— Мы сделали все, что могли, — с грустью во взгляде отвечает Терренс. — Хотя если бы нас не оказалось в том месте, то мы могли бы потерять Анну.

— Нет, я даже думать об этом не хочу! — Хелен выставляет руку ладонью к парням. — Нет… Не хочу…

— Ее состояние не на шутку пугает нас, — низким, слегка дрожащим голосом признается Даниэль. — Мало того, что эти синяки, ссадины и кровяные подтеки, так еще и потеря веса. Анна совсем исхудал. Серьезно, мне не нужно было прилагать особых усилий, чтобы взять ее на руки и донести до машины. Да, она всегда была легкой, но сейчас стала совсем пушинкой.

— У нее даже кости слегка выпирают, — добавляет Эдвард. — Буквально можно посчитать все ее позвонки и ребра.

— Так вот почему она все время носила водолазку и бесформенные вещи, — дрожащим голосом задумчиво говорит Наталия и тихо шмыгает носом. — Она скрывала все те побои.

— Мы тоже так думали, — уверенно отвечает Питер. — И наши опасения подтвердились .

— Лично я сразу подумала, что это подозрительно, потому что Анна всегда ненавидела водолазки и никогда не надевала на себя бесформенные мешки.

— А косметика! — восклицает Хелен. — Значит, она пыталась скрыть синяки на лице. Это тоже казалось нам подозрительным! Анна никогда не наносила столько тонального крема и пудры! Да и это вредно для кожи. Как минимум будет много прыщей.

— А она наверняка ходила с толстым слоем тонального крема целыми днями, лишь бы ее отец ничего не заметил.

— Нужно было всего лишь дотронуться до ее лица, чтобы понять, что она что-то скрывает, — уверенно говорит Даниэль. — У меня вся ладонь была покрыта этой шуткой, когда я дотронулся до ее щеки и погладил ее.

— Кроме того, Анна знала , что тот тип может что-то сделать с ее родителями, — с грустью во взгляде признается Эдвард. — Она сказала это нам с Терренсом, пока мы и присматривали за ней. Бедняжка думала, что молчание поможет ей спасти отца и мать. Но это еще ничего не означало.

— Мы говорили, что Поттер все равно будет и дальше издеваться над ней и с удовольствием пользоваться ее молчанием, но она не поверила, — добавляет Терренс.

— Однако теперь она не одна, — с гордо поднятой головой отвечает Даниэль. — Это дело не будет пущено на самотек. Что бы Анна ни говорила, мы не отдадим ее на растерзание тому чудовищу.

— Кстати, а когда должны приехать родители Анны? — неуверенно спрашивает Хелен.

— Думаю, уже скоро.

— В любом случае я буду ждать столько, сколько нужно, — уверенно заявляет Наталия. — Я хочу знать, что происходит с моей близкой подругой. И увидеть ее…

— Мы все останемся, — не менее уверенно отвечает Терренс. — Нам всем нужно знать, что с ней происходит.

— Вы вовремя помогли ей, ребята, — обняв себя руками, с грустью во взгляде говорит Хелен. — Без вас Анна бы не просто пропала без вести, но еще и могла бы погибнуть.

— Причем никто не знал о его приезде, — отмечает Питер. — Мы-то думали, что Джулиан и его папаша уехали куда-то по делам. А оказалось, что он вернулся. И никого не предупредил.

— А Анна могла знать об этом? Или она сама не ожидала?

— Трудно сказать. В любом случае мы были правы, когда решили, что Поттер может вернуться неожиданно.

— Слушайте, парни, а где вы вообще нашли ее и того подонка? — неуверенно спрашивает Наталия. — Далеко отсюда?

— Ну… — почесывая затылок, задумчиво произносит Эдвард. — До больницы мы добрались минут за двадцать-тридцать, если я не ошибаюсь. Это безлюдное место, находящееся недалеко от автомобильной дороги… Там никого нет, и никто из нас не бывал там ранее.

— Поттер хотел расквитаться там с Анной? — слегка хмурится Хелен.

— Не думаю, он ехал в машине, когда я заметил его, — качает головой Питер. — Точнее, то, что Анна выпрыгнула из той машины. Я предполагаю, что она пыталась сбежать от него.

— Господи, о чем она только думала? — недоумевает Наталия и тихо шмыгает носом. — Анна же могла разбиться !

— Мы знаем, Наталия, — кивает Даниэль. — Она реально могла погибнуть. Если бы, например, сильно ударилась головой об асфальт.

— Хотя я заметил кровавые пятна у нее на водолазке в районе локтей, — признается Эдвард. — А это значит, что она сильно ободрала локти. А может, даже и колени…

— Как и Даниэль… — задумчиво произносит Хелен, внимательно присматриваясь к Даниэлю и его до крови ободранным локтям и коленям. — У него тоже локти и колени все в крови.

Даниэль бросает короткий взгляд на один сильно ободранный локоть.

— Ничего, — отмахивается Даниэль. — Заживет как на собаке.

— Кстати, о собаках! — восклицает Терренс. — Стоит отдать должное Сэмми. Ведь он здорово помогал нам защитить Анну и держался очень уверенно.

— Да, стоило ему отдать команду, как он тут же набрасывался на Поттера, — уверенно добавляет Эдвард.

— Использовал полученные на курсах дрессировки навыки на практике, — добавляет Питер, расставив руки в бока.

— Я так испугалась за своего мальчика, — немного неуверенно признается Хелен. — Боялась, что с ним могло что-то случиться. Но как я вижу, Сэмми справился .

— Правда тот подонок постоянно кричал на него, оскорблял и даже несколько раз пнул его ногой.

— О, господи…

— А с Сэмми точно все хорошо? — выражает беспокойство Наталия.

— К счастью, да, — уверенно кивает Питер. — Он в порядке. Пушистый не давал себя в обиду и здорово проучил этого мерзавца.

— А еще Сэмми откусил ему кусок рубашки, — признается Эдвард. — А когда он хватал того подонка за руку, Поттер вопил так, словно его ножом режут.

— Это правда, — подтверждает Даниэль. — Было видно, что он поджал хвостик, когда мы с ребятами предстали перед ним. Дубася Анну, был смелым и крутым, ибо она ничего ему не сделала бы. А когда появились четыре крепких мужика, как его крутизна мигом куда-то испарилась.

— И поэтому мы здорово побили его, — добавляет Терренс. — Но, если честно, нам было скучно . Конечно, « баранка » – это хорошо, но мы не испытали никакого азарта.

— Да уж, Поттер усердно пытался скрыть свою трусость, но мы видели его насквозь, — по-доброму усмехается Эдвард. — Его надолго не хватило.

— Теперь это уже не важно, — с грустью во взгляде тихо вздыхает Наталия, медленно встает со стула и подходит ко всем. — Самое главное – с вами все хорошо, и вы вовремя помогли Анне. Без вас она бы точно погибла.

К этому моменту Наталия подходит к Эдварду, который крепко обнимает ее и прижимает к себе, пока та издает очень тихие всхлипы.

— Хотя если этот тип и правда избивал ее регулярно, то последствия точно дадут о себе знать.

— Последствия будут в любом случае, — с грустью во взгляде огорчает Даниэль. — После всего, что она пережила… Ради того, чтобы спасти родителей…

Даниэль замолкает и качает головой, уставив взгляд в одной точке.

— И в этом моя вина, — шепчет Даниэль. — Я мог защитить ее… Но не оказался рядом в нужное время…

— Ты в этом не виноват, Даниэль, — мягко говорит Хелен.

— По крайней мере, я мог быть рядом. И продолжил бы быть рядом, если бы не эта чертова измена.

— Но сейчас ты рядом с ней, — тихо отмечает Наталия. — Эта девушка жива благодаря тебе и парням.

— Не буду, когда она придет в себя. Потому что Анна так захочет. Она пошлет меня к черту и откажется от помощи.

— Даниэль…

— Все в порядке, я ее пойму. Пойму.

Даниэль разворачивается в другую сторону, медленно подходит к окну и с грустью во взгляде смотрит в него, оперевшись руками о подоконник, пока все его друзья с сочувствием наблюдают за ним.

— Мне жаль его, ребята, — крепко обнимая и прижимая Хелен к себе, тихо говорит Питер. — Он такой разбитый, хотя не показывает этого. Дэн страдает… От того, что Анна не хочет даже видеть его.

— Я его хорошо понимаю, — нежно гладя Наталию по голове, пока она медленно водит руками по его спине, с грустью во взгляде признается Эдвард. — Вроде уже не верит, что сможет все вернуть, но в то же время мечтает об этом.

— Это не конец их истории, уверяю вас! — машет рукой Терренс. — Даниэль любит Анну, а Анна любит его! Ей просто нужно немного успокоиться, хорошенько подумать и окончательно понять, чего она хочет.

— Кстати, а как она отреагировала на то, что он появился и стал защищать ее? — спрашивает Хелен.

— Испугалась . Испугалась, что Поттер что-то сделает с ним. Анна закричала, когда этот Джулиан достал из кармана нож и начал угрожать им Даниэлю.

— Поттер строил из себя крутого, когда у него был тот ножик, — отмечает Эдвард. — А стоило Роузу сломать его, как Джулиан наложил в штаны от страха. Лишившись оружия, он стал более уязвимым.

— В любом случае, Анна точно оценит старания Перкинса, — уверенно выражает надежду Наталия. — И начнет задумываться о том, будет ли правильно его бросать.

— Может, чуть позже все разрешится, — пожимает плечами Хелен. — Но сейчас это не столь важно. Сейчас намного важнее помочь Анне спастись от того подонка и сделать все, чтобы она вернулась к нормальной жизни.

Друзья ничего не говорят и просто продолжают наблюдать за Даниэлем, винящий себя во всем происходящем и старающийся не показывать, что он очень сильно нервничает и с трудом борется с желанием выпустить все эмоции наружу. А где-то через минуту-две все слышат стуки женских каблуков, что становятся все громче после каждого контакта с белоснежной плиткой на полу. А вскоре из-за поворота показывается довольно взволнованная Ракель, которая быстрым шагом подходит ко всем.

— Привет, ребята, — махнув рукой, слегка дрожащим голосом тараторит Ракель. — Простите, что не подошла раньше. Мне позвонил один из членов моей команды менеджеров.

— Все в порядке, ты ничего не пропустила, — уверенно отвечает Терренс. — Мы пока что ждем новостей.

Ракель с помощью дружеского поцелуя в щеку и объятий приветствует Терренса, Эдварда, Питера и Даниэля.

— Что произошло с Анной? — взволнованно спрашивает Ракель. — Ее и правда избили?

— Правда, — без эмоций кивает Даниэль. — Все произошло на наших с парнями глазах, но мы вовремя вмешались и спасли ее.

— Неужели это все тот тип, который издевался над ней?

— Да, это он. А еще мы выяснили, что Поттер издевался над Анной и раньше. По всему ее телу полно старых и новых синяков.

— О, нет! — Ракель с ужасом в глазах прикрывает рот рукой и качает головой. — Боже мой!

— Парни тут такие ужасы рассказывали, пока тебя не было, — признается Хелен. — У меня волосы дыбом встали .

— А она выживет? — дрожащим голосом спрашивает Ракель. — Только не говорите, что Анна при смерти!

— Мы верим, что вовремя спасли ее, — выражает надежду Терренс. — Анна могла бы погибнуть, если бы мы с парнями не проезжали в том месте, где она была с тем типом.

— Нет, я не хочу даже думать о том, что она могла погибнуть, — качает головой Наталия. — Не хочу!

— А что это за место? — слегка хмурится Ракель.

— Находится в нескольких километрах от больницы, — объясняет Питер. — До туда ехать примерно полчаса. Обычное пустынное место, где есть лишь автомобильная дорога.

— Но, парни, что вы там делали? Вы же должны были проводить время с Беном, Кевином и Крисом!

— Мы и проводили! — восклицает Эдвард. — Но в какой-то момент мы начали обсуждать ситуацию с Анной. А Питер вспомнил про одно видео и показал его нам. Потом мы с парнями решили ехать к отцу Анны и показать ту запись. И…

— Подожди-подожди, Эдвард, о чем ты говоришь? — взволнованно тараторит Ракель. — Какое еще видео? И причем здесь Питер? Я ничего не понимаю!

— Он говорит про видео того случая в магазине, про который я рассказывал, — объясняет Питер. — В тот раз я забыл про запись, но сегодня вспомнил.

— И откуда оно у тебя?

— Записал его на свой телефон.

— А… Родители Анны уже видели его?

— Видели. И собираются использовать его в качестве доказательства вины Джулиана Поттера в издевательствах над их дочерью.

— Ладно, я поняла… Но как вы оказались там, где была Анна?

— После разговора с Сеймурами мы решили попробовать поискать Анну. Возможно, она не сказала своему отцу о том, что поехала на встречу со своим обидчиком, который вернулся в город после отъезда. Мы не знали, куда идти, но по дороге все-таки нашли ее и того самого Джулиана. Который долго отказывался оставлять Анну в покое.

— У меня нет слов… — Ракель с ужасом во взгляде качает головой, понимая, что ее слегка трясет. — А что говорят врачи?

— Пока ничего, — пожимает плечами Даниэль. — Но Анна в критическом состоянии. Она сильно избита и выглядит совсем исхудалой.

— А нося водолазки и бесформенную одежду и пользуясь косметикой, она скрывала ото всех все свои синяки, — добавляет Эдвард. — Поттер запугивал Анну тем, что убьет ее родителей, если она раскроет рот. Ну а она верила, что молчание спасет Сеймурам жизнь и… Позволяла ему губить ее …

— А они уже знают про Анну? — округляет глаза Ракель.

— Да, и они не только будут разговаривать с мистером Джонсоном, но еще и приедут сюда, — уверенно кивает Терренс.

— И это значит…

— Тебе, Наталии и Хелен предстоит встретить их.

— Надо же…

— Нет-нет, не переживай. Они – люди хорошие. Сеймуры очень тепло приняли нас с парнями. И отец, и мать Анны – оба были очень милы и дружелюбны.

— Да нет, я не переживаю… — Ракель обнимает себя обеими руками. — Это волнует меня меньше всего… Мне важно лишь то, чтобы с Анной все хорошо. Бедняжка не заслужила всего этого и не должна страдать…

— У меня сердце разрывается от одной только мысли, что с ней так обращались, — с грустью во взгляде говорит Наталия. — Никто никогда не кричал на нее… И уж тем более никто никогда не поднимал на нее руку.

— Верно, — кивает Хелен. — Конечно, семья у нее была строгая. Но с ней всегда обращались нормально: ни били, ни оскорбляли, ни унижали…

— Господи, она же такая милая и невинная… — Наталия тихо шмыгает носом. — Прямо как ангелочек… За что ей все это? Почему именно Анна?

— Она такая маленькая слабая и беззащитная девочка, — слегка дрожащим голосом добавляет Ракель. — Анна никогда ни на кого не кричала. Тихая, скромная, совсем не конфликтная…

— Господи, что же с ней будет? — кладет руку на сердце Хелен и тихо шмыгает носом. — После таких унижений Анна может никогда не оправиться.

— Ох, слава богу, парни нашли ее! — резко выдыхает Ракель. — Кто знает, куда бы тот отморозок увез бы нашу подружку.

— Она пыталась спастись и сбежать, выпрыгнув из машины Поттера, — с грустью во взгляде говорит Эдвард.

— Что? Анна? Выпрыгнула из машины?

— Анна уже до этого была сильно избита и едва стояла на ногах. Но после ее попытки сбежать Поттер отдубасил ее еще сильнее. Бедняжка не могла стоять на ногах и была очень слаба. Истекала кровью… Мучилась… Мучилась так, что даже мечтала умереть… Повторяла это несколько раз до тех пор, пока не потеряла сознание.

— О, боже мой…

Ракель все-таки позволяет себе заплакать, хотя и старается держать себя в руках, чтобы не закатить истерику. Пока Наталия и Хелен сами иногда вытирают слезы с лица, чувствуя, как их сердце больно сжимаются, когда они на мгновение пытаются представить себе, что же приходилось переживать их лучшей подруге.

— Почему? — недоумевает Ракель и тихо шмыгает носом, обнимая себя руками. — Ну почему именно она? Что Анна сделала для того, чтобы так страдать? Я не понимаю…

— Несправедливо все это, — слегка дрожащим голосом отвечает Наталия. — Так не должно быть! Все это неправильно !

— Этот подонок не остановится, пока не загонит Анну в гроб. Он будет и дальше издеваться над ней даже после того, как она покинет больницу… А то и вовсе найдет ее палату и попробует придушить.

— Нет, Ракель, все будет хорошо, — крепко обняв Ракель и прижав к себе, уверенно отвечает Терренс. — С этого дня мы с парнями будем лично следить за тем, чтобы Поттер не приближался к Анне.

— Хочет она этого или нет, но мы станем ее защитниками, — уверенно добавляет Эдвард. — Ее охранниками.

— Анна – наша близкая подруга, и мы не можем бросить ее в беде. А еще мы объединились с ее родителями, которые сделают все, чтобы посадить Поттера.

— Даже если она будет умолять нас сдаться, мы не станем ее слушать, — уверенно добавляет Даниэль. — Отказаться помочь – значит, позволить ей рано или поздно загнать себя в могилу. А мы не можем допустить этого. У нас помощь. У нас есть доказательства. Мы вовсе не беззащитны и сможем постоять за нее и себя.

— Сейчас самое главное, чтобы она осталась жива, — отвечает Хелен. — Анне крупно повезет, если после всех этих избиений у нее не будет никаких проблем со здоровьем, и она отделается лишь синяками и потрясением.

— Однако я боюсь, что какие-то последствия точно будут, — с грустью во взгляде предполагает Питер. — Не хочу никого пугать и расстраивать, но это правда. Поттер слишком долго избивал Анну, а она могла скрывать, что ей было нехорошо.

— В любом случае вы сделали все, что могли, парни, — задумчиво отвечает Ракель. — И за это огромное вам спасибо. Кто знает, что случилось бы с ней, не будь вас рядом.

— Да, ребятки, вы снова проявили себя как смелые герои, — с гордо поднятой головой и легкой улыбкой добавляет Наталия. — Так же, как и Сэмми.

— Наш долг – помогать друзьям и защищать тех, кого мы любим, — скромно улыбается Эдвард.

— Да, а лично мой долг – защитить девушку, которую я люблю, и обеспечивать ее спокойствие и безопасность, — задумчиво говорит Даниэль. — Я не могу бросить ее в беде… И не сделаю это даже после множества обвинений в измене и сильных пощечин.

— Думаю, больше ты не получишь от нее пощечин, — выражает надежду Хелен. — Она… Она просто захотела выплеснуть какие-то эмоции… Анна – не та девушка, которая будет поднимать руку на мужчину. Это не для нее.

— Или она не хочет, чтобы ты узнал о ее настоящих чувствах, и поэтому ведет себя агрессивно, — пожимает плечами Ракель.

— Ага, говорить-то она может что угодно, но не всегда слова совпадают с мыслями, — загадочно улыбается Наталия. — Лично я уверена, что рано или поздно Сеймур выпалит все на одном дыхании. Когда ей надоест делать вид, что она плевать на тебя хотела.

Даниэль ничего не отвечает и лишь пожимает плечами, скрестив руки на груди, пока Хелен, Ракель и Наталия с грустью во взгляде смотрят на него и тянутся поближе к своим любимым мужчинам, которые всеми силами стараются их успокоить. А спустя несколько секунд кто-то быстрым шагом подходит к Даниэлю и хлопает его по плечу, бодро произнеся:

— Привет, братец!

Даниэль медленно оборачивается и видит перед собой улыбчивую Кэссиди.

— Кэсс? — удивленно произносит Даниэль. — Ты что тут делаешь?

Даниэль трогательно обнимает Кэссиди, которая с радостью отвечает ему, и обменивается с ней дружеским поцелуем в щеку.

— Просто хожу по больнице, — пожимает плечами Кэссиди. — Надоело торчать в палате и любоваться на белые стены. Да и отлежала я уже все, что только можно.

— Да, а ничего, что кто-нибудь может заметить тебя здесь? Вдруг кто-то поднимет тревогу из-за того, что тебя нет в палате?

— Спокойно, Дэнни, я гуляю совсем немножко, чтобы ноги размять. А потом спокойно возвращаюсь в палату и запрыгиваю в кроватку.

— Да, но перед этим твой врач позвонит мне, скажет, что ты пропала, а я буду рвать на себе волосы.

— Ой, да ладно тебе, братец, не нервничай ты так! — Кэссиди снова хлопает Даниэля по плечу. — Я не собираюсь сбегать из больницы.

— Я тебе сбегу, засранка! — Даниэль лохматит Кэссиди волосы. — Один раз уже сбежала! Все! Больше я этого не потерплю!

— Хорошо-хорошо, Дэн, не беспокойся. Все чики-пуки! Я никогда долго не гуляю по больнице. Тем более, что здесь есть одна уборщица, которая постоянно на всех орет и чем-то недовольна. А я стараюсь держаться от этой старой ведьмы подальше, потому что не хочу, чтобы она орала на меня.

— Ох, Кэссиди…

Кэссиди с невинной улыбкой пожимает плечами и только сейчас замечает Питера, Эдварда и Терренса, которым улыбается намного шире.

— Ой, привет, ребята, — скромно машет рукой Кэссиди. — А я вас не заметила.

— Привет, Кэссиди, — в разное время дружелюбно говорят Терренс, Эдвард и Питер.

Кэссиди приветствует всех парней по очереди, с легкой улыбкой обменявшись ударом костяшек руки и позволив каждому по-дружески обнять себя.

— Ты как тут поживаешь? — интересуется Питер.

— Намного лучше, чем некоторое время назад, — дружелюбно отвечает Кэссиди и переводит взгляд на Терренса. — Ой, Терренс, а разве тебя уже выписали?

— Да, сегодня, — со скромной улыбкой кивает Терренс. — Я совершенно здоров.

— Классно! Я рада, что с тобой ничего не случилось.

— Спасибо, Кэссиди. Я тоже рад, что ты тоже в порядке. И даже улыбаешься, как я вижу.

— Мне просто повезло, что почти все врачи очень добры ко мне. Мой лечащий врач особенно трепетно относится ко мне. И хоть мне здесь ужасно скучно, я чувствую себя как дома.

— Потерпи немного, Кэссиди, — дружелюбно говорит Питер. — Скоро тебя выпишут, и ты поедешь домой. Туда, где ты должна быть.

— И если честно, я немного нервничаю… — Кэссиди крепко сцепляет пальцы рук. — Из-за того, что мне скоро придется уйти отсюда. Это место безопасное … Здесь мне намного спокойнее.

— Не переживай, Кэссиди, все будет хорошо, — скромно улыбается Эдвард. — Ты не одна. У тебя есть брат, который всегда будет рядом с тобой. И есть дом, куда ты отправишься после выписки.

— Я так счастлива узнать, что потеряла еще не всю свою семью. Ведь… Все эти годы я считала себя одинокой…

— Ты не одна, девочка, — уверенно говорит Питер. — Никогда не будешь одна.

— Я знаю, — намного шире улыбается Кэссиди и окидывает всех парней взглядом. — Кстати, я тут вспомнила, что так и не поблагодарила вас. Спасибо вам большое, парни. Спасибо, что спасли меня и… Вернули мне моего братика.

— Ты могла найти его очень давно, — дружелюбно говорит Терренс. — Ведь он никуда не переехал из того дома, который подарили ему ваши родители.

— Да, знаю… — Кэссиди опускает грустный взгляд на свои руки. — Побоялась туда идти… Хотя должна была просто попробовать…

— Не думай об этом, сестренка, — приобняв Кэссиди за плечи, мягко говорит Даниэль и гладит ее по голове. — Теперь мы снова вместе, и ты будешь жить со мной. Ты больше никогда не вернешься к той жизни, которой раньше жила.

— Помни, Дэн, я настроена решительно, — уверенно отвечает Кэссиди. — Буду делать все возможное, чтобы вылечиться и начать новую жизнь. Я хочу забыть прошлое.

— Ты сможешь, я это знаю.

— Спасибо, братик, ты просто душка.

Кэссиди мило целует Даниэля в щеку и покрепче обнимает его обеими руками. А пока она разговаривала с парнями, Ракель, Хелен и Наталия до этого успели отойти в сторону, чтобы поговорить о чем-то наедине. Но сейчас девушки возвращаются ко всем и с интересом рассматривают юную девочку, которую приобнимает Перкинс.

— О, а кто это? — интересуется Ракель. — Кого ты обнимаешь, Даниэль?

— Неужели это и есть твоя сестра? — удивляется Хелен.

— Да, это она, — уверенно отвечает Даниэль и бросает взгляд на Кэссиди, приобнимая ее за плечи. — Знакомьтесь, девчонки, это Кэссиди, моя младшая сестренка.

Кэссиди скромно машет рукой.

— Кэссиди, это Ракель, Наталия и Хелен, — с легкой улыбкой представляет Даниэль, указывая на каждую девушку по очереди. — Одни из моих лучших друзей и любимые девушки Терренса, Эдварда и Питера.

— О, привет, Кэссиди, — дружелюбно говорит Наталия. — Рада с тобой познакомиться.

— Я тоже, — скромно произносит Кэссиди. — Даниэль много рассказывал мне обо всех вас.

— Мы тоже много наслышаны о тебе, — с легкой улыбкой говорит Ракель. — Кстати, должна признаться, что ты очень похожа на своего брата.

— Ну да… — Кэссиди бросает короткий взгляд на Даниэля и локтем пихает его в бок. — Мы с этим проказником реально похожи.

— А когда тебя должны выписать из больницы? — интересуется Хелен. — Раз ты уже ходишь по больнице, значит, тебе уже лучше.

— Не знаю, но думаю, что скоро. Хотя я не очень хочу уходить отсюда.

— Не хочешь? — удивляется Ракель. — Но почему?

— Здесь безопасно , а мир за дверьми больницы ужаснее.

— Не бойся, Кэссиди, — мягко говорит Наталия. — Тебя никто не обидит ни здесь, ни за пределами больницы.

— К тому же, рано или поздно тебе придется уйти, — добавляет Хелен. — Ты не можешь быть здесь вечно.

— Я знаю, — задумчиво произносит Кэссиди. — Но мне все равно страшно.

— Не надо бояться, ведь у тебя такой классный старший брат, — уверенно говорит Питер. — И ты всегда можешь рассчитывать и на нас. Если что-то тебе нужно, то ты всегда можешь обратиться к любому из нас.

— Знаю, но все это слишком тяжело…

— Ну знаешь, иногда и правда страшно с чего-то начинать, — с легкой улыбкой отвечает Эдвард.

— Спокойствие мне придает лишь тот факт, что у меня есть Даниэль. Лишь с ним я чувствую себя в безопасности.

— Все будет хорошо, милая, — мягко успокаивает Даниэль. — Я помогу тебе. Может, поначалу будет немного тяжело, но ты справишься. Мы справимся. Вместе .

— Надеюсь…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Кэссиди бросает взгляд в сторону.

— Кстати, а что вы вообще здесь делайте? — слегка хмурится Кэссиди, окинув всех взглядом. — Вы пришли ко мне?

— Э-э-э… — запинается Даниэль.

— Так давайте пойдем в мою палату! Врач не запрещает мне принимать посетителей!

— Ох, понимаешь, Кэсс… — Даниэль чешет затылок, начав немного нервничать. — Я бы зашел к тебе. Но мы здесь… Не совсем из-за тебя…

— А что случилось? — Кэссиди отстраняется от Даниэля и повнимательнее присматривается к нему. — И да, а почему ты так нервничаешь? У тебя какие-то проблемы?

— Проблемы не у меня…

— Проблемы у его девушки, — неуверенно признается Терренс. — Она здесь… В больнице… Серьезно пострадала…

— Что? — широко распахивает глаза Кэссиди и бросает взгляд на Даниэля. — Анна здесь?

— Здесь, — с грустью во взгляде кивает Даниэль.

— Но что с ней произошло?

— Ее избили , — тихо произносит Эдвард. — Очень сильно.

— Что? — приходит в ужас Кэссиди. — Избили ?

— Мы с парнями кое-как спасли ее из рук того чудовища, который это сделал.

— О, какой кошмар! — Кэссиди с ужасом в глазах прикрывает рот рукой. — Бедняжка… Как же так…

— Ей повезло, что ребята вовремя спасли ее, — с грустью во взгляде говорит Ракель. — А иначе бы мы потеряли Анну и больше никогда не увидели нашу подругу.

— Боже мой… И что говорят врачи? Как она?

— Плохо , — тихо произносит Даниэль. — Врачи пока ничего не сказали, но стоит лишь посмотреть на нее, как становится ясно, что дело сложное.

— Но кто? Кто посмел сотворить такое?

— Тот тип, про которого я тебе рассказывал.

— А! Тот самый мужик, который говорит, что девушки – бесправные существа?

— Нам с парнями пришлось приложить много усилий, чтобы он свалил и оставил бедную Анну в покое.

— Он явно за что-то ненавидит ее, но мы не знаем, за что, — с грустью во взгляде добавляет Питер.

— Или у него что-то не сложилось с какой-то девушкой, и он срывается на Анне, — предполагает Наталия. — Хотя для нас ни для кого не секрет, что она невиннее ангелочка. Такая милая, добрая, тихая и скромная девочка…

— О, Даниэль… — с жалостью во взгляде произносит Кэссиди, мягко гладит Даниэля по плечу и приобнимает его. — Мне очень жаль…

— Я себе места не нахожу, — пожимает плечами Даниэль.

— Держись, братик, с ней все будет хорошо. Я верю, что Анна и правда очень хорошая и ни в чем не виновата.

— Спасибо большое за поддержку, Кэсс.

— Да, а что будет с тем подонком? — слегка хмурится Кэссиди. — Его арестуют? Вы уже сообщили полиции о нем?

— Не переживай, Кэссиди, тот человек обязательно заплатит за все, что сделал с нашей подругой, — уверенно отвечает Ракель. — Мы не оставим его безнаказанным.

— Как и ее родители, — добавляет Хелен. — Они настроены очень решительно.

— Мне правда очень жаль ее, — признается Кэссиди. — Даниэль всегда отзывался о ней очень тепло.

— Она бы понравилась тебе, если бы ты познакомилась с ней, — с грустью во взгляде отвечает Наталия. — Анна – добрейшей души ангелочек, который никогда не делал никому ничего плохого. Мы все очень сильно любим ее. Она самая младшая… Среди нас всех.

— Надеюсь, что она выживет и сможет спастись от того подонка, который посмел избить ее.

— Спасибо большое, Кэссиди, — задумчиво с грустью во взгляде отвечает Хелен. — Нам сейчас определенно нужны слова поддержки. Мы все разбиты и опустошены…

— Я на вашей стороне, ребята. И… Может, я чего-то не понимаю, но… Если захотите поговорить, то я готова послушать вас. Возможно, это поможет вам почувствовать себя лучше.

— Спасибо большое, Кэссиди, — с легкой улыбкой благодарит Питер.

В воздухе воцаряется еще одна пауза, во время которой Кэссиди почесывает затылок и оглядывается по сторонам.

— Так ладно, сейчас же возвращайся к себе в палату, — уверенно говорит Даниэль. — И больше не выходи из нее.

— Ладно, пожалуй, я и правда пойду, пока та злая тетка не спалила меня, — задумчиво говорит Кэссиди.

— Я зайду к тебе, когда узнаю что-то про Анну.

Даниэль по-дружески обнимает Кэссиди и обменивается с ней поцелуем в щеку.

— Не забудь про меня, — уверенно говорит Кэссиди. — Я жду любых новостей про твою ненаглядную.

— Конечно, — кивает Даниэль. — Я сообщу.

— Заметано! — Кэссиди машет всем рукой. — Пока, ребята, еще увидимся!

— Пока, — дружелюбно произносят все девушки и парни.

Кэссиди разворачивается и быстрым шагом уходит в неизвестном направлении, пока остальные провожают ее взглядом и бросает легкую улыбку.

— Милая девочка, — отмечает Наталия. — Мне она понравилась .

— Выглядит лучше, чем тогда, когда мы нашли ее, — задумчиво говорит Эдвард. — Хотя ее глаза все еще грустные.

— О, такой ужас она еще не скоро забудет, — уверенно отвечает Терренс. — Тут в двадцать-тридцать лет не все можно пережить. А что говорить о девятнадцатилетней девочке.

— Но надеюсь, что со временем она забудет весь тот кошмар, — выражает надежду Даниэль. — У нее больше нет причин вспоминать это: ее обидчик уже давно мертв, а она больше никогда не свяжется с дурной компанией.

— Я заметила, что она тянется к тебе, — с легкой улыбкой признается Хелен. — Как будто ей не хватает любви. Любви близкого человека.

— Она очень скучает по родителям и до сих пор не смирилась с их смертью… Для Кэссиди это был сильный удар, с которым она не справилась…

— Понимаю… — тихо вздыхает Ракель. — Уж я-то хорошо знаю, что значит потерять родителей, будучи еще ребенком. С этим можно как-то смириться, но забыть боль потери – никогда .

— И эта боль не станет слабее, сколько бы лет ни прошло… — задумчиво добавляет Наталия.

В этот момент Терренс покрепче обнимает Ракель и гладит ее по голове, чтобы утешить и подставить свое плечо на случай, если ей будет нужно всплакнуть, пока та водит дрожащими руками по его спине. Наталия с жалостью во взгляде наблюдает за девушкой, прижимаясь как можно ближе к Эдварду и положив голову ему на плечо, но не чувствуя особого облегчения от того, что тот крепко обнимает ее, гладит по голове и перебирает волосы. Хелен и Питер также ничего не говорят и просто молча наблюдают за всеми, держа друг друга в крепких объятьях. А в какой-то момент они слышат чьи-то приближающие шаги и видят, как вдалеке показываются ошарашенные Максимилиан и Лилиан, уверенно направляющиеся к друзьям сразу же после того, как видят знакомых им парней.

— Даниэль… — положив руку на плечо Даниэля, произносит Лилиан.

— Молодые люди… — дает о себе знать Максимилиан.

— Миссис Сеймур… — с грустью во взгляде выдыхает Даниэль. — Мистер Сеймур…

Даниэль пожимает руку Максимилиану, а потом принимает дружеские объятия от тихо плачущей Лилиан.

— Ты до смерти напугал нас новостями о нашей дочери, — обеспокоено признается Максимилиан.

— Что произошло с Анной? — с ужасом в мокрых глазах спрашивает Лилиан. — Что с ней сделал этот подонок?

— Избил до потери сознания, — с грустью во взгляде признается Даниэль. — Мы с друзьями сделали все, что смогли, чтобы спасти ее от этого больного человека.

— Значит, этот гад вернулся без предупреждения?

— Вернулся, миссис Сеймур. Мы видели этого Джулиана.

— А где ты его встретил? — спрашивает Максимилиан. — И что Анна вообще там делала с этим мерзавцем?

— Понятия не имею. Мы просто проезжали мимо, а потом Питер увидел, как ваша дочь выпрыгнула из машины, а Джулиан побежал за ней и начал безжалостно избивать.

— О, господи… — слегка дрожащим голосом произносит Лилиан, прикрыв рот рукой.

— Она уже до этого была сильно избита и ужасно слаба, но Джулиан окончательно добил ее. В него словно бес вселился!

— Так, значит, Анна встречалась с этим подонком, но ничего мне не сказала? — ужасается Максимилиан.

— Может быть, — неуверенно произносит Наталия. — Я предлагала ей пойти со мной, но Анна отказалась .

Максимилиан и Лилиан переводят взгляды на Наталию, а затем обращают внимание и на Ракель с Хелен. После чего все они еще несколько секунд борются с небольшим напряжением и чувством неловкости.

— Простите… — слегка дрожащим голосом произносит Лилиан. — Вы… Кажется…

— Ракель, Наталия и Хелен? — неуверенно уточняет Максимилиан. — Вы подруги Анны? Правильно я понимаю?

— Да, правильно, — кивает Наталия. — Я – Наталия.

— Ракель, — представляется Ракель.

— Хелен, — также представляется Хелен.

— Рады познакомиться, — неуверенно отвечает Лилиан. — Я – Лилиан Сеймур. Мама Анны.

— Максимилиан Сеймур, отец Анны, — дружелюбно представляется Максимилиан. — Тоже рад познакомиться с вами. И в первый раз увидеть.

— Мы тоже рады познакомиться с вами, — вежливо отвечает Ракель.

На пару секунд воцаряется неловкая пауза, во время которой все бросают взгляды в разные стороны.

— Так значит… — неуверенно произносит Максимилиан. — Вы говорите, что Анны с вами не было?

— Нет, мистер Сеймур, не было, — качает головой Наталия, сложив руки перед собой.

— А она вообще отказалась с вами идти? Или сказала, что может присоединиться потом?

— Нет, сказала, что вообще не придет, — спокойно говорит Хелен. — Но почему – Анна так и не сказала. Просто не хочу – и все.

— Конечно, я расстроилась, потому что хотела, чтобы все мои подружки пошли со мной, — признается Наталия. — Но… Пришлось поехать лишь с моей мамой, Ракель и Хелен.

— Это правда, — скромно подтверждает Ракель.

— Должна признаться, когда Даниэль спросил нас, куда пошла Анна, мы начали серьезно переживать, — чуть дрожащим голосом признается Лилиан. — И до последнего пытались верить, что мы ошибаемся. Однако мы оказались правы… Моя дочь была с тем мерзавцем.

— А что с ней было бы, не будь парней рядом? — ужасается Максимилиан. — Что этот ублюдок сделал бы с нашей дочерью?

— Вряд ли бы мы увидели ее… — с грустью во взгляде неуверенно отвечает Питер. — Джулиан избивал ее просто за то, что она раскрывала рот и умоляла нас уйти.

— Это просто ужасно! — добавляет Эдвард. — Мы все вздрагивали от любого удара от этого ненормального. Я не хочу пугать вас, но то, что вы видели на видео – ничто, в сравнении с тем, что нам с парнями пришлось увидеть.

— О, господи, моя девочка! — закрыв рот рукой с ужасом в глазах произносит Лилиан.

— Да, но… — невредно произносит Даниэль. — Знайте, что еще ужаснее?

— Что? — Лилиан прикладывает руку к сердцу. — Что этот гад еще сделал с моей девочкой?

— Оказалось, все это время Анна скрывала синяки, которые ей наносил Джулиан. С помощью косметики, водолазок и бесформенной одежды. И те синяки, что вы увидели у нее на теле, и то, что было на лбу, – работа этого мерзавца. Он регулярно избивал ее, запугивал и унижал.

— Нет… — Лилиан закрывает рот обеими руками и издает тихий всхлип, покачав головой. — Нет-нет-нет!

— Не могу поверить… — с ужасом в широко распахнутых глазах произносит Максимилиан.

— К сожалению, это правда, — подтверждает Терренс. — У нее полно страх и новых синяков по всему телу.

— Господи… Анна… Моя дочь… Она… Она терпела все это ради нас с Лилиан?

— Она знала , что вам грозит опасность и верила, что сможет спасти вас, позволив себе стать его жертвой.

— Дочка… Моя бедная дочка…

Максимилиан пережимает переносицу и медленно выдыхает, чувствуя, что он очень сильно напряжен, пока бледная от ужаса Лилиан тихо, безутешно плачет.

— Нет… — дрожащим голосом произносит Лилиан. — Нет, это не спасло бы нас! Этот мерзавец довел бы нашу дочь до смерти, а затем расквитался бы с нами с помощью своего отца.

— Мы пытались ей это объяснить, миссис Сеймур, — уверенно говорит Эдвард. — Говорили, что Поттер лишь будет пользоваться ситуацией и безнаказанно издеваться над ней. Но Анна не хотела слушать.

— О, господи, ну почему это происходит именно с нами? — схватившись за голову, задается вопросом Максимилиан. — Почему Анна должна страдать? За что нам такое наказание? Почему моя маленькая девочка должна терпеть все это?

— Мне очень жаль, мистер Сеймур, миссис Сеймур… — выражает сожаление Даниэль. — Я сделал все, что смог.

— Нет-нет, Даниэль, не вини себя. Ты ни в чем не виноват.

— Мы с Максимилианом безмерно благодарны тебе и твоим друзьям, — положив руку на плечо Даниэля, мягко добавляет Лилиан. — Ведь благодаря вам моя невинная доченька все еще жива.

— Кстати, а как вы смогли с ним справиться? — интересуется Максимилиан.

— Он долго не желал уходить, — задумчиво отвечает Питер. — Чувствовал себя очень уверенно с ножом в руках. Но лишившись его, Поттер мгновенно перестал выпендриваться.