, — отстраняясь от Даниэля, просит Максимилиан. — И заботься о ней как настоящий мужчина.

— Со мной она будет счастлива, как никогда в жизни, — слегка приподняв голову, уверенно обещает Даниэль.

— И больше не совершай таких глупых ошибок, которые могут многого тебе стоить. Если ты еще раз предашь мою дочь, то уже вряд ли вернешь ее. Да и мы с Лилиан уже не будем считать тебя достойным быть с Анной.

— Отдам руку на отсечение, если совершу еще раз такую ошибку. Хотя что там руку – голову отдам!

— Лучше не надо. Она тебе еще понадобится.

— В любом случае я ни за что не предам Анну.

— Я верю, Даниэль. Делай все, что считаешь нужным для ее счастья. Отец и мать отдают свою дочь в надежные руки, не боясь оставлять ее с тобой.

— Благодарю за доверие, мистер Сеймур.

— И да, я дам тебе один совет. Почаще обнимай мою дочку. Она очень это любит. Девочке жутко не хватало объятий, и она ценит их чуть больше, чем приятные слова.

— Хорошо, я учту, — уверенно кивает Даниэль.

В этот момент Лилиан подходит к Даниэлю и с широкой улыбкой и мокрыми, но полными радости глазами заключает его в дружеские объятия.

— Не забывай о тех обещаниях, которые ты нам дал, — просит Лилиан. — Постарайся не разочаровывать нас и нашу дочь и сделай ее самой счастливой.

— Сделаю все возможное, чтобы быть лучшей версией самого себя, — отстранившись от Лилиан, с легкой улыбкой обещает Даниэль.

— Лучше просто оставайся самим собой. Это прекраснейший способ быть лучшей версией себя.

— Я хочу, чтобы люди любили меня настоящего, а не созданный мною образ. Я – это я. Даниэль.

— Прекрасные слова. Ты мыслишь как очень умный и мудрый человек.

— Стараюсь соответствовать семье моей девушки, — скромно улыбается Даниэль.

Лилиан со скромным смешком еще раз приобнимает Даниэля и обменивается с ним дружеским поцелуем в щеку. Пока Анна и Максимилиан несколько секунд наблюдают за ними, но потом поворачиваются друг к другу лицом.

— Ты тоже не забывай заботиться о своем мужчине, — погладив щеки Анны, советует Максимилиан. — Надо уметь не только брать, но и отдавать.

— Буду заботиться о нем так, словно это мой ребенок, — обещает Анна, сложив руки перед собой. — Ребеночек, который всегда будет жить в Даниэле. И который нуждается в постоянной заботе и большой любви.

— Помни, Анна, для него важно видеть твою отдачу и знать, что ты ценишь все его усилия.

— Он прекрасно знает это. Хотя я не устану напоминать ему о том, что я ценю все, что он делает.

— Думаю, ты знаешь, что нужно делать. Поэтому я просто пожелаю тебе удачи и скажу, что хочу всегда видеть тебя такой счастливой и улыбчивой, как сейчас.

— Так и будет, папа, я тебе обещаю, — широко улыбается Анна. — Теперь у меня полно причин для радости.

Максимилиан с широкой улыбкой гладит Анну по щекам и нежно целует в лоб, держа в руках ее лицо. А после мужчина заключает свою дочь в трогательные объятия, которая та с большим удовольствием принимает.

— Я тебя люблю, солнышко, — мягко говорит Максимилиан.

— И я тебя тоже, папочка, — тихо отвечает Анна. — Очень-очень!

Анна с широкой улыбкой целует Максимилиана в щеку и еще пару секунд остается в его объятиях до того, как к ним подходит Лилиан и берет свою дочь за руки.

— Будь счастлива, милая, — со слезами на глазах желает Лилиан. — Твоя мама всегда будет на твоей стороне и придет на помощь по первому же зову.

— Я знаю, мама, — скромно улыбается Анна и тихо шмыгает носом, чувствуя, что и она готова заплакать. — Знаю…

— Но мы с твоим папой все-таки будем настаивать на кое чем. Если ты однажды захочешь выйти замуж, то выйдешь только за Даниэля. Другого мы не примем!

— Если я и надену свадебное платье, то только ради одного единственного. Но это будет зависеть уже от него. Я не хочу ни на чем настаивать. И буду безумно рада просто находиться с ним в качестве девушки.

— Наслаждайся жизнью и налаживай отношения с Даниэлем. Вам предстоит проделать долгий путь, чтобы все окончательно забыть и простить.

— Я знаю…

— Ох… Иди ко мне, моя радость… — Лилиан со скромной улыбкой заключает Анну в свои объятия, параллельно погладив ее по голове и поцеловав в висок. — Твоя мама очень сильно тебя любит.

— Я тоже очень сильно люблю тебя, мамочка, — мягко отвечает Анна, все-таки не сдержав свои эмоции и начав тихонько плакать.

Наблюдающий за происходящим Даниэль не скрывает своей широкой улыбки, искренне радуясь, пока он видит Анну такой радостной и улыбчивой. И как только девушка обнимает своих родителей, она с широкой улыбкой подходит к мужчине и оказывается в его нежных, трогательных объятиях, блаженно улыбнувшись, когда она чувствует тепло его тела, пока его мягкая ладонь гладит ее по голове.

— Что ж, пожалуй, мы с Лилиан пойдем… — задумчиво говорит Максимилиан. — Нам надо заехать кое-куда, пока не стемнело.

— Не имею права вас задерживать, — дружелюбно отвечает Даниэль. — Спасибо, что зашли.

— Не будем вам мешать, — уверенно говорит Лилиан и загадочно улыбается. — Я уверена, вам есть чем заняться.

— Мы что-нибудь придумаем… — скромно обещает Анна.

— И да, если хочешь, то оставайся здесь ночевать, — дружелюбно говорит Максимилиан. — Мы не против.

— Посмотрим, папуля.

— Ладно, дорогие мои, мы удаляемся и оставляем вас одних, — с легкой улыбкой говорит Лилиан, забирая со столика свою сумочку. — Счастливо оставаться…

— Я провожу вас, — вызывается Даниэль.

Максимилиан и Лилиан прощаются с Анной и Даниэлем и вместе с мужчиной направляются к выходу из дома, пока девушка со скромной улыбкой наблюдает за ними, сложив руки перед собой. Перкинс открывает входную дверь и позволяет родителям девушки покинуть его дом. После чего Перкинс закрывает ее, пару секунд смотрит в одну точку и широко улыбается, понимая, что у него впереди еще целый вечер, который он проведет со своей любимой. Затем Даниэль с гордо поднятой головой и расправленными плечами возвращается в гостиную, пока Анна подходит к столику рядом с лестницей и берет в руки какую-то маленькую безделушку, которую крутит в руках с легкой улыбкой на лице. Однако как только мужчина подходит к ней со спины, обеими руками обнимает за талию и щекой трется об ее щеку, она переключает все внимание на него.

— Неужели эта штучка настолько интересная? — с легкой улыбкой спрашивает Даниэль.

— Просто она очень красивая, — скромно отвечает Анна и кладет эту безделушку на место.

— Если хочешь – могу подарить.

— Да нет, спасибо. Пусть остается здесь.

— Ладно. Но если передумаешь – можешь забрать.

— Лучше подумай о другом… — загадочно улыбается Анна. — Чем мы займем себя на остаток вечера?

— Я буду счастлив просто быть с тобой, — с широкой улыбкой уверенно отвечает Даниэль. — Но с радостью выслушаю твои предложения. И учту их…

Даниэль мило целует Анну в щеку, все еще обнимая ее со спины и прижимая поближе к себе. Но через пару секунд девушка с легкой улыбкой разворачивается к мужчине лицом.

— Мы и так будем вместе, — уверенно говорит Анна. — Неужели ты думал, что я упущу шанс побыть с тобой наедине?

— Разумеется, нет, принцесса, — тихо мурлыкает Даниэль. — Я был уверен , что ты останешься.

— А если бы не осталась?

— Я бы настоял !

— А ты настырный!

— Ты бы не смогла отказаться от столь заманчивого предложения.

— Вряд ли у нас что-то получится, если кто-то еще захочет сюда приехать.

— Не бойся, никто больше не приедет, — уверенно отвечает Даниэль. — Твои родители уехали по делам, соседи заняты чем-то своим, а девчонки разбираются с парнями. Они уж точно не вспомнят о нас, по крайней мере, до завтра.

— Да уж, бедные парни, — по-доброму усмехается Анна. — Девочки так злились на них, а Сэмми постоянно облаивал их.

— Думаю, эти красавчики смогут договориться с девчонками и ушастым проказником. Твои подружки не смогут устоять против сильных чар моих братьев.

— Да уж, в этом вы все преуспели!

— Ну уж мне-то не придется договариваться с тобой. — Даниэль мягко притягивает Анну к себе, обвивает руки вокруг ее талии и мило трется носом об кончик ее носа. — Потому что у тебя нет никаких причин злиться и ревновать меня.

— Ну… — Анна скромно хихикает и загадочно улыбается. — Я даже не знаю…

— Только не говори, что ты все еще ревнуешь и злишься!

— Может быть … — Анна мягко отстраняется от Даниэля и с хитрой улыбкой смотрит на него. — Может… Быть…

— Ну красавица… — тихонько скулит Даниэль, нежно гладит Анну по щеке и заправляет ее прядь волос за ухо. — Принцесса моя любимая…